Frozen heart as a gift

*** — Нашёл? — обратился Тэхен к Чимину, который копался в шкафу в соседней комнате. — Нашёл, — донеслось со стороны дверного проёма. — Что нашёл? — не понял Хосок, одновременно наливая себе в чашку кофе. — Чимин неудачно открыл газировку, ищет что-нибудь, чтобы переодеться, — Тэхен смотрит на Хосока, который ещё не успел взглянуть на него, когда вошёл в квартиру. — О, ради Бога, заткнись, — с удвоенным раздражением морщится Тэхен, разглядывая своё отражение. Иногда (всегда) Хосок раздражает Кима настолько, что он готов оторвать ему голову голыми руками. Он всё ещё жив благодаря тому, что три года назад один человек по имени Ким Сокджин( а точнее его брат) взял с Тэхена слово, что он не будет убивать людей. Но, стоит признать, что сейчас Хосок на самом деле в чём-то даже прав. Тэхен думает, что для парней современные стандарты красоты слишком клишированы, но, несмотря на это, он выглядит, как один из тех охуенных пацанов, которые тусуются в клубах. Тёмно-синие джинсы и вместо чёрной футболки он решил надеть широкий серый свитер крупной вязки. На улице к вечеру довольно прохладно, а длинные рукава отлично спасают от озноба. -Ребят, мне кажется или я переборщил с подводкой и бежевой матовой помадой?- раздался голос Чимина-но когда Хосок издал протяжный свист, увидев открывшего ему дверь старшего, то Чимин почему-то успокоился и пришёл к заключению, что все аспекты выдержаны в нужных рамках. И, стоит признать, он ожидал худшего, потому что чувствует себя на удивление комфортно в таком образе. — Кажется, теперь присунуть тебе настроен не только Юнги, — Хосок усмехается, оглядывая старшего с ног до головы. — Я тебе сейчас уеб… — Так он не подходил в школе? — вмешивается Тэхен, появляясь в дверном проёме. — Не-а, — качает Чимин головой, поправляя на шее шёлковую ленточку чокера. Да, он надел его. — В последние дни не писал ничего и даже не пялился, как вначале. Я уже огорчился,, а сегодня утром приходит этот букет. Чимин указывает на цветы лежащие на столе. Откуда он вообще мой адрес знает? — Узнал у старосты, наверное, — пожал Тэхен плечами, подправляя волосы. — Меня всё больше начинает бесить этот пацан, — с негодованием буркнул Хосок, тряся головой так, чтобы светлые волосы после завивки упали более естественно. — Пора выдвигаться, если мы хотим успеть в супермаркет, — надевая поверх футболки клетчатую рубашку, произнёс Чимин. — Зачем? — не понял Тэхен. — Каждый сам приносит себе выпивку, — ответил младший так, будто это самая очевидная вещь на свете, а Тэхен — идиот. — Девушки чаще всего приносят пиво, а парни — соджу. Но самые мажорные — такие, как Юнги и Чонгук — распивают текилу или виски с колой. — Я об этом как-то не подумал, — застопорился Тэхен, отправляясь в комнату, чтобы взять ещё немного денег. *** Оперевшись поясницей о край стола, Чонгук отпил из стакана светлую сладковатую жидкость, которая приятным теплом окутывала грудную клетку и слегка кружила голову. Тэхё отправился открывать дверь очередным ребятам. Чонгук, по правде говоря, не очень любил подобные сборища и предпочитал им тихие, наполненные вдохновением вечера за книгами, или же в боксерском зале наедине с грушей. Но Юнги порой бывает жутко навязчивым и ещё чаще — убедительным. От предложения расслабиться и как следует начать их последний совместный год учёбы Чонгук не смог отказаться. Юнги, смешивал в высоком пластиковом стакане всего по чуть-чуть. Чонгук закатил глаза, обращая внимание на попытку друга создать горючий материал для запуска ракеты в космос. — Тебя не порвёт от таких экспериментов? — Не должно, — пожал Юнги плечами, опуская кончик указательного пальца в стаканчик, затем облизывая его, чтобы оценить на вкус. — Не хватает джин-тоника. — Смотри сам, если на этот раз нажрёшься, то уже вряд ли сможешь вернуться домой сам, — усмехнулся Чонгук, облизывая губы и разглядывая народ через широкий дверной проём, ведущий из кухни в большую гостиную. — Я уже, вроде, поумерил свой пыл в этом плане. — Утешай себя. Людей становилось всё больше и больше, но семья Юнги живёт на довольно широкую ногу, поэтому размер пентхауса Минов позволяет уместить ещё вагон и небольшую тележку народа. Чонгук никогда не возвышал себя в материальном плане. Чон знает, что сейчас другая жизнь и другие