ГРИММЫ И ХЕКСЕНБИСТ

Молодая высокая блондинка открыла глаза. Лицо женщины, которая дала ей пару пощёчин, чтобы привести в чувство, мало походило на человеческое. Но и на звериное тоже. Какая то незнакомая тварь, ощерилась и прошипела: — Кто ты такая? — Ты бы сама для начала представилась, дамочка, — ухмыльнулась блондинка. Тварь оскалилась и вернулась к столу. Одета она была в белый больничный халат, но определённо не собиралась оказывать медицинскую помощь привязанной к каталке блондинке. Содержимое металлического подноса той определённо не понравилось. Как и намерения неведомой твари. Та задумчиво перебирала блестящие и острые инструменты, что были свалены грудой на подносе. — Пора бы тебе вспомнить, Свон, что ты давно уже не безобидная молоденькая девушка, а эта тварь не твой очередной папочка, — пробормотала Эмма себе под нос. — Сюрприз! Она уже твёрдо стояла на ногах. Женщина злобно зашипела, наклонилась, явно готовясь к прыжку… — Кажется Регина ничему такому меня не учила, — на ладони у Эммы горел огненный шар. Времени на раздумья не было. — А вот как это работает… Эмма метнула шар словно мяч для волейбола и он ударил тварь в грудь. На том месте, где только что стояла женщина с головой неведомого монстра, закружил вихрь из пепла. Подошвы туфель, а это всё, что осталось от женщины, расплавились и прилипли к полу. Над ними поднимался лёгкий дымок. Эмму едва не стошнило. Дверь в неуютное помещение затрещала от мощного удара ногой. Второй удар и дверь слетела с петель. Крепкий бородач в чёрной кожаной куртке. Эмма подняла руку с очередным файерболом на ладони. Мужчина поднял обе руки вверх, но голос его не дрожал: — Тихо, тихо. Я не собираюсь причинять тебе какой-либо вред, успокойся. Эмма почему то сразу поверила незнакомому бородачу и погасила смертоносный шар. — Где она? — спросил бородач. Эмма криво улыбнулась и показала подбородком на бренные останки туфель: — Всё что от неё осталось. Простите, я с вами не знакома. — Майснер. А вы? — Эмма, Эмма Свон. Выслеживала одного беглеца. Он сбежал из-под залога. Я проследила его до госпиталя и тут на меня напали. Они уже покинули комнату и Майснер решительно и быстро шёл по тёмному коридору вперёд, Эмма почти бежала за новым приятелем. — Очнулась в этом негостеприимном помещении. Навстречу Майснеру выбежала молодая женщина тоже в чёрной кожаной куртке и джинсах: — Это? — Да, — Эмме сразу поняла, кто тут главный — Майснер был из тех, кто отдаёт приказы и не терпит возражений и долгих пререканий. — Уведи её отсюда. Они не успели среагировать. Этот монстр выглядел получше первого — просто голая собачья голова с длинными острыми ушами. Тварь сбила Майснера с ног и рванула прямо к Эмме. — Какой плохой мальчик, — ухмыльнулась та. Рука Эммы погрузилась в грудную клетку твари едва не по локоть и вернулась назад уже с сердцем. Почти угольно чёрным. Эмма слегка сжала сердце в ладони и тварь упала на колени. — Ты нехорошо себя вёл в этом году, парень, и поэтому не получишь подарка от Санты. Только кусок угля и кнутом по спине от Крампуса. Эмма крепко сжала пальцы и между ними вниз потёк лёгкий, тающий в воздухе, прах. — Какого чёрта?! — Эмма была в таком шоке, что дала незнакомке увести себя прочь — голова твари стала человеческой. Мёртвые глаза, открытый рот. Лицо, которое Эмма видела на фотографии в деле. Её, Эммы Свон, гонорар только что буквально утёк сквозь пальцы. — Я тоже хотела бы спросить какого чёрта, — ухмыляется девушка. Они были уже на улице, стояли рядом с большим чёрным джипом. — Никогда такого не видела. Что ты сделала? — Применила магию, — говорит Эмма. — Очень Тёмную, такой магии меня специально не учили. Считается, что я Светлый маг вообще то… Вроде как. — Тереза Рабл, — незнакомка вспомнила о вежливости и представилась. — Для друзей Беда. А ты Хексенбист? — Кто? Я