Как приручить генетику

После того, как Астер впервые озвучил своё решение вслух, получив в ответ поддержку, жить действительно стало легче. Даже если Лиен обо всём в итоге узнает и даже если в очередной раз захочет запереть дома, оставаться с ним парой омега больше не планировал, а это делало его другим. Даже токсикоз не так сильно стал его донимать, и Астер грешным делом подумал, что таким образом ещё неразвитый плод умолял дать ему шанс. Но нет, никакого шанса он давать ему не собирался, с трепетом ожидая того момента, когда Шэлдон достанет необходимый ему препарат. Вернувшись в очередной день после пар домой, Астер прямо с порога наткнулся на двух альф: Лиена и Альфреда. Только вот ему отчего-то показалось, что обсуждали они совсем не работу, но такие мысли омега поспешил от себя отогнать. Альфред по умолчанию виделся в возбуждённом состоянии, имея необыкновенный интерес именно к их паре. При этом Астер совершенно не понимал, каким образом у этих двоих могла складываться хоть какая-то совместная работа. — Привет, — буднично поздоровался он с мужем, но первым вышел встречать Астера именно Альфред. — Давно не виделись, малыш. Как ты? — с ходу начал он, кидая требовательный взгляд на живот. Словно он уже сейчас должен был вырасти до состояния мячика. — Как обычно, — опустив взгляд, ответил Астер. Было ясно, что никакого секса и близко не будет, Шэлдон успел предупредить, что сейчас он нежелателен, но вот даже такое действие, как поцелуи, омега бы сейчас попросту не вынес. Только не с Альфредом. — Лиен похвастался, что вы ждёте своего первенца, — не отказал себе в желании настойчиво прикоснуться к животу Астера он. — Будет интересно посмотреть, каким он в итоге будет. Астера уже было скрутило всего внутри и он натурально готов был ответить дракой, лишь бы его не касались чужие ненавистные руки, однако, первым вмешался Лиен: — Не трогай его. Альфред послушно отошёл на шаг, а с его губ всё не сходила улыбка превосходства. Он заправил за ухо прядь ярких волос, чуть пригнувшись к Астеру и кокетливо прошептав: — Ты сейчас так забавно смущаешься, что меня почти ничто не готово остановить. — А я сказал: не трогай его. Вообще забудь о любом контакте с Астером, пока он носит моего ребёнка, — пробасил Лиен, рукой отгораживая альфу ещё на шаг. С одной стороны, Астер немного обрадовался реакции мужа и тому, что он наконец стал относиться к нему, как относятся к своему единственному сокровищу, которое ни с кем не хотят делить. С другой — Лиен чётко дал понять, что не родившегося ребёнка считает полностью своим и вряд ли будет учитывать какие-либо замечания Астера по поводу его воспитания. А в такое превращать семью не хотелось. Омега лишний раз убедился, что сделал правильный выбор, собираясь уйти от него. — Жаль, жаль, жаль, — театрально протянул Альфред, вскинув руки вверх и совершенно по-особенному посмотрев на Лиена: — Придётся довольствоваться мне одним только тобой. Астеру были совершенно неинтересны речи этого шутника, поэтому, получив возможность свободного прохода, он поспешил подняться на второй этаж. Только вот одного его не оставили, Лиен тут же отправился вслед за ним, даже не давая двери спальне закрыться. — Прости за него. Я поговорю с Альфредом отдельно, и он больше не полезет, — виновато проговорил альфа, что заставило Астера в очередной раз взвинтиться: — А что, раньше ты подобного сделать никак не мог, а ожидал только того самого момента, как в моём животе появится зародыш? Он понимал, что слова выливаются из него больше из-за эмоций и неуместно разыгравшихся гормонов, но сейчас, исходя из поведения Лиена, Астер мог позволить себе стать немного смелее. — Солнце, ну что ты такое говоришь? — А то и говорю! Или ты думаешь, что много раз до этого я в восторге был от того, что ты позволяешь трогать меня кому-то ещё? — Но ведь нам всем было приятно, разве нет? — пытался говорить спокойным и мягким тоном Лиен. — Мне никогда не было ни хорошо, ни приятно! Ты вливал в меня алкоголь и уговаривал