Фолиант в мягкой обложке

      Вся комната пропахла запахом омеги в течку.       Санеми, лёжа на гнезде из вашей одежды, был удивительно послушен, позволяя Вам использовать верёвки. Однако, по его расфокусированному взгляду и яркому румянцу, Вы понимали, что его пассивность была вызвана вашим запахом.       Вы чувствовали себя почти также. Запах течного омеги кружил голову, однако Вы старались не демонстировать этого перед Санеми. — Ты сводишь меня с ума, — раздражённо сказал он, когда Вы подметили его необычное послушание, пытаясь отвлечься.       Вы потянулись вперёд, целуя Санеми, пока он крепко прижимал вас к себе, не давая отодвинуться даже на сантиметр, с голодом отвечал, отчего по его губе потекла слюна.       Его руки находились в районе вашего живота, впившись в рубашку, поэтому Вы могли позволить себе прервать серию жаждущих поцелуев и посмотреть сверху вниз на своего партнёра, даже если взамен Вы слышали ворчание и рычание, с помощью которых Санеми предупреждал Вас, что если Вам придет в голову что-то (например, отодвинуться от него и оставить в таком состояние), то даже эти верёвки не помешают ему схватить Вас за волосы и самому трахнуть.       Конечно, верёвки были скорее для Вашего спокойствия — Санеми был достаточно сильной омегой, чтобы разорвать их. И достаточно дикой, чтобы решиться на такое.       Но сейчас у него была течка, и даже несмотря на его внешнее недовольство, Вы знали, что он наслаждается этим не меньше вашего. Когда его руки и ноги связаны таким образом, что он абсолютно беззащитен перед Вами — не может ни прижаться, ни оттолкнуть, передавая защиту о себе Вам.       Его тело вздрагивало, когда Вы мимолётно касались его, и податливо выгибалось, отчаянное и жаждущее, в стремление почувствовать Вас. Желательно внутри.       Положив руку на его лоб, Вы нежно убрали волосы назад, осмотрев лицо возлюбленного. — Ты точно готов?       Санеми в ответ несколько минут смотрел на Вас, не произнося ни слова (вероятно, наслаждаясь мягкими поглаживаниями, либо задумавшись о чем-то), прежде чем фыркнуть. — Прекрати, чёрт возьми, выставлять меня самым возбуждённым здесь. Ты хочешь этого не меньше.       Вы нежно сжали его сосок и, услышав в ответ лишь тихий стон, провели рукой по внутренней части его бёдра, собирая естественную смазку, которая уже намочила простынь.       Тело Санеми буквально умоляло о большем. — Неми, я забочусь о тебе. Точно все хорошо?       Санеми в ответ лишь предупреждающе дёрнул бедром. Это не выглядело угрожающе (тяжело течному, возбуждённому омеге выглядеть угрожающе, особенно с таким голодным взглядом), однако посыл «поторопиться и не говорить с ним о нежности» Вы прочитали.       Было нечто милое в том, каким неловким и смущённым становился Санеми всякий раз, когда Вы проявляли к нему нежность. — Заткнись и просто трахни меня, альфа.       Вы мурлыкнули и перевернули омегу на живот одним движением, а после обхватили его бёдра и удобно расположили, предоставив себе больший доступ. — Ты скажешь, если что-то пойдет не так, хорошо?       Санеми лишь тихо фыркнул в ответ, расслабившись и закрыв глаза, слыша в ушах собственное быстрое сердцебиение.       Но его тело тут же задрожало и несильно сжалось, когда Ваши пальцы неожиданно вошли внутрь, растягивая. Санеми громко застонал, пытаясь развести ноги ещё шире и поддаться назад, но Вы не позволяли ему этого, зафиксировав его бёдра на одном месте, прежде чем продолжить медленную стимуляцию, игнорируя недовольное, тихое рычание, больше напоминающее скулеж.       Несмотря на обилие смазки, тело Санеми ещё не успело стать «готовым». Он был жаждущим, но недостаточно возбуждённым, даже со стимуляцией в виде Вашего запаха. И Вы продолжали вызывать у него большее возбуждение, пока его дырочка не станет вызывающе жаждущей.       Даже если единственное, что Вы хотели — войти внутрь Санеми и завязать его настолько крепким узлом, что он потеряет сознание от удовольствия и глубокой стимуляции.       