Dollhouse

      Горячая вода заставляет Луи зашипеть, когда Гарри в очередной раз пытается настроить температуру в душе. Они целуются, стягивая друг с друга одежду и что-то кажется ему странным. Вместо привычного тепла он чувствует холод, улыбка Гарри исчезает с лица заменяясь болезненным выражением. Луи хочет спросить, но руки вдруг наталкиваются на что-то мягкое. Пальцы проваливаются в горячую плоть и изо рта парня начинает течь алая кровь. Он плавится на глазах, и Луи панически хватается за него, не понимая что происходит.       На этот раз он просыпается без крика. Распахнутый в ужасе рот хватает воздух словно после длительной задержки дыхания, сердце бешено бьётся о ребра. Он не в порядке… Сидящий рядом Гарри лишь сочувственно гладит его по спине и увлекает в свои объятия, Луи жизненно необходимо знать, что тот ещё рядом.       В последние шесть месяцев кошмары стали неотъемлемой частью его жизни. Практически каждую ночь ему приходилось засыпать с помощью снотворного, иначе никак. Нарушение сна и бессонница стали побочными эффектами, когда он принял решение начать всё с чистого листа. Самый большой страх всегда становился явью именно ночью. Гарри умирал, уходил, растворялся и всячески исчезал. Луи не мог этого допустить, хотя знал, что это теоретически возможно. Максимальное время, которое проживала кукла было несколько месяцев и затем она, как и все остальные надоела ему. Гарри давно перешёл границу этого срока и Луи не знает, сколько у них есть времени вообще.       Раньше он не задумывался над этим, не было надобности, ведь решение о жизненном цикле было всегда в его руках. Но теперь вопросов ещё больше. До скольки лет доживёт Гарри? Поменяется ли он с годами? Что он помнит из своей прошлой жизни? Есть ли у него душа? Есть ли цена у их счастья? Harry Styles — Sign of the Times       В одно воскресное утро он решает нарисовать портрет Гарри, ведь это один из способов запомнить его таким — юным, наполненным жизнью и солнцем. На нём полупрозрачная рубашка цвета чайной розы и сдвинутая на бок корона, инкрустированная рубинами, которую Луи подарил ему месяц назад. Шея, унизанная несколькими цепочками, потому что Гарри любит винтажные украшения, а Луи может себе позволить купить что угодно. Весеннее солнце ярко играет в волосах парня, а лёгкий ветер слегка взьерошивает достигшие ключиц волосы. — Ты можешь не ёрзать, пожалуйста? — У меня затекла шея, — парень двигает головой, чтобы немного размяться и поправляет полы блузы, которая была ему больше на несколько размеров. — Господи, ты что, без белья?       Луи отвлекается от мольберта, кладя палитру с красками рядом, и видит как Гарри кивает, широко улыбаясь. Грязные кисти опускаются в воду и Луи качает головой. Этот мальчишка просто невозможен. На его щеках играет лёгкий румянец, когда край блузки задирается, и мужчина улыбается в ответ. Он бы мог написать тысячи картин, десятки портретов Гарри, и писать оды о том, как тот прекрасен. Но вместо этого он застывает на месте, держась за край мольберта, и позволяет себе большее. — Как же я люблю тебя.       Как только слова покидают его рот, он сам опешивает от смысла сказанной фразы. Кажется, он впервые в жизни признался кому-то в чувствах и это оказалось так легко. Улыбка вмиг исчезает с лица парня, он пытается что-то сказать, и Луи надеется, что его надежды оправдаются. Гарри ответит ему тем же и это будет его инициатива, а не запрограммированная задача угодить. Их разговоры, прикосновения, взгляды, настоящие и искренние, они слишком много значат для Луи, конечно ему хотелось обозначить их статус. Держаться за руки на людях ничего не стесняясь, называть друг друга бойфрендами, строить планы на будущее, возможно, путешествовать, преодолевать жизненные трудности. В его голове столько планов и перспектив, что порой мысли об их совместном будущем занимают слишком много времени и сил. И пока Гарри не знает, что ответить, Луи увлекает его в теплые объятия, от которых сразу становится так хорошо и уютно. Время застывает вокруг них, обвалакивая пространство особенным моментом, который изменит всё. — Я тоже люблю тебя.

