Двадцать лет разницы

Приторно-сладкий запах оставался на футболке, брошенной блондином на стул, весь следующий день. Ди решил, что это, должно быть, одно из тех благовоний, которыми Чес любил иногда обтыкать весь его крошечный домик, и от запаха которых кружилась голова. Хм, а может, от благовоний и расширились тогда зрачки? Да, верно так и есть. Чес любил приходить в особняк на ужин, на котором по пятницам они с Викторией иногда устраивали негласные соревнования на то, кто выпьет больше пива. Ди такие вечера не слишком нравились, он не видел в них ничего забавного, а вот Хэви с большим энтузиазмом болел за маму. "Сегодня пятница, значит Чес точно придет. Папа даже уже купил аспирин и пару бутылок минералки. Пх." - рассуждал Ди, внимательно изучая что-то в своем телефоне. Обычно он предпочитал использовать именно его. На нем проще обходить родительскую защиту. Боже, и для чего Глэм её всё ещё использует, они с Хэви уже совсем не дети Спускаться на ужин не хотелось. Мало ли что можно ожидать от не слишком трезвых людей, хотя они особо и не буянили, ну, разве что, Чес начинал нести полную чушь. Живот заурчал и неприятно засосало под ложечкой. - Ди! Спускайся уже! - рявкнула Вики снизу. Ладно, есть действительно хотелось. Ди надел рубашку и спустился в столовую. Чес увлеченно говорил о чем-то с Глэмом. Увидев старшего сына семейства, он улыбнулся, на что Ди ответил коротким кивком. Он старался поскорее все съесть и уйти обратно в комнату, с усилием держа взгляд на тарелке. Глаза то и дело норовили повернуться к Чесу. Отчего-то было интересно, подпирает ли он сейчас подбородок рукой, или откинулся на спинку стула, как он улыбается и куда смотрит и, в конце концов, какого черта от него снова несет этим сладким запахом. Он уже даже начинал нравиться Ди. Тряхнул головой, дабы вернуться в реальность, и краем уха услышал: - Да у парня талант! Такой голос сильный, он далеко пойдет. - он все еще не смотрел на Чеса, но отчего-то был уверен, что тот сейчас глянул на него. Послышалось отцовское "Хм". Ди поднялся с места и взял свою уже пустую тарелку и приборы: - Спасибо за ужин. - отнеся их в раковину, он направился в комнату. Щеки горели румянцем: "Придурок, и какой еще талант. Спел разок и все. Талант. Ага." - проносилось в голове, пока он заходил в комнату и ложился на кровать. Сняв домашнюю одежду, Ди уложил её на стул и улегся в постель. Завтра будет неплохой, но тяжелый день. Нужно выспаться. Прошел час. Два. Ди не мог уснуть, и это раздражало. Чес еще не ушел, в столовой все еще были слышны разговоры. - Блять. - ругнулся парень и положил руки под голову. Что же не так? В голове всплывали образы, и ему совсем не хотелось признавать, образы кого это были. Казалось, его воображение над ним издевается, снова и снова показывая эту самодовольную ухмылку. Стало горячо. Ди рыкнул и перевернулся лицом к подушке. Удобнее от этого не стало. Легче тоже. Обычно он не был заинтересован в интимной тематике, несмотря на свой возраст. Видеть зажимающихся по углам сверстников ему было мерзко. Он считал себя выше этого. - Мда... Видно, плоть слаба. - парень цокнул языком и куснул губу, снова развернувшись на спину. Он будто стыдился сам себя и ужасно раскраснелся, пока вставал и шлепал босыми ногами к двери, чтобы убедиться, что она закрыта, а потом возвращался под одеяло. Все так делают, в этом нет ничего такого. Но почему тогда он так покраснел? Осторожно оттянув резинку трусов, он приспустил их, после обхватив ствол рукой. Маленькая капелька смазки образовалась сверху головки. Ди коснулся её пальцем и провел круг, снова обхватив основание. Сжав пальцы тугим кольцом, он несколько раз провел ими вверх и вниз по стволу, сдавленно выдохнув. Воображение его убивало, вырисовывая всё новые картинки, заставляя представлять новые образы, ухмылки и обкусанные губы. Интересно, как на шее Чеса выглядел бы засос? Движения руки становились быстрее. Ди приходилось с силой сжимать губы, чтобы ненароком не издать какой-нибудь ненужный звук, хотя тихое "Ах" все же вырвалось. Ладонь стала липкой и мокрой, от чего было только приятнее и удобнее сжимать ствол, проводить по головке пальцем, аккуратно собирая смазку и распределяя её по всей длине. Снизу послышалось хриплое пение. Должно быть, друг семьи вспомнил молодость. Забавно, как кстати оказалась Nirvana. "Rape me" - напевал голос внизу, пока Ди прижимал ко рту ладонь и жмурился. Он оказался слишком слаб и сейчас даже особо не жалел. "Rape me, my friend". Мысли и образы свились в один клубок постыдных желаний, в которых в иной обстановке парень никогда бы себе не признался. Но почему бы, пока из под его руки раздается тихое хлюпанье, а по тыльной стороне ладони стекает смазка, не прогнуться под своей фантазией? "Rape me again" и Ди немного прогнулся в спине, все скорее проводя сжатой рукой по члену, крепче зажимая рот. Ему будет очень стыдно потом. "Do it, and do it again". Крайняя плоть открывает и закрывает головку, сопровождая каждое движение характерным "хлюп". "Waste me", а он не то чтобы очень против, может даже за. Но видимо не сейчас, не в этих обстоятельствах. Он с силой прикусил губу и образовалась капелька крови. Под сдавленное мычание кулак наполнился спермой. Свободной рукой Ди пошарил по тумбочке в поисках салфеток и, отыскав, вытер вторую руку, взял вторую салфетку и вытер смазку со ствола, бросив их в мусорку. Вернув резинку трусов на чинное место, он повернулся на бок. Щеки все еще горели красным. Там, внизу, Чес доиграл проигрыш и послышались возмущения Хэви от того, что его заставляют идти спать. Глаза Ди слипались. Он наконец смог уснуть, поджав к себе коленки.