Корни лжи

— Да Господи! — крикнул Милс, резким движением отодвигая Лиану со своего пути, отчего она чуть не врезалась спиной в твердую поверхность стены. Тихо ойкнув, блондинка побежала на поиски капитана, которого нигде не было видно. Стирая слезы, девушка знала, что нужно сосредоточиться и не терять бдительность. Антон ушел помогать, Антон поможет, все будет хорошо. Забегая в оружейную комнату, Щур мимолетно наблюдал за неудачными попытками Полины совладать с панелью управления. Кроме того, все выстрелы проходили мимо астероидов, отчего кареглазая еще больше злилась и на аппаратуру, и на себя. Кудрявый, взявшись за спинку стула, отодвинул девушку, у которой от нервов не только неимоверно дрожали руки, но и дергался глаз — такое иногда случалось с ней. Успокаивая ее лишь одними словами, так как время было слишком дорого, он встал перед пультом и принялся стоя налаживать возникшую проблему. Взглянув в окно, он увидел огромных размеров метеорит и точно подметил, что, если корабль не сменит курс, он точно врежется в них, и только Бог знает, какие их ожидают последствия. — Нужно кого-то к рулю! Срочно! — крикнул он Полине, но как будто в пустоту, ведь девушка была в невменяемом состоянии, продолжая трястись и смотреть в одну точку. Ругаясь, он принялся сам стрелять по каменным глыбам, в мыслях надеясь, что сможет их одолеть или, в крайнем случае, они проскочат мимо космического судна. Первый выстрел прошел мимо, зато второй попал в цель, но, к сожалению, сколол лишь край астероида. Продолжая то и дело настраивать прицел, Щур также трясся, через силу сосредотачивая взгляд на панели и том, что видел из окна. Паника нахлынула второй волной, и в голове Кела уже четко проецировалась мысль: «Конец». Слегка ослабевая хватку руля, парень неуверенно продолжал стрелять по цели. Некстати он вспомнил, что местоположение Жени до сих пор неизвестно, от этого стало только паршивее. Чувство страха, бушующее внутри крепкого тела, заставляло падать, в прямом и переносном смысле, и ощущать гнетущую пустоту внутри себя. Щур осел на колени, отступая от панели управления оружием, и зажмурился, пытаясь совладать с собой и своими мыслями. Голову одолела едкая, тянущая боль, а к глазам подступили жгучие слезы. Неожиданно его моральные страдания разразил визг Вэлл, что почти сразу потеряла голос от высоких частот. Указывая пальцем в сторону космоса, она застыла в данном положении, продолжая хватать ртом воздух. На космическое судно направлялся еще больший, чем Милс до этого успел разнести, метеорит, встреча с которым однозначно могла быть смертельной для всех без исключения. Вбежавшая в комнату Лиана хваталась за стены маленькими ладошками, едва не падая, и, пребывая в шоке — об этом говорили ее округленные глаза, — наблюдала за каменной глыбой, идущей напрямик к ним. Никто из присутствующих не ожидал грубого поворота корабля в сторону, поэтому все до единого повалились на пол, чуть скользя по нему вправо из-за скафандров. — Это Дима! — проинформировала Полине и Антону Розовая, однако ее слова произвольно пропустили мимо ушей. Они, пребывая каждый в своем устрашающем маленьком мирке, сравнить который можно было только с фильмом ужасов, беспокойно смотрели куда-то в пустоту, не сосредотачивая взгляд ни на чем. — Ну же! Антон! Кудрявый спохватился и, шатаясь из-за головокружения, поднялся вновь на колени, приникая к рулю, начал целиться. Выстрел следовал за выстрелом, разбивая на все меньшие куски астероид, хотя нервная тряска Антона никуда не уходила, лишь учащалась с каждой секундой, проведенной в незнании, что будет дальше. Рассуждать можно долго; что сильнее: страх смерти или страх неизвестности? Умирают все, без исключения, а планы на жизнь имеет большинство людей, что хотят успешно проводить каждый день, понимая, что