Римус Люпин и случайные связи

      — Блэк снова тебя обидел, и ты, как собачонка, прибежал ко мне? — Снейп насмешливо смотрит ему прямо в глаза.       — Прошу тебя, не надо. Мне и так хуёво.       — Не знал, что ты знаешь такие слова. Это Блэк тебя научил? Ему нравятся плохие мальчики? Часом ранее Римус разыскал Снейпа в библиотеке дома Блэков:       — Северус, пожалуйста, поговори со мной. С их последнего разговора прошёл ровно год. Пара фраз на собраниях Ордена не в счёт.       — Говори, — Снейп закинул ногу на ногу и демонстративно перевернул страницу.       — Давай уйдём куда-нибудь. Они трансгрессировали в Хогсмид и в полном молчании добрались до пустующего Хогвартса. Снейп запечатал тяжёлую дверь и указал Римусу на одно из кресел. Достал пыльную бутыль из зеркального серванта, откупорил её и плеснул янтарную жидкость в два высоких стакана. Римус молчал, проигнорировав его ядовитый выпад. Шерстяной свитер неприятно колол плечо.       — Я видел вас вчера, — бросил Снейп. — В твоей комнате. Вновь унижался перед Блэком, как в старые добрые времена?       — Это правда, что ты стёр мне воспоминания?       — Ты сам об этом просил, — равнодушно пожал плечами Снейп. — Хотя я предпочёл бы этого не делать. Отговаривал тебя. Теперь пожинай плоды.       — Сириус сделал что-то плохое? Поэтому я хотел это забыть? — допытывался Римус. Снейп вольготно расположился в кресле, вытянув ноги вперёд.       — Ты всё равно простил его, решив, что бедняжечка и без того настрадался в Азкабане, — с ядовитой улыбкой произнёс Снейп, хотя глаза его не смеялись. Римус залпом выпил свой напиток и закашлялся.       — Давай, изливай душу, — холодно произнёс Снейп, — ты же за этим пришёл. Что, Блэк опять тебя унизил? Сказал, что любит, а потом поджал хвост и сбежал?       — Откуда… откуда ты знаешь? — поперхнулся Римус.       — Я вижу вас всех насквозь, — зло ухмыльнулся Снейп. — И тебя, сентиментального идиота с нездоровой тягой к страданиям, и подонка Блэка. Ему нравится потрахивать мальчиков, но он никогда в этом не признается, только если набухается, как свинья. Ему противно от самого себя, а к тебе он пристаёт, зная, что ты не откажешь.       — Ты думаешь, он и правда гей? — с деланным равнодушием спросил Римус.       — Бля, ну хватит прикидываться, ты же влюблён в него со школы, скажи, что нет, — скривил губы Снейп. — Ты всегда только его и любил, мой маленький голубой оборотень, или я не прав?       — Я тебе уже говорил, что это слово давно никто не употребляет, — вздохнул Римус. Он знал, что Северус не прав, но не был готов сказать это вслух.       — От меня ты что хочешь? — прищурил глаза Снейп, проигнорировав его замечание.       — Хочу, чтобы ты помог мне.       — Что, Блэк настолько плохой любовник? — холодные чёрные глаза смотрят насмешливо и пытливо.       — Не язви, — устало вздохнул Римус. Голова нещадно болела, и он прислонил ко лбу прохладный стакан. — Северус, ты самый умный и рациональный из всех, кого я знаю. Мне так хреново. Мне уже тридцать пять, а я не знаю, как жить эту жизнь. Он хотел поговорить о Сириусе, но почему-то заговорил о себе.       — Хочешь, я проведу тебе качественную терапию? — внезапно предложил Снейп. — Разберёшься, наконец, со своими извращениями.       — Как?       — Я тебе накапаю сыворотки правды, самой лучшей, что у меня есть. По лицу Снейпа невозможно было что-либо понять, будто посмертная маска навсегда к нему приклеилась. Он правда хотел помочь? Или ещё больше поиздеваться, вывернуть душу наизнанку и, смеясь, выставить вон?       — Хорошо, Северус. Давай своё зелье. Хуже уже не будет. Снейп усмехнулся и достал из ящика стола небольшой пузырёк. Затем накапал несколько капель прямо в стакан с недопитым алкоголем.       — А так можно? — удивился Римус.       — Будешь говорить всё, что в голову взбредёт, а не просто отвечать на вопросы. Он подошёл к серванту, повернувшись к Римусу спиной, и начал там что-то переставлять. Римус, поддавшись внезапному порыву, накапал зелье и в другой стакан.       — Выпей со мной, — попросил Римус. Снейп посмотрел ему в глаза. Внезапно Римусу показалось, что Снейп всё видел, но тот выпил залпом и поставил стакан на стол. Римус последовал его примеру.       — Через сколько оно подействует? — спросил он, чувствуя, как тяжёлая с утра голова становится всё легче и легче.       — Ты поймёшь. В голове стало пусто. Римус рассмеялся, вспомнив, что испытывал то же самое лет сто назад, когда Блэк дал ему затянуться косячком.       — Кажется, это оно, — проговорил он, всматриваясь в Северуса. Он тоже это чувствует?       — Скажи, Люпин, — проникновенно произнёс Снейп, — ты любишь милашку Блэка?       — Нет, — неожиданно для самого себя ответил он. Слова слетели с языка без какого-либо внутреннего контроля.       — Очень интересно, — голос Снейпа как будто изменился под действием зелья, стал более хриплым и глубоким. — Тогда что за пиздострадания ты здесь устроил?       — Меня бесит, что он врёт о своей ориентации, — произнесли его губы, — я бы хотел, чтобы он честно признался, что ему нравятся парни. Я чувствовал это курса с четвёртого, но он всё равно притворялся.       — Ну вот и ответ, — потёр ладони друг о друга Снейп.       — Скажи, мы всё ещё друзья? — внутренне обмирая, спросил Римус. Ради этого вопроса он и использовал зелье Северуса против него.       — Да, — коротко кивнул Снейп. Римус легко рассмеялся. Как будто тяжёлый камень упал с его души.       — Мы с Блэком занимались сексом сегодня ночью, — признался Римус. — Мне, скорее, не понравилось. Слишком больно и неожиданно. Блэк всё время торопится и думает только о себе.       — Но-но-но, полегче, — выставил руку ладонью вперёд Снейп. — Кажется, я переборщил с зельем. Знаешь, мне не особо интересны подробности.       — А мне кажется, как раз, интересны, — засмеялся Римус. — Иначе ты бы не стал мне предлагать выпить. Скажи, что ты такое хотел узнать?       — Хотел узнать, что опять натворил Блэк, — пожал плечами Снейп. — И простил ли ты его снова.       — Что было в тех воспоминаниях?       — Ты уверен, что хочешь знать?       — Конечно, — без колебаний сказал Римус.       — Ты попросил собрать их перед тем, как я их стёр. Снейп выдвинул нижний ящик серванта, в котором покоилась большая резная чаша — Омут памяти.       — Это безопасно? — улыбнулся ему Римус. На душе было невероятно легко, как во времена, когда они со Снейпом были школьниками и часами бродили по заснеженному лесу, болтая о том о сём.       — Уверяю тебя, — фыркнул Снейп. — Но тебе может не понравиться. Он опустошил один из флаконов и положил руку Римусу на плечо. Он вздрогнул от этого невинного касания и закрыл глаза, опуская лицо в пиалу. Римус будто провалился в комнату через потолок. Пока его глаза привыкали к темноте, он понял, что видит всё от первого лица. Конечно, это ведь были его воспоминания! Он сидел в углу пустого класса. Рядом кто-то был. Кто-то высокий и в мантии с зелёной оторочкой. Римус вскрикнул от неожиданности, узнав Снейпа. Снейп-подросток тянется к нему с поцелуем. Грязные длинные волосы занавешивают ему лицо. Жадный язык нагло исследует его рот, а руки уже расстёгивают рубашку. Снейп прижимает его к стене, а Римус так поражён, что не может сопротивляться. Он абсолютно голый, а у его оппонента расстёгнута только ширинка, откуда торчит вздыбленный, весь в синих венах член. Римус резко вынырнул и во все глаза посмотрел на Снейпа:       — Северус? — умоляюще произнёс он.       — Смотри, — и уверенная рука опускается на его затылок, наклоняя вниз, к чаше. Юный Снейп приставляет крепкий член к его губам, но Римус мычит:       — Нет! Но Снейп зло и уверенно трахает его в рот. Он чувствует его член горлом и почти задыхается. Сколько же это продлится? Римус ощущает запах пота и давно нестиранного белья. Снейп, наконец, вытаскивает член из его рта и со стоном кончает ему на лицо, размазывая сперму по губам. Римус пытается увернуться, но худая жилистая рука крепко держит его. Он поднимает голову и вскрикивает от удивления: длинные сальные волосы словно втягиваются в череп, а чёрные глаза становятся голубыми. Сириус с ухмылкой смотрит на него…       — Что за?.. — он снова выныривает из Омута и несколько раз проводит по лицу рукой, словно всё ещё ощущая на нём нечто липкое. Неожиданно для себя он ощущает возбуждение, и вопрос сам собой возникает у него в голове: Сириус или Северус?       — Там есть продолжение, — Снейп внимательно смотрит на него, и Римус замечает его еле заметную улыбку. Неужели догадался?       — Нет, спасибо, — мотает головой Римус. — Зачем Сириус это сделал?       — Чтобы тебе было противно всякий раз, как ты меня видишь.       — Что за идиотизм?!       — Он бесился, что мы общаемся. Хотел, чтобы ты был только его.       — Почему я попросил тебя стереть их?       — Тебя это мучило. Ты не мог понять, почему он так поступил с тобой. Зачем решил причинить боль. Но теперь мы оба это знаем — только так он мог удовлетворить свою страсть к мужским задницам, при этом не выдав себя.       — Там и такое было? — ужаснулся Римус. — Да уж, Бродяга, что у тебя в голове… Он всё никак не мог унять возбуждение. Ему было неловко, но он знал, что сыворотка всё равно заставит его рассказать.       — Знаешь, Северус, я был бы рад, если бы это был ты, — произнёс он. — Я думаю, ты бы не стал делать мне больно.       — Не стал бы, — глухим шёпотом ответил Снейп. Его руки еле заметно подрагивали.       — Может, поцелуемся? Он не стал бы этого говорить, если бы не зелье.       — Почему бы и нет. Снейп нежно касается его губ и тут же отстраняется. Римус прикрывает глаза и выдыхает через рот, стараясь выровнять дыхание. Снейп тянет его на диван и садится рядом.       — Северус, знаешь, ты всегда мне нравился.       — Трудно было не догадаться, — ухмыляется он. Римус целует его в шею, и Снейп запрокидывает голову на спинку дивана.       — Ты всё ещё держишь на меня зло за ту школьную ссору? — шёпотом спрашивает Римус, зарываясь пальцами в его длинные чёрные волосы.       — Когда ты чуть не сожрал меня под Гремучей Ивой? — сардонически уточняет Снейп, прикрывая глаза.       — Нет, когда я после этого всё равно остался с Джеймсом и Сириусом.       — Ты получил от Блэка сполна. Римус тронул его губы своими. Снейп обхватил его лицо руками.       — Рем, — выдохнул он и разомкнул обветренные губы. Его затуманенные глаза блестели. У Римуса по спине побежали мурашки. Как давно его никто так не называл! Он закрыл глаза. … Спустя вечность они оторвались друг от друга.       — Ты что-то чувствуешь ко мне? — спрашивает Римус.       — Ты мой друг, Люпин, — пожимает плечами Снейп, смотря прямо в глаза.       — Понятно, — кивает Римус. — Понятно. Сыворотка правды не позволяет лгать.       — Я не могу дать то, что тебе нужно, Рем.       — Я понимаю. В любом случае, спасибо за всё, что ты сделал для меня.       — Рад был помочь, — кивает Снейп. — У меня дела сейчас, ты не мог бы уйти? Я надеюсь, сеанс не прошёл впустую.       — Уже ухожу, — Римус поднялся с дивана. — Я всё понял про Сириуса. Пусть удовлетворяет свои потребности без меня, — улыбнулся одним уголком губ он, направляясь к двери. — Пошёл он к чёрту.       — Ты знаешь, Нимфадора в тебя влюблена, — неожиданно произнёс Снейп.       — Да ты что? — удивился Римус. — С чего ты взял? Он уже поворачивал дверную ручку.       — Подслушивал и подглядывал.       — Только этого не хватало, — устало вздохнул Римус. — И что мне с этим делать?       — А ты подумай, может, успокоишься, наконец, — кажется, он это серьёзно. — И Блэк от тебя отстанет. Не будет же он вставать на пути у своей племянницы.       — Я подумаю. Спасибо тебе, — пожал ему руку Римус.       — Кстати, Люпин, — начал Снейп, становясь в дверном проёме. Римус обернулся.       — Сыворотка правды не действует на окклюментов. Римус замер с открытым ртом, но Снейп уже захлопнул дверь.       Снейп поворачивается к серванту и кидает в него пустую бутыль. Зеркало со звоном разбивается.       — «Я не знаю, как жить эту жизнь», — передразнивает он. — Как будто кто-то, блять, знает. Как будто кто-то, блять, знает.