Ща как спою!

Принятое решение не имело никакого конкретного плана, но Игорь и не особо рассчитывал, что в новом мире у него вообще что-то может идти по плану. Он пробирался через лес обратно туда, где бандиты напали на них ранее. В голове всё еще крутилось множество вопросов, но главными оставались «Что же я смогу сделать?» и «Какого рожна меня так скукожило?». Ответов не было, потому попаданец просто продолжал идти дальше, упрямо переставляя ослабевшие ноги. Через какое-то время он вышел на дорогу, где так и лежала поломанная повозка, благо лошадь не лежала рядом. Разбойники утащили с собой всё, что было, увели лошадей, и на дороге остался лишь затоптанный колпак, который Игорь лишь однажды видел на Онрике. Колпак странной формы, то ли шутовской, то ли просто актёрский какой-то элемент — Игорь не знал, но поднял с земли, отряхнул и засунул в собственный рюкзак, который ему милостиво оставили бандиты. Попаданец задумался — и куда дальше? Он осмотрелся, ища какие-нибудь подсказки. Следов было много, и большинство уходило в одну сторону, не имея других вариантов, туда Игорь и пошёл. Стоило ему свернуть с дорожки, кто-то схватил его за рюкзак. Попаданец испуганно дёрнулся, он был уверен, что рядом никого нет! Оглянувшись, он не увидел никого, но в лямку его рюкзака крепко вцепилась ветвь, она держала его, будто иссушенная рука, и выглядело это весьма жутко, не то что гибкие ветви энты. Игорь вскрикнул и попытался вывернуться из хватки, но тут на лицо ему сполз листочек и стал похлопывать паникёра по щекам отросшими лиственными лапками. Парень замер. — Что? Это твой друг? — попытался догадаться Игорёк. Листочек никак не отреагировал. — Можешь попросить его, меня отпустить? На это Листик уже как-то отреагировал — сполз на рюкзак и беззвучно похлопал в ладошки. Да и какой там может быть звук от этих малюсеньких листочков? Стоило Листику так сделать — ветвь отпустила лямку, и Игорь чуть не пропахал носом землю, потеряв равновесие. Он с кряхтением сел и вопросительно посмотрел на так и сидящего на рюкзаке питомца. Листик, как дирижёр, руководил веткой, размахивая своими лапками-листочками. Ветвь снова спустилась к Игорьку и потянула рюкзак. — Так это ты делаешь? — понял попаданец. — И чего ты хочешь? Чтобы я сумку снял? И? Игорь действительно снял рюкзак. Ветвь подхватила его и шустро спрятала в дупло высоко в ветвях. Попаданец сначала нахмурился, думая, не прикалывается ли над ним питомец, но потом сообразил, что Листик прав — оставить ценности тут было безопаснее, чем тащить их самому к бандитам. — Какой ты у меня сообразительный! — порадовался Игорёк. — А двумя ветками сразу тоже управишься? Листик махнул лапками, и к Игорю потянулось сразу пять ветвей. Они остановились и прямо у него на глазах отрастили себе ещё маленьких веточек — теперь каждая ветка стала пятипалой. — Вот это номер! А вот так их сложить можешь? — Игорь показал листочку «козу», и тот с радостью повторил её и своими крошечными ладошками, и всеми пятью ветвями. Попаданец довольно улыбнулся: — Вот это я понимаю! Вот это молодец! Игорь погладил питомца пальцем по спине, ну или, по крайней мере, он так для себя обозначил эту часть листика. Питомец радостно помахал ему лапками, отпуская ветви. Теперь налегке они двинулись дальше по следу. Они дошли до края большой поляны, где расположился целый лагерь бандитов. Попаданец и его верный Листик засели в кустах. Пытаясь сообразить, как пробраться к своим оборотням незаметно, Игорь выяснил, что листочек может управлять не только ветками, но и корнями — это сильно облегчило им жизнь. Листик передвигал вперёд куст, а Игорёк полз за ним на карачках, мысленно прикидывая, грозит ли ему теперь боль в суставах и какой-нибудь там радикулит, или пожух он только внешне, и ползанье по земле не скажется на нём как на настоящем старичке. По сбившемуся уже дыханию радикулит казался не таким уж мифическим зверем. Тем не менее добрался он до оборотней успешно. Он ожидал услышать вопрос про ползающий куст, но нет, музыканты начали снова что-то про чёрта. Пока Игорь пытался разобраться в положении вещей, его застукали. Повезло, что