Gladiator

– Адам! Ночную тишину разрезал резкий стук в дверь. – Адам! Адам! Стук стал не просто настойчивым, а грубым и раздражающим. Нельзя так стучаться к людям посреди ночи. Это должно быть запрещено законом. – Твою ж мать! Рыжий мужчина распахнул глаза и раздраженно откинул одеяло. Внутри него зрело желание популярно объяснить незваному ночному гостю, что такое поведение не просто неприемлемо, а чревато серьезными проблемами. Например, с челюстью. Или с руками. Адам не был уверен, насколько сильно его вывели из себя. Сон для него святое и нужно иметь опупительно вескую причину, чтобы вот так поднять его среди ночи. Чертыхаясь и путаясь в ногах, разбросанных вещах и ступеньках, Адам скатился вниз по лестнице. Со все нарастающей решимостью вырвать незатыкающемуся визитеру руки с корнем, мужчина подлетел к двери. – Да какого хрена ко всем чертям надо?! – выкрикнул он, распахивая дверь и вдруг осекся. – Адам Беркли? – вполне спокойно уточнил высокий мужчина за дверью. Надо сказать, что уточнял он совершенно бесполезные вещи. Во-первых, всего секунду назад его спутник, стоящий рядом, колотил в дверь и звал Адама по имени. Во-вторых, на почтовом ящике, висящем тут же у входной двери, красовалось “А. Беркли”. Не правда ли при таком раскладе уточнение казалось абсолютно бесполезной тратой кислорода? И времени. – Адам, – заговор второй мужчина, – прости за поздний визит. Надеюсь, мы тебя не сильно побеспокоили? Конечно же не сильно, разве можно кого-то сильно побеспокоить в три часа ночи, разбудив непрекращающимся стуком в дверь? На крыльце дома, пачкая грязью отживший свое входной коврик, стояли двое военных. Один в чине капитана, второй полковника. Любителем бесполезных уточнений был капитан, а вот глупых вопросов – полковник. – Знаете, – Адам быстро пришел в себя. Да, на его крыльце не часто появлялись среди ночи двое военных, но это в конце концов его крыльцо, его дом, его чертов двор, на котором, он только что увидел, эти двое припарковали свой внедорожник. Адам, конечно, не фанат идеально ухоженного газона или радующих глаз цветочков, для этого у него банально не было времени, но следы от шин, которые теперь причудливым узором покрывали весь его двор, он точно не заказывал. Так себе украшение, на троечку, если быть до конца честным. – Повторю вопрос, – продолжил Адам, сделав перед этим глубокий вдох, – какого хрена вам здесь понадобилось? Уточнять про вольную парковку на газоне мужчина все же не решился. По одной проблеме за раз. – Мы можем поговорить в доме? – полковник чуть склонил голову к правому плечу. Он рассматривал Адам, который выскочил на улицу в одних пижамных штанах и теперь едва заметно ежился от далеко не летнего ветерка. – Это ж типа не вопрос, да? – хозяин дома прищурил голубые глаза. – Не вопрос, – согласился военный. – Тогда милости прошу, – ядовито произнес Адам, отходя в сторону и склоняясь, как будто в поклоне. – Прямо и направо, обувь можете не снимать – обожаю грязь на ковре. Мое любимое. – Извини, Адам, – полковник чуть кивнул и сделав капитану знак следовать за ним, вошел в дом. Предварительно заботливо отряхнув грязь с ботинок прямо на входной коврик. Когда военные оказались внутри Адам с зудящим под кожей недовольством захлопнул дверь. Потом прошлепал босыми ступнями в комнату, где уже обосновались ночные визитеры: полковник занял кресло, а капитан вытянулся по струнке за ним. – Давайте как-то покороче, – скрестив руки на груди и опершись на дверной косяк, произнес Адам. – Надеюсь, ты меня помнишь, Адам, я – полковник... – Натаниель Кортес, – закончил за него хозяин дома, – да, спасибо, на память не жалуюсь. Дальше то что? Кортеса Адам недолюбливал, ладно, на чистоту, он его терпеть не мог. В свое время тот, еще в чине майора, попортил много нервов и крови. Тряхнув головой Адам отбросил воспоминания и выжидательно уставился на мужчину. – Рад, что ты помнишь, – губ полковника коснулась легкая улыбка. – Мой спутник, – Кортес кивнул в сторону замершего истуканом второго военного, – капитан Ричард Уотсон, он... – Да плевать, – фыркнул Адам. – Давайте как-то все это, – мужчина неопределенно махнул рукой, – уже закончим и приступим к делу. Спать хочется