Санеми же стал ещё интенсивнее пытаться принять внутрь пальцы, подмахивая бедрами, и рычал от разочарования. Но Вы словно не слышали этого, продолжая медленные движения, дразня его ещё сильнее. — [Т/и]…       Вы остановились, и, словно выйдя из транса, посмотрели на своего омегу. Санеми выглядел раздраженным и перевозбужденным, но особенно раздраженным. С его ярким румянцем и блестящими глазами, он выглядел по-настоящему жаждущим, отчего Вы почувствовали ещё более сильное возбуждение. — Просто трахни меня, а не обращайся, как с маленькой омегой в первую течку, — прорычал он, сбиваясь в словах, и отвёл взгляд.       Его дырочка слабо пульсировала, когда Вы достали испачканные в смазке пальцы, и осталась приоткрытой. Санеми расставил ноги немного шире и упёрся лбом в подушку, про себя проклиная вашу медлительность и мягкость. Но оказался резко вжат в подушку лицом с удивлённым вскриком, который тут же сменился протяжным стоном.       Вы вошли внутрь.       Крепко сжав его бёдра, Вы сделали неглубокий толчок, прежде чем выйти и войти полностью, заполняя жаждущего омегу до конца.       Тело Санеми отозвалось дрожью и сильной пульсацией, пока задница туго сжимала Ваш член. — Блять, да, — Санеми громко застонал, когда Вы вновь толкнулись внутрь, с тяжёлым дыханием рыча: — только, блять, только подумай о том, чтобы остановиться и я… блять!       Толчок оказался особенным глубоким.       Он поддался бёдрами назад, буквально не давая Вам выйти из него, и попытался перевернуться, чтобы перенять лидерство.       Вы же, не выдержав из-за долгого ожидания, зафиксировали его на месте и стали грубо трахать горячего, податливого омеги, врываясь внутрь без милосердия, отчего Санеми громко замурчал, время от времени задыхаясь из-за особенно глубоких толчков.       Внутри него было узко и горячо, отчего Ваш разум плыл, подчиняясь животным инстинктам "взять и трахнуть".       Связанный под вами, беззащитный омега лишь сильнее раздразнивал Вас своими стонами и запахом, не осознавая этого, слишком поглощённым ощущением заполненности и жаждой прямо сейчас перевернуться и самостоятельно заполнить себя Вашим членом.       Вы с лёгкостью скользили внутри смазанного омеги, несмотря на то, как отчаянно Санеми пытался задержать член внутри, сжимая, и беззастенчиво подмахивая бедрами. Он был таким насаженным и жаждущим, словно животное в течке.       Вся комната была наполнена похотливыми, громкими стонами, мурчанием, звуками толчков и смесью ваших запахов.       Обхватив его за талию руками, Вы немилосердно толкнулись внутрь, в более грубом ритме, отчего Санеми задохнулся, хватая воздух ртом и кончил. Изо его рта текла слюна, пока руки крепко сжимали ткань, и он полностью забылся в ощущениях. Его тело, однако, продолжало пытаться насладиться глубже, всё такое же жадное и голодное до Вас.       Дёрнув на себя омегу и зафиксировав его на месте, Вы легли сверху, уткнувшись носом в его шею. И, пока омега под вами дрожал от оргазма, Ваш узел начал набухать, запирая внутри Санеми, чей разум плыл от интенсивности. — Б-блять, — прошептал он, продолжая дрожать. — Слишком… Я сейчас снова---       Вы крепко укусили шею Санеми, отчего он сжался ещё сильнее вокруг вашего узла. Его тело продолжало дрожать, словно засасывая Вас внутрь, хотя вы были уже полностью внутри.       Вы хрипло позвали Санеми, лизнув кожу, и он дёрнул плечом, показывая, что услышал Вас, но не сказал ни слова, вновь охваченный волной оргазма. Его разум окончательно потерял связь с реальностью, сфокусированный на чувстве заполненности и жа́ра внизу.       Узел тем временем расширился максимально сильно, отчего на животе омеги появилась выпуклость, на которую Вы положили руку, нежно массируя. Санеми застонал, еле дыша, и лишь тихо мурлыкал, пока Вы целовали его плечи и вылизывали метку. Узел достиг максимального размера, и Вы, тяжело дыша, спрятали лицо в плече омеги.       Санеми вновь задрожал, когда Вы кончили внутрь, заполнив, и поднял голову, протяжно застонав. Но спустя пару минут он уткнулся в подушку.       Лениво выйдя из него, Вы пришли к выводу, что он потерял сознание. И что вам нужно развязать верёвки.       Хотя, учитывая либидо омеги, через полчаса Вы наверняка проснётесь с катающимся на вашем члене Санеми, если сейчас развяжите его.