Эмма, Эмма Свон. Вообще то помощник шерифа, но тут добрые знакомые попросили меня, как бывшего залогового поручителя, найти одного моего старого клиента. Не за бесплатно, конечно, но я его убила и плакали мои денежки. Майснер не говоря худого слова просто запихнул Эмму в машину, следом в джип, на заднее сиденье, запрыгнула Беда, Майснер занял место за рулём. — Вы же не хотите объясняться с полицией, мисс Свон? — Майснер снизошёл до объяснений, когда здание госпиталя осталось позади, а мимо пронеслось, ревя сиренами, два полицейских автомобиля. — Тем более, что я сама ещё ничего не понимаю, — призналась Эмма. — Куда мы едем? — Там, где вам всё объяснят, — ответил Эмме Майснер и больше не произнёс ни слова. Пока джип не остановился возле дверей небольшого магазинчика. Если верить вывеске тут торговали пряностями и нос Эмму не обманывал, но она помнила, что лавка мистера Голда только казалась просто антикварной лавкой в маленьком провинциальном городке штата Мэн. — Розали, — представилась хозяйка лавки. Майснер о чём то беседовал с Монро — мужем Розали. — Эмма Свон. Помощник шерифа, Сторибрук, штат Мэн. Дочь Белоснежки и Прекрасного Принца, Светлый маг. Розали удивлённо приподняла брови: — Белоснежка? — Эмма убила Анубиса. Вырвала ему сердце, — говорит Беда. — Ух ты! — Розали в неподдельном изумлении. — Эту тварь обычному человеку не просто одолеть. — Анубис? — недоумённо хмурится Эмма. — Так их называют. Ты ничего не слышала о вессен? — спрашивает Розали. — Нет, — Эмму усадили за стол в задней комнате лавки и вручили чашку с чаем. — Не слышала. — Вот теперь услышишь, — говорит Беда. Она сидит рядом и с любопытством косится на Свон. — Может позовём Бада? — Эмма вырвала Анубису сердце, когда тот схлынул, — Розали сидит во главе стола. — Так что не думаю, что ей нужна подготовка. Монро вернулся с Майснером, Эмма чувствует себя, как на экзамене — все внимательно за ней наблюдают, Розали откашливается и начинает лекцию: — Есть два вида волны… … — А вот та самая «медсестра», которую я испепелила, — Эмма удовлетворённо фыркает. — Вендиго? — Людоед, — кивает Беда. Они сидят с книгами в трейлере уже два дня. — Я «своему» отсекла голову, а Хэнк с Ником пристрелили. — А я обратила в облако пепла. — Оказывается и так можно, — ухмыляется Беда. … — Хотите сказать, помощник, что скоро с дружеским визитом нас посетят ваши новые друзья? — Регина, мэр Сторибрука, сидит в своём кресле, как на королевском троне. — Да, — Эмма сегодня немногословна — не выспалась. — Оказывается, что я, прожив в этом мире с рождения, почти тридцать лет, крайне мало о нём знаю. Даже не подозревала о многих вещах. — Беда очень многих, — произносит Регина важно. — Вы не оригинальны в этом, Свон. — Хексенбист, то есть ведьма, Гримм, Фуксбау и Блутбад, — перечисляет Эмма. — Я так нахваливала твои яблочные пироги, мэр. — Я не собираюсь платить тебе за рекламу, Свон, — фыркает Регина. — Временами ты становишься так похожа на Голда… — Он был моим любимым учителем, — Регина с каменным выражением лица делает крохотный глоток из своей чашки. — А с недавних пор мы родня, — улыбается Эмма. — И Генри сын Светлого мага, как оказалось, внук мага Тёмного, — вздыхает Регина. — Белоснежка пила неделю, — ухмыляется Эмма. — И пела в кафе Бабули разбойничьи песни дуэтом с Лероем с утра до позднего вечера. — Это был не самый долгий её загул за разбойничью карьеру, — Регина почти ностальгически улыбается. — А как ты думаешь почему Белоснежка, один из самых крутых лесных разбойников, всё никак не могла наскрести денег, чтобы сделать ноги из Королевства? Прогуливала очередную заначку и по новой приходилось деньги на отъезд собирать. Вдобавок могла с перепою забыть где схоронила добычу. — Дисней был бы в шоке… — качает Эмма головой. — Наша сказка совсем не для детей, — замечает на это Регина.