The dark side

— Слушайте, я вот всё думаю о Хезер, — начал разговор Антон. Он сидел на одном из трех свободных мест в дальнем углу вагона метро, а над ним возвышались Роксолана и Павел, — Мне так нравятся её короткие волосы. Среди моих знакомых девушек все ходят с длинными. — И что в этом такого?  — удивилась Рокси. Она мельком взглянула на свой длинный хвост, перекинутый через плечо, и нахмурилась. — Полностью согласен с недоумением Роксоланы, — поддержал Павел. — Да не только в длине дело! Мне и цвет их нравится, и глаза у неё необычные. А еще она мужественная и сильная. — Как и все Сумеречные охотницы, Антон, — усмехнулся Павел, — Да и вообще, я, например, предпочитаю брюнеток, так что не понимаю твоего восхищения. Антон закатил глаза и скрестил руки на груди в раздражении. — Хватит подкатывать к моему парабатаю и поддержи уже меня! Где твоя мужская солидарность? — пролепетал Глинский, выглядя при этом невероятно возмущенно. — У мужской солидарности нет того, что есть у твоего парабатая, так что не думаю, что у тебя есть шансы, — Павел показал парню язык в детской манере и рассмеялся. — Он безнадёжен, — пробурчал Антон. Он прислушался к голосу женщины, оповещающей об их остановке и резко подскочил, — Ладно, давайте быстрее. И это не была очередная станция метро, это была одна из заброшенных станций, мимо которых обычные поезда проезжают, однако Охотники всегда знали, куда садиться. Они оглядели примитивных, которые непонимающе оглядывались на открытые двери, сквозь которые прошли невидимые для их глаз нефилимы, и поехали дальше, как только проход закрылся. Вампиры выбрали для себя самое удобное место – станцию метро, где никогда не бывает солнечного света, и легко можно скрыться от глаз, убежав по тоннелям. — У нас вампиры сидят в домах, — задумчиво протянул Павел, оглядывая высокие потолки и разбросанный на полу мусор, — А эти прям с шиком проживают. Нефилимы поднялись по ступеням вверх, к кабинету, где обычно сидят охрана и сотрудники метро. За дверью их ждали два парня, разглядывающие карту на приборной панели. — Роксолана? — удивился Александр, первый парень, имеющий темные кучерявые волосы и зеленые тусклые глаза, — Что вы здесь делаете? — Решили проверить, как тут дела у самого страдающего клана вампиров мира, — съязвил Антон. Александр не был доволен этими словами. Он взглянул на своего друга, и кивком приказал ему уйти. Для Роксоланы Зурьев всегда был странным типом. Он был одним из тех глав, кто заботится только о том, чтобы у его клана была куча привилегий, однако сам является эгоистичным человеком. Например, прямо сейчас он прогнал отсюда своего парня, которому никогда не везет быть в центре событий. Александр ни во что его ставит, по крайней пере, так это выглядит для Охотников. — Я так понимаю, вы уже были у Дмитрия? — Да, — согласился Павел, — И он утверждает, что его люди невиновны. Удивленный взгляд Александра переметнулся к Ростову, оглядывая его с головы до пят. — А ты кто вообще такой? — спросил вампир. — Подарок Бога. Не то, чтобы тебя это должно волновать, — Павел закатил глаза. Антон закатил глаза, скрещивая руки на груди. Охотник оглядел охранный пост, отмечая, что теперь это мало похоже на место работы правоохранительный органов примитивных. Сейчас это больше напоминает захламленную гостиную комнату. — Так или иначе, — прервала перепалку Роксолана, — Тебе, Саша, стоит следить за своими людьми. Дмитрий не может отвечать за всех оборотней Петербурга, здесь не одна стая, а несколько. Если вампиры хотят жить, пусть следят сами за собой. — Тогда какой от вас, нефилимов, толк, если вы не в состоянии нас защитить? — Александр зло сверкнул глазами, раздражаясь всё сильнее и сильнее, — Вы навязали нам Соглашение, обещая защиту, а в итоге мы должны сами себя охранять. — И что ты предлагаешь? Предоставить вам на круглосуточный пост Охотников, будто нам заняться нечем? — съязвил Антон, — С нас довольно твоего нытья. Как говорится, выживают сильнейшие. Не можете себя обезопасить, терпите потери. Роксолана явно не была согласна со своим парабатаем, но не стала ругать его при Александре. Она вздернула подбородком, мимолетно оглядывая Павла, надеясь, что хоть он что-то скажет. Однако Ростов молчал. — Тогда, я думаю, больше нет никакого смысла вам оставаться здесь, — зло выплюнул Александр, — Для Охотников скоро должны наступить трудные времена. Не бегите к моему клану за помощью. — Уж поверь, если такие времена наступят, кровососущие монстры будут последним, к кому мы обратимся. — Хватит, Антон, — не сдержалась