Мы справимся

Он не умеет этого делать — никогда не возникало необходимости, нужные и ненужные люди обычно сами укладывались у ног, словно приглашая переступить и двинуться дальше. Может, проблема с Чоном именно в том, что он остался стоять? Он думает об этом, когда предпринимает осторожные попытки вернуться в его реальность. Занять место рядом с невыносимым макнэ, которое так долго принадлежало ему по праву. Стараясь не давить. И не привлекать лишнее внимание к своей и без того яркой персоне. — Ты, что ли, отдохнул? - В голосе Намджуна снова предупреждение, но Тэхену совершенно похуй, потому что терять ему нечего. Он либо завоюет возлюбленного, и плевать на последствия, либо тупо сдохнет без него. И тогда тем более плевать. Он прижимается к теплому боку, когда Чимина рядом нет, а камеры — есть. И Чонгуку не остается ничего, кроме как обнять, одарив мягкой улыбкой — взаимодействие, блядь. Но во взгляде, устремленном на себя, он видит не привычную нежность, а немой вопрос. И молча улыбается, залипая на до боли знакомых чертах. Пытаясь глазами донести до него ответ — ну что с тобой, Гук… Ты же знал меня так хорошо. Ты чувствовал меня, как никто другой, ты же насквозь меня видел! Гук смотреть отказывается. Он сбегает, как только отворачивается оператор, а на горизонте рисуется Чимин. И влетает в его руки, словно прячась от заебавшего наставника. Даже не подозревая, сколько боли эта скорость причиняет «старому другу». Он же чувствует мелкого по-прежнему хорошо. Чувствует, как растерянность внутри него уступает место глухой, тяжелой злости. И отступает на шаг, отводя взгляд. Старательно исчезая из поля зрения — но появляясь, как только океан эмоций внутри макнэ успокаивается для нового пробного погружения.