на ненавистный мне секс таким же слащавым голосом. А сейчас мне противно даже любое воспоминание об этом! — Астер, милый, — приблизился к нему альфа, вытягивая руки, чтобы обнять. — Ну я же не ссориться сюда к тебе пришёл. Омега отступил на шаг, но его всё равно обняли. — А что тогда, раз не ссориться? — чуть ли не скуля и всё же обнимая в ответ, спросил Астер. — Попросить прощения и… может быть, ты чего-нибудь хочешь? Сходить куда-то, съездить? Или, может быть, что-то съесть? — Ты знаешь, чего я хочу, — не смог утаить в своём голосе шипение он, всё же отстранившись от мужа. — Гитару, пару раз в неделю проводить время с друзьями и принимать участие в решении, когда мне вынашивать и рожать собственного ребёнка. А ты всего этого меня лишил, Лин. — Но ты же не сможешь ненавидеть меня вечно, — тем же ровным тоном ответил альфа. — Нам всё равно придётся вместе жить, это уже решил кто-то за нас. Придётся смириться. «Какой же ты наивный. Неужели думаешь, что я действительно стану терпеть подобное отношение всю жизнь? Лучше умереть», — подумал про себя Астер, решив не продолжать бесполезный диалог, а разворачиваясь к шкафу, чтобы переодеться. — Гитару я одобрить тебе не могу. Ты понимаешь почему, — тем временем продолжил Лиен. — Родить ребёнка действительно лучше сейчас, как раз когда ты оканчиваешь университет, всё ещё молод и здоров. А по поводу друзей… Астер, почему бы тебе не выбрать кого-то более представительного? Почему именно Люксен? И почему тот, второй, с которым я тебя перехватил со сцены? Мне бы не хотелось, чтобы ты общался с подобными людьми. — А ты что мне, родитель? — резко развернулся он, встряхивая в руках чистое полотенце, только что выуженное из шкафа. — Думаю, нас уже ничего не спасёт, — куда тише проговорил он, проходя в ванную. — Астер, солнце, — пошёл за ним альфа, что заставило снова начать злиться. — Да оставь уже меня в покое и дай принять душ! — Нет, милый, я не уйду, пока ты со мной не помиришься. Ну же, позволь что-то сделать для тебя, — умоляюще попросил Лиен, вводя мужа в замешательство. Ещё никогда он таким не был, а если бы его альфа вёл себя так постоянно, то ни о каком расставании Астер бы и не подумал. Однако было уже слишком поздно что-то менять, но и ещё рано от него уходить. Омега смягчил взгляд, всерьёз начиная задумываться, чего бы он на самом деле хотел. — Хочу снова, как раньше, задерживаться после пар и ходить к друзьям в гости, — не особо веря в согласие, попросил он. — Хорошо, — сквозь зубы ответил Лиен, что заставило омегу немного удивиться. — Но следящее приложение на телефоне всё равно должно остаться. Вместе с тем я хочу знать, у кого ты проводишь время. Никакой выпивки, естественно, и никаких поздних возвращений домой. И не более пары раз в неделю, как ты и сказал. По поводу гитары: брать в руки я тебе её запретить не могу, но выезды за черту города, как понимаю, на репетиции и планирование выступлений — табу. И ещё ты не должен появляться ни в каких шумных местах по типу того клуба. Астер приподнял бровь, думая о том, что муж наверняка ждёт что-то вроде благодарности, однако, количество условий ни разу не воодушевило его. Пару раз в неделю и по несколько часов, это же просто смешно! — А теперь я могу принять душ? — решил спросить он, заметив, что Лиен уходить не торопился. — Только после того, как скажешь, что больше не держишь на меня зла, — поставил очередное условие альфа, что заставило глаза Астера в очередной раз закатиться. — Я не держу на тебя зла, Лин. Сказав эту фразу, он понадеялся наконец оказаться один, но Лиен не мог уйти, отказав себе в очередном контакте. — Я люблю тебя, солнце. Помни об этом, — поцеловал его в висок он, мягко проведя рукой по волосам. Астер был благодарен тому, что тот ушёл сразу после прозвучавшей фразы, ведь взаимности в данном чувстве более не было. Возможно и сам Лиен врал, выдумывая очередные признания, а вот омега уже не был уверен, что прозвучавшие слова из его уст будут выглядеть хоть в какой-то мере серьёзно.

