Почитай мне (Read To Me)

Гермиона вот уже который раз обходит свою комнату по кругу. «Этого не может произойти со мной! Гермиона, соберись!» Ей просто нужно было все обдумать. Все было рационально – всего лишь анатомия человека. Они живут вместе, они выросли и должны уважать друг друга, она девочка, а он – мальчик… действительно большой мальчик с трагическим прошлым и блестящими блондинистыми волосами, которые она хотела бы сжимать в своих руках, когда… Она чуть было не подпрыгнула, когда услышала стук в дверь. – Грейнджер? – с опасением спросил Драко. – С тобой все в порядке? Она постаралась придать своему голосу как можно более нормальный тон и ответила: – Да, просто не хорошо себя чувствую и все. Должно быть я что-то съела… – Хм… ладно, – ответил Драко и Гермиона поежилась от такого диалога. Его слова прозвучали неубедительно, но она с облегчением вздохнула, когда он ушел. Она начала продумывать свой план стратегии: держаться от него как можно дальше. Она боялась того, что может сделать, если не удержится и… Лежа без сна в своей кровати в обнимку с Живоглотом, она заставила себя думать о Гарри и Роне. «Чтобы они сказали? Да они убьют меня, если узнают где блуждают мои мысли!» Но когда она представила себе выражение гнева и предательства на их лицах… она никогда не призналась бы, что они превратились в лица ухмыляющегося блондина. Затем она пыталась представить себе те ужасные вещи, которые он говорил им на протяжении многих лет… и за которые извинился. Противоречия этого человека, вторгшегося в ее мысли, преследовали ее почти всю ночь. Гермиона ворочалась и надеялась, что это только случайность и когда она снова увидит его, то все пройдет. Эти мысли оказались провальными. Она встала рано, что было для нее необычно, поэтому приготовила себе чашечку кофе и уселась в общей гостиной, одним взглядом поглядывая в книгу на коленях. Она вздрогнула, когда услышала как отворилась дверь, не ожидая, что Драко так рано проснется и тем более не ожидая, что он будет в потной серой рубашке и спортивных штанах. Он был слабо освещен светом свечей из коридора, и она могла видеть… довольно таки многое. Окинув его взглядом, она не смогла сдержать румянец, заливший лицо. – Черт! – воскликнул Драко, заметив ее хрупкое тело, вжавшееся в диван. – Обычно ты не встаешь так рано… я и не знал… Он казался совершенно обескураженным, поэтому она инстинктивно попыталась сохранить спокойствие. Она почувствовала, что вновь вступает в опасные воды, и ее испуганный голос в голове закричал: «Не хорошо… Это не хорошо!» – Попал под ливень? – спросила она, надеясь, что ее бесцветная бледность от нервов и недосыпа не делает ее совсем спятившей. Она была рада, что он не заговорил о вчерашнем вечере, но ее нервозность осталась заметной, не смотря на отстраненный вид. – К сожалению нет, – улыбнулся он. – Скорее это шестикилометровая пробежка. – Тщеславие берет вверх? – Это стресс, – сказал он, глядя в ее бледное лицо и темные круги под глазами. – Но не мне нужно говорить это тебе. Она улыбнулась. Он… беспокоится о ней? «Остановись! Хватит опускать планку так низко – он просто сделал замечание!» Она вновь сосредоточилась и сказала: – Я просто не могла уснуть. Какие-то мысли роились в моей голове. – Что-нибудь новенькое? – он усмехнулся. – Поттер посылает тебя на еще одну охоту за сокровищами? – Гарри теперь аврор, – она защищалась. – Он не нуждается в том, чтобы я что-то делала для него. Произнеся эти слова, она сама удивилась своему негодованию. Это предназначалось для Драко, но на самом деле это был первый раз, когда она действительно сказала это вслух. Гарри и Рону она больше не нужна. Она всегда думала, что почувствует облегчение, когда их безумные приключения наконец-то закончатся и они смогут жить в мире. Но мир, за который они так упорно боролись, был удивительно... скучным. Ничего не случилось. Или не было до тех пор, пока некий блондин не начал вторгаться в ее мысли. Это чувство покинутости, должно быть, лежало в основе всех ее других проблем, но теперь оно пробилось в начало. Заброшенное и запретное увлечение. Ей действительно нужно было найти психотерапевта. Она вздохнула и поняла, что пропустила мимо ушей слова