knight & prince

Чонгук смотрит в одну точку уже несколько часов, и если бы кто-то случайно заглянул в его комнату, можно было подумать, что он мертв. Думается, что этот человек не ошибся бы, ведь внутри Чонгук себя чувствовал именно так. Он был совершенно уничтожен, разбит, раздавлен. Его слабое сердце еще гоняло кровь по телу, но он бы предпочел, чтобы оно уже наконец остановилось. — Ты никогда больше не найдешь того, кто полюбит тебя! Тебя любил только Я. Чонгук жмурится и поворачивается на бок, прижимая колени к груди. Этот треклятый мальчишка из прошлого университета был прав. Его никто не полюбит, да и наверное никто никогда и не любил его по-настоящему. Чувства, которыми тот человек прикрывался, были болезненным собственничеством и эгоизмом, и Чонгук просто не смог терпеть его вечные упреки и ссоры, в итоге расставшись с ним. Правда при этом получив кучу проблем на свою голову. — Да кому ты такой нужен? Мерзкий. Злой. Ты ведь довел его до больничной койки?? — Говорят, он его так избил, что живого места на нем не было. Он ужасный человек. Чонгук так отчетливо слышит все эти грозные голоса, полные неодобрения и ненависти. Сколько раз ему пришлось выносить все эти презренные взгляды и громкие комментарии от совершенно посторонних людей, которых он даже не знал. Он тихо терпел, стараясь выглядеть непоколебимым и стойким, улыбался для Джина, который всегда интересовался, как у него дела, а по ночам плакал сквозь сон, не понимая по утру, почему подушка оказывалась влажной. Он никогда не делал ничего того, что ему приписывали, но кто поверит одному едва различимому голосу, который не сравнится с сотней язвительных хитрых голосов.

***

Сначала Юнги был уверен в правильности своего решения, но чем ближе он подходил к дому, тем хуже ему становилось. Он зашел в квартиру и тут же сполз по стене, опускаясь на пол, взявшись за голову. В этот раз разум и сердце были в сговоре и твердили, что он совершил ошибку, поверив на слово тем негодяям, не разобрался ни в чем, и так ужасно поступил с Чонгуком. — Хватит! Я не люблю его! Не люблю! — Юнги закричал, не обращая внимания на заблестевшие слезы на щеках, — Я... Юнги замечает тонкое серебряное кольцо на полу у стены, которое скорее всего уронил Чонгук в их первый и последний вечер в этих стенах. Он берет его в руки, внимательно посмотрев, а затем спешно прячет в карман, встряхнув головой. Юнги трет лицо ладонями, а затем поднимается и идет в комнату, желая забыться крепким сном. Мин устало вздыхает, опуская голову на подушки, и тонкий аромат парфюма Чонгука окутывает его, заставляя парня откинуть одну из подушек в сторону. Он хмурится, сердится на себя, и отворачивается на другой бок, устроившись на самом краю со своей стороны.

