Renaissance

— Так, проходите, не бойтесь. — сказал Хагрид. — Это Клювокрыл. — он указал на красивого серого гиппогрифа. Он стоял у одного из деревьев и передней лапой рыл землю, вскоре бросив непонятный взгляд на группу студентов. Неподалёку гриффиндорка заметила забор, за которым гуляли ещё с десяток таких особей, различавшихся расцветкой и размерами. — Кто хочет подойти к нему? — все резко отошли назад. Все, кроме Эмили, которая не услышала вопроса, засмотревшись на существ. — Давай, Эмили, медленно подойди к нему. Запомните, гиппогрифы – очень гордые животные. Поклонись ему, если он поклонится в ответ, можешь подойти ближе. — я сделала как он сказал. Клювокрыл немного посмотрел на меня и поклонился в ответ. — Отлично, можешь подойти. — Хагрид мягко улыбнулся. Мили подошла к Клювокрылу и погладила его. На ощупь он был довольно мягкий. Вскоре он сам начал ко ней ластится. — Ух ты, сколько присматриваю за ним, ни разу такого не видел. — удивился Рубеус. — Покатаешь меня? — шепотом спросила Эмили у гиппогрифа. Видимо он согласился, потому что остановился и слегка наклонился. — А это вы куда? — поинтересовался Хагрид. — Он решил прокатить меня! — ответила Мили ему, залезла на Клювокрыла верхом и гиппогриф побежал в сторону замка. Вскоре они взлетели.       Пролетели между красивых и огромных башен замка и отправились к воде. Такие виды открывались перед её глазами. Вода блестела на солнце, будто бы кто-то разлил жидких блесток в огромном количестве. Они опустились к ней и Клювокрыл слегка опустил одну лапу в воду. Эмили последовала его примеру. Вода была очень приятная, слегка холодная. Всё-таки, уже почти осень. «Интересно, а почему учеба началась раньше?». Спустя минуты три они вернулись обратно к Рубеусу. — Ну, и как тебе? — спросил Хагрид. — Просто супер! Спасибо, Клювокрыл. — девушка поклонилась и пошла в толпу. Клювокрыл тоже поклонился и Хагрид угостил его вкусняшкой — каким-то уже явно не живым зверьком. — Это было круто! — крикнул Оли и дал ей пять. — Слушай, Аври, я хотела спросить, ты не знаешь, почему Драко вчера извинился? — Он вчера услышал твою угрозу Симусу, видимо, именно поэтому. — она пожала плечами. — Понятно, а ты, Оливер, каким образом умудрился сломать ему нос? Ты ж вон, какой хлюпик. — Я и сам в шоке. — согласился он. — Ясно всё с тобой. Ладно, я пойду, спрошу у Хагрида, можно ли мне за оставшееся время урока сходить к Снейпу за книгами. — Я тут вчера подумал и понял, а почему бы тебе не сходить в библиотеку? Там наверняка есть нужные тебе учебники. — предложил Рон. — Слушай, а это мысль. Тогда после урока ЗОТИ, все вместе? Заодно и Оли возьмет для себя учебников. — Ок. — ответила троица. — Так, что ж, будем заканчивать наш урок. Возвращаемся в школу! — толпа последовала за Хагридом. Когда урок закончился, они вчетвером направились к кабинету ЗОТИ.

