Чудовище

47. Шелк. Мария Доставив Дугласа в морг и ощутив от Томаса пожелание одиночества, Мария обратилась туманом и воплотилась уже у себя в клубе. У стойки бара нога на ногу сидела медсестра. Она ничем особым не выделялась среди подобных монстров, и всё же Мария безошибочно узнала Эдит. Ей была присуща какая-то особенная… наглость, что ли? Или беспардонность? А может, какое-то другое слово? Мария никак не могла подобрать, что же видит в Эдит. Она с достоинством приняла новую роль, не пройдя сценарий и не искупив грехи, она стала медсестрой. И в этой роли оказалась чертовски органичная. Кажется, одним своим присутствием она меняла всё. А ещё она оказалась очень удобным звеном во взаимодействии монстров и людей. График возвращения к жизни можно выбрать самостоятельно, и она взяла каждый месяц по пятнадцать минут. С этим не было жёстких условий. Кто-то предпочитал возвращаться к себе раз в год, но на три часа. Кто-то раз в десятилетие, там набиралось больше суток. Поэтому её частота отпусков и возможность переговорить как человек с человеком привели к тому, что все вопросы с медсёстрами решались именно с ней. Вот так, тихой сапой, она и стала среди них главной. Насколько Мария могла судить, её это полностью устраивало. И вот сейчас настал новый эпизод, когда им нужно было переговорить непосредственно. Мария во все глаза разглядывала Эдит. Как у неё выходило выглядеть дорогой женщиной, даже со свёрнутым набок лицом? Хлопковый халатик на ней выглядел шёлковым, да и в клубе сразу появился особый флёр роскоши, хотя в нём ровным счётом ничего не изменилось. Только появилась Эдит. Мария не торопилась начинать разговор. Когда слишком много странных событий происходит одновременно, стоит остановиться и приглядеться. Непосредственно лицом к лицу Мария и Эдит встречались до этого всего дважды. Первый раз Эдит объяснила, что по вопросам медсестёр лучше всего обращаться именно к ней. Это было почти сразу после ухода отсюда Джеймса. И ещё разочек, лет десять назад, когда посреди выстроенного сценария вдруг появилась обратившаяся медсестра и попросила клиента спасти её отсюда. Тогда удалось всё обыграть, и проходящий своё испытание человек ничего не понял. А через несколько дней Марию ожидала встреча с Эдит и разъяснение деталей, о которых раньше она даже не подозревала. Неожиданный бонус в качестве извинения за выходку одной из медсестёр. И вот сегодня Эдит пришла на встречу третий раз. Это она вмешалась в происходящее в школе, захотев себе Луизу. «Я попала в сложный сценарий, — подумала Мария, — слишком много событий, слишком много действующих лиц, слишком сильно сюжет заворачивается. Для лёгкости восприятия нужно сделать проще и действующих лиц меньше! Хотя я всё ещё не знаю, чьими руками разворачивается этот сценарий, и могу лишь надеяться, что автор его вывезет.» Мария медленно шла к барной стойке, выигрывая секунды, ведь за всеми событиями к встрече с Эдит она не подготовилась. И как провести разговор в несчастные имеющиеся пятнадцать минут, понятия не имеет. Данных на Эдит ей не выгрузили. А значит, разбираться, где ей сказали правду, а где солгали, придётся самостоятельно. Мария этого не любила, как и не умела в подковёрные манипуляции, тогда как Эдит была в этом мастером высочайшего уровня. Ну что же, никто и не обещал, что будет легко. Увидев Марию, Эдит было запустила таймер, но вдруг передумала. «У нас мало времени, а я бы ещё хотела посмотреть, как справятся Томас и Мира. Ты не против чуть отложить разговор?» — спросила Эдит мысленно. — Конечно, — кивнула в ответ Мария и вывела трансляцию испытания на большой экран. Когда всё закончилось и Честер направился к стенам тюрьмы, а именно туда выводил его Томас, они, наконец, смогли пообщаться лицом к лицу. — Как хорошо побыть человеком, жаль только, что всего пятнадцать минут мне доступно. — Произнесла Эдит вслух, после того как нажала кнопку таймера и лицо её стало человеческим. — Нальёшь чего-нибудь? — Чего желаешь? — Мария уселась рядом за стойку, отказываясь от навязываемой роли бармена. Эдит умела заставить окружающих делать так, как она хочет, да и девочек себе подбирала таких же. — А давай водочки, я сегодня когда за тобой наблюдала, прямо так захотелось! — Эдит изобразила, как Мария пила залпом, и так аппетитно у неё вышло, хоть прям тут же повторяй. — Как скажешь, не знала, что ты по водке. — Улыбнулась Мария, перед ними тут же появились два запотевших стаканчика и тарелки с закусками. — Ах. Мы с Охотником бывало выпивали, — улыбнулась Эдит, и, уловив мысль Марии: «Белый Охотник? Да ладно, как давно здесь эта женщина?!» добавила: — Он надолго возвращается. Ох и весёлые тебя денёчки ждут, Мария, когда он снова человеком станет! Умеет этот парень отдохнуть. «Если учитывать, что двадцать лет, пока я здесь, Охотник не становился человеком ни разу, Эдит явно появилась здесь раньше меня. По слухам, так он вообще раз в сто лет возвращается в образ человека. Но я помню, как Эдит проходила свой сценарий, и было это здесь при мне, как такое может быть? Расспросить бы. Но о таком она только лично общается. Впрочем, может быть, она имеет в виду не «Белого Охотника»? А тогда кого? Кого-то из его подопечных, другого монстра? Имеется ли сейчас смысл углубляться в это? У нас и так мало времени, и есть насущное дело, которое нужно обсудить. В следующий раз Эдит станет человеком уже через месяц? Пожалуй, вопрос с Охотником подождёт. А вот мне бы стоило переходить к делу.» И Мария продолжила вслух: — Ты заинтересована в Луизе, я правильно поняла? — Да-а, явно моя девочка, — улыбнулась Эдит. — Но её не за что наказывать, ничего такого, чтобы оставить её медсестрой здесь, она не совершила, я вообще не понимаю, зачем её призвали, разве что, чтобы Честера можно было на неё поймать? Но вроде хорошая девочка и монстров видеть не должна? Лаура не их видела, когда я Джеймса вела по сценарию, она меня-то не видела. — Мария недоуменно развела руками, перевела взгляд на барную стойку и, схватив стопку водки, быстро опрокинула её в себя. Вспомнила удивление от присутствия здесь ребёнка, который играет на общий замысел и с которым невозможно взаимодействовать. Тогда было столько вопросов, а