сработали уговоры. Конечно, Игорька выбесили немного оборотни со своей гордостью, но он постарался всё же удержать образ бедного волнующегося за «детишек» старика. Гордость, чтоб их! Кому гордость вообще помогала кого-то спасти? Выжить? Даже Игорь понимал, что для всего есть время и место, и вот гордое задирание носа в бандитском лагере может привести только к одному исходу. Орк усадил его у костра, подал воды, и они стали что-то устанавливать, не обращая на старика внимания. Игорь тогда призадумался, ему надо было впечатлить этих ребят, чтоб прям проняло. И желательно увлечь настолько, чтобы после пары тройки песен они не замечали бы уже ничего вокруг. Тогда он смог бы успеть что-нибудь придумать и, может, предпринять. Парень дураком всё же не был и кучке разбойников доверять не спешил. Пока он попивал водичку и размышлял, взгляд его зацепился за что-то у его ног. Это оказалась голая кость, кажется, часть челюсти какого-то животного. Недолго думая, Игорёк пихнул эту находку в карман выданного заботливыми бандитами плаща. Он планировал либо как-то использовать это в выступлении, либо, может, потом для обороны — не весть что, конечно, но хоть не голым кулаком махать. Раздумывая над «сценическим образом», Игорь заодно подобрал золы и пихнул в карман и её. Косметики тут как у Маринки не найдёшь, но чем зола не средневековые тени? Перед «концертом» на Игорька нахлобучили какой-то обруч, обозванный чехноловией, — неудобный и давящий на уши, которые, спасибо матушке природе, и так были теми ещё лопухами! Объяснили попаданцу, как это чудо работает, он опробовал — звук был ужасный. К тому же мелодию Игорь хорошо помнил на гитаре, а остальные инструменты врывались в его песню местами, но публика, похоже, была довольна…. Первые несколько минут. Перед началом песни панк себя немного подкрасил, а во время песни добавил эффекта, проведя измазанной в золе рукой по лицу. Зрители так вздрогнули, что Игорь даже приободрился, ещё больше входя в роль, теперь уже не старичка с детишками, а отверженного некроманта. Песня произвела такое впечатление на публику, что Игорь решил закрепить эффект своей любимой — про анархиста. Тут, будто был с попаданцем на одной волне, к шоу подключился листочек. Конечно, Игорь просил его немного додать спецэффектов, но не думал, что у малыша это так хорошо получится. И кость пошла в дело, Игорь бы посмеялся с лица главаря, если бы не был сосредоточен на образе. Впрочем, вся его публика, как в песне, в панике бежала. Это несколько удивило парня, но, видимо, он слишком вжился в роль, раз умудрился так напугать бандюг. Впрочем, большую заслугу в этом он приписывал листочку. Разбойники явно боялись энтов, вот и решили, видать, что из-под земли полезла армия древо-человеков. Игорь даже посмеялся немного — вот ведь впечатлительный народ! Неприятный сюрприз его ждал дальше, когда он пошёл к оборотням с облегчением и лёгким чувством удовлетворения от того, что смог помочь, несмотря на не отпускавший до последнего страх перед толпой фэнтезийных бандитов. Он подходил, а ребята отползали. Брена и Онрик перемещались всё ближе к Бози. Только Гидис, почти не мигая, смотрел на него. Лицо Онрика было в крови, и это заставило Игорька снова волноваться. Он заметил это ещё до концерта, но спросить времени не было. А теперь отвечать ему никто не спешил. А потом… Некромант? Да они что, все на голову упали? Как можно было такое подумать? Они ведь с ним уже не первый день знакомы! И про Листика знать побольше него должны! И вообще, Игорь тут со страху чуть не окочурился сам, ну-ка, против такой толпы зубастых был готов какой-то обглоданной костью махать! А они?! Было обидно. Они-то вон большие и сильные, как в зверей обернутся, а Бози так и оборачиваться не надо, один кулак как два Игорьковых! А Игорь вообще в старикашку как-то превратился, и ведь попёрся сюда, зная, что даже оборотни против бандитов не выстояли! Тьфу! — Знаешь, я, наверное, забыл каково это — без настоящих друзей, — рассказывал, немного остыв, листочку Игорь. Они шли по лесу к дереву, где ждал рюкзак попаданца. — Мы с Маринкой так долго дружили, да