Страшный звук, заполоняющий всё вокруг

***

Зайдя в паб на шаг позади Грега, Джон с облегчением вздыхает, а затем снова замечает то странное чувство пустоты, которое ощущает от всех в последнее время. Он с нетерпением ждал дня, когда на некоторое время можно будет выбраться из квартиры и заполучить несколько минут для себя, чтобы сделать что-то чертовски нормальное. Удивительно, как сильно он цепляется за нормальность, не будучи нормальным с самого начала. Впрочем, он в любой день возьмёт верх над тем, каким был Шерлок. Вдобавок ко всему, трудно смириться с тем, что Шерлок не справляется с этим. Для человека, который провёл большую часть своей жизни, игнорируя собственные эмоции и притворяясь, что их не существует, он стал невероятно зависимым от эмпатии Джона и их общей связи. Впрочем, он не единственный. Но Джон не хочет, чтобы с ним нянчились. Он не хочет, чтобы его утешали из-за этого. Он хочет покончить с этим. Джон хочет игнорировать проблему, пока та не исчезнет. Или пока этого не произойдёт, и он не научится справляться со своей новой нормой, не научится читать людей, не научится идти по жизни. Он надеется, что до этого не дойдёт. Сейчас он не нуждается в утешении. Ему нужно что-то делать, и Джон не понимает, почему Шерлок не может этого понять, почему не может этого сделать. Джон всегда был человеком действия, всегда предпочитал делать, а не думать. Почему Шерлок этого не понимает, ведь так было всегда. Они оба такие, в какой-то степени, они предпочли бы делать, предпочли бы действовать, а не реагировать. Джон сейчас − это всего лишь реакция, и он её ненавидит. Он сильно сбит с ног и потерял равновесие, и всё, что может делать, это реагировать, реагировать и ещё раз реагировать. Джон знает, что Грег увидел это практически сразу же, когда пришёл его навестить, и именно поэтому предложил эту вылазку в паб. Он хотел дать Джону напоминание о нормальности. Он хотел напомнить Джону, что тот выжил, даже если ситуация ещё не совсем выровнялась. Грег − хороший друг, и Джон мог бы поцеловать его за это. Но он воздержится. Шерлок, мягко говоря, взорвал бы ему голову за это. Шерлок был... властным. Что, вероятно, мягко сказано. Джон ценит это. Правда. А ещё он это ненавидит. Он знает, что у Шерлока добрые намерения и что тот склонен направлять свои менее легко управляемые эмоции (то есть все) в гнев, ненависть и другие разрушительные силы. Он знает, что Шерлок ужасно беспокоится о нём и не может смириться с тем, что не может потакать своему первому побуждению − привязаться к Джону физически и ментально. Сердце Джона разрывается от того, что они не могут обратиться друг к другу за утешением. Они оба привыкли полагаться на это. Ему становится больно, когда он видит, как Шерлок прерывает движение в его сторону, и когда тот в конечном итоге спит рядом с их кроватью чаще, чем в ней самой. Ему больно вспоминать, что они только что поженились, и что у них должен быть почти постоянный самодовольный супружеский секс, а вместо этого они даже не могут спать в одной постели. Он скучает по Шерлоку. Так сильно скучает по нему, хотя тот рядом. Джону нужно выпить. По правде говоря, он видит привлекательность того, чтобы прямо сейчас погрузиться на дно бутылки. Но он − не его сестра, и он всегда справлялся со всем этим лучше, чем она. (В основном он считает, что это связано с его эмпатией, но не может быть уверен.) Так что он и с этим разберётся. Ну ладно, значит, он не всегда хорошо справляется с этим. Иногда он убегает. Впрочем, бежать сейчас тоже некуда. И единственное, от чего он действительно хочет