потом как-то улеглось и забылось в рутинах. Стаканчик вдруг опустевший наполнился снова, Мария устояла от желания снова опрокинуть его в себя. Подытожила: — Вокруг Честера что-то слишком много танцев, почему ему так много внимания уделяют? Вызвали сюда его жену… Аж с Богиней дрался, меня попросили устранить. — Тебе кажется. Ты совершила ошибку и пытаешься найти этому оправдание. Есть просто два грешника, попавших в Сайлент Хилл. И обычная работа, которую нужно сделать. Ну так это как раз то, что нам и нужно обсудить. Луиза и её вина. Бытие монстром накладывает свой отпечаток, я перестаю улавливать нюансы, с той стороны я была уверена, что она моя. А вот сейчас, будучи человеком, я поняла твои сомнения. Но всё ещё считаю, что эта женщина должна быть у меня. И ведь это именно то, что может помочь. Уверяю тебя, Луиза, или Лиза, как её звали дома, виновна. Вспомни другую, с которой у тебя контры и которая тоже моя подопечная. Она так-то тоже вроде бы ничего плохого не делала. И всё-таки осталась здесь, со мной. — Эдит с видимым удовольствием опрокинула в себя другой стопарик и тут же с аппетитом, наслаждаясь каждым блюдом, закусила. Мария едва удержалась, чтобы не последовать её примеру. — Меня здесь не было, когда та Лиза стала твоей подопечной. Но ты свой квест проходила при мне? Это сколько лет назад было? Про какого Охотника ты говорила? Я запуталась. Если вернуться к Лизе Гарланд, вроде её было за что здесь оставить? И как это всё связано с Луизой? — Мария с тоской смотрела за убегающим от них временем, вроде только начали, а уже половина прошла. — Как много вопросов. — Улыбнулась Эдит. — Я просто не успею на всё ответить. Начну с конца. Если ты Луизе позволишь отсидеться, она отсюда на волю выйдет. Но ты ведь здесь лучшая. Тебе достаются самые сложные дела. Поэтому куратор Луизы ты, а не кто-то ещё. Заставь Луизу сделать выбор. Жёсткий выбор, после которого вариантов не останется. Но так, чтобы было по-честному. Сделает правильный выбор, так пусть идёт на волю, а нет, у меня появится новая девочка. Уж я за такую девочку отблагодарю. Ответом на другие вопросы. Информация тоже кое-чего да стоит. Но чтобы по-честному, чтобы ты не осталась в накладе, держи подсказку. В городе есть и те, кто был здесь до Алессы. И те, кто по крупицам собирал знания. В формате пятнадцать минут в месяц я тебе не многое смогу рассказать, да и дела у меня есть иные, чтобы так развлекаться. Но ты сможешь кое-какие детали уточнить. Люблю, знаете ли, выводить на чистую воду завравшихся людей. Потому и в Луизе заинтересована. Ну и держи авансом возможных помощников: один из них сам себе на уме, второй вообще без ума. — Легче не стало, — призналась Мария. — Тогда сократим. Мне нужна Луиза и за дело. За это ты получишь помощь, которая пригодится в ближайшие годы. Так понятнее? — Эдит перевела взгляд на таймер, ведущий обратный отсчёт, времени оставалось очень мало. — У тебя вроде только недавно пополнение было? — Мария и раньше поняла, она именно прямого предложения и добивалась. А сейчас тянула время, пытаясь вспомнить, что за девочка последняя свой сценарий не прошла. Прямо на кончике языка вертелось. Зачем Эдит нужна именно Луиза? — Ну как её там, в прошлом месяце было, даже Луиза уже жила здесь. — О, нет-нет, — покачала пальчиком Эдит, — та девочка просто мясо, а это будет как вторая Лиза, ты сможешь использовать её в сценариях, в сценах, которые для тебя самой трудны. В последнее время в город приходит больше людей, появилось двое кураторов под стать тебе. Пора и нам расширять свои возможности. Если Лиза потребуется сразу тебе, Мире и Томасу, для разных целей, что ей, разорваться? — У меня сейчас возникло такое чувство, что приведя в пример нас троих, ты имеешь в виду масштабирование в размере всего мира, — Мария даже поёжилась, ощутив внезапно озноб. — Кто знает, — как-то жёстко протянула Эдит, — обычно, когда у Охотника отпуск, всякое происходить начинает. Его же сколько не будет. Вспомни, ну или поищи Пальмер-рейды в 1919-1920-м в Америке, много мусора из оставшегося без присмотра города в реальность выносить начинает. Посчитай сама. За сто лет набегает несколько дней. У вас сейчас больше палачей и больше работников, чем столетие назад, но и количество людей в мире резко изменилось. Как справляться собираешься? — Сейчас вроде как есть кому за городом присмотреть, — рассеянно отозвалась Мария. И задумалась. Тот сценарий, которым она хотела провести Честера и Луизу, подходил к задаче идеально. Вот только после того, что с Честером сделала Алесса, оказался невозможен. Ну и что теперь прикажете делать? Эдит, казалось, хотела что-то добавить, но не стала прерывать размышления Марии. Пока же она сосредоточилась на более приятном деле — уничтожении закусок. Но вот будильник зазвенел, и её лицо вновь стало маской монстра. «Будет время — зови, ещё поболтаем, — мысленно передала Эдит Марии. — А раздобудешь для меня Луизу, отвечу на два твоих вопроса». Она встала и заковыляла к выходу. — Погоди, скажи, то, что мы четыре года назад обнаружили, ты что-то знаешь? — закинула удочку Мария. «Раздобудешь мне женщину, получишь ответы», — Эдит разговор с Марией больше не интересовал. Мысли её неуклонно становились мыслями монстра. Разговаривать стало не о чем. 48. Виртуалы. Честер Дорога из льда привела меня к тюрьме. Я понимал, что там Луиза, но внутрь не пошёл. Я в ней не сомневался, даже в аду чертей соблазнит и незапятнанной выйдет. Прежде всего мне нужна была именно больница. Я думал лишь о том, чтобы найти Леонарда, и хотел получить ответы. Мне вроде кто-то пытался помешать пройти по улицам, я обегал, а потом нашёл себе доску с гвоздём, этого особенно упорным хватало. В Брукхейвене было бы чуть сложнее, но я отобрал у первой же медсестры пистолет, и дальше коридоры перестали быть проблемой. Всё встречающееся на моём пути я просто расстреливал. Да ломом добивал, у другой медсестры отобранным. Патронов тоже в итоге набрал кучу. В общем, к Леонарду не с пустыми руками шёл. Бреда с хождением по этажам, чтобы найти ещё один ключ, и здесь было достаточно. Это меня в Алхимилле ещё выбесило, так что я не церемонился и просто выбивал двери. Большей их части