Мальчик из прошлого

      Из гостиной были слышны хохот и разговоры. Я закрылась от всего мира, надела наушники и врубила «Ривердейл». Обожаю пересматривать сериалы. Конкретно с этим меня познакомила одноклассница. Я не фанатка детективов, но сюжет закручен так, что можно пересматривать вечно и не надоест. К концу 3 сезона у меня закончился попкорн и кола. Такая досада: вторая упаковка осталась на кухне. Это значило, что придется пройти мимо тусовки брата и его друзей. Я на цыпочках вышла из комнаты и маленькими шагами направилась к кухне. Уже подходя к своей цели, я услышала: — О, Чари, иди к нам! Я вздохнула, закатила глаза и заглянула в комнату. Слава всем богам, что оделась я прилично, а не в пижаму. В гостиной все сидели по кругу. Как оказалось, меня позвал Тэхён. Рядом с ним сидел брат, я поймала его взгляд. — Нет, давайте продолжим, — сказал он. — Чем больше людей, тем интереснее. Чимин, не напрягайся, — проговорил Джун, хлопнув друга по плечу. — Иди сюда, Чари. «О боже… " — подумала я про себя, но, натянув довольное лицо и улыбку, присоединилась к компании. Помимо парней там сидело две девушки, видимо, подруги старшего. Я села рядом с братом. Тот сразу наклонился к моему уху. — Зря ты пришла. — Что вы делаете? — спросила я, указав взглядом на перевернутую бутылку в центре стола. На самом деле у меня было предположение, которое подтвердилось. — Это игра. Как в бутылочку, только называется «7 минут рая.» Это значит… — Я знаю, что это значит. Откуда я знаю? В одной из первых серий «Ривердейла» главные герои играли в подобную, если не такую же, игру. — Итак, Чонгук, крути, — сказал старший, а девушки захихикали. Чон улыбнулся и раскрутил бутылку. Она долго выполняла движения по кругу и остановилась. Горлышко указывало ровно на меня. Одна из девушек вздохнула. — Вау, да ты фортовая, — заметил Джун. Я взглянула на брата, его лицо было напряженным. — Правила есть правила, — сказал Тэхён, пожав плечами на грозный взгляд Чимина. Я немного растерялась. Чонгук подошел ко мне и протянул руку. Я взялась за крепкую ладонь и последовала за ним. Мы пришли в кабинет брата — очередную комнату его квартиры. Там стоял довольно большой для одного человека диван, синтезатор, стол и много разных других вещей. Благодаря сериалу, я знала, что делают в этой игре. Но, как только дверь за нами закрылась, Чон отпустил мою руку. Я села на диван и потерла руками свои красные от смущения щеки. Парень же встал напротив, облокотившись на стену. Тишина держалась около минуты. Первым её нарушил Чонгук. — Я не узнал тебя сначала… Ты так выросла. — сказал он, не поднимая глаз. — Ты тоже… Всего пары фраз хватило, чтобы понять, что разговор выходит неважным. — Чари, — Чон поднял на меня взгляд. Он был каким-то другим, не таким, как в гостиной. — Ты помнишь? Семь лет назад? — Да… — ответила Я виновато.

***

Я все прекрасно помнила. Мы с Чонгуком встречались, когда учились в школе. Это даже нельзя было назвать отношениями, потому что мы были очень маленькими (это было в мои 12, его 14). Но между нами произошла серьезная ссора: Чонгук, можно сказать, изменил мне. Когда ему уже было 15, их троица стала популярной в школе. На одной из перемен я застукала его, целующегося со старшеклассницей. В тот день домой я пришла зареванная и с разбитыми коленками. О да, я умудрилась споткнуться о камень на улице и проскользить по асфальту. Я рассказала все Чимину, пока он обрабатывал зеленкой мои ранения. Обида была сильной, да и брат лишний раз не подпускал младшего ко мне, хоть они и в хороших отношениях. Чонгук всячески пытался извиниться, искупить вину, но я игнорировала. В день моего отъезда за несколько минут перед регистрацией брат вручил мне какой-то конверт. Пока мама спала, я прочитала письмо, что было в нем. Естественно, оно было от Чонгука. В нем он признавался мне в любви, писал, что будет очень скучать и кучу других подобных слов. В конце была просьба звонить и писать ему, хоть иногда, но за семь лет я ни разу не сделала этого. Сначала от обиды, а потом уже забыла.

***

— Почему ты так и не связалась со мной? Я не знала, что ответить. Прошло много лет, и сказать, что от обиды, было глупо. — Ладно, не говори ничего. Я поступил очень некрасиво тогда. Когда хëн привел тебя на вечеринку… Все внутри меня перевернулось. Чонгук неожиданно оказался рядом со мной на диване. Я начала разглядывать его забитый рукав и слегка коснулась одной из татуировок на тыльной стороне его ладони. — Ты всё так же прекрасна… — сказал он с небольшим придыханием и перехватил мою ладонь. Это была картина маслом, словно Ангел и Демон, которым не положено быть вместе. Мы осматривали друг друга: я скользила взглядом, то по широким плечам, то по мускулистым рукам, по черным, немного вьющимся волосам. Я чуть не поддалась искушению, когда Чонгук потянулся к моим губам. Я вскочила с дивана, как будто меня облили ледяной водой. — Уже прошло семь минут… — сказала я и пошла в сторону двери. — Да… — ответил Чон и сделал то же самое. В комнате нас встретили восторженными хлопками, но когда увидели наши лица, то затихли. — Что такое, Чонгук? — Потом, — ответил Чон старшему и взглянул на меня, слабо улыбнувшись.

