Безысходность

Ночь. Звёздное небо как всегда прекрасно, однако есть одно маленькое «но»: всё это — иллюзия, фальшивка, обман зрения. Созданная для того, чтобы хоть как-то показать, что место не мертво. Через решетку окна на иллюзию смотрела миловидная девушка с рыжими волосами, но потухшими серыми глазами. Тишину комнаты нарушил стук в дверь, от которого рыжеволосая вздрогнула. Но поворачиваться или же отвечать не стала. — Я вхожу, — послышался мужской голос по ту сторону двери. В комнату тихо вошёл молодой человек с чёрными, как ночное небо, волосами и зелеными, как изумруд, глазами. На нём была белая одежда, на щеках — полосы, будто он плачет. Его пустые глаза ничего не выражали, кроме безразличия ко всему. Он подкатил поднос с едой к дивану. — Ешь, — только и сказал он. — Не буду, я не голодна, — не поворачиваясь к нему, ответила девушка. — Если не сделаешь этого по своей воле, то я заставлю тебя, — таким же безразличным голосом продолжил Шиффер. Орихиме поджала губы, сделала глубокий вздох и повернулась к нему. Их глаза встретились. Она по-прежнему хотела отказаться от еды. Но, встретившись с ним взглядом, поняла, что он не шутит, и не смогла ничего сказать. Лишь от его взгляда ей стало холодно. Сглотнув комок в горле, Химе сделала неуверенный шажок. Непонятно откуда налетел холодный ветер. Здесь не должно быть природных явлений, таких, как ветер, дождь, гроза. Её волосы развевались из-за ветра, но она этого не замечала. Орихиме, смотря прямо ему в глаза, делала шаги, и вот она остановилась и села на диван. Улькиорра снова подвинул поднос без лишних слов. Она взяла ложку. На тарелке была какая-то непонятная жижа белого цвета. Даже ею приготовленная еда выглядит более-менее съедобной, чем эта смесь. Она проглотила комок в горле и поднесла ложку с едой ко рту. Зажмурив глаза, Орихиме положила еду в рот и была очень сильно удивлена, так как жижа оказалась вполне съедобной. Все это время Улькиорра следил за каждым её движением. Но в глазах не было и капли заинтересованности. Как только она всё съела, брюнет, не сказав ни слова, покатил поднос к выходу. Он хотел уже открыть дверь, но его остановил голос пленницы. — Улькиорра-сан, что эта была за еда? — все-таки решилась спросить девушка. Он повернулся к ней лицом и стал своим холодным взглядом изучать её. Но, кажется, ничего примечательного не увидев, он просто ответил: — Рисовая каша. Орихиме замялась. Она хотела ещё, что-то добавить, но, не решившись, опустила голову. Брюнет, понимая, что от него больше ничего не хотят, вышел из комнаты. Как только страж её покинул, Орихиме выдохнула. Она не боялась его, но никак не могла с ним заговорить. Химе хотела попросить, чтобы её отвели в ванную, так как она не мылась практически пять дней. Но у неё язык не поворачивался это сказать. Ещё несколько минут посидев, она ощутила, как её начинает клонить в сон, и улеглась на диван и уснула. В комнате ничего не было кроме дивана и четырёх стен: ни кровати, ни ванной. Утро наступило слишком быстро. Рыжеволосой показалось, что она просто ненадолго прикрыла глаза. Не успела Химе встать и немножко размяться, как в дверь постучались. — Я вхожу, — после этих слов в комнату вошёл её страж. Шиффер впервые видел девушку сонной. И он был удивлён, но, конечно, и того не показал. Сегодня он пришёл намного раньше, чем обычно, и это встревожило Орихиме. POV Орихиме Почему сегодня он пришел раньше, чем обычно? Или я поздно встала? Не могу понять, может быть, Куросаки-кун и остальные пришли за мной? Не могу и рта открыть. Я его не боюсь, просто я...я стесняюсь. Никогда не могла нормально разговаривать с парнями. И как спросить у него? Почему он так смотрит? Говорят глаза — это зеркало души, но почему не могу ничего прочитать в его глазах? Может, потому, что у него нет души? Нет, о чем я только думаю? Уверена, даже у аранкаров есть душа. — Женщина, почему ты так на меня смотришь? — мой надзиратель задал неожиданный вопрос. А я даже не заметила, что всё это время, грубо говоря, пялилась на него. — П... Простите, — запинаясь и краснея, ответила я, отпустив голову. Он больше не задавал мне вопросов, а я изо всех сил старалась не смотреть на него. Кое-как доев завтрак, вздохнув, опрокинулась на спинку дивана. — Ура... Доела эту жижу, — тихо себе под нос прошептала я, забыв на какое-то время про своего стража. End POV Орихиме. — Встань, — приказным тоном сказал Улькиорра. Девушка вздрогнула и посмотрела на него. Она была несказанно удивлена его тону. Всегда, когда он говорил, его голос был бесцветен, совершенно без эмоций. Даже тогда, когда он оскорблял её друзей или когда угрожал, что силой заставит её есть. Орихиме без лишних вопросов встала с дивана и с интересом посмотрела на него. — Иди за мной, — с этими словами он вышел из комнаты. Орихиме поспешила за ним. Они долго шли. За всё это время он ничего не сказал. Она с интересом осматривалась. «Если я запомню дорогу, то смогу сбежать. Но даже если и убегу из этого замка, то из этого Мира