***

— Здравствуйте, дорогие ученики. Уберите ваши учебники, сегодня мы с вами повторим практический материал за прошлые курсы. — начал говорить профессор Люпин. — Все помнят, что в этом шкафу? Рон? — В этом шкафу боггарт. — ответил он на вопрос Люпина. — Для тех, кто не помнит или не знает, повторю, боггарт это призрак, принимающий облик того, чего больше всего боится человек стоящий перед ним. Вставайте в колонну. Смех – лучшее оружие против боггарта. — весело улыбнувшись, произнёс Римус. — Когда я открою шкаф и боггарт выйдет в облике вашего страха, произнесите: Ридикулус, и представьте что-то смешное или же веселое. — Первым в колонне оказался Рон. За ним Аврора. Потом Эмили и Оливер. А дальше все остальные. — Готов? — Да. — прошептал Рон и профессор Люпин, перед этим включив граммофон, открыл шкаф. Оттуда вылез довольно большой паук. — Ридикулус! — громко сказал Рон направив палочку на боггарта. И буквально через секунду паук был одет в ролики, при этом пытаясь не упасть. — Молодец! Следующий! — когда Аври встала вперед, боггарт начал менять облик. По комнате начала расползаться темнота. Видимо это и есть страх Авроры. Но она не растерялась. — Ридикулус! — и повсюду появились разноцветные прожектора, как на вечеринке. — Замечательно! Дальше! — Профессор Люпин не переставал обворожительно улыбаться. Настала очередь Эмили.       Выйдя вперед боггарт снова начал менять облик. И вот, перед Мили уже стоят её с Оливером родители и рядом с ними сидит Оскар. Все удивились, как это может быть моим страхом. Гриффиндорка замерла. Во всем теле появилась мелкая дрожь, которая с каждой секундой разрасталась до неимоверных размеров. «Ты нам не нужна. Ты мешаешь… Почему ты не спала нас?.. Ты ведь могла бы спасти Оскара! Ужасная дочь… Мы тебя воспитали, кормили, обеспечили всем, о чем ты только могла мечтать и вот чем ты нам отплатила?! Лучше бы ты не рождалась. Проблем было бы меньше.» — другие ученики стояли и не понимали, что происходит. Голова девочки просто трещала от этих голосов, не прекращающих кричать, казалось, что она вот-вот взорвётся. Постепенно гриффиндорка всё чётче стала ощущать ещё и удушье. Кислорода всё сильнее не хватало с каждой минутой. — Нет… — шептала Мили. — Я не виновата… Простите… Простите…прошу… — Она пыталась таким образом успокоить себя.       Из её глаз ручьем потекли слёзы, а сердце вновь бешено застучало, так и норовясь выпрыгнуть из груди. Хотелось кричать. Для неё это было слишком сложно, пусть это всего лишь боггарт. Музыка резко перестала играть — профессор Люпин выключил её. В глазах Эмили все плыло и она упала на колени. Истерика не прекращалась, слёзы уже пропитали воротник рубашки. Конечности онемели из-за чего стало трудно сидеть, гриффиндорка медленно согнулась пополам и легла на пол, прижав колени к груди и закрыв руками уши. Она бы сейчас отдала всё, лишь бы не слышать эти ужасные слова. «Неожиданно... Так! Надо...» — из мыслей Римуса вытянули крики, он даже не успел ничего предпринять. Сначала один – Оливера, тот выкрикнул заклинание. А затем и второй, который принадлежал его близняшке, не сильно громкий, но казалось, что боггарт причиняет нереальную боль, хоть уже и был занят другим. — Ридикулус! — прокричал Оливер и боггарт стал шариком, который начал летать по всей комнате. После, близнец опустился к сестре, гладя по спине. Гриффиндорец пытался успокоить её. Он знал, что это обычно ей помогает, но в этот раз почему-то она не могла успокоиться. Все были в шоке. «Это что же должно было случиться, чтобы боггарт довел до такого состояния. Причем, приняв облик родителей и собаки.» — думали все ученики, перешептываясь друг с другом, а также бросая удивленные и полные жалости взгляды на происходящее. — Урок окончен! — строго сказал профессор Люпин, запер боггарта в шкафу и кинулся к бьющейся в истерике, ученице. — Встать можешь? — она не могла ни пошевелиться, ни сказать что-либо. — Оливер, срочно отведи её в больничное крыло. Ты сам-то как? Когда ты вышел вперед, боггарт не изменился... — Я в порядке. — перебил он профессора. Из его глаз тоже немного текли слезы. Но он выдержал. Все вместе еле-еле пришли к мадам Помфри, Оливер нес свою близняшку на руках. — Божечки, идите сюда! — обеспокоенно сказала она. — Присядьте. Я за успокоительным! — и куда-то ушла. — Мили, успокойся, всё будет хорошо! — Оливер посадил гриффиндорку на кровать и снова обнял. — Это я… — всхлипывая, начала говорить Эмили через силу. — Я виновата. Я могла взять его на руки и унести… Взяв с собой и родителей! — Она разрыдалась пуще прежнего. Её очень сильно трясло. По всему телу Оливера бегали мурашки. — это я виновата! Прости! — Глупая! Я тебя ни в чём не виню! Господи... Это же я сразу не привел Оскара в нашу комнату! — близнец стиснул в объятиях дрожащую сестрёнку, стараясь самому не перенять такое же настроение. Получилось это из рук вон плохо. — Да, они здесь. — послышался голос мадам Помфри. — Знаешь, Северус, я могла и сама дать им успокоительное. Не обязательно было идти вместе со мной, мог просто передать мне бутыльки. Ох, как же не вовремя у меня закончились именно эти зелья! — Мили не удалось расслышать, кому именно колдомедик сказала всё это. Дверь в больничное крыло открылась и внутрь зашли Поппи и Снейп. «Что он тут делает?» — подумала Эмили и с подозрением посмотрела на профессора зельеварения. Они, ускорив шаг, подошли к ним, когда увидели, в каком состоянии близнецы. — Пейте. — строго сказал Снейп и протянул гриффиндорцам по какой-то скляночке. Они сделали так, как он и велел. Вскоре Оливер успокоился. Но вот Эмили почему-то лучше не становилось. Конечно, она перестала реветь, но ей почему-то было очень холодно. — Мадам Помфри, она вся дрожит и её кожа покрыта мурашками. — тихо начал говорить Оливер. — Божечки, да у тебя жар! — воскликнула целитель после того, как потрогала лоб девочки. — Скорее всего у неё паническая атака. Срочно ложись, я быстро. — Поппи сначала обратилась к представителям мужского пола, после — к самой девушки, после чего снова куда-то ушла. — Мистер Силиван, не могли бы вы рассказать, из-за чего у вас обоих случилась истерика? — Боггарт, сэр. — все так же тихо сказал Оли. Ему в этом плане повезло больше. — И каким образом обычный боггарт довел вас до такого состояния? — Он принял обличия наших… родителей. — Дальше. — Незадолго до нашего приезда в Хогвартс, случился пожар на нашей даче, в которой мы отдыхали. А когда мы очухались, лучшим решением была эвакуация. — Снейп просто молча слушал. — Я сделал что-то типо каната, и спросил всех, всё ли они взяли. Аврора ответила, что не могла найти Оскара. Ну, Мили кинулась его искать, сказав нам, чтобы мы уходили без них. В это время, родители пытались потушить хоть малую часть огня. Когда она к нам пришла… — Оливеру все труднее давался этот разговор. — она была вся заплаканная и еле держалась на ногах. Думаю, вы уже поняли, почему… — парень не смог закончить рассказ, закончив на этом. — Она видела их смерть своими глазами, я так понимаю? — Да… Мне тоже не легко из-за этого, но Мили... Она винит себя в их смерти... Перед тем как вы с мадам Помфри пришли, она сказала, что могла взять Оскара на руки и убежать, забрав и родителей. Но видимо, скованная от страха, не могла и пошевельнуться… Да и она сама тогда сильно надышалась угарного газа... — Ясно. — напоследок сказал он и тоже куда-то пошел. Но в дверях встретил уже вернувшуюся мадам Помфри. Она принесла ещё какие-то скляночки, позади неё шли две помощницы, одна из которых держала тазик с мокрой тряпочкой. Потом Оливер пересказал Поппи все, что только что говорил Снейпу. А дальше Эмили ничего не помнила, лишь темноту.