***

Так как университетская шайка добилась своего, то они стали медленно, но верно, снова все больше и больше доставать Юнги. Им было на руку, что Чонгука нигде не было видно, и несколько дней он не появлялся, но они слишком тянули время, оставляя самые мерзкие выходки на потом. В один день они окружили Мина у одного из стеллажей в библиотеке, зажав рот ладонью. — Давай без лишнего шума, ладно? Ты же хороший мальчик? А то эта скверная библиотекарша будет в ярости, — Юнги пытается вырваться, но его крепко держат уже несколько рук, глаза его мечутся от одного лица к другому, и паника охватывает так, что становится тяжело дышать. — Ты просто спокойно выйдешь с нами прямо сейчас, и мы отведем тебя в отель. Выполнишь одну маленькую услугу и будешь свободен, — Юнги передергивает от того, как отвратительно звучат слова в устах этих парней, он не собирается ничего делать, ведь эти ребята ничего хорошего не подразумевают. Он кусает ладонь, закрывающую его рот, вынуждая парня на секунду отдернуть ее, смерив его гневным взглядом, а затем он замахивается для крепкого удара, и Юнги понимает, что его могут просто вырубить. Он пытается сделать хоть что-то ради своего спасения, но он слишком слаб, а их слишком много, что ему остается только зажмуриться. Чонгук хватает двух стоящих ребят за затылки и сталкивает лбами, что они буквально валятся на пол, отползая в испуге. Другие тут же отпускают Юнги, понимая, что тут им не быть удачливыми в бою, и они сбегают, получив хорошие пинки. Юнги открывает глаза, дрожа от страха, но вокруг уже никого нет. Он вертит головой, проверяя наверняка, что след бандитов уже простыл. Кто-то отвлек их. Спас его. Он начинает дрожать еще сильнее, тяжело и хрипло задышав, потому что паника все же охватила его с головой. Юнги прижимается затылком к книжным полкам, закрывая ладонями заплаканное лицо, приглушенно всхлипывая. Чонгук сидит с другой стороны стеллажа на полу, и его сердце разрывается от боли. Он кусает губу, чуть отодвигает книги, чтобы видеть Юнги. Как бы он хотел сейчас прижать его к себе и успокоить, но он не может. Он боится, что если тронет его хоть пальцем, то тот испугается его и ему станет только хуже, поэтому ему остается только издалека приглядывать за парнем.