удара плечом было достаточно. А за внимательно изучение локации мне даже автомат предоставили. «Мария, не ты ли постаралась?» Перед Леонардом, конечно, дали. С одной рукой оказалось неудобно спускаться вниз по пожарной лестнице с третьего этажа. Но ради такой встречи я справился. И лишь очутившись по колено в воде, понял шутку Марии про «не замочить ноги». Смешно, да. Внизу оказалось темно и воняло. Я почему-то всё ещё ожидал увидеть здесь человека. Но в подвале, заполненном до середины бедра водой, не может существовать ничто живое. Комп здесь тоже вряд ли будет работать. Не зря ли я вообще пришёл сюда? Хотя нет, точно не зря, кто-то хотел, чтобы я здесь оказался. Осталось понять зачем. — Леонард? — Позвал я. Тьма была полная, и лишь свет фонарика в виде бликов от воды немного подсвечивал грязные стены. Вероятнее всего, это не подвал, а часть канализационной системы, забитая чем-то так, что стала непроходимой. Омерзительно. И лишь отсутствие у монстров потребности в естественных отправлениях делало это место чуть приемлимей, чем могло бы быть. Ответа я не дожидался, сразу начал исследовать локацию, ведь, вероятно, мне придётся здесь драться. Ходить в воде было неудобно, но пол хотя бы был ровным. Леонард не торопился вылезать навстречу, хотя не заметить моего появления не мог. Я мог бы предположить, что здесь никого нет, но инстинкты трубили обратное. Сосредоточенно и методично я осматривал арену будущей битвы. Я уже почти не сомневался, чем закончится наш разговор. «Ну же, Леонард, удиви меня». — С иронией подумал я. — «И всё же, зачем я здесь? Зачем меня позвали? Почему предложили увидеть именно это?» — Зачем ты здесь? — Осторожный вопрос человека, который не раз разочаровывался. Звучал словно сразу отовсюду. — Ты позвал, и я пришёл. — Я постарался пока ответить миролюбиво. Да, он ответит мне за обман, но прежде я узнаю обо всём, что здесь происходит. — Ты облажался, а я так надеялся на тебя. — Разочарованный тон того, кто всё же прячется. — Ты не говорил мне про богиню и её возможности. — Обвинил я прямо. Посмотрим, что ты на это скажешь, Леонард. — Белобрысая сука украла мою печать! — Взвыл Леонард, и опять его голос доносился, кажется, из всего помещения сразу. — То есть она здесь была и тебя победила? — Уточнил я, понимая, что здешний обитатель вряд ли мне поможет одолеть девушек. — Её взяла она, Ложная Богиня, но она не знает, как с ней обращаться. Это и говорит о её лжи! А мне её отдал на хранение Настоящий Бог! — Снова взвыл Леонард, игнорируя мои слова. — Она точно знает, для чего нужна печать Метатрона — То есть одна из этих соплюшек тебя победила прямо здесь? Когда она успела? Я выехал, как только ты мне написал. — Я постарался говорить спокойнее, судя по всему, здешний персонаж поехал крышей. Наезд на такого будет бесполезен. И всё же в его словах было противоречие. — Как давно это было? — Давно, очень давно. — Захныкал Леонард. — До того, как я сюда пришёл или после? — С безумцами было трудно, но и врать они не умели. Понять бы, чем он может быть мне полезен. — Марии тут ещё не было. — Подумав, сообщил Леонард. — А Мария тогда тут при чём? Если это богиня усадила тебя в кресло. — Я понял, что запутываюсь. Всё же он меня призвал разделаться с Марией, а не богиней, стоило этот момент прояснить. — И она кто? Тоже богиня? — О нет. — Леонард начал говорить раздражённо. — Сейчас богиня здесь одна, и у неё два имени — Алесса и Хизер. Хизер белобрысая, появилась здесь после. Бог настоящий, как мы планировали, должен был быть рождён ими. Ещё Алессой. А они всё запороли! Бог погиб, а они заняли его место! А Мария просто сука, это она меня отправила меня сюда. Вспомнил-таки Леонард то, о чём говорилось в письме. Как минимум это значило, что про письмо мне он знает. — Ты только что мне сказал, что Алесса и Хизер победили тебя до того, как здесь появилась Мария? — Я начал злиться, похоже, я ошибся, этот товарищ напрочь заблудился в своих галлюцинациях и ничем мне не поможет. — Может, ты хотя бы покажешься, чтобы я понимал, с чем говорю? Меня достало общаться с пространством, но гнев я старался не показывать, безумцы этого не любят. Да и если я буду его видеть, вероятность внезапной атаки снизится. Не любил я внезапных атак. — Мужчины лицом к лицу разговаривают. — А вот это уже пошла провокация. Будет ли это триггером для нападения, я не знал, но общаться с голосом мне надоело. Не Томас всё же, того я терпел, потому что жизнь заставила. Я не особо надеялся на реакцию. И ошибся. Воды раздались, и Леонард поднялся со дна канализации. Он оказался почти вдвое выше меня, похожую на жабью кожу покрывали татуировки из крестов. Лица просто не было, как у медсестер. Ну и правильно, ему здесь ни есть, ни пить, ни дышать, ни смотреть не требовалось. Руки существа оказались излишне длинными и похожими на булавы. «Может, если бы он их держал в руках, так бы и было?» Ноги терялись в воде, но по сравнению с руками были пропорциональны телу. Члена и мошонки не было вовсе. Ну вот и развиртуализировались. Снова Мария оказалась права, говоря про присланные фоточки. Это существо не имело никакого отношения к человеку, сидевшему в коляске. — Судя по всему, тебе тоже отсекли руки и кастрировали, — заметил я. — Со мной это сделала Богиня, а ты почему обвиняешь Марию? — И ноги, — Леонард вытащил одну из воды, она заканчивалась на щиколотке, далее ровный разрез. — И вот! Леонард повернулся и показал рубленные шрамы на спине и черепушку, расколотую топором. После такого удара не выживают. Я-то после воскрешения почти целый, а это вот чудище ещё большим монстром стало. Меня это ждало, если бы я не покорился? Но понятнее прошлые события от этого не сделались. — Это белобрысая тебя так? — решил уточнить я. — Нет, — взвизгнул Леонард, — это Мария, мы тогда ещё Бога только планировали! — Что-то я ничего не понял, — признался я. — Давай по порядку. Вы создавали Бога, а получили Богиню? — Да! — возопил Леонард и поднял руки, словно обращаясь к пастве: — Бог должен был быть рождён из боли и страха невинного дитя и утопить весь мир в крови. И лишь мы, как преданные агнцы, были бы у его престола. — Ты случаем не священник? — я многих знал, когда за