Драко, который теперь размахивал руками перед ее блестящими глазами. – Земля вызывает Грейнджер! – пошутил он. – Мерлин, выходит это довольно сложная проблема, а? – Ты даже не догадываешься на сколько, – пробормотала она. – Я хотел сказать… – продолжил он, – что ты кажется не слишком уж этим и увлекаешься. – О чем ты? – О Поттере, покидающем свою обитель. То, что ты ему больше не нужна, – сказал он. – И я могу отхватить неприятностей от того, что скажу, но ты выглядишь несчастной. «А ты выглядишь чертовски соблазнительно», – подумала она. – Что ты сказала? – спросил Драко, округлив глаза. «Господи! Неужели действительно недостаток сна сказался на том, что я произнесла в слух?» – Эээ… я только сказала, что… что ты просто настоящий Доктор Мелфи! Я ведь как раз искала психиатра… Тишина казалась невыносимой. Драко стоял не шевелясь, смотрел ей в лицо, изучая его на предмет любых признаков ее дикого поведения. Он вдруг приблизился к ней, и она дернулась от его резкого движения. Тогда, он сделал то, что потрясло, и взволновало, ее до глубины души. Он положил руку ей на затылок, а другую на лоб, проверяя на наличие жара. Драко был так близко… он никогда не был так близко… никогда не осмеливался прикоснуться к ней. Она должна была прийти в ярость, должна была отстраниться… но она подняла свой взгляд, чтобы вглядеться в его потное лицо, и не думала ни о ком другом, ни о каком другом месте, где она предпочла бы быть. Он пристально смотрел на нее некоторое время и затем спросил: – Ты хорошо себя чувствуешь? – Ммм… – только и выдавила из себя она, все еще запоминая его лицо, наслаждаясь его близостью. – У меня только один вопрос… – начал он, убирая руку с ее лба, но другой продолжая держать ее за затылок. – Да? – робко спросила она. – Кто такой Доктор Мелфи? – спросил он. (Прим. пер. – Доктор Мелфи – Вымышленный персонаж телесериала HBO "Сопрано". Она психиатр босса мафии Тони Сопрано) *** Драко вышел из гостиной в состоянии шока. Последние двенадцать часов повторялись у него в голове, как бесконечная кинолента. Голова Гермионы лежала на спинке дивана. Выражение ее глаз, когда он читал ей. Его имя сорвалось с ее губ. Стоя под струями душа, он не смог сдержать идиотской улыбки. Могла ли она… действительно могла ли она так влиять на него? Но когда он взглянул на отметину на левой руке, реальность с грохотом обрушилась на него. Бабочки в животе упали до неудобного уровня. Было бы безумием проецировать на нее свои чувства. Ему показалось, что она сказала... но он мог ошибаться. Он ей не нравится. Как она могла? Он мучил ее целую вечность. Он сражался за Волдеморта, ради Мерлина. И это даже не затрагивает ситуацию с Уизли. «Был ли он вообще на той фотографии?» Большую часть года она не производила впечатления влюбленной женщины. Тот факт, что он не знал, что он не был достаточно близок с ней, чтобы быть посвященным в ее дела по настоящему, приводили ярость. Затем он завозмущался еще на мгновение, и когда гнев исчез, печаль осталась. Ему было трудно смириться с тем фактом, что это был ад, созданный им самим. Он решил встать на сторону Волдеморта. Решил безжалостно издеваться над ней. Если бы только у него хватило смелости признаться, что он знает, что делает неправильно, он, возможно, смог бы вернуться к красивой девушке в своей гостиной и обнять ее до потери сознания; доказать ей, что он действительно может быть мужчиной. Вытираясь после душа, он напомнил себе, что надо быть благоразумным. Он знал, что именно так все и будет. Что он не может позволить случайности того утра и прошлой ночи омрачить его здравый смысл. Что ему нужно быть терпеливым и быть рядом с ней, когда (и если) она захочет его. В то время как рациональная сторона его мозга возвращалась, первоначальная эйфория, которую он чувствовал, думая о ней с того утра, медленно возвращалась. Он вышел на пробежку, одиночество и тоска начали овладевать им. Но когда он вернулся и обнаружил сонную, краснеющую Гермиону на диване, он едва не упал в обморок. Он привык редко видеть ее и ругал себя за то, что так часто думает о ней. Когда наступали редкие минуты, когда они оставались с ней наедине, он всегда испытывал благоговейный трепет. Преодолев первоначальный