Toujours l'amour

      Светлая квартира, но то ли из-за атмосферы, то ли из-за хозяйки люди находили её довольно мрачной. Настя не исключение. Она дружила с Леной с тех пор, как только та начала работать в местной школе, и общий язык они нашли почти сразу. Чувствовали друг друга, а точнее, ориентацию. Чувствовали, но не любили. Не любили, но спали время от времени. По крайней мере, после того, как Есения оставила Лену. — Слушай, — говорит блондинка, туша сигарету о пепельницу и поворачиваясь к подруге, — тебе не надоело изменять ещё Жене? — снова отворачивается, — он всё-таки твой муж, и у тебя с ним трое детей.       Сейчас Лена сидела в одних трусах и тонкой футболке, через которую просвечивались соски, — в комнате было прохладно — Лена проветривала комнату. За пять лет она никак не изменилась. Точнее, это она так считала. Настя же хорошо понимала, что отъезд явно не пошёл на пользу Лене, как думала сама Еся, которая уезжала. Она похудела, морщин не появилось, но под глазами всегда были синяки из-за бессонных ночей, а руки часто дрожали — Лена выпивала. — Я не могу тебе отказать, когда ты приходишь ко мне в таком состоянии. Ведь я знаю, что если не сделаю это, то ты пойдёшь пить. Я и сама удивляюсь каждый раз, когда ты приходишь. Мне то уже сорок пять, я не молодею и с каждым годом становлюсь всё ближе к старости. Видишь? — Настя указывает на морщины под глазами, после чего тяжело вздыхает, — это ещё ничего, а вот как грудь обвисла...       Настя почему-то считала, что если укажет Лене на собственные недостатки, то ей полегчает, но она ошибалась. — Ну Лен... Честно говоря, я жалею, что тогда не позволила тебе поехать за ней, — в ответ Лена хмыкает, — я не знаю, куда делась та учительница стерва, за которой всё равно гонялась толпа влюблённых мальчишек и девчонок. Тебе ведь что стало всё равно не только на то, что они списывают, но и на то, что не приходят. Уже молчу об опозданиях... — Я думаю уехать... — после долгого молчания говорит блондинка, вызывая улыбку у Насти. — Боже, Лен, это чудесно. Я рада, что ты наконец хочешь начать жизнь с чистого листа, ты такая... — брюнетка замолкает, когда видит невесёлую улыбку на лице подруги, — только не говори мне, что ты хочешь поехать её искать... Лен, ну серьёзно. — Ты ничего не понимаешь. — Да, может быть, Лен, — Настя встаёт с кровати, находя на полу джинсы с кофтой, — но тебе пора взяться за ум. Тридцать семь. Лен, тебе уже тридцать семь. Она не вернётся, понимаешь? Не вер-нёт-ся. Ты такая наивная, мне даже не верится, что ты всё ещё любишь её... — Уходи, — тихим, но уверенным голосом говорит Лена. — Что? — Уходи, тебе нужно уйти, уходи. — Да ты же... — Съёбывай отсюда к чертям! — проорала блондинка, на щеки которой стали быстрым потоком течь слёзы.       Настя, нахмурившись, смотрела на неё с полминуты, после чего взяла свои вещи и ушла быстрым шагом. — Дура! Дура! Дура! — ударяя по столу, прокричала Лена, и кто знает, кого она хотела обозвать. Настю, Есю, а может быть, себя.