Оксанку просил молиться, но это была даже не тёмная версия, а какая-то пародия на церковь, мерзкая и отвратительная. — О да! — восторженно возопил Леонард, — теперь ты понимаешь? Я не был уверен, что именно должен понять, но прямо сейчас хотел проверить свою догадку: — А вон та, в бинтах, это ваших рук дело? Она Алесса, я правильно понял? — Да, она должна была стать святой матерью Бога, который утопит мир в крови! — Завизжал Леонард, его голос многократно отразился от стен и усилился. Кажется, Леонарду эта идея очень нравилась, а мне почему-то нет. Хотя после нашей битвы и того, что она со мной сделала… «Стоп!» Я, кажется, что-то начал понимать. — И для того, чтобы она стала матерью… — Я предоставил Леонарду возможность закончить. — О да, она была изнасилована и заживо сожжена! — Он сказал это так просто, словно само собой разумеющееся. И в голосе его было такое наслаждение и удовольствие. — Её лет шесть-восемь… — вспомнил я изначальное тельце девочки на кровати, прежде чем она стала той, кто отомстила мне. — Семь, — уточнил Леонард, — ей в тот день исполнилось семь. Я вспомнил своих девочек, меня накрыло гневом, но я сдержался. Я ещё не всё понял. — И это сделал ты? — Очень вежливо, нежно, понимающе, поддерживающе. Иначе он не признается. А я хотел знать детали. И только он сейчас мог их мне рассказать. — О нет, — с горечью отозвался Леонард, — к тому времени я уже здесь был. Эта сука хотела меня остановить! Но ничего у неё не вышло! — Мария? — уточнил я, чувствуя, как моё мнение о происходящем здесь начинает меняться. — Её тогда как-то иначе звали, — отмахнулся Леонард, — главное, наш план почти получился! Если бы не дурак, который в горящий дом зашёл и Алессу вытащил, мы бы уже тогда Бога получили. — А тогда — это когда? — уточнил я, вспоминая одежду на девушке, вставшей с кровати. — В семьдесят пятом, — с трудом припомнил Леонард, — а тебе зачем? — То есть в тысяча девятьсот семьдесят пятом была изнасилована и заживо сожжена семилетняя девочка, чтобы родить вам Бога и утопить весь мир в крови? — Я чувствовал себя глупо, повторяя это, но если я собираюсь Леонарда убить, то я точно должен знать за что. Во всяком случае, почему Алесса сделала со мной всё это, для меня больше не было тайной. Иначе и быть не могло. И всё же были вопросы, которые до сих пор мне не понятны. — А белобрысая тогда кто? Они похожи, как сестры. — Это тоже Алесса, — отмахнулся Леонард, — только зовут её Хизер. Она была рождена в восемьдесят втором Алессой, после того как наша вторая попытка заполучить Бога провалилась. — А, то есть вы на том, что сотворили с Алессой, не остановились? И мучили её ещё семь лет? — уточнил я. Жестокость Алессы становилась всё более понятной и одобряемой мной. — Да! И у нас почти вышло! Только Гарри убил новорождённого Бога и забрал Шерил у нас! Он назвал её Хизер! Господи, теперь ещё и третье имя! Всё опять запутывалось, да и нужное мне я уже понял, теперь хотелось это всё закончить, поэтому я задал свой последний вопрос: — То есть между тем, что происходит в этом городе, и реальным миром сейчас стоят только две этих соплюхи и только они не позволяют масштабировать происходящее в городе на весь мир? — Я снова подумал о дочках и том, что вот это вот всё может прийти к ним. Да, они уже не со мной, но они мои. Если с девочками, с которыми я сражался, что-то случится, то мои дочери со всем этим вот встретятся. А случится может многое. Например, такой же, как я, только без моральных стопоров. — Ну да! — восторженно воскликнул Леонард, счастливый, что его поняли. — Но если мы объединим усилия, мы их сможем победить! Ну вот, а я уже собирался его убить. Но победить… да чего там, конечно же мне хотелось. Взять реванш, заставить вернуть всё, как было. Может быть, самому стать главным здесь. И пусть продолжают это всё сдерживать. Просто во главе со мной. Хм. Я могу его просто выслушать. И да, я вспомнил, что Хизер у него что-то забрала. — Что за печать? — убить я его всегда успею, но пусть ещё немного прояснит про детали. — С печатью можно закрыть этот мир навсегда, и больше никто никогда сюда не войдёт. И отсюда не выйдет. Алесса хотела это сделать в девяносто девятом, когда мы попытались получить ребёнка-Бога от Хизер. «Упёртые-то какие, я бы тоже разозлился», — решил я, девочки вызывали всё больше симпатии. Не буду их убивать. Пусть работают. А вслух сказал: — А как ты себе представляешь, что я тебя отсюда вытащу? — Раньше я не знал, — Леонард вдруг развеселился, — но они сами себе могилу выкопали. У меня есть кое-что, чем я не могу воспользоваться, но ты сможешь, а теперь это ещё и легко осуществить. Леонард повёл рукой-булавой в воздухе, и со дна поднялись два предмета. Я не сразу поверил своим глазам. Это были член и правая рука. — Это всё, что сохранилось? — Я не верил в совпадения, это слишком походило на подставу. — Нет, есть всё, — Леонард снова повёл рукой, и всплыли другие отсечённые части. — Эти тебе не нужны. Двух будет достаточно. Возьми, приложи к себе. Я понимал, что этого делать не надо. И всё же я могу получить желаемое вот прямо сейчас. Я хотел член, но сначала взял руку, я хотел убедиться, что она будет работать. «Просто посмотрю», — уговаривал я себя и себе не верил. Едва я приставил чужую руку к своей культе, она как-то присосалась, втянулась, прикрепилась ко мне. Потом кожа вокруг среза чужой руки стала зубами и вонзилась в мою плоть. Было больно, но недолго. Момент истины! Я поиграл пальцами своей-чужой пятерни. «Отлично работает Я знал, что совершаю ошибку. Хотя не совершаю, уже совершил. Но чужая пятерня уже расстёгнула ширинку, сцапала член и приставила на нужное место. Процесс вживления повторился. Член набряк и встал. Он был почти вдвое больше моего! С такой елдой можно прямо в баню, все братки ощутят свою неполноценность! Тело Леонарда рассыпалось и осело бесформенной грудой. Другие части упали в воду, всё скрыла вода. Вдали заработал вентилятор, и уровень воды стал быстро падать. Чужая рука сообразила быстрее. Я сам не понял, как оказался у стены. Но следом пальцы вонзились в камень. Вода влекла меня к вентилятору, но теперь я мог спокойно стоять. И вот о воде напоминали лишь кое-где