шок, он начал немного волноваться. Она казалась... едва заметной. Пытается отвлечься на что-то. Ему очень хотелось попросить ее рассказать ему, по-настоящему рассказать, что она чувствует. Его тело пошевелилось прежде, чем он успел подумать. Он дотронулся до нее. Она не отстранилась. Он вздрогнул, вспомнив ее большие карие глаза, смотревшие на него в предвкушении. Несмотря на то, что он все испортил, задав ей этот глупый вопрос, в тот момент он мог умереть счастливым человеком. Конечно, она не любила его так, как он любил ее, но связь с ней все еще давала ему надежду, несмотря на Уизли и их испорченное прошлое. «Я думаю, что теперь мне нужно выяснить, что такое сопрано». *** Как только он зашел в свою комнату, Гермиона вскочила с дивана и быстро пошла в Гриффиндорскую башню. Когда Гермиона открыла дверь, то глаза Джинни быстро расширились, заметив состояние девушки. – Мерлин! Ты в порядке, Гермиона? – Не совсем… – сказала Гермиона, виновато улыбнувшись. Джинни незамедлительно начала действовать: она прогнала из комнаты всех своих соседей, схватила Гермиону за руку и с нежностью усадила на кровать. – Итак… – начала Джинни, – ты ужасно выглядишь. Что происходит? – Ты станешь меня ненавидеть, – вздохнула Гермиона. – Серьезно? – усмехнулась Джинни. – Я не думаю, что может быть нечто ужаснее, чем Лорд, пытающийся убить нас и подчинить весь мир. Так что, может быть, ты просто соберешься и выложишь уже все? Предвкушение убивает меня! Гермиона вздохнула и быстро пробормотала: – ЯдумаюмненравитсяДракоМалфой. Джинни, казалось, была сбита с толку и наклонилась вперед, как будто не расслышав ее правильно. – Скажи это еще раз. Медленнее. – Я думаю, что мне нравится Драко, – смягчилась Гермиона. – Так он теперь Драко? – Джинни приподняла бровь. – Тот самый, который безжалостно издевался над тобой? Пожиратель-Смерти-Драко? – Господи, я знаю. Я знаю, что это звучит безумно. Но… – Гермиона обхватила голову руками, – но сейчас он просто другой. Он стал странно… нежным. Он может быть таким язвительным, но в тоже время таким добрым. Он не боится высказать своего мнения при мне. Я поняла, что он мне нравится только вчера, когда он читал мне… – Погоди! Он читал тебе? – Да! – воскликнула Гермиона. – Ты позволишь мне закончить? – Извини, просто это слишком интересно, – пробормотала Джинни. – Как я уже сказала, – продолжила Гермиона, – именно тогда я все поняла. Думаю, что я подозревала это уже несколько недель, но не могла признаться себе в этом. Потом пришло понимание, я даже не спала из-за этого! – Вау. У тебя это плохо получается! – рассмеялась Джинни. – А как же Рон? – Ну ты же знаешь. Мы решили сделать перерыв, посмотреть что выйдет из того, когда он уйдет в Министерство, а я приеду сюда. Но, наверное, я никогда не думала, что у нас с ним может быть что-то серьезное. И уж тем более не думала, что у меня вот так вот все перевернется, – объяснила Гермиона. – Но ты испытываешь больше чувств к Малфою… не к Рону, – уточнила Джинни, и Гермиона утвердительно кивнула. Джинни некоторое время сохраняла тишину, и Гермиона приготовилась выслушивать лекцию от нее. – Итак, вот что я скажу, – наконец произнесла Джинни. Гермиона быстро повернула голову в ее сторону. – Ну что? – Ты ничего не сможешь поделать с тем, что чувствуешь, – ответила она и схватила ее за руку для пущей убедительности. – Ты сама сказала, что он изменился. Ты самая умная ведьма своего поколения, и я думаю, что ты должна довериться своим чувствам. – Так ты не злишься из-за Рона? – с облегчением спросила Гермиона. – Черт, нет! – воскликнула Джинни. – Ты все равно слишком хороша для него. И тут Гермиону осенило: даже если Джинни не возражает, то что теперь делать с Драко? Сейчас ведь она живет с ним, она не думала, что сможет справиться с этой мыслью так быстро. – Я пришла сюда в ожидании, что ты порвешь меня на кусочки, – засмеялась Гермиона. – Что, черт возьми, мне сейчас делать? Джинни тоже засмеялась и произнесла: – Ты думаешь, что он чувствует тоже самое? Брови Гермиона нахмурились, когда она подумала о последних месяцах. – Он всегда похож на оленя в свете фар, когда находится рядом со мной. Я раньше всегда списывала это на то, что это просто