убежать − это Себ Моран. Если он никогда не восстановит свою эмпатию, будет ли он по-прежнему мишенью? Знание того, что ему больше не придётся беспокоиться о Моране, почти оправдало бы эту пустоту, с которой он сейчас живёт. Почти. Бармен улыбается, когда они садятся за стойку. − Рад тебя видеть, Джон, − говорит он. − Как обычно? − Да, спасибо, − отвечает Джон. Он поворачивается к Грегу. − А ты что будешь? Первый раунд за мной. − Пинту горького, пожалуйста. Их напитки вскоре оказываются перед ними. Джон поднимает свой бокал и чокается с бокалом Грега. − За жизнь. Грег хихикает. − За то, что Шерлок немного занят. Они делают глоток. − Майкрофт заедет к вам сегодня вечером, − добавляет Грег. − Он сказал что-то насчёт того, чтобы составить компанию Шерлоку. Джон удивлённо моргает. − С каких это пор им нужна компания друг друга? − Я думаю, что он почувствовал себя сентиментальным. И он, наверное, знает, насколько Шерлок волнуется из-за тебя. − Он волнуется, да. Несколько минут они молча пьют. − Как ты держишься? − спрашивает Грег. − Это... − начинает Джон. Ему нужно подумать с минуту. − Это странно. И мне больно, когда он прикасается ко мне. Что, честно говоря, он делает очень часто. − Тебе больно, когда Шерлок прикасается к тебе? − Да, − вздыхает Джон. − Ненавижу это. Ты когда-нибудь слышал о чём-то подобном? Он откидывается на спинку стула и смотрит, как Грег несколько минут размышляет об этом. − Правда? Нет. Но вы двое − особый случай, не так ли? Я тоже никогда не слышал, чтобы кто-то терял свои способности. − На самом деле я не думаю, что она потеряна. Просто... подавлена, я думаю. − Из-за травмы головы? Джон улыбается. − Твоё здоровье. Они чокаются и снова делают по глотку. По молчаливому согласию они больше не говорят ни о Шерлоке, ни о нём и его особенности до конца первой пинты. Они обсуждают футбол по телевизору над баром. Они немного говорят о регби, обсуждают отношения с кем-то, кто такой же трудоголик, как и вы (в случае Грега), и почти всё остальное под солнцем. А потом Джон пытается заказать вторую пинту пива. Потому что он хочет вторую пинту и ещё немного времени, чтобы почувствовать себя нормально. − Извини, Джон, я не могу этого сделать, − говорит бармен... Джеймс? Генри? Джон не может вспомнить его имя. − Что ты имеешь в виду? − Я получил строгий приказ от твоего мужа не продавать тебе больше одной пинты. Джон удивлённо моргает. − Ты, должно быть, издеваешься надо мной. − Боюсь, что нет, приятель. Он заберёт мою лицензию, если я не подчинюсь. − Что ты имеешь в виду, говоря, что он заберёт твою лицензию? − Я имею в виду, что он заставит меня закрыться. Он говорит, что знает людей, и я ему верю. Джон фыркает. Рядом с ним Грег фыркает и пытается не дать этому превратиться в смех. Ему это не особенно удаётся. − Я убью его на хрен, − бормочет Джон. Потом он немного оживляется. − Не мог бы ты продать мне полпинты? Я не скажу ему, если ты не скажешь? И ради всего святого, он выпрашивает у бармена полпинты пива, как какой-нибудь бедный алкоголик до последнего фунта и пытается заставить это сработать. Бармен − может быть, Скотт? − с минуту разглядывает вафли, а потом кивает. − Если меня закроют, я приду за тобой. − Договорились. Джон выпивает полпинты меньше чем за десять секунд. Грег ещё немного потягивает вторую пинту, а потом они направляются обратно к Бейкер-стрит. − В следующий раз мы пойдём куда-нибудь ещё, хорошо? − предлагает Грег, когда они неторопливо идут вперёд. − Да, это может сработать, − соглашается Джон. Однако у него есть смутное подозрение, что он знает Шерлока лучше.