стоящие лужицы, вентилятор остановился, появился тусклый свет. Других остатков тела Леонарда нигде не было. — Ну пошли, что ли, — сказал член голосом Леонарда. Я подумал, что ещё не поздно оторвать руку, вырвать член. — Представляешь, сколько там дырочек ждут меня! Ох, как давно я не трахался! — Как-то очень убедительно сообщил Лео. И я решил немного отложить расставание. Таким членом я ещё не трахался! Глупо как минимум не попробовать. Так он стал мной, а я стал им. Но я был уверен, что справлюсь. Чтобы мною управлял член? Ха. И я полез наверх, пользуясь своей новой рукой. Я восторгался тем, что теперь мой член практически вдвое больше, настолько, что даже не стал его убирать! Я понимал, что совершил ошибку, но не мог отказаться от такого подарка. Наверху нас уже ждала сестричка. — О! На ловца и зверь! — Похотливо застонал член. И мы задержались. Она оказалась шелковенькая. А потом задержались ещё и ещё, с другими сестричками. 49. Гроза. Мария Мария закрыла ноутбук, ожидая реакции Богини, но незамедлительной кары Честеру за ослушание не последовало. Это хорошо, возможно, позволит выйти на того, кто стоит за Леонардом. Не сам же он этот план придумал? Да и то, чем закончится встреча Честера и Богини, предугадать не мог. Сейчас бы побеседовать с Дугласом! Но раз его нет, может другим детективом воспользоваться? Среди монстров в городе наверняка найдутся с нужными талантами. И, скорее всего, они просто вцепятся в возможность «помочь». Только, прежде чем воспользоваться ими, их надо оживить, снова людьми сделать, а для того, чтобы прочитать мысли, диспозицию объяснить. Стоит ли доверить такую информацию постороннему? Нет, это просто опасно. Тут мало тех, с кем можно иметь дело, не боясь удара в спину. Специфика людей, призванных городом. Джеймс здесь уже четыре года, а разобрать, кто и каким образом вмешивался в дела Богини, они до сих пор не смогли. Впрочем, не о глобальном мире сейчас речь, им бы разобраться с тем, что сейчас происходит прямо у них под носом. Лучше сосредоточиться на этом. Людей, с кем можно обсудить ближайшие планы на Честера, Мария как раз знала. Она переместилась в конференц-зал, там с каменными лицами сидели рядышком Томас и Мира. На экране без звука транслировались развлечения Честера и Леонарда с медсестричкой. Молодые люди переглянулись и нервно уставились на Марию. Она было удивилась, потом поняла, что они просто боятся попасть под горячую руку и быть наказанными смертью. Тоже неплохо, в общем-то. — С чего начнём? — чтобы хоть как-то перейти к обсуждению, произнесла Мария. — Я… сейчас, — спохватился Томас, быстро что-то набрал в ноутбуке, и на большом экране вместо видео с развлечениями появился файл, озаглавленный «Леонард», и тут же название сменилось коротким текстом. Томас сбивчиво объяснил: — Это из папки, которую мне продали. Тут немного, я сам ещё не читал, вроде особенно и не надо было. Или нужно что-то другое? Томас замер в нерешительности, в его глазах отражался страх повторить падение в бездну. Считать мысли не вышло, но Мария и так его поняла. Тут же информация про Леонарда, к которому шёл Честер. Леонард, который вмешался в разговор Томаса с клиентом. Как такое было не прочитать? Сразу надо было делать, пока Честер только ехал в Сайлент Хилл. Да и время, пока Честер шёл к Леонарду по городу, было. Чем занят был, что не прочитал? Простят ли Томаса за это, нет? Впрочем, даже если снова отправят летать, это будет решением Богини, а не Марии. Уж Богиня точно мысли Томаса знает. Томас меж тем заметил, что обе женщины принялись внимательно изучать текст на экране, и, чуть успокоившись, принялся читать сам. «Леонард Вульф. На момент написания отчёта — статус мёртв. Убит в образе монстра Хизер Мейсон в 1999 году, в следствии чего Орденом утрачена печать Метатрона. Предыстория: В феврале 1975, незадолго до начала осуществления планов Ордена по возрождению Бога, Леонард убил одного из высокопоставленных последователей — Стенли Коулмана в религиозном споре. Насколько известно, Коулман сам желал стать отцом и мужем Бога. Вследствие убийства Леонард был извержен из сана и казнён. Его останки были сброшены в канализацию под госпиталем Брукхейвен. Но Бог почтила последователя, даровав Леонарду статус хранителя печати Метатрона. Мотивы её не ясны. Близкие родственники: Клаудия Вульф, дочь Леонарда, в последствии возглавила культ и привела в город Хизер Мейсон, ныне являющейся Богом на дарованной нам земле. Дочь и отец Вульф совершили предначертанное, исполнив волю Богини. Хотя и не так, как было предпочтительно. — Немного, — констатировала Мария. — Ну что есть. Она повернулась к стене и произнесла в воздух, ни к кому из присутствующих не обращаясь: — Нам бы с Хизер пообщаться, тут о ней речь, впрочем, и об Алессе тоже. — Клаудия была моей подругой, мы росли вместе, — сообщила Алесса, появляясь в конференц-зале, для этой встречи она выбрала образ четырнадцатилетней девушки. — Отца её я плохо помню, да и о ней больше то, что она ходила всегда в синяках. Она на год младше, и мы встречались на собраниях, как дочери глав ордена и девочки, которым было уготовано большое будущее. — Меня в госпиталь Винсент послал, сказав, что печать, которая хранится у Леонарда, предотвратит рождение Бога. Но на самом деле он не знал, как она работает. — Хизер появилась следом. — О том, что я там увижу, говорить, понятное дело, не стал. Я думала, Леонард союзником будет, но не вышло. Ну а Стенли мне записки писал и куклу подарил, мерзкий тип, я думала, он просто местный псих, а вот оказывается, как дело обстояло. Я могу Честера и Леонарда убить ещё раз, это не проблема. — Проблема в другом, — подхватила Алесса. — Мы хотим проследить за ними, вдруг удастся выйти на того, кто за всем этим стоит? Молчание стало им ответом. Хизер поняла, в чём причина: — Вы можете говорить, наказаны за это не будете. — Я перед событиями в подвале Брукхейвена встречалась с Эдит, — Мария, увидев непонимание в лице Томаса и Миры, объяснила: — это одна из медсестёр, она возвращает образ человека чаще других. С ней можно обсуждать проблемы со всеми монстрами этого типа в городе. У них внутри своя иерархия, в общем, всё сложно. Монстром она тоже