до жути. И в подтверждении своих слов Адам широко зевнул. Кортес и ухом не повел, что ему не понравилось то, как мужчина его перебил. Но, если приглядеться, то можно было бы заметить, как чуть сузились его глаза. Но кто в здравом уме стал бы приглядываться к полковнику Кортесу ради таких мелочей? – Я как раз собирался к этому приступить, – продолжил Натаниель спустя секунду. – Мы здесь, чтобы просить тебя о помощи. Необходимо… – Нет, я отказываюсь, – опять перебил Адма. – Как все просто, – мужчина хлопнул в ладоши, отлепляясь от косяка. – Всем спасибо и до свиданья, где выход вы знаете. – Возможно я некорректно выразился, – продолжил, не меняя тона Кортес. – Мы здесь, чтобы настоятельно просить тебя о помощи. – Да, блин, чего непонятного-то? – вспылил Адам. – Я сказал “нет”. Это мой ответ на вашу просьбу. Или в ваших военных кругах как-то по-другому надо обозначать свое несогласие? Не буду? Не интересует? Даже пальцем не пошевелю, чтобы вам помочь? Адам на дух не переносил не только Кортеса, но и армию, которая, по его мнению, застряла в развитии где-то во втором веке до нашей эры. Тупоголовые солдафоны, казалось, ровняли по линейке не только ботинки, но и свои единственные извилины. Нет уж, все, он с ними уже хлебнул, баста. Не понравилось, продлевать не будет. – А теперь вон из моего дома. Чао, господа, – Адам уже собирался покинуть комнату, как раздалось. – Стой, где стоишь, Беркли, – голос полковника сразу похолодел на сотню градусов и, фигурально выражаясь, благополучно заморозил все вокруг военного. – У тебя нет выбора: либо сейчас безо всяких бумажек даешь согласие помочь нам, либо я вернусь завтра, будь уверен, со всеми необходимыми документами и ты на их основании будешь нам помогать. Только в первом случае отчитываться будешь передо мной – без бумажной волокиты и формальностей, а во втором – перед генералом Саммерсом. Так понятней? Адам замер. Если Кортес был просто занозой в заднице и с педантизмом головного мозга, то в наличие мозга у Саммерса Адам вообще сомневался. Генерал – надутый индюк, который каким-то совершенно непостижимым образом получил высокую должность. Если Адам попадет в его власть, то отчеты и прочую ересь будет править по двести раз на дню, сначала из-за не того шрифта, потом большого отступа и так далее. Было уже, плавали. – Ну что ж вы сразу не сказали, что хотите воззвать к моему патриотическому чувству сознательного гражданина? – Адам развернулся к мужчинам лицом. – Рассказывайте, с удовольствием вам помогу. Буду просто счастлив. Могу честно признаться – давно о таком мечтал. – Вот и хорошо, – Кортес кивнул, довольный легкой победой. – А теперь сядь и послушай. – Будет исполнено, мой командир, – саркастично произнес Адам и нарочно отдал честь не той рукой. Потом он, смирившись со своей участью, сел на диван напротив Кортеса. Подумав с секунду, Адам откинулся на спинку, скрестил ноги по-турецки и уперся ладонями в колени. Он готов слушать, максимально внимательно. – Ты нам нужен в качестве пилота, – начал Кортес. – Я догадался, что не повара, – не сдержался Адам. – Знаете, повар ведь из меня никакой. Хотя яичницу могу сварганить, вполне себе… – Чем быстрее ты дашь мне договорить, – перебил его Кортес, – тем быстрее мы закончим с прелюдией. – О, а дальше что? Перейдем к ласкам? Спешу разочаровать, полковник, я как-то не по этой части, – и мужчино игрово подвигал бровями. – Беркли, – глаза военного гневно сверкнули. – Ладно-ладно, – Адам примирительно поднял руки. – Рот на замок, внимательно слушаю вас. Ловлю буквально каждое слово. Ок, вот теперь точно заткнулся. – Итак, – вздохнув продолжил Кортес, – есть все основания полагать, что представитель вида Эл обитает в... – Чего? – Адам аж рот открыл от удивления. – А разве они типа не все того? – мужчина выразительно провел рукой по своей шее. – Нет, – Кортес, задумавшись, перевел взгляд на камин. – Далеко не все, по последним данным их осталось около двух десятков. Большинство настолько удачно смешались с людьми, что отличить их невозможно. К тому же, высшее руководство решило, что привлекать все силы на их устранение нецелесообразно, коль скоро теперь они живут мирно. К тому же, такие действия