Сломанное расстояние.

***

      Поддержка нужна всегда и даже в такие моменты, когда чувствуешь вину перед одним, очень хорошим человеком, когда тебе доверились, а ты не смог помочь и защитить. И несколько дней, несколько недель тебя будет мучить совесть. Но и не прошло и дня, как Сокджин, склонив свою голову на грудь альфы, тихо плачет, выпуская слёзы на сухую ткань рядом сидящего. Хочется полностью обмякнуть в этих тёплых объятиях того, кто успокаивает, дарит надежду, поддерживает в трудные, тяжёлые дни. Такие излишки заботы очень нравятся Джину, он чувствует себя защищённым, ведь можно расслабиться и отпустить себя, когда рядом его истинный, самый близкий, самый любимый. И прямо сейчас, ощущая нежные поглаживания по голове, слыша утешительные слова — дрожь в теле отступает, как и нервные всхлипывания.       Намджун, даже не зная, что стряслось, приехал к омеге сразу, только услышав его дрожащий голос по телефону. Его взволновала эта ситуация, ведь не каждый день Джин роняет слёзы, а тут ещё и ночью, когда все спят, когда и он должен уже видеть сны, лёжа в постели.       Альфа приехал сразу же после звонка, купив любимых сладостей для омеги, чтобы он быстрее успокоился. Когда тот открыл дверь, Намджун влетел в квартиру, моментально прижимая к себе парня. Он боялся… Очень боялся, думая, что произошло что-то ужасное… Он боялся за истинного. Но теперь, обнимая Сокджина, который уже перестал дрожать, альфа рад, что с ним благополучно ничего не случилось; что его мальчик сейчас лежит рядом в целости и сохранности. Однако, Намджуну и правда интересно, что или кто довёл его до такого состояния.        — Джин~а, скажи, кто тебя обидел? , — тихо начал альфа, поднимая личико омеги.        — Никто…я сам себя обидел, — Джин опустил голову вниз, нервно перебирая пальцы рук. — Просто, я не смог помочь…я ни на что негоден…       Намджун слушал, выслушивал всё, что мучило омегу и ему совершенно не нравились эти неправильные мысли, которые застряли в голове Джина. Он ведь и правда ни в чём не виноват, а наоборот, сделал всё возможное, чтобы помочь Чимину в его течку. Просто лучшее лекарство для течного омеги — это его альфа, и в этой ситуации Сокджин сделал правильный выбор, позвонив Юнги.        — Эй, Джинни, перестань себя накручивать. Ты сделал всё правильно, ты большой молодец…ты справился.        — Ты так думаешь? , — вытирая вновь нахлынувшие слёзы, спросил омега.        — Я знаю, — Намджун нежно поцеловал парня в уголки губ, куда ранее стекали слезинки, и поправил взмокшие пряди волос, что закрывали красные, но очень красивые глаза. — А теперь пошли кушать тортик, между прочим твой любимый.       В городе — ночь, люди спят, за окном — темно, но это не мешает Намджуну с улыбкой наблюдать за своим омегой, который так быстро уплетает любимые сладости под пристальным взглядом самого дорогого человека…

***

      Утро… Прохладный ветерок окутывал оголённое тело омеги, пока тот пытался спрятаться под большим одеялом. Чимин, что проснулся от этих неприятных ощущений, приоткрыл немного свои сонные глаза и посмотрел в сторону панорамного окна с выходом на балкон, дверь которого была на распашку открыта. Помимо мыслей о злоумышленнике, который не закрыл окно, у мальчика накопилось много других, но более приятных мыслей. Последний месяц в этом году, сам Новый год, который он хочет отпраздновать со всеми ему родными людьми и, наконец-то, новая пора и новый путь в будущее, где не будет всех ему ненавистных альф, а только один, самый любимый и нужный альфа, который…       Повернув голову на соседнее место кровати, где никого не было, а остался только помятый след от недавно лежащего тела, мальчик задрожал. Слёзы резко нахлынули на только открывшиеся глаза, а внутри стало только холоднее. «Юнги» — грустно подумал про себя омега, подгибая свои ножки под себя, чтобы согреться. Он боится, снова боится остаться одному…боится, что самый дорогой человек его опять бросил и от этих мыслей только хуже на душе. Неужели им снова воспользовались…        — Юни…почему… — шептал дрожащим голосом мальчик, продолжая плакать себе в колени.       Юнги, что держал стакан с водой, как только почувствовал окруживший его самого чей-то страх и услышал отдалённые, но громкие всхлипывания со стороны своей комнаты, сразу же помчался к ней. Открыв дверь, его сердце защемило: маленькое чудо, дрожащее, с заплаканным лицом забилось в угол постели, вытирая влагу с покрасневших глаз. Мин мигом присел на кровать к мальчику и сократил между ними расстояние. Альфа прижал омегу к себе и начал успокаивать.        — Эй, малыш, тише…тише, — тихо шепнул Юнги, поглаживая голову младшего. Он выцеловывал всё личико мальчика, дабы утешить и отгородить от плохих мыслей, о которых и сам не знает. — Минни, что стряслось? М?       Чимин начал вдыхать аромат кофе, который его всегда успокаивал и прижался к телу старшего, уткнувшись прямо в ключицы. Сейчас он спокоен, ведь Юнги его не бросил, он пришёл, даже прибежал к нему, чтобы утихомирить…        — Я…я д-думал, что…что ты меня к-кинул и…        — Ох, котёнок. Ты такой глупенький… — перебил младшего Мин. — Как же я могу бросить своего любимого истинного? Ты — моя жизнь, Чимини. Я тебя никогда не оставлю.       Юнги нежно поцеловал мальчика в губки и укрылся под одеялом вместе с ним. Чимин прильнул к груди альфы и обнял как руками, так и ногами, чтобы никто не посмел забрать у парнишки то, что принадлежит только ему. Мин лишь усмехнулся этим действиям, уткнулся в мягкую макушку светловолосого и пустил в неё свою ладонь.       Несколько минут они так и пролежали, если бы не вторая волна течки омеги, про которую парни и забыли. Теперь дверь в комнату будет закрыта ещё на пять дней…

