Дневники Леди Поттер

2 сентября 1998

      Дорогой дневник,       Вот всё и решилось, не так ли?       Я так боялась узнать правду, бежала от неё. Но нельзя вечно бежать от того, что в любом случае тебя догонит. Лучше вовремя остановиться, развернуться и посмотреть страху в глаза.       Сегодня, когда Гарри привел меня в больничное крыло, я попросила у мадам Помфри не только успокоительное, но и проверку диагностическими чарами. Что ж… Теперь это официально. Я беременна.       Что мне делать?

4 сентября 1998

      Дорогой дневник,       Мне кажется, война не закончилась. Она уменьшилась в масштабах, трансформировалась и теперь идет в коридорах Хогвартса: стычки между студентами происходят ежедневно, если не ежечасно, в отреставрированных часах каждого из факультетов драгоценные камни за начисленные баллы не успевают коснуться дна, как тут же возвращаются в верхнюю часть сосуда, снятые за очередную драку, и даже обычно нейтральные Хаффлпафф и Рейвенкло в этот раз не остались в стороне. Больше всего, конечно, достается Слизерину. Пусть девушек особо не трогают, но парни, особенно старшекурсники, похоже, скоро поселятся в больничном крыле. В гостиной теперь постоянно находится запас лекарственных зелий, а мадам Помфри даже провела занятие, где рассказала о правилах оказания первой помощи.       Преподаватели и старосты, в силу своих возможностей, конечно, старались пресекать любое насилие, но они физически не могли уследить за всем и сразу. Уже не говоря о том, что некоторые горячие головы не останавливались даже при их появлении и приходилось применять силу, чтобы разнять драчунов.       Будет чудом, если до конца года никто никого не убьет.