доступна, но бывают нюансы, которые нужно обсуждать, как человек с человеком. Если я правильно понимаю, это она сейчас развлекается с Честером. У меня возникли вопросы, как давно она здесь? При нашем разговоре она сказала, что пила с Белым Охотником, это глава палачей, за двадцать лет, что я себя помню, он человеком не оборачивался ни разу. Эдит хочет Луизу себе, говорит, из неё выйдет отличная помощь нам всем в сценариях. Говорить прямо не любит, но дала подсказку, кто, возможно, нам поможет: «Один из них сам себе на уме, второй вообще без ума». Я не очень понимаю, как к этому относится. Но это может оказаться важным. И сразу второй вопрос: мой сценарий для Луизы теперь не актуален? — Сам себе на уме — это точно Винсент, — хихикнула Хизер. — Я огорчилась, когда Клаудия убила его. Он знал многое об Ордене и изучал город. Его памятью можно воспользоваться. Он опытный манипулятор и точно сам себе на уме. У нас по статусу «мёртв», поэтому я не могу его прочитать. — Винсент родился примерно тогда, когда меня сожгли. — Уточнила Алесса для Миры и Томаса. — Следующие семь лет люди из ордена меня толком не лечили, скорее умереть не давали. Потом Шерил, часть моей души, которую я отщепила в день, когда меня сожгли, была призвана сюда. За ней пришёл отец, и в результате вместо нас двоих появилась Хизер. Я вижу, Томас эту историю знает. А вот у Миры наша история отражена не так. Покопайте потом разницу в ваших знаниях, может, на что-то выйдем. Сейчас я углубляться не буду. С тех пор я была в статусе «мертва», если брать слова отчёта. Я возродилась к жизни только после окончательной победы Хизер над идеями отступников. А про Винсента — мы не знаем его мотивов и возможностей тоже. Как уже говорила, я мёртвых не читаю. Но если его оживить, то и мысли его я знать буду. Можно ещё Эдит оживить, но сейчас она занята с Честером, а выдернуть её из-под него не выйдет незаметно. Отложим на потом, оживим пока Винсента. — Когда он будет жив, вам предстоит с ним общаться. Имейте в виду, он не друг, не враг, но если ему будет выгодно, присоединится к любой из сторон без зазрения совести. И всё же он знает очень много. — Подхватила разговор Хизер. Затем вернулась к сказанному ранее. — И про другие твои вопросы, Мария. Идите по сценарию дальше. Ты можешь Честера даже наказать, если захочешь. Посмотрим, как кукловод Леонарда отреагирует и что делать будет. Об Эдит я не знаю, в мыслях монстров копаться — так себе. Хизер исчезла из конференц-зала, в следующий миг прозвучала сирена, всё окутал белый туман, и они оказались рядом с ней на краю бездны. Томас задохнулся, шарахнулся от края, но в стенах не было ничего, за что можно зацепить. Тогда он просто прилип к стене в наибольшем удалении от края. Валтиэль уже крутил вентиль, и через миг перед ними появился хорошо одетый мужчина. Дорогие брюки явно сшиты на заказ, рубашка, жилет — всё идеально сидело по фигуре. На вид ему было лет двадцать пять, очки на носу, и глаза раскосые — ну, здравствуй, Винсент. Именно таким Мария запомнила его. Они пересекались ранее. Винсенту тоже хотелось узнать тайну её прошлого. Но кроме мимолётных разговоров ничего не было. В груди что-то нехорошо ёкнуло, когда Мария увидела его. Поэтому она постаралась отметить все его реакции на воскрешение, которые только будут. Итак: Винсент чуть двинул плечами, вероятно, от вспоминания об ударе ножом в спину Клаудии. Быстро обвёл взглядом площадку. Место не узнал, но понял, где он. Учитывая его косоглазие, понять, куда он смотрит, удалось только потому, что они стояли от него практически кругом, и ему пришлось крутить головой. Вроде как Винсент отметил незнакомые ему лица — Томаса и Миру. Узнал Хизер, понял, кто такая Алесса, потом перевёл взгляд на Марию, замер. Последний раз они встречались, когда Дуглас получал задание найти Хизер. Почему-то вида, что они знакомы, Винсент не подал. Мария решила последовать его примеру. — И снова здравствуй, Хизер, сколько же лет прошло? — мягким баритоном Винсент вежливо обратился к Богине, и всё равно прозвучало, словно разговаривал с подругой или с низшим по рангу. — Наша встреча закончилась так неожиданно, но вижу, ты всё-таки победила в той битве. Я этому несказанно рад. Представишь меня своим… друзьям? Хизер явно не это планировала, но всё же представила всех присутствующих. Мария поняла, зачем это было нужно Винсенту — понять её взаимоотношения со всеми оказавшимися на площадке. Ни у Миры, ни у Томаса не вышло сделать вид, будто они о Винсене не знают. Мария была представлена так же, как и остальные. Непонятную игру Винсента и Марии Хизер поддержала, хотя не могла не знать, что они уже знакомы. Против кого эта игра затеяна — Миры или Томаса? Второй вроде тоже должен всё знать из своих файлов. Да и первая посчитать может. Непонятно. Томас, меж тем, так и не отклеился от стены, что тоже Винсент принял к сведению. — Может быть, мы переместимся в более удобное место? Пребывание здесь для вашего коллеги явно травматично. И он вряд ли сможет полноценно участвовать в происходящем. — Он отошёл от центра, так, чтобы видеть всех разом. Благодаря раскосым глазам понять, на кого в этот момент смотрит Винсент, оказалось невозможным. Снова всех окутал белый туман, и в следующий миг они вернулись в тот же конференц-зал. Только теперь их стало на одного больше. Томас шумно выдохнул, с благодарностью посмотрел на Винсента и быстро вернулся за свой ноутбук. — Судя по этому, — Винсент показал на экран, где оставался открытый файл. — Вас интересует Леонард. Это немного странно, потому что по моим последним сведениям он мёртв, и убила его как раз Хизер. Но и я какое-то время был в нигде, ведь я ничего не помню после церкви и удара Клаудии в спину. И всё же теперь я жив, словно я Хизер, за которой всюду следует ангел смерти. Шучу, что вы так серьёзно настроены, хочу немного разрядить обстановку. А если судить вот по этой технике, с которой вы работаете в этом зале, прошёл не год и не два после моей смерти. Леонард тоже жив? Или вы его только собираетесь оживить? Могу я спросить зачем? Может быть, немного введёте меня в курс дела? Чтобы я понимал, чем вам помочь могу? Мария подивилась его анализу, и всё же