Не все то золото...

Глава 9 За пять минут до окончания своего урока Гарик постучал линейкой по столу, отвлекая от решения задачи и привлекая к себе внимание. — Дорешаете на следующем уроке, задачка не из легких, — объявил он. Почему не дома? А обязательно на следующем уроке? Гарик, как педагог новой формации, считал, что все должно делаться только на уроках и никаких домашних заданий, якобы для закрепления материала. Да и о каком закреплении может идти речь, если физика у них будет только через два дня. За эти дни они забудут абсолютно все, что он им рассказывал, и будут снова да ладом учить то, что было два дня назад, но, уже пропустив и, скорее всего, неверно все через свои мозги. Поэтому только на уроках и без всяких закреплений, все по свеженькому. Впрочем, так даже легче ему было понять, что поняли мальчишки, а что пропустили мимо ушей. — Завтра у нас выходной… — Как выходной? — загудели мальчишки. Суббота в школе никогда не был выходным днем, да и воскресенье тоже. Это малышей родители по домам разбирали, хотя бы на один день. А они все оставались в интернате. И хоть делать особо было нечего, особенно зимой, но их никогда не выпускали за ворота без сопровождения родителей, словно они дети, а не «верзилы осьмнадцати лет», как называл их преподаватель литературы, благообразный этакий «божий одуванчик», старичок лет под семьдесят, допекать которого парням казалось ниже своего достоинства. — Обычно бывает «Ночь музеев», а у нас запланирован на завтра «День музеев». Спонсоры для повышения вашего культурного уровня выделил автобусы, чтобы вывести вас в люди и ознакомиться с культурными ценностями, — продолжил Гарик, когда в классе снова стало тихо. — Но тут произошла одна незадача — нашему классу автобус почему-то не запланирован. — Как не запланирован? — снова загудели мальчишки. — Мы тоже хотим культурно повышаться. — То ли обсчитались, то ли решили, что вам не надо, — ответил Гарик. — Но как бы то ни было, вас в музеи не везти не собирались. — Вот всегда так, — возмутился Андрей Кузнецов и в сердцах стукнул по своему столу, да так, что тот жалобно затрещал. — Спокойно, прошу соблюдать спокойствие, — попросил Гарик, подняв руку. — Вопрос улажен более чем достойно. Вы все тоже поедете, только не классом, а по двое в помощь воспитателям, которые будут сопровождать малышей. Вам требуется разбиться на пары и записаться у меня, кто с кем. — На пары? — хмыкнул Андрей. — Это заманчиво. — Попрошу без намеков, — крикнул ему кто-то с заднего стола. — Вот именно, — разулыбался Гарик, — без намеков. Все абсолютно добровольно. Не захотите парами, останетесь на территории школы, в то время, как остальные будут лакомиться мороженым и пирожным после музеев. Спонсоры запланировали также обед в ресторане и посещение одной совсем даже недешевой кондитерской. — На пары, говоришь, — Андрей обернулся назад, расправив грудь и потирая ее руками. Вид у него был такой, словно он собирался того, кого выбирал себе в напарники, в лучшем случае… съесть. — Михаэль, пойдешь со мной? — на весь класс рявкнул он, перекрывая гул. Гарик видел, как вздрогнул парень, он по-прежнему продолжал опасаться Андрея, не доверял и ожидал всё время подвоха. — Андрей, Михаэль, — мужчина не дал последнему ответить. — Я хотел вас взять себе в помощь. Меня назначили вторым сопровождающим к семиклассникам. — Вы их тоже трахать будете? — пошутил кто-то. Гарик недовольно окинул взглядом класс, все сразу притихли, хотя только что шумели, пытаясь разбиться на пары. — Я все же воспитатель, а не педофил, — совершенно серьезно ответил мужчина. — Кто-то в этом сомневается? На его удивление все честно смотрели ему в глаза. — Простите, — поднялся один из парней, — я неловко пошутил. — За речью следить надо, — отозвался Гарик, давая понять, что инцидент исчерпан. — Порой оброненное слово бьет сильнее, чем кнут. А вас, даже не надейтесь на милость, буду трахать за то, что обещал, пока не научитесь вести себя так, как положено, и говорить, как должно. Вы уже не дети. И должны отвечать за свои слова и поступки. — Но с нами обращаются, как с детьми… — попытался возмутиться стоявший по-прежнему на ногах парень. — Потому что нет вам доверия. Докажите, что взрослые. И я сам буду