и с парнями уже столько лет… Но до неё так же было, общаешься с приятелями, а они — бац! И «Это не мы, это Игорь Васю ударил!». Чёрт, расслабился я за столько лет. Ну, ничего, напомнили — спасибо. Листик, спусти, пожалуйста, рюкзак. И пойдём какую-нибудь лужу найдём? У меня всё в золе, кошмар просто! Я, конечно, не привереда, но это уже перебор. Ветви послушно спустили рюкзак и погладили Игорька по голове, чуть не выдернув часть алой шевелюры. Парень фыркнул только, отбиваясь от ветки. — Не волнуйся, мелкий, я в порядке, — Игорь улыбнулся Листику, тот снова смешно зашевелил лапками в попытки общения. Попаданцу определённо нравился его новый то ли питомец, то ли всё же друг. Он потянулся к листочку и замер, заметив наконец, что на руках нет и следа морщин. — Ха! Смотри-ка, грязный, но зато не сморщенный! Думаешь, это чудодейственное свойство угля? Да, тоже думаю, что херня какая-то… Эта ваша магия, чёрти разбери, что такое произошло вообще. Это не ты ведь меня так гримируешь? Листик замер на его плече, не подавая никакого ответа. Игорь вздохнул. Всё хорошо было в этом товарище, только вот без головы или хоть глаз общение подвисало. — Слушай, ты вот лапки себе отращиваешь, вон теперь уже даже ладошки сделал, а пырилки какие-нибудь себе изобразить можешь? Или даже голову? Чтоб мне тебя понимать легче было? А то я даже не уверен, где у тебя зад, а где… ну, не зад, что ли? Или верх и низ? Как ты устроен? Если задуматься, то как ты вообще живешь, ты ведь лист?.. — Игорь ссадил листочек с плеча на ладонь и стал его вертеть. Он перевернул его вверх ногами, ну или другой стороной, по крайней мере, но по сути ничего не изменилось, тогда он перевернул его по другой оси, но разницу опять не нашёл. Может, слишком темно было, а может, он не знал, что искать. — Как ж ты ешь? Фотосинтезируешь? На одном солнышке не вырастешь. Или ты вообще не растёшь? Погоди-ка! Ты ведь не засохнешь, как простой лист? Может, мне тебя надо в воду поставить? Так, нам определённо нужна лужа… Глаз листочек не отрастил, да и на эту гору вопросов ответить не мог, но одной из ладошек показал в сторону кустов. — Хочешь туда пойти? Думаешь, там вода где-то есть? — до Игоря вдруг дошло, что пусть листочек у него и разумный, но едва ли он сейчас придумает пантомиму, чтобы с ним общаться. — Так, мелочь, давай, если «да», то ты мне козу показываешь, как я тебя учил, а если нет, то вот так сделай. Игорь показал фак. — Повтори, — листочек послушно сложил ладошку в нужный жест. Игорь ухмыльнулся: — Молодец, хороший…эээ… Листик! Итак, мы идём к воде? «Коза» в ответ. — Отлично, веди, — согласился Игорёк и полез в кусты. За ними листочек указал направо, потом он ещё немного прошёлся и вышел к лесному озерцу. — О, вот это дело. Не видно, правда, ни хрена. Там в этом прудике ничего опасного не водится, типа Лохнесского чудовища или русалки какой-нибудь, которая ночами любит эльфов топить? Листочек вытянул вперёд обе лапки и показал сразу и «козу», и фак. — Это у нас типа «не знаю»? Да тебя прям на рок-концерт вести уже можно, — посмеялся Игорёк над топырящим пальцы питомцем. Впрочем, учитывая явную разумность Листика, пора уже было переводить его в разряд друзей. — Ладно, вот и проверим, рожу умыть всё равно надо, а то чешется уже всё. Да и так сполоснуться перед сном немного. Весь я туда мёрзнуть, конечно, не полезу, но освежиться стоит. А я тут пока дрызгаюсь, ты попей, что ли? Или что там тебе надо? В общем, разберёшься? Дождавшись утвердительного жеста, Игорь опустил листочек на землю и сам склонился к озеру. На водной глади никакого движения не наблюдалось, так что попаданец пожал плечами и зачерпнул воды, смывая грязь с рук, затем с лица. После он нехотя высвободился из плаща, стянул собственную куртку и рубашку — по коже пробежали мурашки, пригревшись под столькими слоями одежд, Игорь ощутил ночную прохладу особенно сильно. Сполоснуться вот так у самого берега не получилось — слишком мелко, а мочить ноги он определённо готов не был. К счастью для него, над водой нависало одно из деревьев, оно почти лежало на воде, так что оттуда мыться будет куда удобнее. Игорь