когда-то с печатью он ошибся. Вот только… Ошибся ли? — Сейчас две тысячи четырнадцатый, пятнадцать лет прошло, — Хизер говорила прямо, Мария вспомнила про Эдит и внутренне посетовала, как же Богине не хватает способностей сестрички. Отвечать прямотой на манипуляцию плохая идея. А Хизер меж тем продолжала: — Леонард сейчас на свободе, Томас, покажи. На экране появился Честер, всё ещё развлекающийся с Эдит. Винсент смутился и отвернулся: — Я понял, не надо больше. Он ведь в том человеке? Его оживили вы или это сделано без вас? Томас вернул на экран файл Леонарда, фыркнул себе под нос: «Надо же, какая крепкая сестричка попалась[»](fix:). Его все услышали, но комментировать не стали: — У нас много событий за это время было, но сейчас нам бы понять, чего ждать от Леонарда. — В этот раз Хизер удержалась от откровенности. Может, уловила неодобрение Марии. — Ты должна понимать, он умер до того, как я родился. Меня он интересовал как хранитель печати, не более. Но я могу провести исследования для вас, повторюсь, если я буду знать, что искать, мои поиски, скорее всего, будут быстрее и успешнее. — А можешь оцифровать всё, что найдешь? — Томас влез внезапно и сам же смутился. — Мы тогда между источниками просто быстрее переключаться сможем. — Если будет такое распоряжение от нашего Бога. — Винсент церемонно поклонился Алессе и Хизер, благо стояли они рядом. — Но это замедлит поиски. И тебе придётся объяснять мне, что нужно делать. — Я Богиня, — почему-то смутилась Хизер. — Наш Бог всегда был женщиной, — Винсент снова чуть склонил голову, потом округлил глаза: — Ты не знала? — Посмотри, пожалуйста, всё, что сможешь найти на Леонарда, — щеки Хизер вспыхнули, а Алесса начала злиться. Поэтому Хизер быстро добавила: — И оцифруй. — Могу я приступать к задаче? — максимально миролюбиво произнёс Винсент и переместился к двери. — Да, иди, — потом Хизер спохватилась, — может, тебя куда-то перенести? — Нет, спасибо, после пятнадцати лет смерти хочется пройтись и посмотреть, как всё изменилось. Леонард, насколько я видел, надолго в Брукхейвене занят, так что несколько минут, чтобы погулять и подумать, у меня точно есть. С Томасом я свяжусь, когда будет что оцифровывать. — Винсент кивнул всем на прощание и покинул конференц-зал. Оставшиеся внутри пару минут молчали, размышляя о разговоре. — Мы можем вернуться к сценарию. — Неуверенно предложила Мария. — Боюсь, Честер надолго застрял, — с презрением произнесла Алесса. — Я пока постараюсь выяснить у Валтиэля, почему мёртвый Леонард вдруг снова стал живым, вопрос Винсента очень полезным мне показался. Но так просто с Валтиэлем не поговорить. Если это в принципе возможно, я это сделаю. Вам же, пока Честер не двинулся дальше, надо найти второго помощника, о котором говорила Эдит, который «без ума». Пока Честер с ней не закончил, я её не буду трогать, но вы, возможно, и без неё обойдётесь. Не хватало нам тут двух серых лошадок разом. Поняли? Работайте. Богиня в двух лицах исчезла из конференц-зала. — Она выглядит девочкой из прошлого, а говорит, как взрослая современная женщина, — округлил глаза Томас. — Я не так чтобы часто с ней встречался, но это нормально? — Она Богиня, что она может, а что нет, мы достоверно не знаем. — Ответила ему Мария. — Но не будем обсуждать её возможности во избежание проблем. Давайте лучше обсудим, как нам найти второго помощника, о котором говорила Эдит? — Мы пока можем поискать в файлах, которые есть у Томаса. — Мира пожала плечами. Мария хотела сказать, что он и один справится, но Томасу предложение Миры явно понравилось. На столе тут же материализовался второй ноутбук, для неё. И там же появились копии файлов. Интересно, кто это сделал? Неужели Богиня? — Работайте, — кивнула Мария, — а я тоже пройдусь, может, у меня тоже хорошие идеи появятся. Слова Винсента словно вернули её в прошлое. Мария поняла, что с момента, когда впервые осознала себя той, кем считает сейчас, и до инициации Хизер в Богиню, здесь не было верховной, но порядок всё равно соблюдался. Может ли эта мысль быть полезной? Томас и Мира молча углубились в работу. Мария это заметила лишь мельком. Погруженная в свои мысли, она вышла из конференц-зала, прошла коридорами, вышла на улицу и тут же вымокла. «Надо же! Попала под ливень в Сайлент Хилле! Гром и молнии сверкают, я даже не помню, чтобы здесь когда-то была гроза! Что происходит с Сайлент Хиллом? За последнее время столько смен погоды, сколько за двадцать лет моего пребывания здесь не было.» Мария быстро сверилась с тем, чем сейчас заняты Честер и Луиза, те оставались на своих местах. Она увидела вспышку молнии, посчитала секунды до раската грома и решила, что раз центр грозы далеко, вполне можно пройтись под тугими струями до клуба. Как давно она этого не делала! Хм. Интересная мысль. Она это когда-то делала? «Вот будет забавно, если в меня молния попадёт, я умру и меня не оживят!» — мелькнула шальная мысль, и Мария пошла по дороге, наблюдая, как потоки воды омывают её ноги. 50.Жара. Луиза Как ни хорошо и спокойно было сидеть в камере в тюрьме этого страшного города, но и это тоже закончилось. Прогулка домой, в Харьков, оказалась первой ласточкой. Сейчас, перед её глазами развернулась поистине ужасающая история. Началось с проковылявшего по коридору мимо камер четырёхногое существа. Два женских тела были рассечены в районе талии и соединены в одно новое тело. На верхней паре, что стройнее, на лодыжке была татуировка скорпиона. Нижние ножки с небольшим целлюлитом всё ещё покрывали чулки и остался даже пояс державший их. Талии были соединены на грубую толстую нитку и разумеется не могли удержать такое в целости. Прямо на её глазах кожа не выдержала и конструкция рассыпалась. Две пары ног лежали теперь на полу и судорожно дёргались Луизу бросило в жар. Она уже жалела, что не осталась в прошлой сцене, ей хотелось вернуться в Харьков. Пусть бы бабушка, она потерпит! Она готова ухаживать за ней. Она готова отказаться от красивой жизни. Только бы не стать одной из таких вот половин. Дальше по коридору кто-то взвизгнул и завыл. Девушка рыдала, а Луизе захотелось на неё заорать, заставить её замолчать. Быть может тогда про них забудут. Но если это сделать, то