Такое разное солнышко

      Три года назад       Парень двенадцати лет с рыжими, слегка вьющимися волосами, щуплого телосложения шёл по асфальтированной дорожке, проложенной для пешеходов вдоль автомобильной дороги. Яркие зеленые глаза сияли на лице несмотря на то, что были закрыты очками прямоугольной формы со слегка закругленными углами. Одетый в футболку и джинсы, Ирие Шоичи шёл в школу в состоянии лёгкой эйфории. Это состояние преследовало его уже с самого начала учебного года — с тех пор, как он здесь учится — и уходить совсем не торопилось. Конечно, возможно, если назвать его по-другому — вдохновением или творческой расслабленностью от попадания в намного более комфортную среду, чем прежняя — это будет звучать более пристойно, но суть от этого не изменится. Всё дело же было в том, что в прежней школе была психологическая обстановка, не вдохновляющая на расслабленное творение оптимальных алгоритмов новой программы, или копание в новом/старом железе, или просто погружение в мир любимой музыки. Скажем честно, в той школьной атмосфере не было совершенно ничего необычного для стандартной японской школы. Когда приходится напрягаться из-за играющих мускулами одноклассников (а чего бы им не играть, если «головные мускулы», которые называются извилинами у знающих людей, слишком малы, чтобы брать неподъемный для себя груз, вот и приходится работать тем, что есть), думать о таких посторонних для творческого вдохновления вещах, как идзиме (издевательства над сверстниками или младшими в японских школах), тратить время на неинтересные непрофильные предметы, изучение которых забирает излишне много времени, а также когда очень ограничен круг людей, которые могут предоставить тебе интересное общение (и хорошо, если таковой вообще есть), то так сложно не дать потухнуть тому огню в сознании, который освещает жизнь силой вдохновения, целеустремлённости и радости от жизни. Ирие не вписывался в тот круг общения, который был у него в той школе. Слава Ками, его не травили (не травить столь умного и полезного члена общества хватало ума даже у самых прямоизвилинных его знакомых), но, само собой, уделять много сил для помощи тем, кому не очень-то и хочется, добавляет жизни серых красок, угнетая огонь, живущий в душе, и съедает много ценного времени.       К счастью, Шоичи был не тем, чью целеустремлённость легко пошатнуть. Его организация сознания могла подчиняться правилам, которые он ему задаёт. Поставленные перед собой цели он не забрасывал, а упорно добивался их выполнения, следя только за их приоритетностью. Чётко организованное сознание позволяло ему преодолевать довольно высокие сложности по сравнению с другими японскими школьниками.       Одной из таких взятых высот было обучение в частной школе Юмей. Не имея достаточных денег, перевестись на обучение в данную школу, причём не на кабальных условиях оплатившей обучение кампании (такой вариант не был таким уж редким), а на вполне комфортных условиях, было из разряда большой редкости. Если говорить точно, деньги на обучение семья Ирие наскрести могла, но есть же ещё и другие расходы и в самой школе, и в жизни. Взятие этой жизненной ступеньки было сочетанием целеустремлённости и трудолюбия Ирие (парень вообще был сторонником мнения, что талант — это название результата огромной работы целеустремленного человека, данное окружающими его людьми, которые видят ситуацию снаружи и не знают, сколько труда внутри) и удачного стечения обстоятельств, свёдших его с человеком, который мог предложить хорошо оплачиваемые задания — с Мураками Хидики.       Конечно, в новой школе не было всё прямо нереально идеально, не было там и сплошь умников, также не было у школьников однотипного мышления и одинаковых устремлений. Но это было и не нужно. Улучшения в каждом из проблемных пунктов, делавших до этого жизнь Ирие сложной, в сумме давали совершенно новый уровень жизни. И теперь, подхваченный этим потоком, Шоичи и чувствовал в себе то самое чувство эйфории, когда всё вокруг играет красками и перспективами, когда просто невероятно вдохновляет сама жизнь, всё, что в ней делаешь. Играющая в наушниках музыка придавала ощущениям чистоту. Вообще, музыка была любовью Шоичи. Частенько в своих мечтах он представлял себя на сцене, играющим на гитаре перед вдохновлённой публикой. Но эти мечты не влияли на выбор парнем будущей профессии в настоящей жизни. Ирие Шоичи был слишком практичным и ответственным, чтобы предпочесть смутную мечту делу, которое нравится и с которым он чувствовал себя устойчиво стоящим на жизненной арене. Может, если бы в жизни были точки сохранения, как в компьютерных играх, он и попробовал бы себя на музыкальном поприще, но поскольку такого нет, то и подобные мечты в его голове не переходили в разряд жизненных.

