Лисица

«Здравствуй, дорогой дневник! Сегодня я пишу тебе, чтобы снова пожаловаться на жизнь! Ох, как же я устала от того, что меня никто не понимает! В том числе и я сама себя понять не могу!.. Недавно мы писали эссе по проф-ориентации, но я так и не смогла написать там что-то конкретное! Это не потому, что я не знаю чего хочу! Я как раз-таки знаю, но вряд ли у меня получится… Я хочу стать рок музыкантом и создать свою группу. Да, я усердно занимаюсь игрой на гитаре почти каждый день, а так же пишу песни, а потом заливаю их в сеть! Но, к сожалению, мои видео не пользуются никакой популярностью. Никто меня не поддерживает. Родители говорят мне, что это глупая затея и нужно стремиться к чему-то нормальному. Они даже ставят мне в упрёк мою старшую сестру! Конечно же… Роуз поступила в медицинский колледж на фармацевта, и ещё всегда была лучшей ученицей (о чём мне напоминают учителя в школе)! Я каждый день слышу: «Роуз то! Роуз это! А ты почему не как Роуз?! Почему нельзя быть, как твоя сестра?!». Как же меня это БЕСИТ! Ненавижу её! Из-за неё мои старания и успехи не замечают собственные же родители!..» Маленькая блестящая розовая книжечка с громким хлопком летит в стену и глухо падает на пол. Старая обложка была потрёпана, изрисована чёрным маркером и несколько раз проклеена скотчем, чтобы та не развалилась, а страницы потеряли свою гладкость от чёрной шариковой ручки и слёз. Сколько же всего пережил старый девчачий дневничок? О, много чего. Моника не жалела свой дневник и частенько позволяла себе на эмоциях швырнуть его куда подальше, вырвать несколько страниц или исчеркать ручкой обложку от злости. Но легче от этого ей не становилось. Срывать злость на дешёвеньком блокнотике и записывать пустые самотерзания, о том что она одинока и её никто не понимает — не самая хорошая идея. Вреда от этого конечно никакого, точно так же как и пользы. Моника частенько задумывалась о том, что нужно прекратить жалеть себя и начинать включать свою не бестолковую, прошу заметить, голову. Но ей хотелось какой-то драмы, душевных терзаний. Девушке хотелось почувствовать себя особенной на фоне старшей сестры, от чего та выбрала не самый лучший способ это прочувствовать. А что такого, спросите вы? Пока сама себя не пожалеешь — никто не пожалеет. Глупая позиция… Девушка лежала на кровати, утыкаясь лицом в подушку и глухо крича в неё, выпуская эмоции. После очередной ссоры с сестрой родители поддержали Роуз, а не её. Как всегда… Спор разразился опять из-за ерунды. Оказалось, что результаты эссе по проф-ориентации рассылали родителям учеников на почту. И у родителей Моники появились вопросы к дочери, почему именно из всех нормальных и адекватных профессий было выбрано «Рок звезда»… Это даже не профессия. Не стоит говорить, что родители были разочарованы в её выборе, они искренне желали чтобы Моника наконец повзрослела и в свои шестнадцать и начала мыслить более приземлённо. Оба родителя Моники были врачами в хорошей клинике, и они очень хотели что бы и их вторая дочь связала судьбу с медициной. Точно так же, как это сделала их самая большая гордость — Роуз. Во время разговора родителей с Моникой, как всегда, вмешалась сестра и поделилась своим мнением на счёт мечты девушки: — «Это глупо, Моника! Славы мало кто добивается. Боже, тебе что, пять лет?». После едких слов Моника не выдержала и с криками и кулаками бросилась на сестру, чуть ли не вырывая крашенные в блонд патлы, от чего бедным родителям пришлось разнимать вопящих сестёр. Драки для Роуз и Моники были обычным делом. Сёстры никогда не ладили друг с другом и постоянно искали повода поддеть за живое колкими фразами. Роуз частенько оскорбляла сестру, называя ту дурой, тупице и идиоткой. Девушка часто тыкала младшую сестру в её косяки, при этом стараясь словесно унизить. Но Монику нельзя назвать бедной овечкой, что покорно терпит унижения, так как девушка сама себе позволяла говорить в адрес сестры всякие колкости и делать гадости, которые она оправдывала тем, что её сестра это заслужила. То у Роуз внезапно закончится её дорогущий бальзам для волос, то вдруг палетка с тенями потеряется или любимая кофточка. Или же наоборот, у Моники пропадёт из комнаты гитара, любимые плакаты с кумирами внезапно порвались или же у зубной щётки оказывался странный вкус. Их вражду невозможно было остановить потому, что у обеих девчонок был один девиз — НА ВОЙНЕ КАК НА ВОЙНЕ! Но всё же бедные родители девочек пытались их хоть как-то примерить, ставя старшую сестру в пример, думая что младшая увидит в ней авторитет и станет более управляемой, но становилось только хуже и вражда между ними становилась всё сильнее… — Ну, что наплакалась, дура? — раздалось в дверном проёме. Моника резко оторвалась от подушки, на которой можно было увидеть уродливое мокрое лицо от слёз, и села на кровать, сверля пришедшую сестру взглядом исподлобья. Роуз облокотилась об дверной косяк плечом и скрести руки на груди. Пришедшая широко и злорадно улыбалась, показывая свои ровные белые зубки. Их взгляды встретились, и Роуз смотрела на сестру как всегда свысока. — Заткнись и проваливай! — прошипела младшая сестра схватив с прикроватной тумбы будильник в форме головы улыбающегося чёрного котика. Монику аж трясло от злости, когда она видела свою во всём «идеальную» сестру. — И не подумаю! — Роуз показала язык, — Твой «синдром восьмиклассника» достал уже! Взрослей, идиотка! — Свалила отсюда, шмара! — злобно кричит Моника замахиваясь на сестру своим будильником, но не выпуская его из цепких. Блондинка взвизгнула и выбежала из комнаты сестры, захлопнув за собой дверь. В ту же секунду коридоре раздалось громкое и протяжное «Мам». — Боже, мне пиздец… Поставив будильник на месте, Моника быстро схватила со стула свё старое чёрное худи, натягивая его через голову и параллельно пододвигая стул к подвальному окошку. Девушка жила в подвале и её это очень даже устраивало, потому что родители не часто спускались в подвал, в котором было ещё одна гостевая комната и кладовая. Услышав шаги сверху и поняв, что вместо мамы к ней в комнату направился отец, девушка быстро открыла окно и хватила белые кроссовки, с трудом протиснувшись в узкий оконный проём. Обувшись уже на лужайке перед домом, Моника побежала как можно быстрее от дома в закат, слыша в спину крики и угрозы отца, чтобы та немедленно вернулась обратно.