Подлокотник

      Снежный Бостон приветствовал своих гостей. Они прилетели за несколько дней до Рождества. Крис подумал, что ей необходимо познакомиться и адаптироваться в столь необычной, большой семье. Здесь были все — сестры с мужьями и детьми, Скотт и, конечно, их мама — Лиза. И чтобы этой адаптации случится и вообще побывать на родине Криса, ему очень долго пришлось уговаривать доктора Мэдди на разрешение той на полёт.       Мэдди спросила один раз у доктора Норд и больше не слово, предоставляя это дело Эвансу, мастера уговоров. Норд дала два варианта событий тогда ему: либо девушка летит и рожает в Бостоне, либо им неделя и они возвращаются обратно. Чтобы он не выбрал, все равно получится, что Мэдди летит с ним.       Они приехали на такси, Крис помог ей выйти из авто. Потом он пошёл выгружать их чемоданы и рюкзак, Мэдди стояла чуть дальше от машины, немного волнуясь. Это первая поездка и такая волнительная. Главная поддержка была в лице Криса, но она очень была рада, что Скотт, прибывший раньше, будет там. Крис уже занёс сумки в дом, поэтому тихо подошёл к задумчивой Мэдди, которая смотрела на красоты заснеженного Бостона.       — Здесь красиво, — прошептала Мэдди, повернувшись чуть назад к Крису, который обнимал её, стоя сзади неё.       — Поэтому тут у меня дом, хочу вернуться сюда к старости, — намекая и показывая в сторону дома, где была открыта дверь, произнес мужчина, — пойдем.       — Подожди, это твой дом?       — Это наш дом, Мэдди, — чуть смеясь, ответил Эванс, — А ты думала, я тебя сразу к маме отвезу?!       — Ну да, — скептически ответила Мэдди, переваривая информацию, что он только что сказал.       — Я не изверг, чтобы пускать на растерзание моей мамы и остальной семьи, — его забавлял этот диалог.       Они вошли в дом, где так и пахло уютом, хотя мужчина был тут не часто. Он помог снять ей пальто, повесив его на напольную вешалку справа, потом разделся тоже. Помог ей снять полусапожки, что Мэдди не удержалась и блаженно вздохнула. Вот она радость беременной женщины, когда отёкшие ноги освобождаются от оков обуви. Криса удивляло её состояние.       Её могло порадовать за два счёта и также огорчить что угодно. Настроение менялись по щелчку пальцев. Он уже за два месяца как бы привык, но некоторые, в особенности Скотт, задавал вопросы, когда она радовалась, при этом плача, что Трэвис со Скотом завели котёнка, как она объяснила «я тоже хочу», вытирая сопли и слёзы.       Крис показал ей дом, направил в спальню, перетащив её чемодан, в гардеробной выделены были ей порядка десяти полок, но заняла она всего лишь две, вещей то мало. Эванс, увидев это, отметил, что надо ей прикупить комфортной для беременности одежду. Затем он показал где уборная, ей срочно нужно было в туалет. Дети давили на мочевой пузырь. Они не давили, они скакали на нём — так отмечала Мэдди про себя. Через некоторое время она появилась на кухне, кое как её отыскав, ибо сквозное направление в доме гоняло её по кругу, но запах на кухне, был как маяк, привлекший её внимание. Они перекусили в самолёте последний раз. Сэндвич оказался там не очень, поэтому Мэдди очень хотела есть. Крис орудовал на кухне, разогревал еду, приготовленную его матерью заранее.       — Как вкусно пахнет, — подходя ближе к Крису, протянула Мэдди, вдыхая прекрасный аромат еды, — когда ты успел?       — Это не я, — целуя в щёку девушку, ответил Эванс, — мама позаботилась и отправила Скотта, он и принёс за час до нашего приезда.       — Этот так мило, — надув губы, аж чуть не плача, сказала она — я тоже хочу маминой еды.       — Эй, всё хорошо, — обнял он её, успокаивая, — моей мамы на всех хватит, — щёлкнув её по носу заключил он, — давай, присаживайся, я сейчас всё организую.       — А можно я помогу тебе? — снова вытирая свои «золотые» слезы, промолвила Мэдди.       — Конечно.       Какой был прекрасным вид из окна. Снежинки кружились вокруг света от фонарного столба, падая на высокие деревья елей. Они были словно в белой шубке, такой тёплой и уютной. Так же было тепло и уютно сейчас и дома у Эванса. Вечер он решил, что они проведут вдвоём. Мэдди нужно было восполнить силы на завтрашний день, точнее утро. Так Скотт передал, что они все ждут их на завтрак. А сегодня их никто не посмел трогать. Даже Доджеру было не до них дела, он был лично занят, его ждали дети «кожаных мешков», за которыми нужен глаз да глаз.       Он явно отлично проводил там время, чем в Лос-Анджелесе, так как Мэдди не могла двигаться как раньше. Это иногда расстраивало пса, периодически скулил на своей лежанке, но потом он приходил в норму, когда ложился к девушке на колени и нюхал её большой живот, а она в ответ его гладила.       После трапезы Мэдди вызвалась убрать со стола. Чтобы не сидеть без дела, Крис решил набрать ванну, им надо было обоим отдохнуть и помыться после дороги. Залив всё что можно ароматическое, взболтав воду, пена стала огромной. Он нашёл на полках давно забытые свечи, достал зажигалку из брюк, поджёг их и расставил в хаотичном порядке.       Крис сходил в гардеробную, достал оттуда пару полотенцев для них, подготовил вещи Мэдди, в которых она чаще всего спит — его майка, в свою она не помещалась, потому что обнажался живот и Мэдди мерзла, нервно расчесывая холодную кожу, после чего появлялись иногда царапины, нижнее белье и пижамные штаны. Всё её одеяние сложил на кровать. Шум из кухни привлёк его внимание. Оторвавшись от выбора одежды для сна для себя, поспешил на кухню.       — Ты снова упрямишься. — подлетевший Крис, немного испугал её. Она стояла на четвереньках, пытаясь встать обратно с крышкой в руках от контейнера и железной лопаткой для торта. Забрав у неё «щит и меч», подал ей руку для опоры. Вскоре она была в вертикальном положении с отдышкой в придачу. Он как обычно вынес на неё гневную тираду, что она не думает о себе. Так уже было и не раз. Тогда она пошла мыть Доджера после прогулки, пока Эванс читал сценарий в спальне. Пес же выпрыгнул в тот момент, когда она его намылила, и он от счастья всё это решил стряхнуть с себя, а потом убежал в спальню к с хозяину, испортив постельное белье и сценарий. Крис долго бубнил, но помыл и собаку тогда и Мэдди после. Она за это его хорошо отблагодарила, да и чтоб он не злился, — всё, ты уже это закончила, бросай, пошли.       Не успев ничего сказать, а лишь улыбаясь как влюблённая дура, какой и она была последние два месяца, пошла за ним, держась за руку.       Крис привёл её в ванную, приглушил свет, помог снять её трикотажное платье, колготки, когда она восседала на закрытом белом друге, потом нижнее белье. Он всегда отмечал, что она осталась в хорошей форме, несмотря на беременность, с округлыми ягодицами и приятно рад был увеличенной набухшей груди.       Подавшись немного вперёд к ванне, он помог ей устроиться в ней, держа её за предплечья. Она же вцепилась в мускулистые плечи. Вода была приятной, накрывая своим теплом и приятным запахом. Эванса долго ждать не пришлось. Мэдди немного продвинулась вперёд, позволяя мужчине разместиться за ней. Потом он привлёк её к себе, чтоб она легла на него, уперевшись своей спиной об его грудь. Ванна позволяла быть там вдвоём.       — Твой друг упирается мне в поясницу, — чуть покраснев, сказала Мэдди.       — Он такой же мой друг, как и твой, ему нужна помощь, — целуя её в шею, ответил Эванс, — Монтгомери, я тебя хочу.       — Но нам нельзя, — он поднимался с поцелуями всё выше к губам, а руки опустились с плеч на её соски, немного массируя и пощипывая их, — ах.       — Милая я знаю, что нам нельзя, но мы же можем доставить удовольствие по-другому, — Эванс уже был хорошо заведён.       