Посмотрим

— Джейсон, постой, — услышал я уже почти у самого выхода ОВД, который до последнего не хотел меня выпускать. — Что ещё? — Ты разве не задержишься? У нас пополнения в коллективе, надо этого мальца просветить что да как, — вдохновлённо вещает он (?), выпив, по-моему, уже больше положенного. — Потом можем завалиться в бар или в бордель, — продолжил он, как по мне, слишком мерзко улыбаясь. — Без меня, — выплевываю я, мечтая уже попасть домой. В отличии ото всех находящихся в отделе, я единственный после суток, да ещё задержавшийся до вечера. — Ты как всегда, — хмуро начал он, и тут же гаденька улыбается. — Слушай, да тебя поди дома омежка дожидается, — и похлопает меня при этом по плечу. Все эти панибратские телодвижения мне не особо понравились, как и его версия. Все разговоры и вопросы обо мне, типа: «с кем живу, есть ли дети» до жути меня выбешивают. Есть цитата, которая идеально подходит ко мне: «Мой дом, моя крепость», а я дракон, который охраняет её. — Слушай Алекс, я уже как-то говорил, но для тебя повторю. Я провожу черту, между работой и домом. Покурить с тобой в курилке без проблем, но как только заканчивается моя смена, тут уж извини, мы расходимся в разные стороны, — говорю прямолинейно, так что бы он понял. — Я тебя понял, — ответил он, и согласно кивнул, мол «без обид».

***

— Я дома, — оповестил я, снимая обувь и топая по паркету босиком, оставляя мокрые следы после дождя и луж, которые успели появится. — Как ни странно, но ты вовремя, хоть и задержался, — послышалось с кухни. — И к чему же я успел, моя хозяюшка, — усмехаюсь я и получаю подзатыльник, а за ним и пинок под зад за свои шуточки, как только переступаю порог кухни. — Я пиццу заказал, — слышу я недовольство в голосе, доставая из холодильника колбасу. — Я голодный как волк, — оправдываюсь я, жуя колбаску, и слыша звон кружек, знает ведь, что мне нельзя есть в сухомятку, и с моим любимым ворчанием, заваривает чай. Вот за что я его больше всего люблю, так это за то, что он меня слышит и слушает, один вид на стол, на котором стояла пачка майонеза и кетчупа со стопкой салфеток говорил о том, что стол «накрыт», вызывал у меня улыбку, ведь он знает, что я люблю смешивать соусы для пиццы. — Как прошёл день? — спрашиваю, ведь наконец могу откинуть шкуру кровожадного хищника, преследующего меня целый день и наконец расслабиться. — Был на собеседовании. Думаю, у меня есть все шансы устроиться автомехаником в нашем районе, котор… — но я не даю ему продолжить, хватая за горло и прижимаю к стенке. — Ты опять?! — рычу я, смотря в глаза напротив, чувствую, как его руки пытаются меня оттолкнуть. Хоть он и альфа, как и я, и габариты у него не меньше моих, но все же я сильнее. Приступ злости охватывает меня только от мысли что история может повториться дважды, как в день нашего знакомства.

***

— Как обстоят дела? — зайдя в допросную спросил я, надеясь на подробный ответ от так называемого коллеги, который в течении всего обеда уговаривал меня присоединиться к допросу. Я согласился и что я наблюдаю. Прошло десять минут от начала допроса, а дело так и лежит в закрытом состоянии, папку с файлами по камерам он даже не соизволил с дежурки забрать и сейчас устало пожимает плечами. Я пытаюсь сдержать гнев, но получается слабо, видя встрепенувшегося от моего голоса заключённого, и отправляю того на перекур. Сев на освободившее место, быстро объясняю схему работы, и задаю первый вопрос. — Итак Итан, твой год рождения 1994? — спрашиваю я, листая его досье, которое не особо располагало фактами. — И так ясно, что да, — самодовольно отвечает парень. Я не выдерживаю и бью его в челюсть, от чего тот валится с табуретки. — В следующий раз ты откроешь свой рот только по делу. — Ууу… а я-то думал, мы играем плохого и хорошего шерифа, раз этот уёбок ушёл, — продолжал язвить парень, и как ни странно, но добавить пару ударов за это ему не хотелось. Вместо этого я говорю ему сесть обратно и листаю его дело дальше, не обращая внимания на его реплики. — А ручку не подашь? — слышу и устремляю на него взгляд, пытающего встать хотя бы на четвереньки, с застёгнутыми за спиной руками это тяжеловато, но это не мои проблемы. — Если только ножку и в желудок, — зачем-то ответил я, видя его усмешку. — Пожалуй в другой раз, — все-таки поднявшись и сев обратно язвит он. — Ты и Франклин, который был задержан вместе с тобой, проживаете в одном доме, это так? — задаю вопрос, и он кивает. Только сейчас вижу, что разбил ему губу и струйка крови всё намеревается стечь по подбородку. — Нас всех туда отправляют, — добавляет он. — Ну, кому исполнилась восемнадцать и так как по закону нам должна быть предоставлена квартира, вот только не уточняют, что она должна быть в жилом районе, а не в заброшенном, где соседями по жилплощади являются крысы. — Сейчас заплачу, — на этот раз язвлю я, что мне в основном не свойственно. — Ну-ну, не стоит, жилеткой для твоих слёз быть не хочу, — наиграно обеспокоенным тоном говорит парень, чем вызывает во мне улыбку, которая в дальнейшем появляется у него самого. — Закончим с любезностями и перейдём к делу. Фрэнки у нас давно на крючке, пять угонов в одном районе не могли пройти без внимания, особенно когда все эти машины ремонтировались… ты не поверишь, в той мастерской где ты работаешь механиком, — с ухмылкой проговариваю я, наблюдая как кинув на меня взгляд, тот поражённо опускает голову. Прежде чем идти на допрос, я изучил его досье: Итан, на фамилии стоит прочерк, 1994 года рождения, по статусу Альфа. С рождения жил в Детском доме, было одно усыновление, но через пару дней вернули обратно, и пробыл там до восемнадцатилетия. Сейчас ему двадцать четыре и как минимум пять-шесть лет он проведёт за решеткой. Дурак парень, ой дурак констатировал я, закрывая дело, и слыша, как открывается дверь. — Ну что, вы закончили? — Да — отвечаю я, вставая с места. — Ты ещё придёшь? — подняв на меня взгляд, спрашивает парень. У него как минимум ещё три допроса, но вот только не я веду дело. — Посмотрим, — отвечаю я, прежде чем выйти.