***

      Деньги в семье Луи имеют длинный круговорот использования: они копятся на его дебетовых счетах, приходят в жизнь в качестве пассивного дохода из вложений, которые он когда-то сделал. Он даже не знает, откуда у него такой умный подход и знания, чтобы увеличить свой капитал, даже не работая при этом. Возможно, дело в книгах, которыми он увлекался в детстве, скупая их на блошином рынке за карманные деньги. Его вдохновляли биографии людей, которые достигли в своей жизни очень многого благодаря своему уму и таланту. Луи изучал финансовое дело ещё в школе, но вскоре этот предмет убрали из школьной программы, и именно тогда он начинает свой путь к беззаботной жизни. Он мог бы остановиться и не приумножать свои деньги, ведь в любой миг из криво нарисованного прямоугольника перед ним появлялся огромный слиток золота, а написанные строчки имели отличное свойство сбываться. Но останавливаться и ничем не заниматься было не в его стиле.       Луи смотрит на пустой лист бумаги и его рука замирает, так и не решаясь начать писать. За долгое время он понял, чего же все-таки не хватает Джей для полного счастья. Сердце, принадлежавшее лишь одной матери, буквально сжимается в груди. Ему надо научиться делить её с кем-то, или же она так и останется одинокой до конца своих дней. Возможно, это неправильно, взваливать на свои плечи отвественность за её жизнь, но разве она не делала того же все эти годы? Луи не формирует в голове образ, пусть это будет что-то рандомное. Главный акцент надо сделать на внутренних качествах: доброта, честность, щедрость и мужество. Строки подсвечиваются золотом и Луи знает, что в этом случае потребуется время и терпение. Он надеется, что поступил правильно. Тихий стук в дверь вырывает его из раздумий и он произносит тихое - «Входите». Гарри сонно трёт глаза и убирает с лица несколько прядей волос, словно и не удивленный видеть Луи именно здесь. — Доброе утро, love. Юноша прикрывает дверь и улыбается в ответ. — Я проснулся, а тебя нет в кровати, — надув губы произносит он. — У меня было дело, которое нужно было срочно решить.       Луи ведёт рукой по обнаженному бедру парня и останавливается у кромки белья. Родной запах тела кружит ему голову, и когда чужие губы накрывают его рот, мужчина вовсе теряет контроль. Он целуются медленно, исследуя руками тела друг друга, и вдруг Гарри отстраняется. Его зрачки расширены, а губы немного припухшие. Вдруг его внимание привлекает сверток, лежавший на столе, и он вспоминает, что хотел предложить Луи сьездить с ним на склад за тканью и фурнитурой. С прошлого года его начало увлекать шитье, в основном это было создание чудаковатых нарядов в стиле, которому нет определения. Но однажды, когда Гарри начал эксперементировать и нарисовал очередной эскиз женского платья. Это заметила мисс Остин, владелица кафе, куда они с Луи часто ходили. Она заинтересовалась работами парня и попросила сшить ей несколько экземпляров. Слухи о его таланте распространялись очень быстро, и благодаря первым заказам он обустроил себе рабочее место, закупил ткань и расширил свою клиентскую базу. Это было сложно, ведь даже создание одного платья занимало у него несколько дней, от изначального эскиза до сборки готового изделия. Но вскоре Гарри увеличил свое производство, выкупив небольшое помещение и наняв сотрудников, которых сам же обучил. Луи не мог не заметить, как у его парня буквально горели глаза от того, что он делал. Как из мальчишки с исколотыми от игл руками он превратился во владельца магазина с платьями ручной работы. И всё это лишь благодаря единственному разговору в канун Рождества, когда Гарри признался, что хотел бы заниматься чем-то особенными. Мужчина поддержал его начинания, подарив швейную машинку и начальный набор дизайнера. — Тебе нужный деньги? — произносит мужчина, гладя его по спине. — Я и сам зарабатываю достаточно. — Это похвально, милый. Но что плохого в том, что я хочу тебя баловать? Устроим небольшой шоппинг?       С этими словами он делает отчеканенное движение и Гарри немного сместившись с его колен наблюдает как с пожелтевшего листка бумаги в воздух взлетает купюра и приземляется на стол с тихим звуком. Луи повторяет свои движения, будто сдвигая нарисованную купюру с листа и выталкивает её в воздух много раз, пока на столе не образуется очень много денег. Гарри поворачивает голову в его сторону, и ямочки на щеках и блеск в глазах говорят о согласии. — Гребанный выпендрежник. Пойдём уже.       Луи не знает точно почему у людей изменилось отношение к нему. То ли благодаря новой жизни, или же из-за Гарри, которого все встречали добродушной улыбкой. Да, они не были особо приветливы к самому мужчине, но по крайней мере отсутствовали взгляды, прожигающие в нем дыру, и не было той атмосферы страха вокруг его персоны. Луи знал, что даже целой жизни будет мало, чтобы снять с себя клеймо убийцы, и кажется, что когда-нибудь эта часть его вылезет наружу, словно изголодавшийся по крови монстр. Недостаточно просто быть хорошим, отправлять деньги на благотворительность, и делать вид, будто кто-то уже отпустил его грехи. Спустя несколько лет прошлое стучится к нему через кошмары в лазейки разума, где он беззащитен. Тревожность превращает его порой в ужасного невротика, и в какой-то момент он переходит на прием антидепрессантов. Конечно же, в кабинете врача он не уточняет причину своего расстройства, потому что - "привет, я превращал кукол в настоящих людей и потом убивал их" - звучит весьма жутко.       