***

— Первую таблетку принимаешь сейчас, она позволит плоду отлепиться. Вторую — через двое суток, она вытолкнет зародыш полностью, и потом ты уже будешь абсолютно чист, — с серьёзным выражением лица объяснил Шэлдон, кивая на препарат, лежавший перед ними на столе. — Так просто всё? — обрадовался Астер. — Ну давай. — Ты точно не передумал? — с сомнением спросил бета. — Изменить ведь уже ничего будет нельзя. — Шэл, я уверен как никогда! Давай уже побыстрее всё это провернём, и я вздохну спокойно. Бета стал медленно раскрывать упаковку, при этом не сводя пристального взгляда с Астера. Он-то единственный тут и сомневался. Думал, правильно ли поступает? Жалел, что идёт на риски? Омега ему мысленно посочувствовал, но от своей затеи уже ни за что бы не отказался. — Скорее ты начнёшь ходить по лезвию, ведь всякий раз будет риск, что Лиен обо всём узнает, — рассуждал Шэлдон, передавая препарат в руку Астера. — И ты вместе со мной, — чуть улыбнулся тот. — Прости, что ввязал тебя во всё это. Прости и спасибо. Астер выпил таблетку, в неком роде ощущая, что этим самым действием существенно меняет свою жизнь. Вот и всё. Не будет больше ребёнка, способного привязать его к нелюбимой семье. Не будет прямой необходимости оставаться рядом с Лиеном по окончанию университета. Выпускной, получение диплома и путь открыт на все четыре стороны, лишь бы не рядом с мужем. По лицу Шэлдона было явно заметно, что и он переживал в неком роде диссонанс, однако, теперь пути назад уже не было, только сломя голову к цели. Астер чуть улыбнулся, чтобы успокоить бету, после чего приблизился к его лицу и оставил лёгкий поцелуй на лбу. — Правда, спасибо, — повторил омега, так и не получив ответа. — И тебе спасибо, — прозвучало в ответ с запинкой. — А мне-то за что? — изумился Астер, сложив голову на руки и почувствовав внезапный прилив сил. — За многое. Поверь, за многое, — слегка отстранённо ответил Шэлдон, неуверенно приобнимая сидящего рядом и опуская взгляд куда-то в пол. — Ну ты сейчас слегка смешной, — хихикнул омега, прильнув к теплу чужого тела и расслабившись. — Всё помнишь? Через два дня ты должен будешь прийти ко мне и проглотить вторую таблетку. После тебе будет слегка не по себе, и я выпишу тебе больничный на пару дней. Хоть бы Лиен ни о чём не догадался. — Я не позволю ему навредить тебе, Шэл. — Да я за тебя переживаю, безмозглый. Судя по тому, что Лиен делал с тобой ранее, он не особо адекватен, поэтому иногда его «игры» могут привести к непоправимому. — Я всё смогу вынести, поверь, но покорным ему более не буду никогда. Надоела безвольность и постоянные запреты! Не прощу его никогда! — обиженно высказался Астер, говоря так о собственном муже впервые. — Может, и простишь, — поводив рукой по спине омеги, высказался Шэлдон. — Он же твой истинный всё-таки. Неужели от своего связанного можно так просто откреститься? — Так просто? — нервно усмехнулся Астер, понизив голос практически до шепота. — Четыре года он взращивал мою ненависть к себе, но я был слишком терпелив и ни разу не возникал. Но после смерти папы что-то словно надломилось. Что-то внутри. И я понял, что не должен был сломя голову сбегать в город только ради того, что он мой истинный. Ну и пусть у нас метки одинаковые, это совсем