чувство вины. Джинни злобно ухмыльнулась. – О, дорогая, я знаю этот взгляд. Это будет так просто… *** Гермиона вышла из комнаты. Пытаясь расслабиться, она вспомнила слова Джинни: «Веди себя естественно, будь уверенной, действуй». Она знала, что в этом нет ничего особенного... она думала, что, возможно, он любит ее, у них есть химия. А если нет... Что ж, он, наверное, рассмеется ей в лицо и будет вечно обижаться. Она не могла этого сделать. Может быть, ей просто спрятаться в библиотеке и попытаться избежать встречи с ним любой ценой. Неохотно выходя из общежития, она вспомнила вспышки их разговоров, его искренний смех, сердитые фырканья, его мягкие прикосновения к ее лицу… и снова замерла. Нет. Ей нужно было прекратить бежать. Война наделила ее цинизмом, которого у нее раньше не было, но она также заставила ее понять, что жизнь коротка. Если включить разум, если избегать его, то она никогда не будет счастливой. Но по-настоящему пытаться установить связь с другим человеком без всяких условий было тем, от чего она не могла убежать. Истинная жизнь, истинное волнение – это когда ты ставишь себя на кон. Гермиона знала, что даже если он откажет ей, это будет лучше, чем плыть по жизни, не осмеливаясь добиваться того, чего она действительно хочет, в состоянии оцепенения. Набравшись смелости, она открыла дверь в общую комнату. *** Драко лежал в своей комнате на кровати и читал «Тайную историю». Он взял его из вторых рук за лето, но решил, что не будет поднимать его перед Гермионой, так как это, вероятно, вызовет у нее сердечный приступ, ведь он был написан магглом. Он услышал, как она вошла в дверь и прошла в свою комнату. Вздохнув, он отбросил книгу в сторону и потер виски. Она вела себя так странно. Все еще спускаясь с высоты эгоистичной мысли, что это как-то связано с ним, он оглядел свою унылую комнату. Дождь стучал в окно, из-за облачности было темнее, чем обычно. Одиночество. Еще одним напоминанием о том, что в детстве он предпочитал дружков, а не настоящих друзей, было невероятно плохим жизненным выбор. Словно по сигналу, стук в дверь напомнил ему о другом присутствии в его жизненном пространстве. «Не совсем один». Разглаживая пижаму, в конце концов сегодня суббота, он крикнул ей: – Одну минуту! Он еще раз взглянул на себя в зеркало. Убедившись, что его волосы и темно-синяя пижама безупречны, он подошел и открыл дверь. Драко попытался не смотреть на Гермиону, но потерпел неудачу. На ней был только тонкий халат, и он не мог перестать думать о том, что находиться под ним. Быстро переведя взгляд на ее лицо, он заметил более расслабленное лицо с того утра и легкий макияж. Ревность захлестнула его. «Для кого она так вырядилась?» – Можно войти? – скромно спросила она. – Да, – ответил он быстро, слишком быстро. Она прошла мимо него, и сейчас он пытался вспомнить, как дышать. Пока она осматривала его комнату, он воспользовался случаем, чтобы оценить ее скудный внешний вид. Не обращая внимания на кровь, хлынувшую к паху, он воспользовался случаем, чтобы удовлетворить свое любопытство и спросил: – По какому случаю пожаловала? – Что? – спросила она. – Просто это неожиданно, – он неопределенно махнул рукой в ее сторону. – Аа, – она понимающе улыбнулась, – просто пробую что-то новое. Чувствуя себя неудовлетворенным этим ответом, Драко нахмурился. «Что она не договаривает?» – Что это? – спросила Гермиона. – А? – он продолжал хмуриться. – Идешь на пижамную вечеринку с какими-то второкурсниками? – она неопределенно махнула ему в ответ и поддразнилась. – Чтоо, ха-ха. Очень смешно, Грейнджер, – невозмутимо произнес он. Его ворчливое отношение ко всему этому, казалось, заряжали ее, и потому она громко рассмеялась. Этот звук вызвал у него улыбку. – Итак, – продолжил Драко, – чувствуешь себя лучше? – А? – настала очередь Гермионы хмуриться. – Ээ, «что-то съела», так ты кажется выразилась. – Оу! – воскликнула Гермиона и понимающе округлила глаза. – Да, да, сейчас я в порядке. Лучше чем в порядке, на самом деле. – Это так… – с натяжкой произнес Драко. Он еще раз обвел ее взглядом и прокрутил в голове список других парней, которые могли бы заставить ее чувствовать себя столь замечательно. – Хмм… Что ты думаешь