***

      До Нового года осталась всего неделя. Это значит, что скоро последние экзамены, а после — долгожданные каникулы. Чимин весь на нервах, потому что всю неделю сессии он пролежал у своего альфы; теперь же ему оставалось только сидеть после пар и решать зачёты. Он парень умный и старательный, поэтому без проблем сдал долги и начал готовиться к экзаменам вместе с Хосоком и Тэхёном, которые вообще получили автомат.       У остальных же парней с учёбой были небольшие проблемки…но это так, просто проблемки и ничего более… Ну, единственное, что совершенно не нравилось Чиме и Тэхёну, так это то, что их альфы были очень заняты в последнее время: Чонгук просто из-за своей самоуверенности обломал себе всё время на сон, взяв для экзамена дополнительное практическое задание, связанное с текстом песни, а у Юнги в принципе не было времени с начала третьего курса; он занят всегда, но очень рад, что его омега всегда готов помочь…он всегда рядом.       Начало понедельника было обычным, оно было спокойным…для Чимина. Когда рядом хорошие друзья, лучший брат и любимый альфа, то парню уже начало казаться, что жизнь налаживается, обретает смысл, ведь полгода назад он был одинок…частично одинок. Тэ и Хоби были самой лучшей поддержкой, да и сейчас они всегда рядом, однако, то, что было раньше — уже никогда не будет прежним. И Чимин очень рад…       Две пары прошли, практика тоже закончилась. Юнги, конечно же, встретил свою омегу у танцевальной аудитории, наблюдая за позитивными эмоциями младшенького, который всю дорогу до своего дома рассказывал о новых движениях в его хореографии, о том, как преподаватель снова похвалил за упорство и ещё о многом светловолосый успел поделиться, потому что его слушают; принимают долгую болтовню, даже если она не особо важна и отвечают… И Чимин очень рад…       А Юнги смеётся и любуется… Он смотрит на мальчика долго, смотрит и изучает, будто видит его в первый раз и… улыбается. Они подъехали к борделю и вышли из автомобиля. Истинные стоят у входа, держась за руки, сплетая пальцы. Расставаться совсем не хочется… Но вот уже отрывая от друг друга руки, Юнги трепетно целует омегу и опять смотрит, и снова целует, но уже не в губы. «День сегодня удался» — радостно думал Пак, опуская голову от смущения. И всё бы ничего, если бы не резкий, совсем отвратительный и до жути знакомый запах из прошлого, из-за которого мальчика всегда тошнило. И именно в этот момент Чимин бы проклял сегодняшний «хороший» понедельник, потому что теперь страшно, теперь хочется плакать… И Чимин очень рад…       А Юнги волнуется… Он ощутил дрожь в руках омеги, почувствовал его страх…сильных страх, а потом ещё и первая слезинка, скатившаяся по нежной щеке, куда совсем недавно альфа его поцеловал. И совсем тихое «Юнги…» — пробрало до костей.        — Чимини, эй, посмотри на меня, — спокойно, но с долькой волнения в голосе сказал старший. — Минни, что случилось?       Но младший не смотрел, а только ближе ступил к альфе, снова беря его за руки. А воспоминания вновь возвращались, как и то поганое чудовище, что разрушило всю жизнь. Юнги увидел взрослого человека, сразу прижимая мальчика к себе.        — Какой же знакомый прекрасный запах, только вперемешку с… — начал тот самый мужчина, который для Юнги уже мёртв, раз посмел хоть как-то обидеть его малыша.        — Что тебе нужно от моей омеги? , — тон голоса альфы внезапно понизился, когда он перебил незнакомого человека. Мин был настроен серьёзно, сейчас у него в приоритете только защита младшего, что продолжал тихо мочить футболку своими слезами.        — И когда же у моей куколки появился альфа? , — со смешком проговорил тот. — Покажи-ка мне своё личико.       Он так безрассудно, бессовестно потянул свою проклятую, совсем некрасивую руку к плечу Чимина, пытаясь развернуть к себе, но не успел. Его запястье было крепко сжато ладонью Юнги, который до боли давил своими пальцами на чужие вены.        — Иди в машину! , — приказал альфа, двигая мальчика за свою спину, пряча от чужого пожирающего взора. А Чимин слушается и выполняет; он пошёл к автомобилю, совершенно никуда не оборачиваясь, но омега боялся уже не за себя, а за истинного.       Сев в машину, беспомощный мальчик совсем немного выглянул в окошко, чтобы проследить за дальнейшими действиями. Вдруг его альфу ударят или толкнут… Пак очень беспокоился, но сидел тихо, пытаясь успокоить бешеное сердце, которое вот — вот взорвётся от волнения и страха. Однако, из всего того, о чём он думал, ничего не произошло. Буквально через пять минут Юнги с равнодушным, холодным взглядом шёл к мальчику, уже не обращая внимания на человека, который лишённый всех своих сил, морально потерянный стоял на коленях, смотря вслед ушедшего человека.       Мин открыл заднюю дверь, где сидел Чимин и подсел к нему.        — Не плачь… — единственное, что прошептал старший, обнимая мальчика.       Чимин не пошёл домой, он поехал к альфе, ведь с ним спокойнее, с ним хорошо и… Омега всё рассказал: о прошлом, об этом чудовище, о том как он его бил, насильно рвал одежду, как наносил увечье и как…       Юнги не хотел слушать, но дослушал. Он корил себя за то, что никак не мог тогда помочь, однако он рад, что встретил это чудо.