прошёл по стволу до середины, где дерево ещё было достаточно широким, чтоб на нем можно было расположиться, не потеряв равновесия, и только чуть наклонился, примеряясь, как бы сесть, как его перепугал крик, из-за которого он чуть целиком не улетел в воду. — Ирги, нет! Не делай этого! — На Игоря неслось что-то, от чего Игорь не знал, орать или смеяться. Хотя для начала ему надо было отдышаться, потому что резкий окрик и так его выбил, так ещё и успевшие перехватить его до падения ветви выжали из него последний воздух. Впрочем, они бережно вернули его на дерево, за что Листику большое спасибо. — Блять! Онрик, мать твою, это что за херня? Едрит-мадрид, да мне это в кошмарах сниться будет! — Игорь судорожно схватился за ветку, служащую ему теперь перилами. Он во все глаза смотрел на остановившегося у воды оборотня. Лицо Онрика всё ещё было в засохшей крови и в ночи смотрелось особенно стрёмно, но, что самое ужасное, лицо это было, как и вся человеческая голова, на теле животной ипостаси. К счастью, остальное тело тоже уже начало меняться, и вскоре на берегу стоял нормальный человек. Рядом уже остановился и Гидис, видимо, оборотни прибывали в порядке своей скорости. Вожак тоже обернулся. Игорь закатил глаза: — Добро пожаловать на ночной нудистский пляж. — Ирги, прошу, остановись! — так же взволновано, как и Онрик, просил Гидис. — Я и так стою, гении! Какого чёрта вы там разорались?! Я ж чуть не наебнулся из-за вас! — сердце действительно ещё колотилось в груди, не отойдя от резкого испуга. — Ирги, не… — Да не двигаюсь я! — чуть ли не взвыл Игорь, когда рядом с вожаком обратилась и Брена. — О, Бози, ты тоже молчи, хватит с меня и двух орунов. Что вас вообще ужалило? Помыться спокойно не дадут, ироды! Тьфу, блин, то не подходи к ним, то сами ломятся, будто с ума посходили. — Мыться? Так ты не топиться собрался? — облегчённо выдохнула Брена. Игорь вскинул брови в изумлении. — Чего мне топиться? Я, можно сказать, только жить начал. Вот Листика грамоте учу, лужу для мытья нашёл, сейчас ещё гнездо на дереве совьём — и мы укомплектованы, — пожал плечами Игорёк и всё же сел, чтобы помыться. А эти товарищи пусть что хотят делают, сами припёрлись. Оборотни вопросительно смотрели на своего вожака, будто ожидая его решения для дальнейших действий. Гидис кивнул им, а сам подошёл ближе к дереву, встав у его корней. — Ирги, — осторожно начал он. — Я бы хотел извиниться за себя и стаю. — Извиняйся, — разрешил Игорь, морщась от холодной воды, коснувшейся подмышек. Холодные капли потекли от груди по торсу, вызвав очередную волну мурашек. — Мы сделали поспешные выводы и сильно тебя обидели, — начал Гид, на что Игорь снова пожал плечами. Гид продолжил. — Прошу, не злись на нас, мы просто были слишком впечатлены твоим выступлением. Шокированы даже… — Не парься, я не злюсь. Просто сделал некоторые выводы, — закончив умывание, Игорь стянул оставленный на шее платок и обтёр им с себя лишнюю влагу. Гид неотрывно следил за каждым его движением. — Что? Боишься, что я таки утоплюсь? Не волнуйся, я неплохо плаваю. И не так важно ваше мнение, чтобы мне счёты с жизнью сводить, о нём узнав. Кстати, чего прибежали? Вспомнили, что батя за меня мёртвого денег точно не заплатит? Так у вас там от разбойников добра осталось, что наверняка разницу покроет. — Ирги… — начала Брена, но замолчала, будто не зная, что хотела сказать. Взволнованное лицо девушки и остальных оборотней тронули бы Игоря, увидь он их такими чуть ранее. Сейчас же он снова пожал плечами. — Проехали. Знаете, а может, мы пойдём каждый своим путём? Вы подальше от меня, такого страшного и ужасного, а я подальше от вас, таких доверчивых и пугливых? — предложил Игорь, ему показалось, что это неплохой шанс избавиться от необходимости знакомиться с папашей. И оборотни не в обиде, там, в лагере, столько добра осталось, что голодать не будут. Надо только чехноловию эту себе прикарманить, всё равно обруч-то до сих пор вон на уши давит. Вспомнив про это неудобство, Игорь наконец снял это устройство с головы и, аккуратно встав, пошёл к берегу — надо было прибрать обруч в рюкзак, пока никто не