Недосягаемая

Юнги устал. Нет, не так. Он пиздец как устал. От бешеного режима работы, постоянных тренировок, от того, что в последнее время его вдохновение, показав ему огромный фак и сверкнув задом, выпрыгнуло в окно. И от одиночества. Сюрприз, не так ли? Он был первым, кто обзавелся собственным домом и свалил из общаги, наконец-то наслаждаясь тишиной и спокойствием. И первое время он действительно кайфовал. Но со временем стал замечать, что в доме слишком тихо, а без храпа Джина тяжело засыпать. Это был первый раз, когда Юнги настолько сильно почувствовал, как он одинок. Поэтому продержавшись еще пару месяцев и прихватив все самое необходимое, он вернулся в общагу под охреневшие взгляды мемберов. Вернуться-то вернулся, но вот чувство одиночества никуда не ушло, хотя он ежеминутно был окружен людьми, которые понятия «личные границы» словно и не знали и будто старались восполнить весь тот период, что он жил отдельно. Лишь спустя какое-то время он понял, что чувство одиночества не связано с отсутствием людей рядом, оно связано с тем, что у него нет человека, который мог бы дарить ему любовь. Безумное желание стать для кого-то особенным пугало его. Юнги оторвал взгляд от блокнота, на котором красовалась лишь одна записанная строчка. Весь последний час он был настолько погружен в свои мысли, что не заметил, как пролетело время. «Полный идиотизм. Еще, блять, влюбиться не хватало для полного счастья. Как будто в моей жизни мало пиздеца. Скорее всего виной просто недотрах, поэтому в голову лезут такие тупые идеи. Надо бы сходить в тот клуб, что недавно открылся и спустить напряжение, пока крыша окончательно не поехала. Любви хочется, это ли не чушь?» Поднявшись со стула, он размял затекшие мышцы и стал оглядывать стол в поисках телефона. Это оказалось сложной задачей, поскольку вся поверхность была завалена бумагами. Обычно Мин был очень аккуратен, на столе всегда царил порядок, но сегодня ему никак не удавалось написать хоть что-нибудь, поэтому пришлось рыться в старых записях, надеясь найти хоть что-то, что натолкнет его на вдохновение. К сожалению, ничего отыскать так и не удалось, и Юнги начал было подумывать о том, что его собственные слова о его гениальности были сильно преувеличены. Конечно у всех бывает творческий кризис, но его продолжался уже второй месяц, и это начинало беспокоить не только Мина, но и остальную группу. Бан Шихек даже подумывал дать ему отпуск, но Юнги решительно отказался. С родителями он в ссоре, так что проводить его не с кем, если не считать мемберов, а они и так каждый день с ним, а бесцельно валяться в постели он мог и в выходной. Он уже начал психовать от того, что не мог найти мобильник, но тот вдруг зазвонил, обозначая свое местоположение, и Мин мысленно поблагодарил звонящего. Он взял телефон и, увидев на экране имя Хосока, ответил на звонок. — Слушаю. — Привет, — радостный тон Чона заставил Мина тяжело вздохнуть. — Чем сейчас занят? — Да ничем, — стараясь звучать беззаботно, ответил Юнги, но ему плохо удавалось скрывать эмоции от друга. — Опять пытался что-нибудь написать? — Хосок был чертовски догадлив. — Не вышло? — Нихуя, — вот теперь Юнги откровенно злился. — Забей, этот период пройдет в самый неожиданный момент. Сам через это проходил. Ты ведь помнишь? — Конечно, как и то, как ты постоянно ныл, что полная бездарность. — Да? — Кажется, Чон смутился. — Впрочем это не важно. Если у тебя нет на вечер планов, не хочешь сгонять в клуб? — Сам об этом думал недавно. Так что я «за». — Правда? — похоже Хосок был уверен, что ему придется уговаривать друга. — Тогда я заеду за тобой в восемь, договорились? — Окей, — коротко ответил Мин и сбросил звонок. Настроение немного улучшилось. Он надеялся, что вечер, проведенный в компании алкоголя и красивых девушек, позволит ему расслабиться и привести свои расшатанные в последнее время нервы в порядок.