Рокси. Она отдернула парня за руку, уводя его за свою спину, — Прости, Александр, его за столь грубые слова, однако мы и вправду не в силах тут помочь. — Тогда что вы тут торчите? — усмехнулся вампир, — Валите отсюда, пока я еще в настроении. Роксолана переглянулась с парнями и спокойно вышла из маленького помещения. Когда она оказалась в основном коридоре метро, Евгений, тот самый парень, которого выгнал Александр, стоял у дверей, играясь с маленькой куклой в своих руках. Взгляд его темных глаз смутил Рокси. Девушка отвернулась и побежала вниз по ступенькам, крепко держа клинок на поясе. Михаил старался игнорировать постоянный трепет двух девчонок позади себя. Очень старался. Однако его сестра говорила так эмоционально и громко, что у него начинал дергаться глаз. Охотник мечтал поскорее оказаться дома, поэтому повел их через парк, который сократил бы им путь. — Я не знаю, — Романов вдруг прислушался к голосу Стефании. Она говорила столь редко, что каждая её фраза интриговала, — Родители не часто позволяли нам общаться с примитивными. Возможно, они боялись, что мы сблизимся с ними, как это сделала сестра моего отца. Её изгнали, и не было ни дня, когда бы отец не думал о ней. Брюнет обернулся, чтобы взглянуть на девушку, на её выражение лица, не выдававшее каких-либо эмоций. Она выглядела хрупкой. Среди примитивных она явно считалась бы той, кого нужно постоянно оберегать. Однако Михаил не упустил мимо глаз её клинок Серафима, который засветился, когда юбка девушки чуть задралась, а заколки в её волосах были метательными ножами. В мире Сумеречных охотников явно нужно защищаться от неё. Очевидно, что произошедшее с семьей сильно повлияло на неё. Михаил может лишь догадываться, какой она была до падения Ростовых, однако она усвоила свои ошибки. На улице стояла кромешная тьма, и особенно в парке, где среди густых деревьев не пробирался свет, ничего нельзя было увидеть. Но до слуха Охотника дошел странный шепот, легкое дуновение ветра и хруст травы под ногами тех, кто находился в чаще. — Стойте, — приказал Михаил, активируя меч Серафима. Яркий свет от лезвия разогнул тьму, позволяя нефилиму видеть, что скрывается за стволами деревьев. Стефания последовала примеру Романова, доставая свой клинок, и схватила Ангела за руку, уводя девушку за свою спину. — Там кто-то есть? — заинтересованно спросила Ангелина, выглядывая из-за плеча Ростовой. Взгляд её зеленых глаз был устремлен туда же, куда и Михаила. Однако, когда Охотник ушел в гущу деревьев и там никого не оказалось, прямо из-за спины Ангела послышался дерзкий шепот. — Там нет, — девушки моментально обернулись, освещая лицо наполовину обращенного оборотня, — А здесь – да. Мужчина легко оттолкнул Стефанию в сторону, лишая её возможности навредить себе. Его рука, покрытая шерстью, потянулась к Ангелу, резко хватая её за предплечье, впиваясь когтями в плоть. — Ангел! — в панике закричал Михаил. Охотник подбежал ближе, однако его путь преградил огромный волк, оскаливший пасть и не выглядящий дружелюбно, — Какого черта вы творите? Вы нарушаете Соглашение! — К херам ваше Соглашение, — прошипел не обратившийся оборотень, — У нас есть конфетка повкуснее. Его вторая рука приблизилась к шее Ангелины, однако девушка нахмурилась, наконец приходя в себя, и оттолкнула ногами мужчину подальше. Ей удалось вывернуться из его цепкой хватки и удачно приземлиться на ноги. — Для тебя это будет не болезненно, маленькая Охотница, — пролепетал оборотень, — Пусть прольется твоя кровь. Однако прежде чем он успел бы сделать хотя бы шаг в сторону нефилима, Стефания пронзила его клинком прямо в грудную клетку, не скрывая злость и ярость, отобразившиеся на её лице. Серый волк, контролирующий Михаила, перевел взгляд на своего друга и, невнятно что-то проскулив, скрылся в чаще. — Волков больше нет? — напряженно спросила Стефания, оглядываясь. В тени не было ничего видно, и вокруг было тихо. Михаил спрятал меч Серафима и взглянул на сестру, чтобы проверить её состояние, но Ангел стояла, сгорбившись, посреди тропинки и держала одной рукой покалеченное предплечье, рассматривая царапины от ран. — Почему они так щиплются? — удивленно проговорила Ангелина. Её глаза расширились от внезапного страха, девушка крепче сжала руку. Михаил обошел Стефанию, которая стояла без дела, молча пялясь на раненную брюнетку, словно забыла, как двигаться. Парень начертил на плече покалеченной руки Иратце, руну исцеления, и подхватил сестру на руки. — Нужно скорее вернуться в Институт. Раны от обычного оборотня не должны выглядеть