***

      Спустя три года. Частная средняя школа Юмей.       — Какие алгоритмы ты реализовал для сортировки с помощью дерева и для сортировки Шелла?       — Вот, смотри: здесь присвоил этой переменной рандомное значение от единицы до тысячи … — начал объяснять Ирие своему однокласснику, с которым они вместе ходили в кружок программирования.       — Можно я сам посмотрю сейчас быстро — пять минут? — спросил Даичи.       — Хорошо, конечно, можешь смотреть.       — О, всё понятно, — разобравшись в написанном, сказал Даичи, — всё так просто реализовывается! А я такой сложный алгоритм замутил. Что-то мозги вчера не выдавали нормальный вариант. Вообще, сейчас уже почти нигде не используют Pascal, сейчас везде пишут на С++ и требуют его знание при приеме на работу. Ещё Delphi, но реже. Зачем тогда изучать это старьё, на котором мы пишем.       — Ты неправ. Для обучения этот язык отлично подходит. Да и потом легче перейти на любой другой при необходимости, когда уже знаешь базовые языки программирования, я так думаю. Да и кто тебе мешает самостоятельно изучать интересующий язык. Я лично на Pascal только учебные упражнения пишу, которые задают в школе. А так сам для себя пишу на удобном языке для данной задачи.       — Да, ты вообще мозг, я так не могу. Это сколько сидеть надо над этим, чтобы всё успеть разобрать! А жить когда?       — А чем тебе не жизнь — получать важный для жизни навык?       — Так я тебе про отдых и приятное времяпрепровождение, а ты мне про напряг мозга дополнительный! Да ну тебя, маньяк от программирования!       На это Шоичи только пожал плечами и развернулся обратно к компьютеру. Ему хотелось больше успеть сделать в классе, чтобы не брать на дом никаких упражнений. Дома его ждало новое железо, и он твёрдо был настроен заняться сегодня вечером именно им, а для этого вечер следовало освободить от остальных занятий, не столь важных и привлекательных. Ирие ещё на прошлой неделе заказал новый жесткий диск и видеокарту. Они, наконец, пришли и ждали только, когда он может выделить достаточно времени, чтобы нормально всё установить и отладить.

***

      Шоичи зашёл в дом, в мыслях весь уже в сборке железа.       — Шоичи, это ты? — послышался с кухни голос сестры, — мой руки и проходи, садись есть. Возражения не принимаются.       — Разве я могу возразить в таком любимой нэ-сан? Сейчас приду.        Ирие Арико очень любила младшего брата, хотя не сказать, чтобы они много общались. У каждого из них была своя жизнь, школьная и обычная. Но теплые чувства к родным людям складываются из множества мелочей, собирающихся за много лет. И часто во взрослом возрасте при отсутствии большого количества общения и раздельную жизнь люди продолжают по-родственному любить друг друга. Впрочем, бывает и наоборот, но всегда родственники значимые люди в жизни человека, который с ними вырос. Так и Арико гордилась Шоичи и ценила его таким, какой он есть.       Арико и Шоичи устроились за столом на небольшой кухне, на котором уже была разложена еда.       — Итадакимас.       — Итадакимас.       — Как дела в школе? — спросила Арико.       — Всё отлично.       — Ты в этом году заканчиваешь обучение в средней школе. Это ответственный и сложный период в твоей жизни. Конечно, мы с ото-сан и ка-сан волнуемся за тебя. Тебе предстоит поступление в старшую школу. Хочется, чтобы мой отото поступил в хорошую школу, которую ты, без сомнений, заслуживаешь. Я не сомневаюсь в тебе, но всё же бывают разные ситуации и случайности.       — Кажется, ты переживаешь за меня больше, чем я сам. Всё будет хорошо, не стоит так волноваться. Чувствую себя несколько странно — перехожу в старшую школу я, а волнуешься больше меня ты, нэ-сан.       — Я думаю, так даже лучше. Лучше буду переживать я, чем ты. Тем более с твоими проблемами с животом, когда ты сильно нервничаешь.       — Ка-сан сегодня вернется поздно? — спросил Шоичи.       — Да, она сегодня задержится после работы вечером, чтобы пообщаться с подругами в кафе.       — Понятно. Про отца даже и не спрашиваю. У него редко бывают выходные, а работает допоздна он всегда. Моя учёба съедает много денег. Жаль, я не могу пока зарабатывать их достаточно.       — Отото, ты и так очень стараешься. Для школьника удивительно даже то, что ты можешь оплатить свои дорогие потребности в том, что тебе необходимо для учёбы. Мы тебя любим. И ты отлично справляешься со своими задачами. Не переживай так.       — Я сейчас нужен буду чем-то помочь?       — Нет. Я сама со всем справлюсь.       — Хорошо. Я сегодня буду собирать компьютер. Мне не хотелось бы отвлекаться. Будьте, пожалуйста, аккуратны, если я понадоблюсь.       — Конечно, ты мог даже не напоминать, Шоичи.       Шоичи сидел на полу среди деталей разобранного компьютера и прикручивал отверткой очередную на место, когда зазвонил его телефон. Он не сразу расслышал его, поскольку в комнате была включена музыка. Не слишком громко, чтобы не мешать окружающим, в многоквартирном доме это довольно важно для хороших отношений с соседями. Семья Ирие же жила на втором этаже. На телефоне высветился номер Мураками Хидики.       — Моши-моши.       — Моши-моши, Шоичи?       — Да, это я. У вас какое-то дело ко мне, Мураками-сан?       — Мне нужно, чтобы ты сделал защищенную почту электронную одному важному мне человеку, чем быстрее будет готово, тем лучше. Нужна максимальная секретность, которая возможна.       — Это не проблема. Завтра-послезавтра все сделаю и отзвонюсь, как будет готово. Вам подойдёт так?       — Да, отлично.