опомнился. — Мы не бросим тебя одного! — возмутилась Брена. — Прости, мы повели себя не по-дружески, но никто не шутит с некромантами. Это было очень смелое выступление. — Которое смогло вытащить ваши голые задницы из клетки и лап бандитов, — сухо отметил Игорь. Он отпихнул с дороги зависшего отчего-то Гидиса и прошёл к своим вещам, пряча в сумку обруч и начиная одеваться. — Или что, вы ждали, что я схвачу какой-нибудь меч и побегу с ним в гущу врагов? Так вот, я не то что бежать, я по лесу-то шёл с одышкой! — Мы, если честно, вообще не думали, что ты вернёшься за нами, — опустила глаза девушка. Игорь уже натянул рубашку и прикидывал, куда б пихнуть мокрый шарф. — Мы думали, чёрт всё же тебя нагнал, и ты уже мёртв, — кивнул Онрик. Куртка успела остыть, но всё же в ней стало куда комфортнее, и Игорь теперь критически осматривал одолженный плащ. — Тем легче было поверить, что ты некромант, раз не умер, — добавил Бози. — Господи, это просто песни! Я не встречал никогда чертей, не наводил проклятья, не вёл толпы трупов, и я точно не являюсь сам мертвецом, — попытался вразумить оборотней попаданец. Ну как можно быть такими наивными? Взрослые ведь уже люди… оборотни… неважно! — Но твои волосы… — начал было Гидис, всё не сводящий с попаданца глаз. — Да, бля, состриг я их, потому что мешались! Такие патлы были, что я ими то за куст, то за ручку дверную зацеплюсь. А одним утром кто-то поставил в комнате вазу с цветами, я каким-то макаром этой гривой зацепил, ваза вдребезги — дорогая наверняка — ну я психанул и отстриг нахер. А красные, потому что нравится мне так, — предупреждая возможные вопросы, сразу разъяснил Игорёк. — А когда ты выступал, твоё лицо почернело прямо на глазах! — вспомнил жуткую картину Онрик. — Хочешь, фокус покажу? — Игорь криво улыбнулся блондину и незаметно для всех сунул руку в карман плаща, который так и держал в руках. Игорь повернулся к вожаку и схватил его за руку, будто оглаживая большую ладонь — тот сам напросился, подойдя слишком близко. Гид удивлённо распахнул глаза и с вопросом уставился на Игоря, который торжественно поднял руку вожака вверх, будто провозглашая победителя. — Хоба! Что же это?! — Зола? — глядя уже на свою руку, неуверенно ответил оборотень, будто ожидая в вопросе подвоха. Остальная стая так же неуверенно смотрела на почерневшую кисть вожака. — Ну вот, ты весь фокус раскрыл! — притворно расстроился Игорь. Потом он отпустил руку Гида и пошёл к воде, отмывать вновь запачканные руки. Гид последовал его примеру. Игорь продолжил мысль: — Конечно, на морщинистой роже это смотрелось эффектнее, но суть одна. Странно, что вы сразу не поняли, у вас ведь вон как глаза светятся, все, небось, в темноте видите, у меня-то расчёт был на орков и остальных, кто, как и я, в темноте как слепой котёнок. — Хм, — прогудел Бози. — Это всё оставляет один вопрос — мы точно видели, что ты постарел. Это сложно было не заметить. Если это был не чёрт, то что же случилось? И как ты вернул свой облик во время выступления? — Ах, Бози, похоже, голос разума в этой компании — ты, — кивнул Игорёк. — Я действительно постарел, но черти тут точно ни при чём. — Так что же? — Гидису тоже не терпелось узнать. — Я не знаю, — честно ответил попаданец. — Может, это имеется в виду, когда говорят «со страху поседел»? Игорь и впрямь допускал, что это может быть настоящим объяснением. Он не был силён в магии уж точно, но, судя по реакции дядюшки, его смена расцветки была вполне себе нормальным магическим делом. И раз он может каким-то чудом влиять на свой цвет волос, то и другие изменения идут бонусом? Вот перепугался, когда повозку перевернули, и поседел, ну и состарился заодно. Типа, как шок или выброс адреналина? Только тут вот магия так чудно среагировала? Точно Игорёк знать не мог, но чем эта теория хуже других? — Да, это определённо от пережитого шока. А потом спел, успокоился, вот всё на место и вернулось, — убедил и себя, и оборотней попаданец. — Вот как, значит, тебе не угрожают потусторонние силы, и нам не надо волноваться о том, что ты вот-вот помрёшь? — на всякий случай уточнил Гидис. — Нет. И вас я тоже убивать