Я не она, я хуже

— Что-то я не припоминаю, чтобы Вас, Поттер, перевели на Рейвенкло, — подойдя к обжимающимся Гарри и Полумне, насмешливо сказала я. — Мы просто… — смущенно начал Гарри, а Луна только мне улыбалась. — Марш на свой факультет, а то Минерва меня убьет. Она с детства меня недолюбливает, — фыркнула я. — Почему? — своим лёгким и расслабленным голосом спросила Луна. От этого у меня у самой дрожь по телу пробежала. Теперь понятно, что именно в Луне зацепило Гарри. — Я была крайне сложным ребенком. Или взрослые слишком странные были для меня… Вот и всё. — Понимаю, — ещё шире улыбнулась девушка. *** Всю неделю мы с Северусом дулись друг на друга. Точнее, я дулась, а он просто в силу своей гордости не хотел первым мириться. — Итак, для того, чтобы щит сработал, надо сначала понимать, на что он похож. У волшебников они разные, у кого-то стальные, прозрачные, а у кого-то цветные. Говорят, щит — это тот самый блок в уме, который иногда защищает сердце… Мистер Малфой, Вы там не уснули? — спросила я, заметив Драко сидящим за партой с опущенной головой, который явно дремал. — Нет, профессор, — холодно и без явного интереса ответил слизеринец. С начала учебы он ведёт себя странно. Ходит вечно хмурый какой-то, унылый. Будто должен что-то сделать, но пока не понимает, как и что. — Мистер Малфой, останьтесь, — после урока сказала я, на что парень, даже не смотря на меня, остановился. — Что происходит, Драко? — спросила я, подойдя к Малфою, от которого несло…огневиски? — Ничего, профессор, — безжизненный голос и уныние витало вокруг парня. — Не стоит пить перед уроками, лучше в выходные. Профессора не оценят. — А Вы? — подняв на меня взгляд, спросил Драко. — А я тоже бухала, когда была студенткой, не мне осуждать, — пожала я плечами, и парень тихо, но искренне засмеялся. — Я так понимаю, Люциус не захотел снимать метку? — Нет, он сказал, что это слишком опасно, — выдохнул парень. — И он прав, слишком поздно её снимать. Том его просто убьет, и Вас тоже. — Я не знаю, что делать, профессор! — парень разрыдался и крепко прижался ко мне. — Иногда выхода и в самом деле нет, Драко. Только глупцы говорят, что выход есть всегда. Потому что, если ты зашёл, выход только один: дойти до конца и не сворачивать. Что бы ни говорили и какая бы цель ни была, нужно дойти, иначе ты потеряешься, Драко, — нежно гладя трясущиеся плечи Малфоя, сказала я. — А если когда ты дойдёшь, то поймёшь, что не хочешь дальше жить, потому что совесть выела тебя? — Ну, тогда, Малфой, нужно просто закрыть совесть на все замки. Поверь, это поможет. *** После занятий я должна была спуститься в кабинет Северуса и занести план дежурств. Постучав в дверь, я зашла в кабинет. За столом сидел Северус, а напротив стояла смущённая Гермиона. Заметив меня, она с испугом смотрела мне в глаза. — Мисс Грейнджер? — спокойно спросила я, подошла к столу и поставила листок с дежурствами на стол, даже не посмотрев на Северуса. — Я просто осталась, чтобы… спросить кое-что у профессора… Да и мне уже пора, — и почему-то красная убежала из кабинета. — Сделаю вид, что так и должно быть, — хмыкнула я, уже поняв, о чем говорила Грейнджер. Нетрудно понять, когда она кидает голодные взгляды на Северуса. Явно девушка страдает мазохизмом. — И это всё? — услышала я вопрос Северуса, когда уже повернулась к выходу. — А что ещё должно быть? — подняв брови, спросила я. — Ну не знаю, извинения? — поднимаясь со стула, спросил Снейп. — Ну извиняйся, — пожала я плечами. — Мерлин, ты невозможна!  С этими словами Северус схватил меня за талию и впился в мои губы грубым поцелуем. Я хаотично начала снимать с него мантию, пока он целовал мою шею, при этом сжимая бедра. Я задыхалась от его ласк, и тихие стоны срывались с моих губ. Сняв с меня мантию, Северус поднял меня на руки, жадно поедая тело глазами, и опустил на диван. Спустился, поцеловал ложбинку между моими грудьми, на что я выгнулась и со стоном начала снимать его брюки вместе с камзосом. Наши пылающие тела крепко прижимались, пока мы ласкали друг друга в холодном кабинете. Я не ощущала даже малейшего холода: жар наших тел согревал лучше заклятия. Громко вскрикнув, я запустила руку в волосы Северуса и блаженно ощутила взрыв внутри. Со стоном Северус уже всем телом лег на меня. — Люблю тебя, вороненок, — жарко прошептал Северус, накрывая нас пледом. — И я тебя, орлик, — и, широко улыбаясь, я заснула на груди Северуса.