пришлось бы проводить открыто, что вызвало бы панику среди гражданского населения. – Ну так и в чем тогда дело? Если они белые и пушистые, мимикрировали под людей, может и фиг с ними? – Адам, прошу тебя, дай мне договорить, – полковник страдальчески закатил глаза. – Так вот, большинство удачно смешалось с людьми и больше не представляет угрозы. По крайней мере, так было до недавнего времени, пока один из них, видимо, не решил все изменить. – Что случилось? – Адам вдруг растерял всю свою язвительность. – Погибли люди, – совершенно спокойно, как будто говорил о погоде, произнес полковник. – И вы уверены, что это дело их рук? Знаете, люди совершенно спокойно убивают друг друга и без помощи всяких там других видов. На днях слышал… – Мы уверены, что это он. Сомнений быть не может. И нам нужно, чтобы ты помог нам его вычислить. – Ну конечно! – Адам с ухмылкой скрестил руки на груди. – Как я сразу не догадался, что вы пришли сюда не только из-за моих потрясных навыков пилота и прекрасных глаз! Чутье, само собой вам нужно оно. Что, в вашей маленькой подпольной лаборатории не удалось вывести еще одного такого фрика? – К сожалению, клетки не прижились ни у одного из испытуемых, – спокойно произнес Кортес, изучающе рассматривая Адама. – Ты оказался уникальным. – Осторожней, полковник, еще чуть-чуть и я раздуюсь от гордости, – фыркнул Адам. – Вы вообще в курсе, что я как бы не могу почувствовать их за миллионы километров? Надо пояснить, что служа в армии Адам по своей глупости и горячности, ладно-ладно, по финансовой необходимости, записался в добровольцы. И не простые, хотя тогда он не знал, а те, на ком ставили секретные опыты. Абсолютно безопасно для здоровья, даже не больно, ну спустя пару суток. Так вот, добровольцам в организм подселяли захватчиков, а точнее эритроциты от существ носивших кодовое название “вид Эл”. Те, у кого они приживались, могли ощущать представителей другого вида, безошибочно вычислять их среди людей. И Адаму, этому баловню судьбы, повезло, или нет?, из сотен добровольцев он оказался единственным у кого клетки прижились. Его организм почему-то их не отверг и никто не мог сказать почему. Спустя какое-то время, когда Адам уже смог нормально ходить и полностью оправился от этих научных изысков, его приставили к одной из поисковых групп, на чьи плечи возложили найти и устранить всех представителей вида Эл. Командовал той группой майор Натаниель Кортес. И, признаться честно, о тех временах у Адама остались не самые лучшие воспоминания. Ладно, просто отвратительные. Именно они, те самые кошмары, всплыли в памяти Адама и он неосознанно потер длинный кривой шрам у третьего межреберья слева. Кортес заметил этот жест и едва слышно вздохнул. Он и сам не хотел привлекать Беркли, не только из-за его вздорного нрава, но и из-за всех ужасов, что тому пришлось пережить. В конце концов, Адам был жив по чистой случайности. – Ну так что, – нетерпеливо повторил Адам, – вы не забыли, что мне нужно быть к ним много ближе, чем другой город? – Мы вычислили город, в котором обитает представитель или даже представители вида Эл. – Опа, это меняет дело. Так чего вам просто не проверить всех, кто там живет? Проще и быстрее, чем связываться со мной. – Город миллионник, проверка займет слишком много времени, а ресурсов на это выделено мало. При этом нельзя допустить новых жертв, поэтому нам и нужен ты. На этом вводная закончена, остальное на месте. Собирайся. – Постойте, мы что прям сейчас выезжаем? А может утром? Я знаете не готов к таким быстрым действиям, надо вещички собрать, ну там ключи отдать соседям, чтобы позаботились о любимых тараканах и вот это вот все. – У тебя есть час на сборы. Мы подождем здесь, – жестко отрезал Кортес, закидывая ногу на ногу. – Экий вы нетерпеливый, товарищ полковник. Знаете, все это приводит к преждевременной дисфун… – Полчаса, – спокойно произнес Кортес. – А еще обидчивый. Ладно, понял, уже ушел, – Адам поднялся с дивана. – Ну и да, скажите уже вашему болванчику, что он может отмереть. А то тошно смотреть. Не дожидаясь реакции полковника, Адам ретировался из комнаты. – Кажется, это будет очень долгое задание, – ни к кому не обращаясь, тихо выдохнул Кортес.