***

— Мили, родная, иди к маме — она протянула ей на встречу руки. — вот так, моя девочка, моя маленькая. — сказав это, мама подняла её. — смотри, это твой братик. Его зовут Оливер.       В соседней красивой кроватке, обрамленной синей ленточкой, лежал маленький карапуз. Эмили что-то промямлила.       Потом все изменилось, и вот она уже на речке. — Эмили, иди купаться, вода просто замечательная! — кричал Оливер. Он плавал в речке с нарукавниками. Нам где-то по шесть-семь лет. Опять все изменилось. — С днем рождения! — крикнула мама. — С днем рождения! — поддержали все.       Их десятый день рождения – мини-юбилей. Было много народу – всяких родственников, которых она знать не знает. Горы подарков. Справа от меня сидела Аврора, а слева Оли. Мы ели торт.       Всё снова переменилось.       День, когда их родители подарили щенка. Вот близнецы весело играют с новым членом семьи. Озорное тявканье раздается по всему дому. Как вдруг, дом охватывает огонь. Горят кресла, шторы, фотографии. Все убежали. — Мама, папа, бежим! И Оскара не забудьте! — крикнула Эмили, но они не шелохнулись. Никто. Ни мама с папой, ни Оскар. — Мама?! Ты меня слышишь?! — Мили начала приближаться. И вот она уже протянула руку навстречу, как вдруг проваливается в бездонную яму.       Эмили все падает и падает. А вокруг лишь темнота… Ни звука. А хотя погодите-ка. Еле-еле, она слышала очень знакомый, все такой же холодный и завораживающий голос. Мили пыталась открыть глаза, но веки как будто склеились. Тут появляется ещё один голос. В этот раз понятно, что он точно женский. — Ну дайте вы ей что-нибудь! Чтобы в ближайшее время у меня в шкафах пополнились запасы зелий, ты меня понял, Северус? — твердил тихий, но разьяренный голос женщины. Вскоре Эмили почувствовала горький привкус и потихоньку она переставала падать, но темнота так и осталась. Мили решила полностью погрузиться в неё.