не смогу сбежать. Как только моя нога переступит через порог замка, меня тут же убьют пустые», - думала Орихиме, смотря на пустые коридоры. — Даже и не думай о побеге, — как будто прочитав её мысли, сказал Шиффер. — И не думала, — почему-то обиженным тоном ответила Орихиме. Внезапно брюнет остановился и посмотрел ей прямо в глаза. От этого Орихиме покраснела, как рак. — Ч... Ч-что? – заикаясь, спросила она. Но он ничего не ответил и пошёл дальше. Девушка побежала за ним и через пару минут ходьбы Улькиорра остановился возле большой двери высотой до потолка. Как только Орихиме увидела знакомую дверь, её охватил ужас. Ведь сейчас она должна будет опять встретиться с бывшим капитаном Айзеном. Брюнет положил руки на дверь, и она сразу же открылась. Первым зашёл Улькиорра, а вслед за ним и девушка. В помещении были все десять эспадцев — на троне сидел сам Айзен, а с обеих сторон от трона расположились Гин и Канаме. Девушка стояла с гордо поднятой головой, хоть её и била мелкая дрожь из-за их реацу. — Доброе утро, принцесса Орихиме, — как всегда с ухмылкой и сарказмом в голосе, сказал Айзен. От его обращения рыжеволосая вздрогнула. «Принцесса? Что он задумал? И зачем позвал меня? Мне нужно играть роль его слуги ради своих друзей», - такие мысли крутились в голове у Орихиме. — Доброе утро, Господин Айзен, — чуть поклонившись, сказала она. От ее действий ухмылка Айзена стала ещё шире. — Надеюсь, тебе нравится Лас Ночес? — спросил он. — Конечно, мой Господин, — все так же склонившись, ответила она. Внутри неё все кипело. — Знаешь, а вчера был ветер... — спокойным голосом оповестил её шатен. — Прошу меня простить, но я не заметила, — ответила Орихиме. — Орихиме-чан, ты ведь выполнишь мои приказы? — всё ещё ухмыляясь, спросил он. — Да, мой Господин, — стиснув зубы и сжав руки в кулаки, ответила она. А короля забавляла вся эта ситуация: ему нравилась, что девушка унижается перед ним, наступая на горло своей гордости ради друзей. — Орихиме-чан, ты ведь наверняка знаешь, что я люблю экспериментировать, так сказать, это моё хобби, — сказал он. Орихиме не понимала, к чему вёл этот разговор, но всё-таки кивнула головой. — Так вот, посмотри на моих людей внимательно, — серьёзным голосом сказал он, но всё так же ухмыляясь. Орихиме приподняла одну бровь, однако всё-таки подчинилась. — Посмотрела? — спросил Айзен. — Да, — ответила Орихиме, смотря на него, как на идиота. — Орихиме, ты должна выбрать отца своего ребенка, — с торжественной ухмылкой проговорил Айзен. От его слов Орихиме побледнела, её охватила крупная дрожь. Всем было видно, что у неё начали дрожать руки. — Простите? — голос её дрожал. — Как бы тебе объяснить... Мне скучно, а до войны целый год. И я хочу поэкспериментировать над тобой и одним из моих слуг. Мне интересно, что будет, если человек с силами бога будет вынашивать ребенка арранкара. К сожалению, ты не сможешь выбрать меня или же Канаме и Гина, так как мы шинигами, — словно ребенку, объяснял он ей. — В… Вы х... Хот-тите сказать, что я… Д-должна… - заикаясь, говорила Орихиме, но её перебил Айзен. — Да, ты должна забеременеть, — с ухмылкой продолжал Айзен. — Я… Я не хочу этого, — ответила Орихиме. Она была бледной и вся дрожала. — Тогда я выберу Ямми, и он будет насиловать тебя каждую ночь, — сказал Айзен. В его голосе чётко слышалась угроза: он не шутил. Орихиме посмотрела на Ямми. Он стоял с кровожадной ухмылкой, облизывая губы. Орихиме стало противно, и её чуть не стошнило. — И кто будет выбирать? Ты или я? — с ухмылкой на лице спросил шатен. Она подошла к арранкарам. — Халибель, отойди, – приказал Айзен. Блондинка без лишних слов подчинилась. Орихиме, вся дрожа, на ватных ногах сразу же подошла к своему стражу. — Я... Я... Выбираю Улькиорру Шиффера-Кватру Эспаду, — сказала она дрожащим голосам. «Я делаю это не только для себя, но и для своих друзей», — думала Орихиме, стоя рядом с Шиффером. Брюнет был удивлён, и на мгновение его глаза расширились, но никто этого не заметил кроме Айзена и Гина. Со стороны аранкаров послышался вздох разочарования. Ведь каждый из них хотел отыметь принцессу Лас Ночеса. — Улькиорра, надеюсь, ты не против? — спросил Айзен, наблюдая за ним. — Нет, Айзен-сама, ради Вас я сделаю всё, что угодно, — холодным голосом ответил Шиффер. Все это время Орихиме была бледная, как мел, и дрожала, как осиновый лист на ветру. — Орихиме-чан – позвал Айзен. От его голоса девушка вздрогнула. — Д... Да? — всё ещё заикаясь, ответила она. — Ты ведь всё ещё девственница? — спросил Айзен. — Д... Да, — немножко покраснев, ответила она. — В таком случае Халибель всё сегодня тебе объяснит, а с завтрашнего дня начнутся ночные эксперименты, — с ухмылкой на лице закончил бывший капитан. — Улькиорра, ты ведь знаешь, что и как делать? – с ядовитой ухмылкой спросил шатен. — Да, Айзен-сама, — покорно ответил Шифер. — В таком случае все могут идти, – сказал он и добавил: — Халибель, сегодня присмотришь за Орихиме. После этого главный зал потихоньку начал пустеть.