***

      За несколько часов отладки программы затекли шея и спина, и Шоичи еле разогнулся, но зато, наконец, всё было приведено к нужному формату. Задания Мураками Хидики парень делал всегда с неизменной тщательностью. Его помощь в оплате школьного обучения была весьма ценной вещью, относиться пренебрежительно к которой совершенно не хотелось. Семья Ирие могла сама потянуть всю сумму ежегодной оплаты за обучение, но тогда денег не осталось бы на всё остальное. В этот раз сложность задачи определялась способностями самого Шоичи, но его важность была подчёркнута самим Хидики, следовало проверить всё особенно внимательно, чтобы работа была сделана качественно. Необходимо было сделать хорошо защищённый почтовый ящик, адрес которого было бы сложно вычислить. Сейчас дело было сделано, и Шоичи чувствовал удовлетворение отлично сделанной работой.       — Отото, иди ужинать, — заглянула в комнату старшая сестра, — мы с ка-сан и так никак не можем тебя откормить нормально, чтобы не торчали кости, а тебя ещё и не оторвать, когда поглощён своими железками или весь в компьютере.       — Прости, нэ-сан. Когда работа идёт, не хочется отрываться и терять настрой и мысли.       — Понимаю, но иногда даже лучше отвлечься и потом со свежими мыслями взглянуть на проблему со стороны. А вообще, мы с ка-сан просто очень тебя любим и переживаем за твоё самочувствие. Приходи на кухню. Ждём тебя пять минут, и, если не придёшь, отото, я приду отрывать тебя от твоей работы лично.       — Хорошо, хорошо, — замахал руками парень, — я сейчас.

***

      Шоичи пришёл на место встречи в торговом центре заранее, чтобы не заставлять себя ждать. На встречу пришла красивая девочка, заставив парня смущаться. Он занервничал ещё сильнее, и, как это у него обычно бывало, разболелся живот. Успокоиться никак не получалось.       — Вот, С-савада-сан, — сказал он держась за живот.       Успокоив девочку, что за его здоровье не стоит переживать, он ответил на её вопросы. Разговор об устройстве почты помог успокоиться и взять себя в руки. Шоичи вообще всегда сложно было контактировать с людьми, кроме самых близких. Но уверенность в своей работе придавала сил успокоиться и вдохновляла. Договорившись о том, чтобы встроить Саваде-сан в наушники переговорную рацию с защищенным радио-каналом, они разошлись, и Шоичи направился к ближайшему пешеходному переходу у торгового центра.       Солнечный блик отразился от очков Шоичи и расплескался радугой цветов вокруг. Мир вокруг как будто замедлился, и, хотя ощущение было только кажущимся, парень сильно сконцентрировался на мгновение на чувственном восприятии, отвлёкшись от любых мыслей. Впитав в себя всю палитру вдруг на мгновение показавшейся волшебной реальности, Ирие обернулся вслед уходящей девочке, ещё раз вдохнул всем своим существом вдруг ставшую такой солнечно-тёплой действительность и подумал, что запомнит её. У него было не так уж и мало заданий от Мураками, но эту школьницу, которую Ками или какое-либо другое духовное наполнение мира для него выделило, он обязательно запомнит. Не стоит пренебрегать знаками мира, чтобы суметь всегда вовремя свернуть на нужную дорогу жизни. Умение правильно и вовремя трактовать посылаемые миром сигналы — тоже составляющая так называемого «таланта», причём не важно, в чём конкретно состоит этот талант. И нет, эти ощущения от его восприятия мира, которые очень изредка случаются с ним, он никогда не будет ни пересказывать, ни обсуждать ни с кем, даже с самым близким. Их он, склонный к анализу всего вокруг, не будет даже мысленно обсуждать сам и раздумывать над ними. Они просто искрой огня лягут в самом сердце его сути, добавляясь к таким же волшебным искрам.