Мэдди долго уговаривать не пришлось, особенно если это желанный, любимый для неё мужчина, да и она давно хотела разрядки для организма. Они кончили тогда вместе, руки правда болели и губы были зацелованы до крови. Он так её хотел и желал как прежде и будет это продолжаться долго, наверное, до самой их смерти.       Он также помог ей подняться, сполоснул под душем от пены, выбрался сам, а потом вытащил её, накинул на неё полотенце. Вот она забота. Мэдди была бесконечно рада этому. Она ушла в спальню, где ждала её одежда. Крис же спустил воду, потушил свечи.       Он вернулся к ней в спальню через несколько минут из гардеробной, одевшись и пройдясь по дому, оставляя приглушенный свет. Мэдди же пыталась улечься. С животом это удавалось трудно, а Крис только угорал над этим, она была как пингвин, но потом он переставал это делать, она же обижалась.       — Как они сегодня? — устраивась на второй половине кровати, спросил Крис, показывая на живот.       — Шевелились немного, — поглаживая живот, ответила она ему, потом остановилась, когда рука Эванса легла на живот.       — Хей, — обратился он к животу, наклонившись, — порадуйте папу? Не хотят, представь себе, а какие, — живот начал трястись от смеха Мэдди, — Слышите, я люблю вас, — нашептал он ребятам, целуя живот своей колючей бородой.       — Давай спать, — Мэдди уже в открытую зевала.       — Доброй ночи, — поцелуй, еще поцелуй от Эванса.       — Ты, что Доджер, лабызаешь так?       — Я и есть Додж, — расцеловал он её ещё больше. Поправил ей подушку, а потом гладил её лицо, иногда касаясь её губ и целуя их. Вскоре она заснула. А Крис ещё пару минут думал о том, что ей завтра предстоит. И уснул сам, ложа руку на живот, обнимая Мэдди со спины, когда та отвернулась от него. Даже маленькие толкания в её животе не нарушили сон.       Утром они отправились в дом его матери, где находилась большая семья Эвансов. Мэдди волновалась, очень сильно волновалась, всё это как-то неправильно. Сын заявится с беременной подружкой, о которой он знает всего пару месяцев. Да, если у неё так произойдёт с сыном, она тоже охренеет.       Вообще все началось с того дня, когда они были на побережье, где двое людей их сфоткали. Фотографии мигом просочились в сеть. А так давайте по порядку.       В тот день Крис остался у неё. После таких поцелуев он не мог уйти, в душе жила надежда на будущее с ней. Вечером они заказали что-то из доставки и, вдоволь наевшись, пополнив голодные желудки, отправились спать. Утром Крис был в ванной, встав пораньше.       Воспользовавшись новой одноразовой щёткой, которые Мэдди припасала для таких неожиданных гостей, он умыл лицо снова и довольный собой в зеркале решил приготовить завтрак. Он вышел из ванной, подсушивая волосы полотенцем и, не видя вокруг в одних боксерах, повернул на звук со стороны кухни, как только дошёл до порога гостиной.       — Твою мать, — проговорил женский голос с вожделением. Крис убрал полотенце, думал, что это Мэдди, но голос был иной. Две девушки сидели за барной стойкой, выпивая только приготовленный кофе ими же. В одной из них он узнал Кэтрин, когда просматривал фотографии в ее инстаграм. А вторую вот он не знал, зато сидела с открытым ртом, прислонив к нему печенье. Мэдди проснулась на непонятные звуки, пришлось встать и узнать, что происходит, накинув на себя халат на завязках.       — О чёрт, — встала она рядом с Крисом, — скажи, что мы синхронизировались и у нас галлюцинации.       — Нет, Мэдди, — начала Сара, — это мы. Я, кстати, Сара.       — Очень приятно, Крис, — с прижатой улыбкой ответил он. Сейчас Крис себя чувствовал двенадцатиклассникам, лишившись девственности, где его застукали родители. Кэтрин махнула головой в знак приветствия, заочно они были знакомы, — думаю, я пойду оденусь.       — Сара, заткнись, ‐ как только Крис ушёл в спальню одеваться, а Сара так хотела сказать, что можно этого не делать, Мэдди же сорвала такую удачу. Сара только хмыкнула, Кэтрин сдерживалась, чтобы не засмеяться.       — Мэдди, — она обернулась, готовя кофе и остальной завтрак для всех. Оставив это дело, она пошла к Крису, который уже обувался в прихожей.       — Ты уже уходишь? — облокотившись о стену, грустно начала Мэдди. Сейчас она снова думает, что он не вернётся.       — Я за Доджером, кое какие дела улажу и съездием погулять, м? — выпрямвшись, протянул руку он ей. Она подалась и нырнула к нему в объятья — через часа три я буду у тебя, хорошо?       — Возьми ключи, — так коротко она дала понять ему, что будет его ждать       Перекинувшись с Крисом ещё парой фраз, Мэдди вернулась на кухню под звук тишины. Девочки молчали, но Мэдди чувствовала, что будет поток вопросов.       Она спокойно, следуя их стратегии, налила кофе, сделала тосты, достала сладости на стол и с кряхтением уселась на барный стул. Театрально глубоко вздохнув, Мэдди выразила себе сожаление:       — Начинайте, — махнула она рукой, давая старт для вопросов. Минута молчания, жующая Мэдди, переглядывания друг на друга. «Кто не выдержит первым» — думала Мэдди.       — Господи, ты видела его тело?! — Мэдди мысленно себе аплодировала, ставя на Сару, — я чуть язык не прикусила.       — Он давно у тебя? — Кэтрин интересовало другое, — Когда вы помирились?       — Оу, оу, вы чего напали то, — подняв руки, сдавалась Мэдди, — всё расскажу.       Монтгомери рассказала всё как было, упуская момент с приездом Трэвиса. Она не хотела, чтобы ещё и подруги считали большим мудаком Криса, как это думал Трэвис. Мэдди сама не знала, что будет дальше, может и вовсе не получится. Девушки выразили соболезнования по отцу ещё раз, потому что их не было двоих на похоронах. У одной проблемы с матерью, вторая была вообще не в штате. Мэдди понимала их и не обижалась, только снова заплакала при упоминании отца. Она не успела. Сара сказала, что на этом дорога не заканчивается и нужно идти дальше. Сама девушка тоже готовится к такой же утрате, потому что её мама сдавала позицию — онкология никого не жалеет. Кэтрин сказала, что за потерей идёт новая жизнь и нужно ждать чудо.       Они ещё пару часов болтали, рассказывая новости друг друга. Мэдди уже готовила обед. Просила остаться девушек, но те сославшись на важные дела ушли, особенно засобиравшись при виде на пороге Криса, снова, с собакой — столкнулись в дверях.       — Хей, ты такой милый, — хотела Сара только его погладить, Доджер её проигнорировал, отправляясь сразу под ласку Мэдди, стоящую позади всех. Крис улыбнулся такому проявлению нежности к девушке от пса, — мда, похож на своего хозяина, — Мэдди и Кэтрин хихикнули, то ли от поведения Доджа, то ли от комментария Сары, — ну тогда, пойдём.       Она проводила подруг и вернулась на кухню, где хозяйничали эти двое. Половина салата съедено, стейки рыбы были не тронуты.       — Что? — она посмотрела на него без эмоционально, поставив руки в бока. Он не изменился, — это вкусно, я не удержался.       — Это не значит, что надо креветки с салата вытаскивать руками, — стукнула она по его пальцам, — дождался бы.       — Доджер сказал, что не может и я, — облизовал пальцы Эванс, — его поддержал.       Пообедав, они поехали в парк для собак, потом заскочили забрать документы с дома Эванса. Он сказал, что будет быстро и Мэдди не стала выходить с машины. Крис появился неожиданно, теряя на ходу зарядку для телефона, несколько листов от стопки бумаг на руках. Мэдди отпустила бокое стекло машины, открыв окно, спросила, что он так спешит. Доджер на заднем сиденье залаял, когда Крис открыл его дверь закинул туда свои вещи, захлопнул, обогнул машину и сел за руль.       — Поехали, — с одышкой сказал он, заводя машину и нажимая на газ. Мэдди закрыла окно, всматриваясь в боковые зеркала, где увидела женщину, вышедшую на улицу с его двора, что-то крича вслед машины.       — Там кто-то вышел у тебя?! — вопрос или утверждение это было. Мэдди повернула голову к нему, а потом снова всматривалась на отдаляющийся силуэт женщины.       — А, это мама, — обыденно сказал Крис, смотря на зеркало заднего вида.       — Мама? — удивилась девушка, — а чего ты не остановился? Она же хотела, что-то узнать, наверное.       — Она тебя хотела увидеть, — он посмотрел на её озадаченный взгляд, обдумывая его слова.       Он приехал сегодня утром и, заходя в дом, наткнулся на маму с сёстрами, две последние, стоящие с телефоном в руках. Начала мама, сперва спрашивая о том где он был, что делали и чем он собирается заниматься. Он пошёл в свою спальню, женщины последовали за ним будто он что-то натворил. Крис сказал, что был на работе, сходил на собеседование по поводу новой роли и всё это он говорил ища одежду более свободного типа нежели вчерашний костюм.       — Можно я приму душ и переоденусь, потом дальше всё расскажу.       Под подозрительный взгляд своих родственников, он остался один. Ни в какой душ он не пошёл, быстро переоделся, прихватив Доджера, свалил, совсем забыв про вещи.       Свалил он под крики детей, которых он просил не шуметь, когда забирал Доджера из-под их ручонок, но его племянник Майк испортил всю картину, крикнув «Мааам» на весь дом. Поэтому Крис взял Доджера на руки и сбежал из дома.       Когда они сделали все дела с Мэдди, он думал как же пробраться домой за вещами, чтобы остаться у Мэдди с ночёвкой, не предупредив даже её. Он припарковался на улице, тихо зашёл в дом, благо дети спали и не видели его, медленно и тихо пробрался в свою спальню. Собрав первое попавшееся, он хотел также тихо уйти, как вор домушник, но на полпути к двери был пойман матерью, стоящей недалеко за спиной.       — Ты куда?       — Мам, мне надо, очень срочно.       — Куда ты вообще собрался? — она начала подходить ближе, понял Крис по шороху её тапочек по полу. И он развернулся к ней с хитрой улыбкой, — Останься поговорим, расскажешь о своей подруге или кто она.       — Она, — подошёл Крис к матери, — моя девушка, ждёт от меня детей, ты станешь бабушкой, как и хотела, — поцеловал мать в щёку, — Мэдди меня ждёт там, всё, давай, пока.       И он убежал, в прямом смысле этого слова, рванул с места быстрее, чем Лиза опомниться. Опомнилась она, когда хлопнула входная дверь, возвращая в реальность.       — Кристофер! — прокричала она, когда уже видела, как уезжает машина.       — Ты сбежал от матери? — выслушав историю, спросила Мэдди, — Крис Эванс что-то скрывает.       — Я могу развернуться, смотрю ты хочешь познакомиться, — заговорческий тон Криса, не очень понравился ей, что она отрицательно закачала головой, — ну вот и я о том же.       Она вспомнила эту историю уже на пороге, когда Крис открыл дверь перед ней и пропускал вперёд. Из дома веяло свежей выпечкой, запахом травяного чая и уютом. Она уже сняла пальто и убирала ботинки подальше от входа, как на Криса налетели мальчишки, а девочка стояла немного в стороне, прикусывая палец, рассматривая Мэдди за спиной Криса.       Мэдди помахала ей неуверенно, ей даже перед его племянницей было неловко, а что дальше то будет. Девочка слабо улыбнувшись, ускакала вглубь дома, что-то радостно сообщая остальным членам семьи. Крис отпустил парней, которые убежали за девочкой.       Он взял её руку и повёл в дом на кухню, где сразу на них уставились многочисленные пары глаз. Мэдди заволновалась ещё больше, сердце отбивало удары, пытаясь вырваться из грудной клетки. Была бы у неё возможность, она сейчас собрала вещи, купила билет на ближайший рейс и улетела в Лос-Анджелес, но этого не случится.       Крис начал представлять родственников, указывая на всех родственников поочерёдно. Мэдди махала головой, как собачка, прикреплённая на панель в машине.       — Этого придурка, ты знаешь, — махнул рукой Крис на Скотта. Тот было хотел возмутиться, но его прервала мать, принимающая Мэдди в объятья:       — Очень рада с тобой познакомиться. Молодцы, что прилетели, а то он оправдывался, что тебя не взял с собой на день благодарения.       — Мам.       — Мне не разрешил доктор, — ответила Мэдди, — а сейчас решила, наверное, сделать рождественский подарок.       — Ну и славно, прошу к столу, — Крис приобнял её, подталкивая к столу, но Доджер, появившийся в кухне, запетлял между ногами девушки. Она сделала шаг, но оступилась из-за пса, проводя по кухне волну вздохов переживаний, особенно Лизы, — да, негодник, иди отсюда.       — Всё нормально, — выпутавшись наконец от пса и подходя к столу, она села рядом с Крисом.       Их завтрак прошёл хорошо до появления одного человека. Шана ушла открывать дверь на внезапный звонок. Мэдди продолжила поедать панкейки, периодически поддерживая разговор, смеялась от шуток Скотта, подкалывая Криса. Здесь было ей уютно или тепло до появления одного человека. Шана вернулась первая с почти милым лицом. Скотт вопросительно посмотрел на неё, а по взгляду всё понял.       — Приехал мой друг, а я об этом не знаю, — Мэдди узнала этот голос и повернулась на него, изучая вошедшую девушку. Её тоже изучали, но поверхностно. Девушка подошла к Крису и обняла его со спины, он приветливо улыбнулся.       Последняя их встреча была на день благодарения и они тогда помирились. Тару пригласили за стол и она не отказалась, присаживаясь напротив пары. Лиза подставила ещё один набор на стол. Сейчас и матери семейства было неловко и странно. Вроде Тара и была как родная уже, но бывало заходила за рамки. Крис посмотрел на Мэдди, на её реакцию, но та лишь улыбнулась и напряжение немного ушло с его души.       — Тара познакомься, это Мэдди, — начала Лиза, но Тара уже знала Мэдди. Их общий дружок с Крисом, Стив, уже давно всё рассказал про Мэдди во всех красках и скинул фотографии папарации. Мэдди кивнула головой и улыбнулась с натяжкой, прекращая трапезу. Теперь изучали её. Тара ответила на пару вопросов от семейства Эвансов — как поживают родители, чем занимается сейчас она. Потом как-то автоматически перешли на Мэдди.       — А где вы познакомились? — Тара знала, но хотела раскрыть всю правду о новоиспеченной невестке Эвансов. Их было много этих подруг и никто не доходил до алтаря. Все возмущались по поводу наличие женского лучшего друга и расставались после нескольких лет отношений, ведь Тара везде встревала.       — На премьере фильма Мстителей, — опередил Крис Мэдди с ответом. Он взял её за руку под столом и большим пальцем поглаживал тыльную сторону её руки, успокаивая и давая понять, что он рядом, а Мэдди действительно была благодарна ему.       — Вы значит актриса? — поинтересовалась Тара. Мэдди не понимала какой у неё план.       — Нет, я парамедик. Работаю в пожарной части в Лос-Анджелес.       — Ух ты, — произнесла Шана, Лиза тоже удивилась.       — А как вы на премьере оказались? Там же бывает по приглашением, — попивая чай, Тара снова задала вопрос, — я вот как-то была на таких премьерах, туда сложно попасть, а Крис выбивал мне приглашение, да же?       — Да, — ответил Крис, сжимая немного сильнее руку Мэдди, вызывая неприятные ощущения.       — Меня пригласила моя подруга, она девушка актёра Криса Прэтта, — Мэдди говорила себе дышать и быть спокойной, — вот и меня взяли с собой.       — Очередная подстилка Прэтта, — выжидающе сказала Тара, ей нужна подпитка для колкостей. Здесь уже давно забыли о завтраке и о нормальной беседе, уже был какой-то допрос, считала Лиза и остальные члены семьи, — Анна была лучше и никто её не заменит.       — Тара.       — Прости, что ты сейчас сказала? — от очень сильного удивления Мэдди наклонилась немного вперёд — это уже переходит все границы.       — Анна Фэрисс была лучшей его женой и никто её не заменит, — глядя на еду, а не на Мэдди, повторила свои слова Тара, — а вы такие очередные подстилки, заменяющее звено на премьерах.       — Тара, — предупредительные слова Криса, — ты что несёшь.       — А что не правда?       — Ну извини, значит, ты тоже являешься подстилкой, — в глазах Тары встал вопрос на слова Мэдди и внимание с Криса перешло на девушку, — подстилка «вечная» — отпустив руку Криса, она сделала кавычки в воздухе. Скотт за столом протянул «уууу», но ему нравилось это зрелище, все ждали, что будет дальше, — вечная, потому что ты сколько раз была премьерах, наверное, с тысячу, с начала 2000, когда началась его карьера, и больше обижалась, когда он брал не тебя, а Скотта, маму или сестёр. Бедная Тара, так и будешь вечная. Но это хорошо, ты не умрешь, а будешь жить вечно. А теперь меня простите, — Мэдди встала из-за стола, — Мисс Эванс, где у вас уборная?       — Там, прямо по коридору, ближе к выходу, — ответила мама семейства.       — Спасибо, — сказала Мэдди и ушла по указанному направлению. Сейчас окончательно её все раздражало. За спиной начались пререкания и выяснения отношений. Мэдди хотелось абстрагироваться от всего этого, от колкостей девушки, убивающего взгляда и вздохов семьи Криса. Она дошла до двери, но пенки детей на стресс матери дали сигнал, и она передумала. Одевшись, она вышла из дома, как можно тише закрыв за собой дверь. Свежий зимний воздух глубоко забрался в лёгкие, давая успокоение детям и ей самой. Выдохнув, она медленно направилась в сторону дома Криса, там было лучше, там они могут быть вдвоём и никакой Тары рядом.       — Что на тебя нашло, Тара? — Крис был недоволен происходящим, — Ты что несёшь?       — Я несу правду, — со злостью ответила Тара, — она же вцепилась в тебя, как твоя бывшая Дженни. Хочет пробиться за счёт тебя, а ты этого не видишь.       — Она же сказала, что парамедик, ей явно это не нужно, — встряла Шана. Лиза согласилась с заключением дочери. Для неё девушка была приятная, с хорошими манерами и чувством юмора. К Таре она относилась как к дочери, но так вести себя перед гостями было неприемлемо.       — Ты лучше расскажи, как действительно с ней познакомился, — начала Тара снова и это уже переходит за рамки. Крис покачал головой, тяжело вздыхая. Его личная жизнь это личная жизнь, но когда это было, — она же переспала с тобой в первый вечер, так и забеременела.       — Господи, — послышались вздохи всего семейства. Было стыдно больше всех Скотту, который всё это знал. Крис вздохнул ещё больше, его это достало.       — Какой у неё срок, Крис? — спросила мама его.       — Достаточный, чтобы не забеременеть с первого раза, — со злостью в глазах он посмотрел на Тару и вышел со стола. «Хороший завтрак» — подумал он про себя. Он подошёл к уборной, постучал в дверь и позвал девушку. Ответа не последовало после второго зова. Крис дернул за ручку, дверь приоткрылась, заглянув туда, никого не обнаружил. Он пошёл на второй этаж, пробежав по всем комнатам, тоже не нашёл Мэдди. Спустился вниз, позвав брата.       — Что случилось?       — Не видел Мэдди? Дома её нет.       — Нет одежды её и обуви, — указал пальцем Скотт на напольную вешалку и отсутствие обуви, где раньше она стояла, — может быть на улице.       — Возможно, — Крис накинул пальто и вышел на улицу. Всё это было неправильно и всё должно пройти было иначе, но что есть то есть.       