***

Мы с Чимином, как в детстве, лежали на кровати, протянув ноги вдоль стены. — Чари. — М? — Что вы делали с Чонгуком? Я посмотрела на брата. — Ты сомневаешься во мне? — Пойми, — сказал Чимин, сев на кровать. — Тебе не стоит с ним связываться. — Оппа, ну уже столько лет прошло… — Дело даже не в этом. После твоего отъезда у него сразу появилась девушка, а потом и не одна. Он жуткий бабник. Я села напротив брата, подогнув ноги под себя. Он взял меня за руки. — Пойми, я не хочу, чтобы ты распылялась на лишних людей, а уж тем более наступала на одни и те же грабли. Он не достоин тебя. Я натянуто улыбнулась Чимину. — Хорошо, оппа, я поняла тебя. — Ты уже взрослая, я не могу запретить тебе и ему видеться. Но пообещай, что не наступишь на те же грабли. — Обещаю. — Вот и славно, а теперь ложись спать, у тебя завтра учеба начинается. Брат накрыл меня одеялом. — Я так люблю этого милого Чиминни, пусть он появляется почаще. — Только для тебя, Чари. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, оппа. Но я долго не могла уснуть. Чон Чонгук. Он не выходил из моей головы. Я терзала себя воспоминаниями. Это было прекрасное время. Вот мы в парке аттракционов идем, держась за руки и поедая сахарную вату, затем садимся в наше укромное местечко под деревом, похожим на зонт. Розовое облачко ваты остается на черных волосах Чонгука. Я смеюсь и аккуратно убираю сладость, а он смотрит мне прямо в глаза. А вот мы в кино на триллере. От страха я вскрикиваю, а Чон обнимает меня, успокаивая. А вот мой день рождения. Чонгук дарит мне подарок, целуя в красные щёки. Я открываю коробку и вижу лист бумаги, примотанный к более маленькой коробочке, в которой лежал очень милый браслет. Я осмотрела лист, там был написан текст песни. А песня была обо мне, отчего я сильно обняла Чонгука. Но хорошие воспоминания сменяются одним ужасным — я иду по коридору, ища Чона и захожу в секцию, где он обычно читает книги, и вижу его со старшеклассницей. В какой-то момент мы встречаемся с ним взглядами, слезы начинают наворачиваться на мои глаза, и я убегаю. Слышу за спиной шаги и ускоряюсь, забегаю в женский туалет и сползаю по стенке, вытирая слезы…

***

Противный будильник. Голова ужасно болит и без него. Комкаю одеяло, помещаю ноги в тапочки и плетусь на кухню. Стол накрыт, а рядом с тарелкой записка: «Хорошего дня, сестренка. Я буду поздно.» После того, как завтрак исчез со стола, я включила компьютер, надела очки и приготовила канцелярию. Думаю, что процесс моего обучения описывать не обязательно. Для Вас это нудно и скучно, но меня очень захватывает. Как только я дописала последнее слово в конспекте, мне пришло уведомление. Неизвестный: — Привет, Чари. Нам нужно поговорить. Чари:  — Это кто? Чонгук, это ты? Неизвестный: — Да, это я. Чари:  — Откуда у тебя мой номер?! Чонгук: — Ты же знаешь, я могу отыскать все, что угодно, если это в моих интересах. Я закатила глаза, вздыхая и продолжила переписку. Чари:  — Ну чего тебе, Чонгук? Уже много лет прошло, чувства уже ушли. И не вернутся. Чонгук: — Ты уверена? Твой взгляд вчера говорил об обратном. Я не ответила и отключила смартфон. Через пару минут снова пришло уведомление. Чонгук: — Чари… Прости меня, пожалуйста, за тот поступок и за вчерашнее. Чари:  — Гуки, я не в обиде, просто… Чонгук: — Просто что? Я долго думала, что ответить. Мне пришла самая клешированная идея. Чари:  — У меня есть парень. Из Америки. Чонгук: — А. Вот оно как. Чари:  — Я не сказала раньше, извини. Чонгук: — Все нормально, мы же друзья? Чари:  — Да. На этом наш диалог закончился. Я не люблю обманывать людей. Но это же во благо, так? Нет, все-таки мне не дает это покоя. Есть только одно место в мире, где я смогу успокоиться. Я оделась, взяла сумку с планшетом и вышла на улицу. Ноги сами привели меня туда. Парк аттракционов. Лавочка под деревом, похожим на зонт. Я все эти годы хотела попасть сюда. Мои пальцы застучали по экрану планшета. У меня родилось пару строчек, и я добавила их в свой стих, написанный ранее. Да, я люблю стихи и пишу их. Вдруг чья-то рука легла на край планшета. Я моментально опознала эти татуировки. Мне было страшно поднять глаза, но я сделала это. — Ч-Чонгук? Он сел рядом, скинув рюкзак на землю. Как всегда, весь в черном. — Почему ты здесь? — спросил Чон, посмотрев на меня. Я узнала того самого Чонгука. Того самого, с которым мы ели сахарную вату, ходили за руку и смеялись. Мне снова показалось, что мы выглядим, словно Ангел и Демон. — Пусть ты и нашла спутника по жизни, но я не хочу терять тебя. У нас было прекрасное время, и ты не можешь это отрицать. — Я и не отрицаю. Ты прав от и до. — Хочу отбросить обиды. Подождешь меня здесь? Я кивнула, а Чонгук убежал куда-то. Вернулся он с двумя палочками, на которых красовались облака сахарной ваты. Я не заметила как на моем лице появилась широкая улыбка. — Ммм, как в детстве… — сказала я, засовывая в рот сладость. Мы смеялись, вспоминая школьные годы и засиделись допоздна. — Я провожу тебя, — Чонгук подхватил мою сумку, и мы пошли в сторону дома.