***

Юнги начинает замечать, что в последующие учебные дни к нему снова перестают приставать, как было тогда, когда он был с Чонгуком. Но теперь Чонгука рядом не было, и он вообще не появлялся в поле его зрения. Мин чувствует тяжесть где-то в груди, посмотрев на пустующую парту, где обычно сидел Гук, и снова переводит взгляд в окно, где легкими хлопьями кружится снег. Юнги понимает, что его кто-то оберегает. Нет, этого человека нельзя назвать "кто-то", он не чужой для него. Но Юнги все никак не может заметить его, понять, как он это делает. Ведь стоит Мину увидеть вдалеке ту противную компанию, как он ищет варианты, где бы ему укрыться, а когда он смотрит в их сторону снова, они уже разворачиваются и уходят в совершенно другом направлении. А уж сколько раз он чувствовал, что его хотели преследовать на улице, но при этом где-то за воротами университета это чувство пропадало, и когда он оборачивался, то никого позади себя не видел. В этот раз Юнги задерживается специально в стенах университета, сидя в пустой аудитории и выполняя задания по лабораторным. Он несколько раз косился на дверь, опасаясь, что по его душу придут те парни, но даже если они и хотели - ступить в коридор не решились, ведь на подоконнике чуть поодаль сидел парень в черном пальто, внимательно следя за происходящим. Юнги выключает свет в кабинете и выходит в пустой слабо освещенный коридор. Кругом никого нет, и Мин торопится закрыть дверь и спуститься на пост охраны, чтобы оставить ключ. Он выходит на улицу, останавливаясь на ступеньках у главного входа, поднимая взгляд к темному небу, откуда все так же мягко спускались пушистые белые снежинки. Стоит Юнги направиться к воротам, как ему кажется, что снег под ногами слишком громко хрустит для его шагов. Он сначала ускоряет шаг, а затем понимает, что за ним не бегут, все так же держась на расстоянии. Юнги трет нос, который начинает пощипывать, готовя новую порцию слез. — Почему ты это делаешь? — Мин останавливается и оборачивается, видя парня в черном пальто, который словно большая тень стоит среди искрящегося снега. — Разве я не говорил? Думаешь, что-то могло поменяться в моих убеждениях? — парень прячет руки в карманы, опираясь о железную решетку. — Мы же расстались. — Ты порвал со мной. Но это не значит, что я перестану оберегать тебя. Нравится тебе или нет, однако я старался быть как можно более неприметным. Юнги сжимает ладони в кулак, опустив голову. Откуда в нем это благородство? Разве он не должен быть жестоким и прямо сейчас хорошенько ударить его? Почему он делает все это? Его ответ нисколько не помогает разобраться во всем, поэтому Юнги сердится на себя, и на него, и на все сложившиеся обстоятельства. — Но почему? Зачем тебе это? — И об этом я говорил, жаль, что ты забыл. — Я не забыл! Но ты бы мог... — Я люблю тебя, — Чонгук выкрикивает, и сам удивляется, что его голос не звучит ровно и спокойно, а срывается на повышенные тона. Юнги поднимает взгляд на Чонгука, и по его щекам стекают холодные слезы. Он делает один неуверенный шаг в его сторону, затем второй, колеблется, остановившись на секунду, видя расплывчатый силуэт парня, который тоже начинает к нему приближаться. Большая теплая рука касается осторожно его щеки, согревая и вытирая слезы. Чонгук достает платок, который раньше принадлежал Юнги, и аккуратно протирает влажные следы. — Ну ты чего? Пойдем, я провожу тебя домой, — Чонгук застегивает капюшон на шее Юнги, защищая его от холода и непослушного снега. Юнги шмыгает носом, отводя взгляд. Чонгук придерживает его легонько за куртку чуть ниже локтя, опасаясь, что парень может подскользнуться и упасть. Они идут молча, как и в самый первый раз, и Мин украдкой бросает взгляды на Гука, собираясь с мыслями. — Прости меня. Чонгук останавливается и поворачивается к Юнги. А тот хватает его за рукава пальто, сжимая их, боясь, что парень уйдет и не станет слушать его. Но Чонгук стоит на месте и встревоженно заглядывает в глаза напротив. — Я так глупо и наивно поверил тем, кто постоянно издевался надо мной, а тебя даже слушать не стал, да что там, даже не попросил объяснения. Я ранил тебя гораздо сильнее, чем когда-либо ранили меня, а ты продолжал защищать меня снова и снова. — Юнги, — Мин тут же делает шаг ближе, когда Чонгук произносит его имя, — Я действительно дрался в школе, и меня выгнали из-за этого. Но... — Чтобы то не было, это все дела минувших дней, — Юнги прижал палец к губам Чонгука, — Сейчас я просто хочу, чтобы ты был счастлив. — Разве это возможно, когда рядом не будет тебя? — А кто сказал, что я уйду? Я хочу сделать тебя счастливым, Чон Чонгук. Я готов пройти с тобой все дороги, какие бы они не были – узкие и темные, тернистые и каменистые, или свободные и освещенные лучами солнца. Я хочу пройти с тобой весь путь от начала до конца. Потому что я действительно люблю тебя. Юнги нащупывает в кармане куртки кольцо, которое потерял Чонгук, и достает его, протягивая парню. Чон даже не заметил, что потерял его, поэтому он с удивлением взглянул на руку, где действительно не хватало одного украшения. Парень забирает кольцо, но лишь затем, чтобы взять тонкую ладонь Юнги и надеть серебряное украшение на его безымянный палец. — Теперь оно твое. И я весь твой. Чонгук опускает руки на талию Юнги, а его ладони скользят вверх, обхватывая плечи парня. Юнги вынужден чуть встать на носочки, чтобы оставить легкий поцелуй сначала на щеке Гука, а затем решиться коснуться его губ, по которым, как оказалось, он так скучал. Чонгук кружит Юнги в объятиях, счастливо улыбаясь, а снежинки падают и путаются в его темных волосах, делая его похожим на снежного ангела. Юнги хихикает, продолжая так крепко прижиматься к парню, словно опасаясь, что он куда-то исчезнет. Они кружатся посреди пустынной улицы в свете фонаря, кружатся в такт тихому снегопаду. В любую погоду они будут вместе, и погода в их сердцах найдет наконец свое умиротворение.