Он оглянулся по сторонам, выйдя на тротуар, и подумал, что Монтгомери должна быть у его дома и может замёрзнуть, если он не поспешит. Ведь разговор после её ухода был длительный, а она ушла сразу. Он уже перехотел оставаться здесь на Рождество и думал заказать билеты обратно для благополучия Мэдди, детей и себя в том числе. В такой атмосфере она родит раньше срока и ей минимум на месяц придётся остаться здесь, оставляя её тут одну среди не близких людей. Поэтому он добежал до дома со скоростью света, но не обнаружил её у крыльца. Посмотрел на землю, где остались следы от обуви, ведущие на задний двор. Крис обошёл дом и увидел Мэдди, сидящую на садовом кресле.       — Хей, милая, — она повернула голову и слабо улыбнулась. Мэдди приятно было увидеть его. Он подошёл и присел на корточки перед ней, взяв руки её, грея в своих, — как ты себя чувствуешь?       — Уже отошла от такой встряски, — хмыкнула Мэдди. Был сарказм в ее словах, значит, чувствует себя оптимистично, отметил Крис.       — Не обижайся на неё, она такая, и всё это не со зла.       — Нет, я понимаю, сейчас понимаю и нейтрально буду к ней относиться, но зачем было всё это выносить таким способом. Или она так тебя хочет заполучить себе?       — Я тут причём, — либо Крис действительно не понимал, либо притворялся.       — О боже, — Мэдди поправила его бейсболку, наспех одетую, и воротник пальто, — Тара тебя ревнует и походу ко всем твои бывшим тоже. Она даже тогда сбросила вызов, не дав мне ничего объяснить.       — Стоп, — встряхнул он головой, обдумывая её слова, — когда вы успели с ней пообщаться?       — Я позвонила тебе, когда была на шестом месяце беременности и как не странно вызов был принят быстро, — вставая с кресла начала Мэдди, задница замёрзла. Он поднялся с корточек с удивлённым взглядом, — Кэтрин надоумила меня позвонить тебе ещё раз, он и оказался тогда последним звонком. Я хотела сказать, что привет, это Мэдди, мы переспали с тобой и тут я залетела, — со смехом проговорила Монтгомери, — и будут близнецы, причём разнополые, но услышала голос, женский голос, который сказал, что ты спишь и ты устал, — Крис вспомнил тот день. День рождения Тары. Он не помнил ту часть, как он добрался до дома, но в его телефоне не было никаких пропущенных или принятых звонков в тот вечер. Всё было стерто самой Тарой. Крис не ставил блокировку экрана, защищая его графическим ключом или паролем, кроме него никто не брал телефон, а кто хотел тот спрашивал, — и я подумала, что это мама твоя, но голос не соответствовал. Но когда пришла Тара, всё встало на свои места. Конечно, я представляла её совсем другой.       — О боже, — Крис по привычке провёл пальцами по бороде вокруг рта, из которого выбрался воздух, становясь паром. Мэдди была уже у елей или сосен, она не разбирались в деревьях, вставая по ними, — нет, я заметил всё это после расставания с Дженни, извини, что упоминая.       — Ничего нет такого, бышие часть нашей жизни, все нормально, — видя как к ней подходит Крис, ответила она, — на то они и бывшие, чтобы к ним не возвращаться.       — Почему ты такая добрая ко всему? — спросил он, обнимая одной рукой за талию.       — Наверное, сумасшедшая, — с возможной ей силой она задрала ногу и толкнул дерево, крепко вцепившись в предплечье Эванса. С дерева повалил снег, осыпая этих двух хлопьями. Крис притянул её к себе, вовлекая в нежный поцелуй. Эта картина была так волшебна со стороны, — всё, теперь осталось поцеловаться под дождём, — он удивился её словам, — что? Это же романтика.       И тут Кристофер Роберт Эванс стал счастливее. Ещё счастливее он был, когда в ночь Рождества принёс подарок, такой желанный для Мэдди — маленького котёнка из приюта. Она прыгала от счастья в том момент и плакала, утыкаясь в грудь Эванса и нежно прижимая котёнка к себе. Мэдди сразу назвала его Оливер в честь котёнка из мультфильма. Теперь у них были свои Оливер и Доджер. Но ещё более счастливым он стал, когда она протянула коробку — футбольный мяч подписанный Томом Брэди с наиулучшими пожеланиями ему и приглашением на ужин к себе.       Так прошли великолепно его Рождество и каникулы в целом.