Унесенные Хогвартсом

      Выйдя из большого зала, Джек пошел в гостинную. На пути он думал о наказании, которое ему назначила Амбридж. Интересно, в чем оно заключается? Зная эту женщину, будет хорошо, если она не скажет ему вскрывать себе вены, и в дальнейшем отрезать себе конечности. Хотя никто не знает, что она делает с учениками, так-что Джек в неком роде первооткрыватель.       — Ну что, как прошел 1-й учебный день? — спросил Ник.       — О — отвратительно. — кратко ответил Джек, плюхаясь в свое любимое кресло у камина.       — А что-то происходило? — призрак поднял брови.       — Нууууу, — протянул Джек, смотря на портрет возле камина. — ну как сказать? Одним словом — да, произошло. И наверное впервые в жизни виноват не я.       — Как это? В какой-то заварушке виноват не ты?       — Спроси лучше у второй старосты, я вообще не знаю что там происходило, — ответил Джек более беспечным тоном.       — А причем здесь Эльза? — Ник окончательно потерял нить разговора. — В жизни не поверю, Что она что-то натворила.       — Как мы поняли, вы о защите говорите? — в гостинную вошли Питер и Ричард. На их лицах играли широкие улыбки.       — Ну, частично да. — пожал плечами Джек.       — Оооооуу, — протянул Питер. — мне вообще кажется, что это была самая быстрая схватка во всем волшебном мире.       — Схватка? — ник схватил себя за голову, и тут же поместил ее обратно на шею. — Кто там с кем сражался?!       — Эльза сражалась с профессором Амбридж, — просто сказал Ричард, и продолжил гораздо более воодушевленным голосом. — короче, Джек, когда ты вышел из кабинета, на Эльзу что-то нашло. Она оглушила Амбридж, и…       — …И наслала на нее немоту. — продолжил за брата Питер. — Никто не станет спорить — было хоть и не долго, но красиво.       — Тихая, милая, добрая девушка, — с хорошо видимым сарказмом сказал Ник. — а что в итоге стало с профессором?       — Эльза говорит, что с ней все нормально, — пожал плечами Питер. — но судя по ее выражению лица, она была бы далеко не против наложить на Амбридж заклятие еще разок, да на этот раз что-то потяжелее. Во всяком случае, никто не знает чего это она на нее накинулась.       — Послушайте, — обратился Ник сразу к 3-им. — не стоит ли вам на данный момент задуматься об уроках?       — Не стоит. — махнул рукой Джек. — Эти занятия у нас будут только через неделю. Так зачем париться, если можно немного отдохнуть?       — А что у вас там завтра? — спросил призрак.       Джек посмотрел в расписание:       «Вторник:       9:00 — У.З.М.С. — Пуффендуй.       10:30 — Трансфигурация.       12:00 — Заклинания. — Когтевран.       13:30 — Магловедение.»       — Ну в прицепе неплохо, — оценил Джек, убирая расписание в сумку. — можно даже сказать, что день выходит вполне хорошим.       — За исключением того, что ты наказан, — подметил Питер.       — Спасибо что напомнил. — ответил Джек, при этом скривив гримасу отвращения.       — В смысле наказан? — глаза Ника округлились.       — Ну да, меня наказала Амбридж, и я должен со вторника по пятницу приходить к ней в кабинет и отбывать наказание, — скучающим тоном заговорил Джек, закатив глаза. — ладно, схожу дисциплину проверю. Это же одна из моих обязанностей. Не буду ее выполнять — мне голову отчекрыжат.       Выйдя из гостинной, он пошел к большому залу, так как там было больше всего мелких учеников. Проводив второкурсников и первокурсников в большой зал, Джек стал ходить по замку, и в итоге забрел в какие-то коридоры.       — О, привет, Джек! А что ты делаешь у башни Когтеврана?       К нему подошел Майкл МакГонагалл. В руках он все еще держал «Крошечные страхи». Через его плечо была перекинута школьная сумка. Он поднял ладонь вверх, и Джек хлопнул по ней.       — Привет, Майкл!       — Того-же! Слушай, а что насчет ответа мой вопрос?       — Да так, хожу дисциплину проверяю.       — Не на своем факультете?       — Нет. Шел проверять целы ли мелкие, и в итоге забрел сюда. Кстати где мы? — оглядевшись спросил Джек.       — Это самый длинный путь к гостинной Когтеврана, обычно тут хожу только я — не очень люблю внимание. — Майкл пожал плечами.       — Понятно, — Джек улыбнулся. — Как день прошел?       — В принципе нормально. Тот факт, что меня наказала профессор трансфигурации я не буду брать во внимание.       — Опа! Значит я не один в первый же день наказан? Прямо-таки бальзам на душу. — Джек обрадовался. Все таки не ему одному с завтрашнего дня придется страдать.       Парни начали подниматься по лестнице.       — Ага, — ухмыльнулся Майкл. — умиратворяющий. А у тебя завтра сколько уроков?       — 4, а что?       — Ничего, просто спросил. Так-то у меня их столько-же, и я тут подумал, давай встретимся завтра после уроков часа в 3-4? Если ты не против, можем обсудить с тобой постановку динамита в кабинет Амбридж, был бы не плохо.       — Давай! — согласился Джек, и на радостях о том, что ему завтра будет чем заняться помимо учебы, быстро взбежал вверх по лестнице.       — Можешь там помедленнее? — сказал подбегающий к нему Майкл слегка сиплым голосом. Согнувшись вдвое, он облокотился на перила и пытался перевести дыхание. Парень сильно побледнел, казалось, что он начал задыхаться. — Мне быстро бегать нельзя!       — Анапнео! — сказал Майкл, направив палочку себе на грудь. — Вроде полегчало.       — А с чего это тебе бегать нельзя? — спросил Джек, помогая товарищу выпрямиться в полный рост.       — У меня бронхиальная астма. Бежать быстро начинаю, и все. Начинается удушье, бледнота, слабость, кашель и все тому прочее. Да и к тому-же эта зараза никак не лечиться, она врожденная. А анапнео — судя по всему, заклинание, спонсирующее мою жизнь.       — Н-да, — это было единственное, что Джеку удалось произнести. Вечно у него какие-то проблемы — то с друзьями, то с головой, то у него начинается круговорот его собственных чувств…       — Ничего страшного, — приободрил друга Майкл, видя как он невесело выглядит. — а чего это ты грустишь?       — Да то, что у меня вечно какие-то проблемы! — вскрикнул Джек. — То с головой, то с друзьями, да со всем, чем только можно!       Он в ударил кулаком по стене, тем самым чуть не сломав кисть правой руки. Но внезапно кирпич вдавился в стену. Джек подумал, что кирпич был закреплен в стене не плотно, и своим ударом Джек, считай, разрушил 1-ну из стен замка, но нет. Около десятка ступеней перед ними превратились в плоскую поверхность, и медленно начали опускаться вниз, образую некое подобие горки. Спустя пару секунд горка превратилась в лестницу, а кирпич вернулся в исходное положение. Внизу лестницы виднелся темный коридор.       Парни переглянулись.       — Я не знаю, что это, но я пошел! — сказал Джек, опускаясь вниз по лестнице.       — Ты куда? Совсем с ума сошел? — Майкл попытался остановить друга.       — Да, я сошел ума, — подтвердил Джек, и краем глаза увидел, как его товарищ машет руками и что-то рассерженно бубнит себе под нос. — хватит там ругаться, со мной идешь?       — Иду я, иду! — пробубнил Майкл, спускаясь по вниз по лестнице, на ходу зажигая палочку. — Люмос!       И как только вторая нога парня ступила на пол, лестница вернулась в исходное положение       Коридор был довольно темным и длинным. Некоторые кирпичи на стенах и полу потрескались. Стоял очень странный для коридоров Хогвартса запах — запах лепестков роз и снега. Было видно, что сюда уже давно никто не заходил.       — Прохладно тут, — заметил Майкл.       — Возможно ты и прав, я же холода не чувствую — пояснил Джек. — Но мне интересно, у всего этого конец то будет? Мне, если честно, кажется, что мы в Отдел тайн каким-то образом попали.       В этот момент Джек почувствовал шевеление в нагрудном кармане.       — Луис, что такое? — он достал лечерку из кармашка. — Успокойся, все нормально!       Луис начал вести себя очень странно. Вытягивая длинные пальцы он как будто бы пытался указать путь. В промежутках между указыванием направления, он хватал себя за уши и тихо попискивал.       — Джек, — слегка дрожащим голосом сказал Майкл. — я вижу дверь.       И действительно. В самом конце коридора виднелась дубовая резная дверь, с ручкой посередине. Когда они подошли к ней, Луис сразу успокоился.       — Алохомора! — сказал Джек, наведя палочку на замочную скважину. Ничего не произошло. — И что теперь делать? Алохомора!       Снова ничего.       Луис совершенно неожиданно запрыгнул на ручку двери, и прильнув к замочной скважине, он всунул длинные пальцы в замок, повертел ими, и дверь легко отворилась.       — Спасибо, Луис! — Джек подал лечурке пару яиц светляков, сажая его на плечо.       Распахнув дверь, перед ними предстала не очень большая комната, с большим камином, резным столом, и судя по всему, обломками какой-то мебели. В противоположном конце комнаты стояло большое разбитое зеркало. На всех поверхностях лежал слой пыли толщиной дюймов 10.       — Джек, кхе-кхе, смотри! — Майкл легко потряс друга за плечо, после чего тот закашлялся. — Ой, кхе-кхе, извини.       — Возьми, — Джек подал ему наколдованный смоченный водой кусок ткани. — закрой рот с носом, хоть так не задохнемся. Так что у тебя там?       — Стена.       — Что?       — Посмотри на стену.       