не повод был бросать единственного родителя на произвол. Я совершил ошибку и теперь расплачиваюсь. — Не будет ли очередной ошибкой избавление от истинного? Ты ведь даже не знаешь, а вдруг тебя будет тянуть к Лиену, окажись он далеко? — всё ещё сомневался Шэлдон. — Он сломал мою первую в жизни гитару, — исчерпывающе ответил Астер, серьёзно посмотрев в глаза собеседника. — Когда он делал это, я постоянно проговаривал про себя: «Не прощу, не прощу его никогда!», и действительно не прощу! Сколько уже прошло? Три месяца с того момента? По-моему, даже больше, и я до сих пор не могу найти оправдание его поступку. Если он и любит меня, то ты правильно выразился: он неадекватен, поэтому и любовь его неадекватна. Я не могу позволить себе терпеть это и дальше. Иной раз думаю, что легко бы выбрал смерть, не будь другого выхода, но выход есть, Шэл! — снова смягчился его взгляд. — С тобой мне намного лучше, чем с ним. Теплее и приятнее. Я прям чувствую, что ты никогда не сделаешь со мной того, что позволял себе Лин. Мне этого не хватало всю жизнь с ним. — Тебя всего-то не разбаловали в плане любви и заботы, вот ты и не знаешь, что отношения могут быть другими, — грустно проговорил бета, обнимая крепче. Пусть он и в неком роде отговаривал Астера от принятого им решения, все действия Шэлдона: его прикосновения, взгляд и снисходительный тон — говорили о его привязанности к собеседнику. Астер действительно млеть был готов в этих руках, которые постепенно стали родными и необходимыми. Омега снова перебрался на чужие колени, прижимаясь к Шэлдону всем телом и вдыхая его запах. Беты не имели феромонов, но сейчас пахло чем-то необыкновенно приятным. — Как думаешь, первые цветы уже взошли? — внезапно спросил Астер, уложив голову на плечо Шэлдона. Тот немного изумился, продолжая поглаживать спину омеги и подбирать ответ. — Не знаю. Ты имеешь в виду дикие? — Да любые! Хоть дикие, хоть те, которые в садах растут! Трава уже в некоторых местах есть, я видел. — Наверно, и цветы тогда где-то есть, — всё ещё непонимающим тоном отвечал бета. — Ты сейчас пахнешь, как только что взошедшие первые весенние цветы. Невероятный запах! — восторженно пропел Астер, вдыхая в себя этот аромат и ещё больше расслабляясь. — Беты обычно ничем не пахнут, — прозвучал тихий и неуверенный ответ. — Ничего не знаю. Сейчас ты пахнешь. И я это ощущаю, как любой другой феромон. Что это такое: сдвиг в гормонах или поехавшая кукуха, я не знаю, но спорить с этим чувством явно не собираюсь. — Астер, ты невероятный, — невнятно проговорил Шэлдон, теперь уже своё лицо пряча в одежде омеги. Тот в ответ улыбался, нежно перебирая волосы беты. Астер никогда не придавал этому значения, но, помимо необычного цвета, они были мягкими и приятными на ощупь. Или это лишь сейчас к нему пришло подобное чувство? Он не знал точно, но то, что он с каждой минутой сидения вместе проникался этой необычной и запретной связью, его воодушевляло. Странный запах в носу так и не пропал, но когда омега отстранился и направился домой, то и феромон растворился. Теперь Астер был точно уверен, что это именно феромон и почувствовал он его на Шэлдоне именно из-за того, что они были вместе. Теперь стало интереснее, а что будет, если они в самом деле переспят?