ходатайствовать, чтобы вас одних отпускали в город, — перебил его Гарик. — Заслужите… доверие. Убедите меня, что способны на поступок… …Семиклассников, которых сопровождал Гарик, их воспитатель и Андрей с Михаэлем повезли в Музей-панораму «Бородинская битва». Вообще, у каждого класса был свой маршрут, но ровно в два часа все автобусы должны были доставить детей после четырехчасовой экскурсии в ресторан на обед, а чуть позже в кафе-кондитерскую. Гарик раньше там никогда не был, ему казалось, что смотреть там особо нечего, но приблизиться к русской истории ребятишкам все равно не помешает, к тому же именно в этом году несколько дней назад отметили двухсотлетие Бородинской битвы. Пусть послушают, что интересного расскажут об этом событии экскурсоводы. Но экскурсия на удивление оказалась очень занимательной. Всем очень понравилась портретная галерея. К тому же ему, Гарику, большому любителю посуды и изящных безделушек, пришлась по душе коллекция из стекла и фарфора с лицами Наполеона, Кутузова и эпизодами французской кампании. И ребятишки, негромко переговариваясь, с восторгом обсуждали увиденное. Казалось, они даже забыли о пирожных, которыми их обещали угостить, неохотно покидая музей после экскурсии. — Мне бы бабушку навестить, — попытался отпроситься у Гарика Михаэль. Но тот покачал головой — не он устанавливал правила, и если нарушит, то и ему не поздоровится. А лишится работы после начала учебного года, когда штаты школ уже сформированы, не очень хотелось. — Я бы не отпрашивался, но она в соседнем доме живет. Рядом совсем, — снова негромко проговорил Михаэль, склонившись к тарелке со шницелем, чтобы малыши не слышали. — Чесслово, одна нога здесь, другая там. Готов пожертвовать своим пирожным в чью либо пользу. — Я сейчас, — ответил ему Гарик и, поднявшись со своего места, подошел к воспитателю малышей. Михаэль краем глаза видел, что мужчины что-то обсуждают. — Быстро доедайте второе, — негромко сказал Гарик Андрею и Михаэлю. Он не мог взять одного, а оставить второго. — Я договорился. Даже жертвовать пирожными не придется, их вам упакуют в лучшем виде, в автобусе или за ужином съедите. — Мы куда? — не понял своего наставника Андрей Кузнецов. Он не слышал его разговора с Михаэлем. — Бабку Михаэля проведывать, — отозвался Гарик и приложил палец к губам, чтобы парни сильно бурно не выражали своей радости, что удастся пройтись по городу без сопровождения взрослых — их воспитатель не в счет. До бабки они не дошли, да и, судя по всему, жила она явно не в соседнем доме. А вот в соседнем доме, куда парни затащили Гарика, находился супермаркет. — Обманщики, — проворчал воспитатель, помогая им упаковывать в пакеты сыры и колбасы и «Колу», которыми те затаривались. — Сигареты купить забыли, — ахнул Андрей и снова рванул на кассу. — Не позволю, — крикнул ему вслед Гарик. — Мы уже взрослые, — остановил его порыв Михаэль, схватив за руку — по крайней мере, не маленькие. До интерната у нас была у всех своя жизнь. Кто курил, кто-то пробовал алкоголь, кто-то любил девушек. Алкоголя и девушек нас лишили до окончания школы. Не лишай хотя бы маленьких радостей — выкурить сигаретку с чашечкой растворимого кофе. — Сигарета, кофе, тьфу, — сплюнул Гарик, — эстеты… Надеюсь ты не куришь? — Не курю, — улыбнулся ему Михаэль. — Водку не пью. И с девушками дел не имел и не имею. Последнюю фразу он сказал с нажимом, глядя в глаза Гарика. — Ну, все, — к ним подбежал запыхавшийся, но счастливый Андрей с тщательно упакованным блоком сигарет. Он вынул их кармана другие пакеты, не такие новенькие, как в супермаркете, сразу было видно, что им пользовались не раз и не два. Подмигнул Михаэлю и Гарику. — Бабушка гостинцами нагрузила, — проговорил он довольно, ставя пакеты с купленными продуктами в его, чтобы не так заметно было, что были они совсем в другом месте, а не в гостях. — Доведете вы меня до греха, — вздохнул Гарик, подхватывая один пакет и направляясь из магазина. Парня не стали ждать приглашения, схватили другие пакеты и двинулись вслед за воспитателем. — Не сердись на обман, — попытался объясниться с ним Михаэль, но мужчина поднял руку — разговаривать с ними он будет в интернате. Попробует объяснить, что идти на поводу у них он не собирается.