так, — сказал он Ростовой. Блондинка кивнула ему и побежала следом. Роксолана выглядела уставшей, переступая порог дома. Она присела на стул, располагающийся прямо у лестницы, и вздохнула так, словно несла за плечами тонну груза. — Напомните мне, никогда больше не возиться с делами клана Александра, — попросила она Павла и Антона, усмехающихся женскому нытью. С левой стороны зала, где был коридор в больничное крыло, послышались торопливые шаги. Павел первый обратил на это внимание и увидел второпях несущуюся Стефанию, которая крепко держала в руках неактивированный клинок Серафима, её платье было помято, а некогда высокий хвост спустился на уровень плеч. — Паша! — воскликнула она на эмоциях. Ростов удивленно наблюдал за такой активностью сестры и был одновременно встревожен, — Где ты был? — затем девушка посмотрела на Роксолану, — Ангелина в больничном крыле, на нас напали оборотни, когда мы гуляли. Глаза Романовой полезли на лоб. Брюнетка переглянулась в Антоном и побежала туда, откуда появилась Стефания, Глинский последовал за ней. Паша хотел было побежать за ними, но вместо этого осмотрел сестру. — С тобой всё в порядке? — спросил он, нежно держа её за плечи, — Тебя не ранили? Стефания покачала головой в отрицании. — Со мной всё в порядке. На этот раз у меня было оружие. Павел знал, что значит «на этот раз», и от этого испытывал сожаление. Блондин обнял сестру и тут же отпустил. — Я пойду к остальным, а ты прими душ и отдохни. — Хорошо, — Стефания без возражений ушла, явно потерявшая все силы, накопившиеся за два месяца отдыха. Когда Павел вошел в больничное крыло, где были кровати, на которых располагали раненых нефилимов, там были Рокси, Антон, Михаил и Безмолвный брат, стоящий у постели Ангела, которая выглядела по-настоящему недовольной происходящим. Жанна вошла следом за ним жутко медленно, хромая. На ней были обычные джинсы и свитер, висящий на женщине мешком. Волосы её пребывали в беспорядке, на лице явно выраженное волнение. — Кем были нападавшие? — дошел голос Роксоланы до слуха Павла. Он встал рядом с Антоном, который внимательно смотрел за Ангелом. — Я не знаю, — Миша приложил пальцы к вискам, словно пытаясь контролировать головную боль, — Одного из них убила Стефания, второй удрал, а мы помчались сюда, потому что Ангел была ранена и Иратце не помогало. — И это точно был оборотень? — спросила Жанна. Она села рядом с Ангелом на кровати, оборачивая руки вокруг плеч дочери. Ангелина закатила глаза, но ничего не сказала. — Да, — ответил за парня Безмолвный брат, — Но когти его были пропитаны незнакомым нам веществом, которое явно вырабатывал его организм. — То есть эти оборотни эволюционировали? — решил уточнить Антон. Павел подумал, что это слово, как никакое другое, хорошо подходит данному описанию. — Не совсем. Это что-то другое. Что-то, за что не ответственна природа. Павел посмотрел на предплечье Ангела, где были пять крупных круглых ран, совпадающих с очертаниями формы руки и расположения пальцев. Он съежился при мысли, что это могла быть его сестра. Он бы не простил себе второго раза. — Что Дмитрий говорил вам? — спросила Жанна, обращаясь с старшим детям. Антон, Павел и Роксолана одновременно переглянулись. — Ничего, — начал Павел, — Он сказал, что ничего не знает о нападениях. Пообещал всё проконтролировать. — Нужно поймать этих существ, — беззвучно заговорил Безмолвный брат, имя которого Павел не знал, — Я сообщу Анклаву, напишу в Спиральный лабиринт. А вы вернитесь в парк и заберите труп, пока его не нашли примитивные. — Вы сообщите нам, если что-то узнаете, брат Малахи? — уточнила Рокси. — Конечно. — А Ангел? С ней всё будет хорошо? — Жанна крепче прижала к себе тело Ангелины. Девочка была мега-недовольна. — Пары дней на излечение хватит. Жанна кивнула ему и поцеловала макушку Ангела. — Мама, хватит, — попросила Ангелина. — Позвольте я вас провожу, — предложил Павел, решив, что ни ему, ни брату Малахи здесь уже делать нечего. Безмолвный брат ничего не ответил, лишь бесшумно развернулся и направился к выходу. Ростов догадался, что Малахи здесь был не один раз, но это был его шанс улизнуть. Когда Безмолвный брат схватился за ручки двери, он вдруг посмотрел на Пашу пустыми глазницами. По коже парня пробежали мурашки. — Как твоя сестра? — Ей намного лучше, — скованно ответил Павел. Его смутило внимание со стороны монаха, он скрестил руки на груди, снова показываю свою руну Траура. Малахи кивнул. Он вышел, оставляя Ростова стоять в одиночестве, с мыслями о том, почему Безмолвный брат интересовался его сестрой.