та может заорать ещё сильнее, поняв, что их в этих коридорах тоже две. А так. Быть может они уже забыли про Луизу? Может те, с пирамидами на голове, не станут их превращать вот в это вот сейчас? «Ну же, коридор, откройся! Я больше не буду просто сидеть и ждать, когда меня кто-то спасёт!» Но проход не появлялся, зато послышались шаги Пирамидоголовых. Один зашёл за рыдающей девушкой, и судя по звукам вытащил из камеры. Она продолжала орать, но голос стих, к счастью её повели не этим коридором. Быть может обойдётся и Луизу не найдут? Но тут она поняла, что шаги всё равно приближаются. Что сделать лучше? Отвернуться или встретиться со своим будущим лицом? Луиза выбрала второе. Девушке, которую нёс Пирамидоголовый на вид было лет двадцать, смазливенькая брюнеточка, которую сильно испортили выражение ужаса и отчаяния на лице, она так испугалась, что не могла уже даже рыдать. Глупенькая, ещё не знает, что здесь на такое никто не купится. «Мы в аду, детка». Девушка встретилась взглядом с Луизой, кажется, всё поняла и последняя надежда в ней погасла. Девушка закрыла глаза. Надо же, а Луиза и не знала, что сюда поместили кого-то ещё, а тут сразу три человека. Чудеса прямо. Другой палач схватил за лодыжки сразу оба обрубка и потащил за собой, щедро намазывая пол кровью. Она удалились, а Луиза тихонько выдохнула, кажется про неё забыли. Жаль, продолжалась эта иллюзия недолго. Третий палач дошёл до её камеры, открыл и тоже выволок наружу. Луиза решила не радовать палачей криками. Когда их приволокли к обшарпанной двери из которой вели цепочки окровавленных следов на полу, рядом уже стояло несколько ногастиков. Они были одинаковые с голыми ножками и обмотанными бинтами промежностями и талиями. Дверь напротив оказалась открыта и там обнаружился не особо длинный узкий стол, по две стороны застыли неправильные безликие медсестры с ножами. Если судить по позе, то испуганные. И прежде чем их впихнули в комнату с кровавыми отпечатками, Луиза успела увидеть, как ещё двое палачей тащат за собой брыкающегося ногастика в ярких брючках. — Нет, не-е-ет! — завопила брюнетка увидев, как два палача свозят разделённое надвое, окровавленное, похожее на гинекологическое кресло в одну конструкцию. Её как раз потащили туда и палач постарался водрузить её на конструкцию. Девушка решила не позволить ему это сделать. В углу были свалены две «ненужные» половины тел её подруг. Ужас придал девушке сил и на помощь к первому палачу бросился державший Луизу. Луиза сперва кулём осела на пол, но когда её тюремщик всё своё внимание переключил на сражающуюся за свою жизнь брюнетку, тихо, стараясь не привлекать внимание скользнула за дверь. Палачи в комнате напротив как раз положили ногастика на стол, а сестрички уже срезали со стройных ножек яркую одежду. «Они это трахают!» — Вдруг поняла Луиза. Дальше додумывать эту мысль не стала, бросившись прочь по коридору. Стоило бы попытаться помочь девушке. Но без второй части ногастика у них не выйдет. Если Луиза убежит, как раз тем её и спасёт. Вот только куда ей отсюда бежать? Не лучше ли попытаться спрятаться? И дальше что? Её везде найдут. Они здесь дома, в отличие от неё. Луиза попыталась открыть двери, которые попадались по пути, но открылась только одна, маленькая, в которой на гинекологическом кресле под простынкой лежал манекен. Убедившись, что больше она никуда пройти не сможет, Луиза вернулась в эту комнату, засунула пластиковую куклу под банкетку, а сама легла в ту же позу, прикрывшись простынкой. Найдут её, нет? Она хотя бы попытается. Идти назад мимо страшных дверей у неё не было сил. Вдруг решат, что она ушла в другую сторону? В кабинет кто-то заглянул, но поверхностного осмотра им оказалось достаточно. Крики брюнетки давно стихли и Луиза невольно скользнула мыслями в прошлое. — Вадик, я беременна. — Понял, принял, сделаем как в тот раз? — мужчина рядом потрепал её по голове, а она ласково прильнула в его жирноватому покрытому старческими пятнами плечу. — Ага, — она ласково провела ладонью по его груди, представляя, что гладит кожаный кошелёк с золотом. Она его не любила, его это устраивало. Неделю спустя, так же лёжа в кровати, они вместе вскрыли конверт с результатом. Это был его ребёнок. — Я всё устрою, как в прошлый раз, пошлю Павла в командировку, ты всё сделаешь и немножко отдохнёшь. — Вадим больно щипнул Лизу за задницу и улёгся на спину. Это был сигнал, что он хочет, чтобы теперь она поскакала на нём сверху. Лиза покорно исполнила номер «как я кайфую, когда ты во мне». Вадим довольно крякнул. — Я своей изумруд хороший подарил, как раз наведу твоего на ювелира, у него такой бриллиант есть, закачаешься. И денег как раз Павлу подкину, чтобы тебе на подарочек было. — Но мне так жаль, что мы не можем оставить нашего ребёночка, — Лиза врала, и Вадим это знал, но эта ложь ему очень нравилась. — Ну малыш, ты же знаешь, он ваших дочек по несколько раз в разных местах проверил. Хорошо мы сразу начали определять кого можно, а кого нет оставлять. — Вадим пожмякал свой член, но тот отказался так сразу снова подниматься. Луиза счастливо прикрыла глаза прижимаясь к нему. Если повезёт, но на сегодня это всё. Всё же трахаться с мужем ей нравилось намного больше. Но её связь с начальником намного быстрее двигала Павла по карьерной лестнице. А это серьёзно отражалось на их уровне жизни. Луиза не заметила сама, как заснула. Ей снилось, что внизу живота стало очень-очень жарко, так жарко и сладко. Словно в ней двигалось что-то по настоящему большое. Не чета Вадикиной пипирке, а даже не средненький размер её мужа. Она сдёрнула покрывало. Над ней старался Пирамидоголовый. «Почему бы и нет? Лишь бы живой оставили!» — Решила Луиза, обхватила его ногами и принялась сама насаживаться. Его ладонь залезла ей под блузку обнажила и сжала грудь. Не больно, Луиза даже предпочла бы погрубее. И Пирамидоголовый сделал погрубее. А потом поддерживал поясницу, когда она сокращалась на его члене. А потом излился внутрь сам, жарой. Жара заполнила её полностью и она сомлела. Очнулась Луиза уже в камере. Напротив решётки стояла недавняя брюнетка, но уже в чепчике, халатике, со свёрнутым лицом. «Ну хоть не ногастик», — решила Луиза.