***

Кан Суа была в бешенстве. Ей опять не удалось выполнить задание своего шефа, а это значит, что ее просьба опять будет отклонена. Ей потребовалось немало времени, чтобы добиться встречи с менеджером компании БигХит, но даже этого было недостаточно для того, чтобы они дали согласие на интервью. А ведь девушка была очень убедительна. Она долго готовилась и репетировала речь, но к сожалению, знаменитая музыкальная группа давала интервью только избранным, а Кан в этот список не вошла. Еще и вырядилась так убого, стараясь произвести благоприятное впечатление на мужчину, с которым у нее состоялась встреча. Все же классические костюмы не для нее. «Где же этот чертов лифт?»

***

Тихий звоночек оповестил Юнги о том, что двери лифта открывались, и он поднял голову вверх, чтобы посмотреть на человека, вошедшего внутрь. Обычно ему было все равно, но сейчас какое-то внутреннее чутье заставило оторвать взгляд от телефона. Девушка в строгом темно-синем костюме прошла внутрь небольшой кабины и встала в полуметре от Юнги. Она скользнула безразличным взглядом по парню, который был одет во все черное и помимо всего прочего скрывал свое лицо с помощью кепки и маски. И если присутствие парня вызывало у нее лишь небольшое беспокойство, то Мин, напротив, был чрезвычайно взволнован. Суа была не права, думая, что в костюме выглядела убого. Юнги счел ее наряд довольно сексуальным. Это действительно было так. Узкая юбка обтягивала ее округлые бедра, приталенный пиджак делал акцент на тонкой талии, а белая блузка с рядом золотистых пуговиц, привлекала внимание к довольно пышной груди. Девушка была на высоких каблуках, но даже при этом получилась ниже Мина. Его взгляд на секунду скользнул по тонкой шее, затем по светлым волосам, собранным в пучок, и остановился на красиво очерченном профиле. Она стояла к нему боком, и это не позволяло как следует рассмотреть ее лицо, на которое он не обратил внимания, когда она вошла, поскольку был больше заинтересован в ее бюсте. Но все равно счел ее очень красивой. Ее кожа была чистой и светлой, ресницы пышными, а носик маленьким и миленьким. Сердце Юнги пропустило удар, когда взгляд коснулся пухлых губ девушки, что были накрашены тинтом светло-вишневого цвета. Он сразу же почувствовал дремавшее до этого возбуждение. «Какие губы. Они бы охуенно смотрелись на моем члене», — подумал Юнги, моментально заводясь от своей фантазии. Но он не успел ничего толком представить, потому что блондинка резко развернулась и с силой ударила его по лицу. — Какого, блять, хуя? — он ошарашено смотрел на девушку, которая яростно сжимала пылающую от удара ладонь. — Это я у вас хочу спросить. Я что, похожа на проститутку? Может мне прям тут вам отсосать? — с издевкой спросила она, сверкая глазами. Сказать, что Суа была зла, значит ничего не сказать! — Не понял, — Юнги действительно не догонял, о чем идет речь. Кажется, она ненормальная. Еще и несла какую-то чушь, но сосредоточится на ее словах мешала его щека, которая ужасно болела после нехилого удара с виду хрупкой девушки. — То есть, мне послышалось, что вы говорили что-то про мой рот и ваш член? — Я не говорил. Точнее говорил, но не вслух, — возмущенно сказал Юнги. Вместе со звуком распахивающихся дверей к ним одновременно пришло осознание происходящего. — Да ну нахер, — ляпнул Юнги, но ничего не успел сделать, потому что девушка тут же выскочила из лифта и стремительно понеслась к выходу из здания.