сделали что-то действительно важное, нежели пустое просиживание штанов на диване. Какого это, когда живешь день за днем, не думая о том, что будет завтра? Возможно, для кого-то это огромный плюс, для тех, кто привык наслаждаться каждой минутой, однако Щур ненавидел не иметь представления о дальнейшем. Будущее было всегда непредсказуемо. Последний выстрел перед тем, как кудрявый без сил упал на спину, решил все. Раздробившись на чрезмерно мелкие частицы, метеорит врезался ими в космическое судно с глухим звуком, оставляя после себя лишь незначительные выемки на железной наружности и царапины на стекле. Минутой позже в комнате столпились все члены экипажа — до этого они были в своих комнатах по приказу капитана — и начали помогать друзьям подниматься с холодного пола. Безнадежно вырываясь, Антон пытался связно сообщить о том, что Волков пропал, но его никто не слушал, продолжая тащить в медпункт. — С ним нормально все будет? — интересовалась Фиолетовая, наклонившись над находящимся без сознания телом. — Порядок. У него перенапряжение. Да и морока с Евгением его сильно подкосила, — констатировал факт Дмитрий. — А ты почему интересуешься? — он поднял бровь, безучастно присаживаясь на соседнюю койку. — Да так… — замялась брюнетка. — Полина вся извелась, сейчас как раз к Красному пошла, может смогут навестить его. — Да он даже с постели подняться не может, ты о чем? — пояснил Коричневый, после чего краем глаза заметил, как Антон резко дернулся. Нахмурившись, капитан подошел к парню и слегка потряс, боясь побеспокоить, но проверить его состояние было необходимо. — Ладно. Иди, еще не всю работу сделали. Я с ним посижу до отбоя, вдруг проснется. Коротко кивнув, девушка вышла из медпункта и вскоре исчезла в одном из проходов. Дмитрий вздохнул, однако скучать было некогда: он принялся проверять машину для сканирования. Работала она, к счастью, без дефектов, определяла вес, рост и другие человеческие параметры с должной вероятностью правдивости. За час до того, как Дмитрий хотел уходить, очнулся Щур. Жмурясь от яркого света, он закрывался от него рукой и стонал, чувствуя непрекращаемую головную боль. Уловив это ясное движение, Коричневый поспешил дать таблетки пострадавшему. Прокашлявшись, Антон сделал еще один глоток воды. Будучи в сидячем положении, он понуро смотрел в пол и трясся от каждого шороха со стороны находящихся в помещении людей. Полина стояла у входа в медпункт, ожидая, когда кудрявый сможет разговаривать. После того, как кареглазая проводила Лиану до навигации и удостоверилась, что метеоритов на их пути нет, она занялась проводами, так как Черный, которому назначили это дело, куда-то пропал — скорее всего выполнял задания в электричестве. — Женя… Где Женя? — хриплым осевшим голосом произнес зеленоглазый, поджимая губы в тонкую линию. — Женя? В комнате. А что? — непонятливо посмотрела Салатовая и подошла ближе, чуть наклоняясь к лицу Милса. — Точно? — тот не верил, в связи с тем, что сам не мог найти Волкова долгое время. — Да-да, — убежала девушка. — Мы только что с ним говорили. Ему стало лучше, я думаю. Услышав это, Антон бодро поднял голову, глядя на шатенку, а глаза его будто заискрились, вытесняя ту прозрачно-серую пелену, что так мешала спокойно жить. Беспокоясь, парень хотел было соскочить с койки и побеждать в комнату проверить правдивость слов Вэлл, но посчитал, что тогда его точно не выпустят, посчитав больным уже психически. Вместе с внутренней радостью к нему пришел и рассудок. — А когда… — Щур повернул голову к Коричневому, — я смогу идти? На минуту в меде повисло неловкое молчание, пока Дмитрий размышлял над своим ответом. Решив, что зеленоглазый достаточно пролежал на кушетке и уже успокоился под действием таблеток, он твердо кивнул. Как только кудрявый уже был у выхода, будучи