не собираюсь, — елейным голосом ответил ему Игорь, впихнув в руки плащ. — На, оденься, нудистский предводитель, подай пример своим последователям. — Ирги, прости ещё раз. Но я так рад, что с тобой всё в порядке, — Гид не взял плащ. Он шагнул вплотную к Игорю, прижал его к себе, крепко обнимая, зарываясь носом в красные волосы и жадно вдыхая. — Э?.. Э! Ты чего! — Игорёк попытался вывернуться, рука с плащом неудобно застряла между их телами, другая безуспешно пыталась отодвинуть от себя голого вожака. Но Гидис лишь крепче сжал его, предупреждающе что-то прорычав, а после жалобно проскулил. Игорь замер. Вожак был напряжён, но его, кажется, немного трясло. Попаданец растерялся — да что же с Гидом такое? — Эм, ну, ты это… Всё в порядке, я ж не умер и не некромант, всё пучком. И с вами всё окей, вроде? Нос Гидиса переместился с волос Игоря на шею. Уперевшись лбом в плечо эльфа, вожак, казалось, собирался так стоять всю ночь. Игорь, вздохнул. Гидис его напрягал — то ходил злой как собака, то теперь вот как побитый пёс — совсем его не понять уже. Но по натуре Игорёк был парень отходчивый и обиды долго не держал. Конечно, гладко у них с оборотнями сейчас едва ли будет, но что он, не человек, что ли? Видит ведь, что перенервничали ребята. — Ладно, ладно, всё будет хорошо, — Игорь легонько похлопал Гида по спине, надеясь, что это достаточно мирный жест. По телу вожака снова пробежала дрожь. — Знаешь, нет, ты всё же оденься, а то мёрзнешь стоишь. Как-то умудрившись отлепить от себя Гидиса, Игорёк сам накинул на него плащ и пошёл к остальным оборотням. Повернувшись к вожаку спиной, он уже не видел, как Гид водит носом по вороту плаща. — Вот, возьми хоть это, — Игорь протянул Брене свою куртку. Самому стало прохладнее, но девушка вообще голая была. — А то тоже замёрзнешь, как вожак ваш. — Спасибо, — удивлённая девушка приняла предложенную вещь, но надевать не спешила. — О, а тебе вот, — Игорь вытащил мокрый платок и протянул его Онрику. — не согреет, но хоть лицо оттереть. Что с тобой вообще случилось? Онрик принимать вещь не спешил, опасливо поглядывая в сторону Гидиса. Игорь и этого не заметил, смочил платок ещё больше и сам стал стирать с Онрика подсохшую и не очень кровь. — Тебе нос, что ли, сломали? — не обращая ни на что внимания, Игорь методично оттирал лицо знакомца. Ему вспомнилось, как Паха как-то раз пришёл к нему с разбитым носом, и они долго сами пытались остановить кровь, пока не пришла Маринка и не наорала на обоих, чуть ли не за уши отведя их к своей маме, которая была медиком и проблему решила куда быстрее. Игорь усмехнулся, хорошо всё же, что у оборотней всё явно быстрее заживает. — Да нет, вроде в порядке уже, — ответил тем временем Онрик, сведя глаза в кучу в попытке проследить за движением рук на своём лице. — Бози, а ты как? — на всякий случай спросил Игорь у медведя, который стоял с тревожным видом. — Мне очень стыдно за то, что мы о тебе подумали, — признался тот. — О… Я имел в виду физически, но отрадно знать, что тебе не всё равно, — кивнул ему Игорёк. Он закончил с Онриком и впихнул ему всё же платок в руки, на случай, если опять кровь пойдёт. — Ладно, видимо, вариант разойтись вам не понравился. Тогда надо вернуться в лагерь бандитов, шмотки собрать, поспать хоть немного… — Ты собрался там спать? — возмущённо спросил вожак. — Я собирался вообще спать во-о-он на том дереве, — Игорь показал на дерево чуть подальше от воды. — У меня Листик такие штуки может, оказывается, из веток крутить, что и гнездо б нам какое-нибудь соорудил. Но раз уж вы меня оставить не хотите, то лучше спать там же, где вещи бросили. — Мы соберём всё, что нам надо, заберём лошадей и отправимся сразу в путь, чтобы к утру быть как можно дальше отсюда. Разбойники могут вернуться, так что рисковать мы не будем, — Гидис рассуждал здраво, пришлось это Игорю признать. — Они выглядели напуганными до смерти, может, и не вернутся… — с сомнением протянул Онрик. — Если кто-то из них успел разглядеть «руки», когда убегал, то они могут что-то заподозрить и рискнуть проверить, — покачал головой вожак. — Так что сейчас быстро собираемся и