о Джойс? – спросила Гермиона, присаживаясь на кровать. На его кровать. Пристально смотря в ее глаза и стараясь не обращать внимания на ее обнаженное бедро, выглядывающее из-под халата, Драко ответил: – Мне нужно, по крайне мере дважды, прочитать каждую главу, чтобы действительно понять ее, но я думаю, что она хорошо улавливает разочарование и грязь городской жизни. – Да, – согласилась Гермиона. – Несмотря на то, что каждая история раскрывает самые мрачные грани человека, она написана так хорошо, что мне было неприятно потом признавать, как она вскружила мне голову. – Я тоже! – рассмеялся Драко, – Всегда чувствую себя таким больным ублюдком, но я думаю, что ему бы это понравилось. Через некоторое время, Гермиона улыбнулась. – Но я ведь не за этим сюда пришла. Не для того, чтобы говорить о Джойс, не так ли? – Что ты имеешь ввиду? – поинтересовался Драко. «Почему. Ты. Здесь?» – Ты действительно не знаешь? Драко покачал головой. – Черт возьми, Драко! – Гермиона запрокинула голову и рассмеялась. Гермиона спрыгнула с кровати, обхватила его лицо руками и поцеловала. Драко оказался словно парализованным. Его мозг работал с удвоенной силой, чтобы понять что за *** здесь происходит, но прежде, чем он смог ответить на поцелуй, она отстранилась. Ее щеки раскраснелись, когда он в шоке посмотрел на нее. – Черт! – нарушив молчание, начала она. – Прости! Я думаю, что ошиблась. Я просто… давай забудем об этом, ладно? Она направилась к двери, но он остановил ее, спросив: – Что у тебя с Уизли? – Ничего, – она смущенно поморщилась, – пожалуйста, давай забудем это, хорошо? Гермиона схватила одной рукой дверную ручку и уже начала поворачивать ее, но его инстинкты ожили и он обхватил ее запястье. – Ты никуда не пойдешь. Когда она с облегчением вздохнула, он прижал ее к себе, и из губы вновь встретились. Наверстывая упущенное, Драко поцеловал ее со всей страстью. Он прервал этот поцелуй и начал целовать ее шею, и ее вздохи нашли отражения в его паху. Раздвинув ее бедра, Драко поместился между ними, чтобы прижаться друг к другу еще теснее. Дополнительные трения заставили Драко оторваться от ее шеи и вздохнуть с облегчением. – Ты даже представить себе не сможешь, сколько я мечтал об этом, - пробормотал он, и в ответ получил ее стон. – Я только сейчас обдумала это, – вздохнула она, – но давай потом сравним наши мнения, ладно? На мгновение он перестал целовать ее и подвел их к кровати. Гермиона покраснела, когда стала развязывать пояс халата под пристальным взглядом Драко. Обнажив белый бюстгальтер и трусики в его тон, Драко почувствовал, что член болезненно напрягся. – Не могу поверить, что ты настоящая, – с удивлением произнес он, укладывая на кровать и забираясь на нее сверху. Приложив пальцы к ее киске, и отодвинув трусики, он уже почувствовал влагу на своих пальцах, а также заметил румянец на ее лице, который сейчас добрался до груди. Драко немного сдвинул свою руку и потер ее чувствительный бугорок. Ее медленные хриплые вздохи превратились в стоны, и он погрузил палец внутрь нее. Она пропустила вдох, когда почувствовала холодное металлическое кольцо внутри. – Драко, я хочу чувствовать тебя – всего тебя. Он не думал, что когда-нибудь был так возбужден в своей жизни, он сбросил свои штаны и боксеры, когда она потянулась, чтобы снять лифчик. Когда он вернулся в прежнюю позу, глядя на ее распухшие губы и спутанные волосы, его охватила нежность. – Гермиона… – начал он. – Я знаю, – улыбнулась она. Когда их тела столкнулись друг с другом, они оба вздохнули наконец-то почувствовав свою принадлежность – это новое начало. *** После случившегося, они лежали в уютной тишине. Пока Гермиона поглаживала грудь Драко, она спросила его: – Как долго ты знаешь это? – Хоть и не сразу, – он начал свой ответ, – но я бы сказал, что это началось после того, как ты дала мне пощечину на третьем курсе. А что на счет тебя? – Вчера, – покраснела Гермиона. – Вчера?! – поднялся Драко. – Ты очень напориста. – Заткнись, – улыбнулась она. – Должно быть ты просто узнал, что чтение Джойс, это верный способ завоевать мое сердце. Он усмехнулся и расслабился в ее объятьях. – Если бы я только раньше узнал об этом, то сделал бы это гораздо раньше.