Исэйас и Железный банк

Острова и три архипелага медленно уходили под воду, а лабиринт древних тем временем медленно перестраивался. Деревни и сёла были с лёгкостью снесены буйной стихией воды, но большая часть людей всё же сумела спастись на кораблях Итэлуса, что находились в порту. Используя телекинез для ускорения тела и хождения по воде, Исэйас быстро оказался на самой высокой точке закончивших формирования «пирамид». Странные символы, что недавно украшали лабиринт, теперь сложились в искусные картины и барельефы, на вершине же возвышалось располовиненное тело Бесмира и его разрубленный амулет, пустота между двумя половинками стремительно заполнялась и вскоре это марево напоминало зево портала, что неторопливо открывался. Спустя какое-то время пирамиды продолжили рост и под ними показался нефритовый город, что, плавно возвышаясь, вновь обнажал ушедшие вниз острова и архипелаги, но теперь они были возвышенностями чего-то большего, чем гряда островов и три архипелага. Слегка возвышаясь на одной из пирамид, архимаг пытался понять, что происходит и неужели это и вправду приход буйного божества? Мёртвый город ужасающе быстро преображался, каменные статуи застывших людей начинали механически двигаться, словно марионетки в руках неумелого кукловода, оживая без лишней спешки, «местные» разбредались кто куда. Вспышки магии тут и там вызывали бурный рост флоры, и повсеместное озеленение по территории всех каменных плит, девять минут и только что поднятый из бездны град уже утопает в прекрасных садах. Активная нежить в мантиях магов шустро рыскала по пирамидам, городу и всему архипелагу, то и дело творя свою тёмную магию озеленения, задумчиво следя за пожелтевшими скелетами, Исэйас заметил, что они вылавливали тела утоплеников и ещё живых людей. Получив в свои костлявые руки плоть, нежить немедленно облачалась в местами ещё живые костюмы, выкидывая лишнее по типу чужих костей и органов, скелеты пропускали сквозь тело волны магии и оно подгонялось уже под костяк и лишь горящие алым пустоты на месте глаз выдавали в них магов. Получив плоть, темные маги собирались в центральной пирамиде и вливали все свои силы в открытие прожорливого портала, когда нежити набралось уже больше тысячи, портальное марево, жадно заурчав, выплюнуло малиновый сгусток, что притянул к себе половинки тела Замира. Избрав своим вместилищем остатки амулета, сгусток запустил процесс регенерации тела и восстановления амулета, что собирался практически на глазах у буйствующей нежити. — Убив никчёмного жреца, ты освободил мою волю. И я благодарен тебе… Как видишь, религия дело неблагодарное, стоит отойти на пару тысяч лет и всё, хотя, сам виноват, нужно было лучше отбирать жрецов. — собрав тело Бесмира воедино, неизвестный заговорил панибратским тоном. — Так что Боашу к вашим услугам, камрад. — демон вежливо улыбнулся, теперь глаза цвета индиго напоминали два застывших озера. — И знай, тебе всегда рады в темнейшем престоле, а сейчас проваливай, у меня с адептами намечены кровавые ритуалы и пир. И да, ты можешь продолжать свою торговую деятельность, но уже с моей поддержкой, города скоро отстроят, так что всегда рады добрым гостям, а сейчас пошёл прочь… — Боашу тепло улыбнулся. Осознав, что он ничего не понимает, архимаг тактично ретировался на один из кораблей его синдиката. Одолжив у капитана бутылку крепчайшего рома, архимаг в раздумьях пил в каюте, то и дело ускоряя ход корабля телекинезом. В рекордные сроки достигнув летних островов, Итэлус быстро проверил новостные сводки, и, получив данные разведки, с сожалением отметил, что Мизинец изволил отплыть, но обещал вернуться, а вот Кракен, напротив, был непреклонен и всё ещё оставался в городе, ожидая «волшебника». Также людям архимага удалось завербовать пару пташек одного паука, что отплыли вместе с мастером над монетой, были так же неожиданные конфликты с железным банком, что внезапно заинтересовался резко полученной недвижимостью и мастерскими одного сотрудника. Впрочем, разбирательство устроило не правление банка, а лишь отдел по экономическим преступлениям, что был на своей весьма специфичной волне. Отмокая в купели, Итэлус привычно пил свой целебный отвар и наслаждался жизнью, всё ещё продолжая мариновать Грейджоя переносами и периодическим отсутствием. Сладко зевнув в компании двух валлийских массажисток, что сейчас отдыхали от своей непосредственной работы, Исэйас внезапно услышал какой-то шум. Звуки боя, что энергично разносились за массивными дверями купелей, привлекли внимание архимага. Секунда, другая, — и всё резко затихло, следом тяжёлые двери нагло открылись с пинка и показался незнакомец в каких-то лохмотьях. Брюнет с аккуратной бородкой прошёлся взглядом по залу с купелями, и, найдя мага, радостно улыбнулся, вытирая клинок об одежду ещё тёплого трупа, он аристократично убрал оружие в ножны и направился прямиком к бывшему легату. Единственный глаз цвета весеннего неба торжествующе горел какой-то неведомой силой, левый же был, напротив, укрыт нашлёпником из чёрной кожи. Без каких-либо прелюдий он запрыгнул в купальню, и, подмигнув массажисткам, начал изучать задумчивым взглядом архимага, о котором слышал так много, и одновременно ничего.