уходим. Оборотни перетекли в свои звериные обличья, Игорь со вздохом подобрал плащ и куртку — только платок Онрик повязал вокруг запястья, так что теперь ушастый волк щеголял интересным аксессуаром на лапе. Листик забрался опять в волосы своего горе-хозяина, и вся компашка двинулась в путь, ведомая длинноногим и быстрым Онриком. Гидис шёл за Игорем, будто конвоир. — А вот почему вы всегда не отращиваете человеческие головы, как Онрик сделал недавно? Было бы куда проще понять твои порыкивания, знаешь ли, — обратился к Гиду попаданец. Гидис снова обернулся человеком и зашагал рядом. — Это очень некомфортная трансформация и весьма болезненная. Оборотни крайне редко к ней прибегают. Но Онрик так испугался, что воспользовался самым быстрым способом тебя окликнуть, — пояснил вожак. Затем он положил руку на плечо Игорю, останавливая его и заглядывая в глаза с крайне серьёзным видом. — Я знаю, тебе не понравился прошлый раз, но я вынужден тебя попросить снова позволить тебя понести. Чем быстрее мы отправимся в путь — тем лучше. — Нет-нет-нет, вот уж хватит с меня на сегодня приключений. Может, вы просто бегите вперёд, собирайтесь, а я как раз пока дойду? — замотал головой Игорёк. Гидис, казалось, задумался. Он свистнул, и вся стая остановилась, повернувшись к вожаку. — Идите, собирайте вещи, возьмите одну из брошенных повозок. Лошадей берём только своих, — он прервался. — Хотя проверьте ту, что тянула повозку, если травмирована, то возьмите другую. Мы с Ирги подойдём чуть позже. Оборотни кивнули и пустились вперёд. Первым из виду скрылся Онрик, за ним Брена. Тяжёлую поступь Бози было слышно ещё долго. Игорь удивлённо посмотрел на Гидиса — ещё вчера вожак нарычал бы на него и закинул бы на спину без вопросов. Это такая форма благодарности? Он переосмыслил что-то? Или его по голове слишком сильно ударили? Вот когда Ёж сильный сотряс получил, он вообще неделю не в себе был. Все тогда ещё думали, что он с Пахой неосознанно флиртует, типа, случайно из-за того, что башка плохо соображает, что-то нелепое несёт. Потом уже оказалось, что в другом дело, но и без этого вёл он себя тогда непривычно, никакого фильтра речи. Но Ёж оборотнем не был, а эти ребята, похоже, крепкие орешки. Так что, может, Гидис просто пытается сгладить общение. В конце концов, они познакомились не в самое удачное время, когда рана от потери близкого человека была слишком свежа. Не то чтобы сейчас прошло много времени, но если оборотень успел взять себя в руки, то Игорь определённо рад перемене. Они молча шли по следам убежавшей стаи. Игорь чувствовал, как в волосах копошится Листик, но он уже даже начинал привыкать к этому ощущению. Гидис шёл рядом, под его босыми ступнями хрустели мелкие, невидимые для Игоря в темноте, ветки. Попаданец поморщился, представляя, как неприятно иди по лесу без ботинок. — На, — он снова протянул Гидису плащ. Тот как-то непривычно задорно улыбнулся. — Что, моё нагое тело тебя так тревожит? — Гид потянулся, заведя руки за голову, будто ненарочно красуясь развитой мускулатурой. Игорь бы, наверное, впечатлился, может, даже позавидовал бы, но сил уже не оставалось ни на что. — Не, ну если не надо, так и скажи, — парень уже хотел убрать плащ, но Гид перехватил его и всё же оделся. Снова повисла тишина, Гидис отчего-то приуныл. Игорь действительно вдруг почувствовал всю накопившуюся за день усталость, но решил, что стоит поддержать перемирие. — Мне правда жаль, что вам пришлось пережить потерю Леты. Знаю, это не сильно поможет, но я понимаю. И вы все хорошо держитесь. Она могла бы вами гордиться. Игорь правда понимал. Он вспоминал, какой стала мать после смерти отца, и точно знал, что потери делают порой с теми, кто остался жить. — У нас существует поверье, что души умерших перерождаются в животных, проживают ещё одну жизнь, так отдыхая от суеты прежней жизни, а потом вновь рождаются среди разумных, — задумчиво поведал вожак. — Ого, как вы с такими поверьями вегетарианцами ещё не стали? — впечатлялся Игорь. — Кем? — не понял его Гид. — Травоядными, — пояснил попаданец, мысленно давая себе пинка — ну сколько ж можно так палиться! — Успешная