подхваченным Полиной под мышку, капитан выразил слова благодарности: — Ты герой, Белый, — он сдержанно усмехнулся. — Считай, всех спас. — Но я же… — Ты чрезмерно утомился, но справился с метеоритным дождем. Сейчас тебе нужен отдых, поэтому завтрашний день ты проведешь в комнате. Вымученно улыбнувшись, Антон кивнул, скрывая всю радость от сложившейся ситуации внутри. А главное — Женя здесь: он не пропал. И сейчас они увидятся. Кудрявый обнимет его и скажет, как скучал, как боялся потерять. Вэлл проводила парня до электрической комнаты и отправилась на поиски Богдана, чтобы они вместе закончили работу Антона. Зеленоглазый в предвкушении повернул ручку и потянул на себя тяжелую дверь. Боясь оборачиваться, он зашел в комнату спиной и почти сразу почувствовал легкое прикосновение к плечу. — Антон… — начал было Волков, но прервался, когда парень посмотрел на него. В глазах едва держались слезы, накапливаясь в уголках и переливаясь от искусственного света. Вид любимого человека тут же испугал Евгения, отчего хотелось одернуть руку и отойти подальше, однако голубоглазый не позволил себе сделать это, уважая чувства приятеля. Щур улыбнулся и осторожно повернулся всем телом к Жене. Все слова, что накопились в голове, что так хотелось сказать по пути в комнату, испарились в одно мгновение, оставив лишь острую нужду в прикосновениях. Крепкой горячей ладонью Антон прикоснулся к лицу парня, начав нежно поглаживать щеку большим пальцем. А после с напором приник к манящим бледным губам, бессовестно толкая пропавшего парня к стене. Руки Евгения нашли свое место на плечах кудрявого, агрессивно сжимая их до синяков. Врезавшись с громким глухим стуком, напоминающим слышимые через окна фейерверки, зеленоволосый простонал прямо в поцелуй. — Ант… Антон… — пытаясь прервать чрезмерно желаемую связь, чтобы спокойно поговорить о происходящем, Женя тяжко дышал, упираясь хрупкими руками в грудь Белого. Милс нехотя отстранился, но не более, чем на десяток сантиметров, продолжая дышать в припухшие губы. Взгляды их встретились, будто обговаривая что-то на своем неземном языке, пока парни не начали борьбу за первенство. Волков приник поцелуем обратно, разразивши внутри все чувства самообладания и отдаваясь своим желаниям с головой. Они полуприкрыли глаза, языками поражая рот друг друга, дабы выразить то, как им было одиноко. Боль иногда может творить и прекрасные вещи. Антон подхватил Пушистого под бедра, чтобы тот обвил его талию. Скафандры мешали соскользнуть старшему вниз, однако в них было чересчур жарко. Расстегнув ворот неудобной одежки, кудрявый впился зубами в костлявые ключицы, оставляя ярко-красные следы от зубов и сразу же покрывая их поцелуями. Парни срывались, понемногу перебираясь к нижней койке. Женя запрокинул голову назад, сдерживая стон, когда зеленоглазый переместился, не прекращая острых поцелуев, на шею. Аккуратно, но быстро Волкова повалили на кровать, продолжая расстегивать красный костюм. Сумев сделать это с помощью маленьких мужских рук, Щур снял скафандр и с себя, тут же заваливаясь сверху на парня и упираясь локтями в твердый матрац. Не переводя дыхания, он продолжил то, с чего начал: языком прошелся по ряду зубов, особенное внимание уделив выпирающим клычкам, в то же время губами продолжал сминать податливые губы. В тот момент, когда он умышленно опустился чуть ниже, детородные органы парней, требующие свободу как физическую, так и действенную, соприкоснулись, слегка потеревшись друг о друга, и Женя скрывал уже гортанный стон, прикрывая рот ладошкой, дабы за стенкой его никто не услышал. Руки же Милса беззастенчиво оглаживали кубики пресса под красной футболкой, то и дело подбираясь к главному органу, а сам он продолжал страшную пытку, двигаясь вверх и вниз, чтобы возбудить себя и друга еще сильнее.