вина

- честно, я совсем сбит с толку. у меня нет слов... шуичи пораженно выдохнул, казалось, выбросил весь воздух из лёгких. он не знал, что теперь ему следует делать. его так умело обвели вокруг пальца, что не оставалось ничего, кроме как смириться. и, честно уж говоря, ему это даже нравилось. - но ты все ещё говоришь, саихара-чан. кокичи усмехнулся, прикрыв рот ладонью. шуичи посмотрел на него — и потерялся в его глазах, потерялся, рассматривая его снисходительное, гордое выражение лица, потерялся окончательно, когда тот убрал руку от лица, и саихара увидел слабую улыбку. наверное, в этот момент всё пошло совершенно не по плану. шуичи чувствовал себя виноватым, нет, больше — растоптанным, будто в его сердце покопошились грязными руками, и как только его вообще угораздило стать таким неосмотрительным, таким... ему не следовало так невнимательно и глупо влюбляться, видимо. не было на свете ничего хуже, чем встречаться лицом к лицу с отказом. с таким насмешливым, горьким, безэмоциональным, холодным — он мог подобрать тысячу и одно слово, чтобы описать это. факт оставался фактом, сухим и безразличным: с тобой поступили так, как ты когда-то поступил с ним. и шуичи понимал, что он это заслужил. он сокрушенно опускается на стул, в комнате мигает лампочка, надо заменить, но сегодня уже ничего не хочется. кокичи обходит его, смотрит ему прямо в глаза и противно, жестоко отстраняется. - я, наверное, пойду, саихара-чан. он бросает это так небрежно, что этому самому саихаре-чану и не хочется его останавливать вовсе. кокичи выходит в коридор, быстро обувается, видимо из вредности, а может и правда из неосторожности напоследок оставив несколько грязных следов от подошвы на полу, машет на прощание рукой и выходит. и шуичи остаётся беспробудно один в своем доме с четкой установкой никого и никогда больше не подпускать к своей душе. наверное, он совершил большую, большую ошибку, хотя с другой стороны, можно было ли приказать своему сердцу? год назад кокичи признался своему другу в чувствах, но получил от него отказ — саихаре давно нравилась каэде. многое поменялось за это время, они с акамацу остались друзьями, например, и только совсем недавно саихара понял, что на самом деле чувствует, и чувствовал уже даже тогда, просто боялся себе в этом признаться. он действительно любил ому. он понял это, когда тот на секунду встретился с ним взглядом, раскинув руки и вопя от восторга на американских горках. он убедился в этом, когда тот принес ему таблетки от кашля, когда шуичи заболел. столько времени находиться рядом, заботиться, зная, что тот, кого ты любишь, не любит тебя в ответ. словно ты выбрал его из тысяч миллионов,

а тебя не выбрали вовсе.

шуичи только сейчас смог осознать, каким это чувство было на вкус. он распробовал, и ему совсем не понравилось. мог бы он быть виноват в том, что ему нравилась другая? вряд ли. сегодня ома его в этом и не обвинял. сегодня, усаженный в кресло и напоенный чаем, заваренным дрожащими руками детектива, нервно и волнительно предвкушающего хороший исход событий, кокичи ома и не подумал обвинить его прямым текстом. он просто, впившись взглядом в глаза шуичи, обронил, словно ему это ничего и не стоило: - но я уже давно потерял к тебе то, что чувствовал, шуичи. эти слова обожгли. и шуичи не осталось ничего, кроме как обвинить себя самому. он представил, как держит кокичи за его теплую руку, как они с ним смеются вместе над чем-то незначительным, представил, как обнял его и робко коснулся его губ своими, а потом это все рассыпалось, разбилось в его сознании, не оставив после себя даже самых крохотных кусочков. шуичи уронил чашку, случайно задев ее локтем, и даже не заметил, с каким звуком она разбилась. внутри у него было так оглушительно и звеняще пусто, что это было намного громче какого-то битого стекла. в следующую секунду он судорожно схватил телефон, набрал выученный наизусть номер, и, практически задыхаясь, взмолился в трубку: - пожалуйста, можем мы встретиться завтра? на том конце провода уклончиво вздохнули. шуичи готов был поклясться, он знал, что человек там в сомнении повел плечом, как делал это всегда, когда не успевал ещё совладать со своими эмоциями и напустить на себя очередную маску. - это по поводу сегодняшнего разговора, мистер детектив? он отозвался с такой озорной интонацией, что саихара на секунду поверил, что всё хорошо. - нет... или да, я не знаю. в любом случае, мы же с тобой можем общаться дальше, ну, то есть, как друзья, верно? кокичи тихонько засмеялся. - похоже, я действительно заставил мистера детектива волноваться! - пожалуйста, кокичи, ответь мне. ома перестал смеяться. на секунду повисла тишина. дальше — только гудки. шуичи в смятении отбросил телефон и упал лицом на стол. если он лишь неправильно понял свои дружеские чувства к акамацу и истолковал их иначе,

если он на самом деле просто боялся признаться кокичи ещё тогда, год назад, в том, что любит его тоже,

насколько сильно шуичи был виноват?