охота может освободить очередную душу от животного тела быстрее, — пожал плечами Гидис. Игорь хмыкнул — удобно! И ведь даже такой вариант перерождения душ звучит адекватнее того, с чем столкнулся сам Игорь! — Так, это… я так понимаю, у нас мир? — Игорь остановился и протянул Гидису руку. Да, ему показалось, что вполне удачный момент, но ему раньше в таких ситуациях бывать и не приходилось. — Конечно, — Гид принял рукопожатие. — И еще раз прости за всё моё недоверие. — Да, ничего, я тоже погорячился, — закончив трясти руку оборотня, Игорь махнул, мол, пустяки. — Стресс, все дела, не подумал, что вы тоже народ впечатлительный. Обидно, конечно, было, но ничего, прояснили вроде. — Я не только про это, — нахмурился вожак. — Я знаю. Но я уже сказал, я понимаю, потери — это тяжело. Я рад, что всё устаканилось, — Игорь вдруг насторожился, вглядываясь вперёд. — Что они делают? — Что? — Гидис проследил за взглядом эльфа. — Чёрт, тушат пожар! Гидис рванул вперёд не перекидываясь. Игорь побежал следом, благо недалеко было. Когда прибежали, оказалось, всё не так плохо. Из-за оставленного без присмотра костра загорелась одна из палаток и ближайшие к ней кусты. Оборотни пытались потушить, но огонь с кустов быстро распространялся. Игорь было испугался, что сейчас они спалят весь лес, но ситуацию исправил листочек. Он быстренько заставил горящие кусты отползти подальше от всего остального, после чего вовсе перевернул их корнями кверху. Оборотни как раз потушили палатку. Пока они разбирали вещи, выбирая, что их, что не их, а что из чужого ну уж очень нужно, Игорь тихонько отошёл к дереву с приделанной к нему трубой. Он прикинул — лезть невысоко, если что, Листик подстрахует. Ну, собственно, и полез. До трубы добрался, а там сообразил, что кое-чего не учёл — как же спуститься, если обе руки заняты трубой? Он попытался аккуратненько съехать по стволу до следующей ветки, и это даже получилось, только труба вдруг перевесила, и Игорёк стал заваливаться. — Ирги! — к дереву с бешеными глазами подскочил Гидис, готовый, кажется, ловить незадачливого древолаза. Игорь резко ухнул спиной вниз, но в руках вожака не оказался. Всё же ногами он уцепился крепко. — Уф! — он приложился спиной о ствол, руками обхватив трубу, а ногами дерево. Когда в глазах снова прояснилось после столкновения, он обнаружил себя нос к носу с Гидисом, который то ли был в ярости, то ли в панике. Игорёк нервно улыбнулся: — Приветик! Эм, не подержишь? Мне бы спуститься. Он вручил трубу вожаку, подтянулся обратно к стволу, чтобы не болтаться вниз головой, по дороге чуть не впечатался лбом Гиду в нос, но в итоге благополучно вернулся в положение, удобное для спуска. Оказавшись на земле, он забрал трубу и довольно её осмотрел. — Так, где-то тут ещё какие-то штуковины были для настроек? — он заозирался, пытаясь вспомнить, как нужное вообще выглядит. — Боги, ты мне в наказание за что-то послан, — покачал головой Гид. — Иди, пожалуйста, помоги Брене натянуть полог на повозку, я сам найду эти твои «штуковины». А то с тебя станется потом ещё в берлогу какую-нибудь залезть, пока я не вижу. — Поверь мне, Боги тут ни при чём, — Игорь прикинул, стоит ли доверять такое важное дело Гидису? Ну, в темноте волк всяко лучше видит, так что пусть ищет. — Окей, тогда я к Брене. Ребята как раз оделись уже. А то я, знаешь ли, тоже, может, впечатлительный! Как вот навпечатляюсь тут вами перед сном, так потом и не уснуть будет. Игорь продолжал полусонно ворчать о голых оборотнях, платных каналах и вероятности простуды у фэнтезийных существ, но, к счастью, Гидис уже занялся поисками недостающих частей чехноловии. Брена посмотрела на широко зевающего Игоря и фыркнула, загоняя эльфа в повозку, где уже было порядком вещей. Повозка вообще была побольше предыдущей, но и вещичек у них теперь тоже поприбавится. Девушка отказалась от помощи, Онрик ей уже взялся помогать, Бози разбирался с лошадьми. В итоге всё, что требовалось от Игоря, — это «посиди пока тут». Ну, Игорь сел, устроился поудобнее и сам не заметил, как уснул. Снилось ему что-то хорошее, про концерты и шампанское на детской площадке.