***

      Неделя продолжается, один экзамен сдан на отлично и уже четверг. Что можно сказать об этом дне? Эмоции зашкаливали у всех… А что Чимин? А Чимин просто…       Головная боль, тошнота, усталость, тест, снова тошнота, опять головная боль, везде боль, ещё тест и ещё, и… результат.       Слёзы…грусти или радости? Неважно… Вновь слёзы, смех, нахлынувшее счастье и…страх… Снова слёзы и смех, и…        — Чимин~а, малыш, что случилось? , — Юнги подсел на пол, перед омегой, смотря прямо в заплаканные глаза. Вот только он совершенно не ожидал получить самый лучший подарок на праздник за три дня до Нового года. Увидев тест с двумя полосками, который держали маленькие ручки, Юнги заплакал (?). Это был самый счастливый альфа на свете, только узнавший, что под сердцем его маленького омеги будет расти ещё одно крошечное чудо.        — Спасибо, малыш…

***

      Вот и Новый год — праздник, на котором собралась вся родня, все друзья — это именно то, чего так хотел, так желал Чимин, а теперь у него это всё есть. Тэхён на пару с Чонгуком поют песни. Дядя спит. Джин готовит вместе с Сон Мэй, за которыми частенько наблюдают Хосок и Намджун; а сами они сидят вместе с главной парой нового дома, что спокойно наслаждалась прекрасным видом идеальной жизни.       Пройдя через все трудности, Чимин дождался этих счастливых дней…

Четыре года спустя…

      «Каждый следующий день уже не будет похож на предыдущий» — думает двадцатидвухлетний парень омега, который вот уже четыре года живёт в шикарном доме с дорогими ему людьми. Ему очень нравится, он рад находится в компании своего любимого мужа и их ещё маленькой дочки. Мин Чимин — тот самый добрый, умный, красивый омега, со светлыми, слегка серыми волосами и прекрасной внешностью; милашка тот ещё, но он уже не тихий и не слабый — он сильный. Ему весело и он счастлив, а самое важное — это…        — Папа, папа, плосыпайся. Завтлак готов, — прокричала маленькая омега, прыгая на кровать.       Чимин полностью раскрыл глаза, обнимая дочку. Он посмотрел в сторону двери, увидев смеющегося Юнги, который присел на постель и смотрел на своих любимых омег. В его глазах читалось что-то необъяснимое…и правда, ведь он тоже был счастлив.