Новый год в твоей жизни

Заснеженный пригород Москвы. Маленький коттеджный городок, в котором живут два самых счастливых человека.

— Ром, ты взял мандарины?       Илья затаскивает два огромных пакета на кухню, оставляя их на полу. И сразу же перехватывает два таких же из рук Зобнина, который умудрился ещё и ёлку взять. — Да, — мужчина дыхание переводит, — в одном из пакетов где-то.       Кутепов на это кивает, начиная разбирать всё то, что они купили, а Рому отправляет в машину, чтобы забрал бутылки вина, которые не поместились в руки.       Это первый новый год, который парни проводят дома. Работа обоих почти не позволяет на зиму нормально оставаться в прекрасной Москве. Рома — пилот, который дома бывает лишь в отпуске и некоторых выходных, что между рейсами выходят. А Илья — модель, которого по миру шатает, будто он багаж, который никак не может своё место найти.       Но в этот раз они дали друг другу слово. Пообещали, что проведут этот новый год только вдвоём и дома. И ведь сдержали обещания. Зобнин умудрился получить отпуск именно на зимние праздники. А Илье, как глубокоуважаемой модели, дали добро не появляться на показах и съёмках до конца отпуска Ромы. — Ром, идём сразу на кухню, — Кутепов кричит, как только за мужчиной дверь хлопает. Зобнин появляется на кухне буквально через секунду. В его руках ящик с алкоголем, который он на стол ставит. — Пошли на улицу? Там снег пошёл и сугробы, — Рома щёки красные трёт, — ну пожалуйстааа… Илья уже хочет начать ругаться из-за того, что Зобнин замёрз, но не может. Глаза просящие видит и улыбается. — Я только куртку надену. И этот визг счастья, что из губ Ромы вырывается, Кутепов ни на что не променяет.       Выходят на улицу быстро. И Илья даже ничего понять не успевает, как оказывается в сугробе, прижатый смеющимся Зобниным. Хочет орать начать, но понимает: когда им ещё выпадет шанс вот так просто наслаждаться друг другом? А потому принимает правила игры, переворачивая обоих так, чтобы уже Рома в снегу оказался. И начинается. Двое взрослых мужчин по сугробам катаются, стараясь окунуть друг друга в снег как можно глубже. Но когда Илья на ногах оказывается, начинается настоящая битва. Снежки, которые летят с двух сторон, самыми настоящими снарядами кажутся. И главная цель, чтобы ни один из этих снарядом не попал в тебя. Смех, крики, свист, маты Ильи — это всё то, чего так не хватало обоим мужчинам.       На улице уже темнеть начинает, когда оба выдыхаются. Падают в снег, рядом со снеговиком, который построили в перерывах между снежными войнами. — Я люблю тебя, — Зобнин дышит тяжело, но улыбка на его лице выдаёт полное счастье. — Это взаимно, ангел.       Домой возвращаются медленно и с большим желание продолжить развлечения. Но оба понимают, что при таком раскладе они заболеют и их нормальный новый год пройдет с лекарствами. Илья сразу же гонит мужчину в ванну, а сам начинает раздеваться прямо в прихожей, складывая мокрые вещи в угол. Волосы, которые и так пострадали в битве, ерошит и улыбается отражению в зеркале. — Илюш, — голос Зобнина из ванны, — иди ко мне. Кутепов как-то без задней мысли в комнату тянется. А когда заходит, начинает смехом заливаться. Рома стоит перед ним в пижаме с оленем, рога которого вверх идут, кончиками касаясь щёк мужчины. — Тут и тебе есть, — мужчина тянет Илье второй комплект, — я сегодня купил, пока ты с Сашей разговаривал. — Господи, Зобнин, — Илья слезинку со щёки вытирает, — ты прекрасный. Я тебе уже говорил это? — Миллион раз, Илья, — Рома фыркает, — переодевайся. А я пойду какао сделаю, чтобы согреться. И выходит из ванны, оставляя Кутепова наедине с оленем.       Переодевается Илья быстро. На смех и ворчание времени даже больше уходит, но заходит на кухню он в пижаме. Это доводит уже и Зобнина. Тот даже хрюкать начинает, стараясь смех прикрыть. — Ты прекрасно выглядишь в ней, — Рома икает через слово, — правда, зай. Кутепов на это лишь глаза закатывает, забирая поднос, на котором Рома расставил тарелочки с вкусняшками. Таща всё это в зал, Илья тихо бурчит себе под нос, что больше никогда не будет надевать эту пижаму, на что подсознание шепчет, чтобы он не был таким наивным. Рома приходит следом. В руках у мужчины две огромных чашки какао, от которых такой запах прекрасный, что Илья неосознанно облизывается. — Что смотрим? Один дома? Гринча? — Зобнин садится рядом с телевизором, ожидая предложений и пожеланий. — Давай один дома, желательно вторую часть, — Илья устраивается на диване так, чтобы и Роме было удобно.       Зобнин кивает, включая нужную серию и тащится на диван. Кружку с какао в руки берёт, устраиваясь поудобнее. Илья в этот же момент его обнимает одной рукой, целуя куда-то в висок и полностью возвращает своё внимание фильму. А Зобнин лишь улыбается. За окном идёт снег, а в комнате витает запах шоколада, мандарин и любви. И этого вполне хватает, чтобы оба мужчин чувствовали себя полностью счастливыми.

Заснеженный пригород Москвы. Маленький коттеджный городок, в котором живут Рома и Илья. Два разных, совершенно непохожих друг на друга человека. Но есть одна вещь, которая всё-таки у них общая: безграничная любовь, которую они дарят друг другу сейчас и собираются дарить ещё целую жизнь.