Они идут по одной из узких улочек центральной улицы и Луи смотрит на их отражение в одной из витрин магазина. «Красивая пара» - однажды услышал он в одном из ресторанов, когда они впервые с Гарри отправились в путешествие. Вкусная еда, лучший номер в отеле, шоппинг, экскурсии и приветливые люди. Луи не хотел возвращаться домой, в город, где прожил большую часть своей жизни по многим причинам. Именно о переезде он хотел поговорить с Гарри уже долгое время, но всё никак не решался боясь отказа.       Когда пакеты, наполненные различными безделушками, отправляются в багажник, Гарри поднимает голову и его глаза расширяются от ужаса. Проносящийся мимо них автомобиль на невероятной скорости не успевает притормозить, и под чей-то громкий крик, в воздух взмывает что-то маленькое. Стоявшая с коляской женщина недалеко от них бросается вперёд, и Луи не сразу понимает что случилось. Машина останавливается на перекрестке, выбежавший из салона водитель хватается за голову. Вокруг наростает паника и куда-то в центр столпотворения стремится и Гарри. Крики о помощи, призыв врача и чей-то плач врезается в тихую атмосферу как метеорит на землю, уничтожающий всё на своем пути. Луи растерянно закрывает машину и пробирается через толпу, чтобы выяснить что случилось.       Увиденное шокирует его не меньше чем остальных - на асфальте, в луже собственной крови, лежит ребёнок. Картинка складывается воедино - мальчик выбежал на дорогу, пока его мать на мгновение отвлеклась, а водитель не успел среагировать. За считанные секунды несколько покалеченных судеб… Луи знает, ждать врача не стоит, мальцу уже не помочь. Что-то внутри него обрывается, когда Гарри поднимается с колен, выпачканный в крови и с дорожками слезы на лице.  — Спаси его. Его тон на грани приказного и умоляющего, Луи мотает головой. — Ты не знаешь о чём просишь, Гарри. Парень отшатывается от него, будто получил пощечину. Он цепляется за полы его футболки, пачка её в красное, и Луи замечает, что к ним приковано слишком много внимания. — Я не смогу, я не делал это прежде. — Посмотри на него, разве он заслужил смерти? Разве родители должны хоронить своих детей?       По лицу Луи начинают катиться слёзы, паника и ужас передаются от других и такой поток эмоций просто сшибает его с ног. И видя прикованные к нему взгляды, мужчина окончательно сдаётся. Без слов, мать мальчика отодвигается в сторону, видя успокаивающий жест от Гарри, и все остальные люди расступаются в стороны.       Луи давно этого не делал, он разминает пальцы и пытается сосредоточиться. Вдруг ничего не получится или что-то пойдёт не так? Чем вообще чреваты последствия воскрешения живого человека? Мысли о неудаче буквально овладевают его разумом, и Гарри присаживается рядом, кладя руку на плечо. Тепло от его прикосновения успокаивает, и Луи прикрывает глаза, чтобы переместить энергию в нужное русло. Его дар работает. Золотое сияние переливается в его ладонях, проникая в тело ребенка. Пятна крови на асфальте исчезают, ссадины и ушибленная голова словно испаряются, под удивленные возгласы людей вокруг. Ещё несколько мгновений и Луи убирает руки с детского тела, ожидая результата. Мальчик распахивает свои зеленые глаза и тут же растеряно моргает. — О, Господи, — вмиг подвинувшаяся мать ребенка хватает его на руки, что-то судорожно бормоча. И едва Луи подымается на ноги с помощью Гарри, слышит слова благодарности от людей вокруг. Некоторые из них шокированы и не могут произнести ни слова, другие считают это чудом. Луи растеряно кивает головой и направляется к машине вместе с Гарри. Под второй бокал виски он осознаёт, что сделал. Спасенная жизнь стоила ему слишком дорого. Теперь все в этом захудалом городке знают, что он волшебник, хотя таковым он никогда себя не считал. Он не чувствует себя героем, даже когда Гарри говорит ему об этом. — Ты слишком громко думаешь, — юноша подходит к нему сзади и нежно касается его плеч сквозь шелковую рубашку. Он массирует его плечи, опускаясь ладонями на ключицы и наклонятся к уху. — Я горжусь тобой, ты поступил правильно. В этот вечер Луи впервые засыпает забыв принять мелатонин. И какого его удивление, когда на утро он просыпается не от кошмаров, а от первых лучей солнца, просачивающихся сквозь плотные шторы. Посапывающий рядом Гарри и чувство спокойствия - вот чего ему не хватало долгое время. Через несколько часов он предложит ему переехать в другое место - более уютное и с большими перспективами, где они смогут построить свою жизнь заново. Его мать спустя три месяца встретит мужчину по имени Пьер, который переехал в город, чтобы купить земельные участки для постройки фермы. Это будет любовь с первого взгляда и Джей впервые в жизни обретёт женское счастье. Гарри станет легендой в мире моды, как самый молодой дизайнер, имеющий сеть своих фирменных магазинов, а Луи наконец-то оставит прошлое позади и научится жить, не используя свой дар по назначению.