Я не она, я хуже

— А знаешь, Алиса, не все коты улыбаются тебе. — Но ведь ты же улыбнулся! — А знаешь, Алиса, не все коты — коты. *** — Не-ет, не хочу, Том, пожалуйста, я не хочу! — я, задыхаясь, прижималась к стене, пытаясь быть дальше от Реддла. — Ты должна, Гвэндолин, — холодно и с угрозой сказал Том, хватая меня за плечи. — Не называй меня так! , — пытаясь вырваться, прорычала я. — Моя маленькая злючка, — хмыкнул Реддл. — Том, отпусти, я не смогу, — плача у него на плече, сказала я. — Сможешь. Ты точно сможешь, — шепча мне на ухо, Том всё крепче прижимал меня к себе. — Никому тебя не отдам, ты только моя, и ты не посмеешь пойти против меня! Он был зависим от меня. Такие, как он, не умеют любить, они становятся зависимыми. — Ты сумасшедший, — безжизненным голосом сказала я. — Я не сумасшедший, просто моя реальность отличается от твоей. — Книжки меньше читай, — фыркнула я. — Нам пора, дорогая. *** Открыв глаза, я устало улыбнулась. Кошмары вернулись. Повернулась к спящему Северусу, который крепко сжимал меня во сне в свои объятия. В этот момент он был расслаблен и спокоен, легкая улыбка была на губах. — Доброе утро, — хриплым ото сна голосом сказал Северус, нежно целуя меня в нос. — Доброе, — ответила я, поднимаясь и надевая на голое тело его сорочку. — Ты куда? — Ну, сначала в ванную, а потом к себе, через час уроки. — Я с тобой, — поднявшись с постели, сказал Северус. — На уроки? — хмыкнула я. — В ванную, — положив руки мне на талию, улыбнулся Снейп. — Нет. — Да. — А я сказала нет. — А я сказал да. — Спорим? — На что? — хмыкнул Северус. — На ящик мандаринок, что ты со мной в ванную не пойдешь. — Но если пойду, с тебя сто баллов Слизерину и минус сто Гриффиндору. — Договорились! Сижу такая довольная на уроке, жую мандаринку, и ещё детям дала. Дово-ольная капец. — Фто в темном лефу сдохло, что вы нам фами есть принесли? — жуя мандаринку, спросил Рон. — Наверное, большой и добрый лев, — съязвила я, на что Слизеринцы засмеялись. *** Весь следующий месяц пролетел незаметно. Каждый день с Северусом был наполнен любовью и страстью, каждый день я ощущала его любовь и понимала, что и сама по уши влюбилась. Подумать только, влюбиться в парня, который при тебе ревел из-за другой. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. — Мать твою! — воскликнула я, увидев Люциуса на пороге своей комнаты. — Не мать, Вэн, а всего-то я, — хмыкнул Малфой и вошел в комнату. — Чего ты хочешь? — спросила я, сложив руки на груди. — Не я, а Темный Лорд, — ответил Люциус, стоя напротив меня. — Чудесно, — прошипела я и протянула руку Малфою для трансгрессии. Мир закрутился, и мы оказались в поместье Малфоев, посреди гостиной, где сидели все Пожиратели Смерти, и мой взгляд пересекся с взглядом тёмных глаз… Северус — он смотрел на меня с удивлением и каким-то отчаянием. — Гвендолин. Я узнала его только из-за того, как он меня назвал. Это уже был не Том, а именно Волан-де-Морт, тот монстр, каким и являлся. — Знатно тебя жизнь потрепала, — хмыкнула я без какого-либо страха. — А всё из-за тебя, — мерзко улыбаясь, сказал он.