***

      Кое-как распахнув глаза, перед собой она увидела Аврору и Оливера. — Всё хорошо? — охрипшим голосом спросила Эмили. — Наконец-то ты проснулась! Мы так переживали. — начала Аври. — утром к нам подошла мадам Помфри и все рассказала! — Что именно она вам рассказала? — Мили не могла понять, что же такого могло произойти с ней, пока она спала. — Сегодня ночью, когда она пришла проверить тебя, ты лежала на полу, вся мокрая от пота и очень сильно тряслась. — продолжила Аврора. — Я не помню такого… — Дак ты спала же. — пояснил Оли. — Нет, я не об этом, я вообще ничего не помню… Вот как вчера уснула, после выпитой жижи, так все остальное будто в тумане. Ты тогда ещё со мной на койке сидел. — Понятно… Видимо, тебе досталось успокоительное с большей концентрацией умиротворяющего бальзама. Ну и ладно, хорошо, что сейчас с тобой все в порядке, поправляйся скорее, а мы, пожалуй, пойдем, скоро урок! — они попрощались и ушли. — Мда. Полный капец… — тут Мили увидела Поппи. — Извините, мадам, а когда меня отпустят? — Сегодня ещё полежишь, а завтра отпущу. Но если ещё раз такое повторится, быстро ко мне! — девушка кивнула в ответ.

***

      Вечером в Малфой-Мэноре. — … И что самое странное, это не сработало на Драко… — сказал Северус. — Мы уже пьем третью бутылку огневиски, Северус…*Ик* А ты трезв. Сколько же тебе выпить-то надо. — рассуждал вслух уже пьяный Люциус. — Ты меня вообще слушаешь? — А? Да-да. Тебе налить? — даже в таком состоянии, Малфой старший не терял своего, скажем так, великолепия. — Пожалуй, откажусь. Мне уже пора. — Уже?! Но мы же только начали! Ты и так редко нас навещаешь. — начал возмущаться мужчина. — Мне ещё умиротворяющий бальзам для больничного крыла приготовить нужно. Да и сидим мы уже четвертый час, Люциус. До встречи. — напоследок сказал Снейп, ещё раз посмотрел на уже в стельку пьяного друга и растворился в зеленом огне, переместившись в личные покои, не забыв перед этим произнести пароль от камина в них.

***

      Середина декабря этого же года.       Незаметно пролетела осень. За это время, Гриффиндор несколько раз успел победить другие факультеты в квиддиче. «Аврора очень хорошо учится. В особенности, хорошо разбирается в зельеварении. Чем я похвастать не могу. Предмет очень интересный, но даже при сильном желании, нужное мне зелье просто не получается. Да и заучивать что-либо я не очень люблю, хотя память у меня почти идеальная. С остальными предметами у меня все хорошо. Очень легко дается трансфигурация и ЗОТИ. Но история магии просто скука смертная!» — думала Мили, помня, что Оли это мнение полностью поддерживает. — Эх, поскорей бы! Жду не дождусь поездки в Хогсмид! — прокричал Оливер. Трое друзей сидели на снегу под каким-то деревом. — И не говори! Скоро Рождество, надо подарки купить! — поддержала настрой Оливера Аврора. — Да. Это будет очень весело! А вы помните наш план? — Конечно! — хором ответили они. Ребята переглянулись и начали довольно громко смеяться. — Так-так-та-а-ак. Веселимся? – к ним подошел Драко. — Тебе чего? — с металлическими нотками в голосе, спросила слизеринка. — Да так, просто. Ты до сих пор яшкаешься с… — Малфой, ты же помнишь, чем в прошлый раз закончилось такое отношение к моим друзьям? — Конечно, я тогда остался со сломанным носом. И откуда в тебе столько силы, а, дрыщ? — обратился он уже к гриффиндорцу, слегка повернув голову. — Драко. Малфой. Ты не забыл, что и я могу тебе врезать? Я-то уж точно еще сильнее него. — Мили лишь мило улыбнулась, обратив на себя внимание блондина. — Ха, испугала. — стоило гриффиндорке встать и начать ближе, как тот отшатнулся назад. — Я лучше это...пойду. Счастливо оставаться! — только он отвернулся, как Эмили схватила его за капюшон. — Только попробуй, ещё раз оскорбить или обозвать кого-то из нас троих и тебе крышка. — с её лица не сходила улыбка. Он еле выдернул капюшон из её рук и быстро ушел, крича: — Сумасшедшая! — Круто ты его! — дал пять своей сестре Оливер. — Спасибо, ладно, скоро урок, давайте расходиться. — Близнец и Аврора встали со снега и пошли каждый в своем направлении.       За эти месяцы Снейп так ни разу и не использовал артефакт, что дал ему директор, который вскоре, к ужасу Северуса, бесследно исчез.