Майкл показал на стену, у которой стоял камин. Приглядевшись повнимательнее, Джек заметил едва видимые буквы, написанные чем-то красным, возможно кровью. Подойдя к стене почти вплотную он все равно не смог полностью разглядеть то, что было на ней написано.       — Апарекиум! — сказал Джек, наведя палочку на стену, и через несколько секунд на ней проявились слова, которые невольно заставили мальчиков нервно оглядываться:       «Пожалуйста, основатели, не хороните меня рядом с ней!»       — Основатели? — слегка сипловатым голосом спросил Майкл. — Считай, это было написано веке в 10-м.       — Чувак, а то что это написано кровью тебя прям вообще не смущает? — Джек обернулся к товарищу.       — Смущает, хотя… Постой! — Майкла как будто озарило. — Акцио, клинок!       Ничего не произошло.       — Какой еще клинок?       Вопрос остался без ответа.       — Тут что, магия вообще не действует? — Майкл подошел к столу, и попытался оторвать клинок. Следующие несколько минут попыток результата не дали. — Не отрывается, зараза. Наверное заклятие вечного приклеивания.       — Подожди секунду, — Джек тоже подошел к столу. Наведя палочку на клинок он произнес:       — Джеминио!       На столе появился второй клин, точно такой-же. Джек взял его и начал рассматривать. Клинок был в длину дюймов 5-6, он был сделан из серебра, на рукоятке красовались красные рубины, возле камней красовались инициалы: «Д. С. П.», и на другой стороне рукояти их расшифровка: «Джейн Сьюзан Патил». На лезвии была отчетливо видна давно засохшая кровь.       — Жутко, — прошептал Майкл. Но гораздо более страшным было то, что через несколько секунд парни услышали громкие всхлипы.       — На счет 7 оборачиваемся, — предупредил Джек. — 1, 2, 7 — давай!       Когда они обернулись, то увидели высокую сероволосую девушку, с серебряной тиарой на голове. Так стоп!       — Немая Дама, — едва слышно прошептал Джек, но даже не смотря на это девушка услышала его и обернулась.       — Как вы сюда попали? — спросила она очень грустным, слегка дрожащим и прерывающимся голосом.       Джек вспомнил слова Ника, сказанные ему пару лет назад: «Все Когтевранцы странные. И если хочешь, чтобы они тебя поняли — говори обо всем с самого начала.». А так как Немая Дама первый ученик этого факультета, логичнее всего предположить, что она самая странная во всей школе (ну, не считая Дамблдора). По-этому Джек пару секунд подумав, кратко ответил:       — Злость.       Девушка посмотрела ему прямо в глаза. От ее взгляда больших серых глаз стало не по себе.       — Ты, я надеюсь, не Скотт Киллерверинн? — спросила она у Майкла.       — Во-первых: кто это такой? Во-вторых: Нет. Я — Майкл МакГонагалл.       — Понятно, — сказала Дама, уронив слезу.       — Инна. Инна Линетт Патил. — представилась она.       — Секунду, — Джек достал клинок из кармана, и посмотрел на инициалы. — я не хочу показаться Томом Фелтоном, но разве некая Джейн…       — Да, — подтвердила Инна. — она — моя младшая сестра.       — Кстати, — сказала она, увидев Гриффиндорский галстук у Джека на шее. — ты можешь найти ее на своем факультете, но для этого нужна сила, заряжающая эмоции подсознательно, действующая на разум, или как ее еще называют — особый язык души…       — Одним словом — тебе нужна музыка, — сказал Майкл.       — Именно, — подтвердила Инна, роняя слезу за слезой. — о, Джейн, я конечно понимаю, что тебе было жалко Роджера и Джона, но это не стоило твоей смерти, Джейн!       Девушка заплакала. Майкл и Джек переглянулись. Во взгляде друга Джек разглядел вопрос «Как мне на это реагировать?».       — Не обращайте внимание на это, — сказала Инна, вытирая слезы с щек. — я постоянно плачу. Для призраков это уже некая обыденность. Про Миртл Уоррен я вообще молчу!       — А можно вопрос? — спросил Майкл, и не дожидаясь ответа продолжил. — Призраки изменяются во внешнем виде после смерти, или все-таки нет?       — Меняются.       — Тогда вопрос касаемый твоего лица полностью разрешен.       — Вам пора идти. — совершенно неожиданно сказала Инна, и указала на дверь. — Уходите.       — Конечно, — согласился Джек, и кивнул Майклу на дверь.       Подходя к концу коридора, перед ними спустилась лестница. Поднявшись по ней, они переглянулись.       — По башням? — спросил Майкл.       Джек кивнул. Идя к себе в гостинную, он задумался на счет того, что он увидел и услышал. Было странно, но вспоминая слова Инны и Майкла, о том, что-бы увидеть Джейн нужна музыка, Джек вспомнил ритуал по призыву Кровавой Мэри. Но все равно, помимо обязанностей старосты и учебы добавилась еще и разгадка тайны Джейн и Инны.