ценности — больше материальные, а не духовные. Ещё одна причина ненавидеть мир. Но Тэхён рушит это убеждение и общается с людьми на равных, никогда нарочито не придавая огласке своё материальное положение. У каждого на самом деле свои ценности, кому-то импонируют моральные, а кому-то напротив — материальные, и чем больше одного, тем меньше хочется стремиться к другому. Чонгуку всегда было жаль конченных материалистов, ведь они никогда не будут жить «по-настоящему». Чем старше Чон становится, тем сокращается количество людей, в чьи мысли ему хотелось бы заглянуть. Они думают слишком странно для него. О странном. Да взять ту же всемирную паутину, зовущуюся Интернетом — насколько ловко она придаёт огласке истинное «я» и обнажает окружающих его людей. Во всех смыслах. Сейчас эта хихикающая девчонка милая и скромная, а уже на следующий день шлёт Чонгуку фотографии своей обнажённой груди. Кажется, что такие девушки родились сразу такими — выпачканными в разврате, отвратительными и примитивными. Раньше, может, года два назад или больше, для Чона недовольство собой было вполне обычным состоянием. Ему всегда было к чему придраться. То задница слишком большая, то голова чересчур пустая, то навыки флирта убогие, а уж позицию свою относительно окружающего пёстрого мирка вообще выражать было как-то стыдно: собственный ум был под сомнением, уровень образования низок и очень хотелось стукнуть себя чем-нибудь тяжёлым за то, что недостаточно старался, мало работал и много тупил. После смерти самого близкого душе человека — его мамы, до Чонгука медленно, но начало доходить, что окружающие его люди ни капли в себе не сомневаются и прекрасно обходятся без подобных самокопаний, не направляя упрёков внутрь себя, как это делает он сам. И ещё — безусловно, это не прибавляет ему очков — но он не стремится быть первым во всём, что присуще тому же Юнги. Начнём забег — популярность в школе, потом в колледже или институте, сравнение параметров девушек, с которыми ты переспал, и так далее: жильё, обстановка, отдых — бессмысленные и тупые забеги в поисках доказательства собственной обеспеченности. Глупость этих тараканьих бегов понятна Чонгуку довольно-таки давно, но сравнительно недавно он сообразил, откуда в нём полное нежелание надевать шорты, напульсники и повязочку на лоб, прыгая по этой беговой дорожке. Вся суть в том, что если играть по глупым правилам, то всё решит случай, всё решит очерёдность, и даже если с самого начала знать правильный ответ — это не будет гарантией выигрыша. Чонгуку легче вообще выйти из игры. Ему легче не знать правил и не участвовать в каком-то соревновании совсем. Если он не может доверять самому себе, то почему он должен довериться сочинённому случаем порядку? Установленной кем-то случайным очерёдности? Да и потом — это самое, наверное, главное — Чонгук уверен, что ему не понравится тот приз, что приготовлен для победителей этих дебильных забегов. Он, честно, не знает, что там, и даже предположить не может, но думает, что какой-либо ценности для него этот приз не представит. Он лучше посидит вот на этом кухонном столе, послушает музыку, которая мягким потоком льётся из колонок, и опустошит стакан другой текиллы, а все окружающие пусть себе бегут. — Повернись, — делая очередной глоток, произносит Чонгук, обращаясь к Юнги, и запрыгивает на стол. — Что? — не сразу понимает тот, а когда смотрит на проём в гостиную — его челюсть с треском отваливается и клацает о паркетный пол, укатываясь куда-то в угол. Чимин, окружённый двумя парнями, с восторгом осматривает большую гостиную, поправляя лямку черного кожаного рюкзака на своём плече. У Юнги от одного вида этого парня выкручивает все органы и одной пулей вышибает из головы последние мозги. Этот момент походил на эпизод какой-то примитивной подростковой мелодрамы, когда потрясающая девушка появляется на вечеринке под эффектную музыку. Только вот в его случае это парень. — Ч-что ты там г-говорил? — заикается Юнги, не в силах оторвать глаз от парня и не замечая, как стакан, в который он добавляет виски, уже полный, а жидкость растекается по кухонной тумбе огромной лужей, капая на его ботинки. - Не забудь, что обещал его затащить в постель,- напоминает Чон. - Да, да, не волнуйся, всё будет,- отвечает Юнги,не слушая его. Чонгук