6 сентября 1998

      Дорогой дневник,       Выходные проходят…неоднозначно. Вчера, в субботу, была отличная погода, и мы с Гарри почти весь день провели у озера, греясь на солнышке. К нам никто не лез, и всё было отлично.       Сегодня же наоборот, с самого утра идет дождь, а тяжелые тучи, что заволокли весь небосвод, забрали свет, окрасив всё вокруг в серые тона. Наверное, это был знак.       Учитывая погоду, муж предложил после завтрака пойти к ним в гостиную. А так как немногочисленное домашнее задание на следующую неделю я уже сделала, и заняться особо было нечем, отказываться не стала.       К чести гриффиндорцев должна сказать, что большинство на моё появление в «Львином логове» отреагировало разве что озадаченным выражением лица, но Гарри Поттер, ведущий меня к одному из диванчиков, отвечал на их незаданные вопросы. Скоро к нам присоединилась Гермиона, которая, вопреки сложившимся вокруг ее образа ожиданиям, в руках держала не какой-нибудь древний талмуд о теории магии, а обычный Ведьмополитен. Мы довольно мило проводили время, болтая обо всём и ни о чём одновременно, пока из спален не спустился шестикурсник Дерек Талби. Стоило тому заметить, что в гостиной факультета сидит слизеринка, как разразился скандал. Не буду перечислять все те эпитеты, которыми он меня наградил, приличные леди их знать не должны. Скажу лишь, что Гарри не стал терпеть подобного ко мне отношения, и между парнями занялась потасовка. Мы с Гермионой и подоспевшими на помощь Невиллом и Роном еле их расцепили.       И пусть Дерек был исключительно груб, я не могу сильно на него злиться — за прошедший год, по вине Пожирателей, он потерял мать, отца и младшую сестренку. Не удивительно, что в любом слизеринце парень теперь видит кровного врага. Чувствую, впереди нас ждет ещё не одна стычка. Начинаю сомневаться в здравости своего решения вернуться в этом году в Хогвартс, особенно учитывая моё текущее положение.       Самое обидное - к обеду дождь прекратился, и из-за туч выглянуло солнце. Но было уже поздно.       — Ну вот, мистер Поттер. Теперь пару дней подождать и будете как новенький, — мадам Помфри как раз закончила бинтовать разбитые костяшки рук Гарри, когда Дафна закрыла свой дневник и вместе с пером убрала его в сумку. — Хотелось бы обойтись без этой мази, но придется потерпеть — бадьян с вашими зельями не сочетается.       — Это ничего, мадам Помфри. Спасибо вам большое, — с улыбкой поблагодарил целительницу парень.       Получив от ведьмы баночку с зельем и инструкции по применению, они собрались и вышли из больничного крыла. Время близилось к обеду, но ни у Дафны, ни у Гарри не было аппетита, тем более желания кого-либо сейчас видеть, так что они медленно брели по пустым коридорам и скрытым пассажам, не имея определённого места назначения.       — Гарри?       — Ммм?       — Не делай так больше, пожалуйста, — попросила мужа Дафна. В ее голосе не было ни страха, ни холода, ни злости, только вежливость, разве что с толикой усталости. — Мне, конечно, приятно, что ты готов меня защищать, но я не хочу, чтобы ты снова оказался в больничном крыле.       — Предлагаешь молчать, пока мою жену оскорбляют? — остановившись и повернувшись лицом к девушке, спросил Гарри.       — Сейчас это был простой маггловский мордобой, но что, если бы в ход пошли проклятья? — тоже остановившись, спросила она, глядя в зеленые глаза напротив, — Твоя магия нестабильна. Ты мог пострадать намного сильнее.       — Мало кто готов лезть в магическую дуэль с победителем Тёмного Лорда, — криво улыбнувшись, хмыкнул парень. В его словах не было самодовольства, лишь констатация факта.       — И всё же, всегда может найтись достаточный идиот.       — Я могу пообещать тебе, что не буду лезть на рожон и постараюсь решать конфликты мирно, но не более. Защищать тебя — моя обязанность как мужа, — твёрдо сказал Гарри, и Дафна не стала спорить — она знала, когда стоит остановиться. В подобных вопросах мужчине лучше позволить остаться мужчиной, защитником, чем топтаться по его гордости, пытаясь превратить того в беззубого пуделя. Взявшись за руки, они продолжили свой путь.       — Похоже, мы ещё не скоро сможем жить вместе, — задумчиво заметил Гарри, приподнимая один из гобеленов, что скрывал тайный проход между коридорами, пропуская Дафну вперед.       — А ты бы хотел? — кокетливо улыбнулась та.       — Определенно не был бы против, — шутливо ответил парень, поддерживая игру. — Хотя тетушка Андромеда и твой отец явно будут огорчены больше нашего, ведь в нынешних условиях наши шансы стать родителями в ближайшем будущем весьма призрачны.       — Кстати об этом… — резко став серьезной и остановившись, Дафна нервно закусила губу. Коридор освещали лучи всё ещё тёплого сентябрьского солнца, проникающие сквозь большую дыру в стене, доставшуюся замку во время осады, и которую так до сих пор и не успели заделать. Казалось неправильным и даже несколько сюрреалистичным сообщать подобные новости стоя здесь, в заброшенном, полуразрушенном проходе, но тема уже была поднята, и у Дафны не было достаточно мужества, чтобы ждать следующего подходящего случая, — Можно больше не беспокоиться об этом, мы так и так в скором времени станем родителями. — И заметив замешательство мужа, добавила: — Я беременна.       — Беременна? — глухо переспросил Гарри. Новость ударила по нему, словно шальной бладжер.       — Ты не рад? — спросила девушка, чувствуя, как волнение сдавливает грудь.       — Должен быть, разве нет? — как то растерянно ответил тот, запустив пятерню в растрепанную смоль своих волос. Помолчав немного, Гарри посмотрел на жену и не отрывая взгляда от ее глаз, произнёс: — По правде говоря, я не знаю, что чувствую. Я всегда хотел семью. Но абсолютно точно не планировал становиться отцом так рано, тем более так. Ребенок должен рождаться из любви и для любви, а не потому, что кому-то нужно снять проклятие.       — Ты не будешь его любить? Из-за проклятия? Или из-за того, кто его мать? — слова прозвучали резко, острые, будто лезвие бритвы.       — Что? Причем тут вообще ты? — непонимающе нахмурился парень. Смысл сказанного ускользал от него.       — Тебе навязали брак со мной. Вероятно, ты хотел завести детей с рыжей Уизлеттой, а не застрять до конца жизни с холодной слизеринкой вроде меня, — выгнула бровь Дафна, пытаясь выглядеть равнодушной, но проигрывая самой себе.       — Что за чудные глупости ты говоришь, — удивленно покачал головой Гарри и притянул жену к себе, заключая в крепкие объятья и чувствуя, как та медленно расслабляется в его руках, — Я рад, что ты стала моей женой. Рад, что ты — не Джинни. Рад, что именно ты вскоре станешь матерью моего ребенка. — И добавил, доверительно прошептав на ушко, будто раскрывая страшный секрет: — Окружающие могут считать тебя Ледяной Королевой, но я то знаю, что ты можешь быть нежной, любящей и заботливой, когда не прячешься за всеми своими масками.       Стоя в залитом светом коридоре и чувствуя, как краснеют щеки, Дафна задумалась о том, что всё это было довольно символично. Словно этот древний замок, они, их поколение, были покалечены войной, но всё ещё стояли на своих двоих, так и не сломленные до конца, и солнце всё ещё светило, даря тепло и будто бы обещая светлое будущее для каждого. Как же ей хотелось в это верить...