в ответ лишь закатывает глаза. *** — Что значит «уходишь»? — шипит Тэхен с паникой и хватает Хосока за локоть, когда он возвращается с телефоном в руках. — Мы же только пришли. — Меня вызвали в ночную смену, извини Тэхен, — вздыхает Хосок, когда рядом слишком громко смеётся компания каких-то незнакомых Киму девчонок. — Я постараюсь управиться и вернусь, но не обещаю. — Ты угораешь надо мной, что ли? — по-прежнему «кричит шёпотом» Тэхен. — Хочешь оставить меня с этим психом? — Чимин умеет веселиться, так что расслабься ты, — успокаивающе парирует Хосок, только вот Тэхена это нихрена не успокаивает. — Выпей, потанцуй, ты же любишь это. — Только не когда я пришёл с другом, который не умеет пить, — уже почти хрипит Ким с ещё пущим гневом. — Не злись, милый, — Хосок кладёт ладонь на кимову талию, нарушая его личное пространство. Тэхен сперва хочет врезать ему, но потом резко вспоминает о их ненавязчивом плане и с притворством дует губы. Он чувствует, что в их сторону направлено множество пар глаз, а по помещению будто прошла волна шёпота. Хосок легко чмокает парня в щёку, поглаживая талию ладонью, и Тэхен хочет рухнуть на пол от неловкости, которая проела дыру в его голове. Он прячет от друга глаза, кидая едва слышное даже Хосоку «угу», и поджимает губы. — Чимин сейчас принесёт выпить. Проследи, чтобы он не надрался, — тихо произносит младший на ухо парню, а Тэхен делает вид, что сильно смутился и застенчиво толкает его в плечо. Тэхен про себя усмехается и думает, что да, этому засранцу стоит поступить на актёрское. Подобной правдоподобности даже такой скептик, как он сам, поверил бы. Когда Хосок уходит, Тэхен мнётся некоторое время, выискивая взглядом Чимина и упорно игнорируя на себе чужие. Тот появляется на горизонте с двумя красными пластиковыми стаканчиками и ярым выражением недоумения на лице. Долго объяснять ситуацию не приходится, вскоре они отыскивают свободное местечко на одном из диванов. Тэхен, разглядывая окружающих, пьёт какой-то сладкий напиток, вроде это ликёр, но сомнительного неизвестного происхождения, потому что в супермаркете они купили несколько бутылок соджу. На вопрос «откуда?» Чимин подозрительно улыбается и пожимает плечами, отвечая, что «надо знать места». Ким постепенно вливается в эту приятную непринуждённую атмосферу, пахнущую алкоголем, беспечностью и шоколадом. Завистливые взгляды окружающих слабеют по мере опьянения, а учитывая, что у всех у них довольно слабый алкогольный порог, вскоре вовсе перестают прожигать в Тэхене дыру. Ещё через некоторое время Ким замечает, что начинает покачивать ногой в такт какой-то попсовой песне. Чимин пропал десять минут назад, отправившись в уборную. Когда Тэхен выискивает Чимина взглядом, то обнаруживает младшего в другом конце большой гостиной, флиртующего с каким-то черноволосым парнем. Приглядевшись внимательнее Тэхен понимает, что это Юнги. По виду Чимин выглядит довольно выпившим, но вполне адекватным для того, чтобы самому стоять на ногах. С этим становится всё понятно. Тэхен хочет пойти поздороваться с Юнги, но решает не мешать пока своему другу. Ким допивает содержимое стакана и ещё через некоторое время ему становится скучно. И жарко. Хочется освежиться. Найти лоджию большого труда не составляет. А у Юнги ничего себе такой домик. Видимо, родители неплохо зарабатывают. Тэхен размышляет о том, что ни за что бы с первого взгляда не назвал этого парня «золотым мальчиком», если бы не побывал в таком огромном доме. Свежий воздух приятно проникает внутрь, очищая лёгкие от кислорода, пропитанного алкоголем. Тэхен опирается локтями на перила и расслабляется, пытаясь немного отступить от мыслей, наслаждаясь спокойствием, и увлекается, практически не замечая, как за спиной раздаётся звук отодвигающейся стеклянной двери. На несколько секунд музыка и гул вечеринки становятся чуть громче, а потом, когда дверь задвигается, звук снова слышится так, будто заключён в банку. — Я искал тебя, — проговаривает черноволосый парень, располагаясь рядом с Тэхеном. Ким с интересом кидает взгляд в сторону, когда распознаёт рядом с собой Чонгука. — Все только и говорят, что ты встречаешься с местным плэйбоем, — поджимает парень губы, прожигая лицо Тэхена взглядом, но когда видит ярко выраженное недоумение, то поясняет: — Хосоком.