Замороченность

      Варю бесит, что тот красивый лифчик с фиолетовым кружевом очень быстро стал ей мал как назло. Она успела его поносить, но всё же. Раньше её бесило, что фигура в четырнадцать у неё всё ещё прямая как бревно, однако к концу четырнадцати лет её бесили округлые формы. Может, ей и нравилось, как выглядит её тело, но при этом... Всё случилось как-то внезапно. И ладно просто непривычные рост и объёмы, но непривычная грудь болела перед критическими днями, а бёдра сшибали всё, что стояло на краю. Варя не привыкла к своей вдруг проснувшейся женственности.       И ещё Варю бесили прыщи. Далеко не всегда средства помогали, поэтому в любой момент красный недруг мог выскочить на подбородке или, что хуже, на лбу. Как в этот раз, аккурат перед школьной постановкой на восьмое марта. Красная точка появилась утром на той стороне лба, которую Варя обычно не прикрывала волосами.       Седьмого числа классная руководительница отпустила восьмой класс с последнего урока литературы. Небольшая постановка требовала подготовки, поэтому четвёртый урок те ученики, кто принимал участие в сценке, проводили в пустом кабинете истории. Те, кто отказался участвовать, или кому не хватило роли, сидели в кабинете и ждали звонка. Кто-то хотел убежать, но классрук запретила, а кто-то хотел посмотреть на выступление.       — Хватит переживать, Варь, — ткнула подругу в плечо Маша. — Из зала не увидят.       — Как будто меня только это волнует, — буркнула Варя, щёлкая зеркальцем с орхидеями из стеклянных кристалликов — подарок Алёнки.       — Буранова, долго тебя ждать?! — осуждающе прикрикнула староста и постановщик сценки Валя.       Варя тут же выскочила на пространство «сцены». Выступление у восьмого класса было необычное: по сюжету стандартный сорванец Петька не уважал девчонок, и приснилась ему однажды фея, которая отправила Петьку в мир без девчонок. Там ему и списывать не давали, и учителя проколов не прощали, и готовить-стирать никто за него не хотел. В конце сценки Пете вновь являлась фея, и тот спрашивал, как же девчонки с такими мальчишками уживаются?       — А если не мы, то кто? — склонившись, ответила Варя однокласснику. Почему-то именно он производил впечатление нарушителя, хотя в реальной жизни таковым не являлся. — Вы же сами сбросили домашние дела на девчонок, а мы что, мы не гордые.       — Фея, пожалуйста, верни меня обратно, — взмолился Никита-«Петька». — Я никогда больше девчонок за косички дёргать не буду! И маме помогать буду! И сестре!       — Ну раз так, — повела плечами фея Варя и взмахнула импровизированной палочкой-карандашом, после чего убежала «за кулисы».       — Всё, отлично, — хлопнула в ладоши Валька, когда Никита воссоединился с «семейством» — Машей-мамой и Снежкой-сестрой. — И только попробуйте налажать! — В этот момент прозвенел звонок с урока — через пятнадцать минут все желающие и выступающие должны были находиться в актовом зале. — Варь, бегом за этой твоей шалью. И простыни, простыни не забудь!       Все знали: Варя, Снежка и Маша живут на школьном чердаке. Кому-то это казалось странным, но директора всё устраивало — мало кто знал, что тот из потомков сказочных. И сейчас Варю отослали взять часть реквизита для сценки.       Девушка, запыхавшись, взбежала в помещение на крыше и бросилась к шкафу с постельным бельём. Всё быстро, быстро, ей ещё надо шаль найти...       — Потеряла что-то?       Варя вскрикнула от неожиданности, пригнулась и посмотрела в сторону дивана. Она не заметила, когда залетела на чердак, что там, развалившись, сидит нежданный гость Влад. Он пил чай из большой кружки, которую обычно никто не трогал.       — Ты что здесь делаешь? — без эмоций в голосе и без особого интереса спросила Варя, продолжая тащить из шкафчика тонкую простынь в цветочек.       — И никакого тебе «здрасти», — протянул Влад. — В гости я, с королями.       — Алёнкины родители здесь? — удивилась Варя. Она уже начала вытаскивать маленькую подушку, которую надо было положить на игравшую роль кровати лавочку на сцене.       — А как же, — фыркнул Влад. Он поднялся и приблизился к Варе. — Они почти не ходили на такие ваши праздники, а тут их дочь участвует. Что ты делаешь?       — Реквизит ищу, подержи. — Варя без обиняков дала Владу подушку и простынь в руки. Тот без пререканий взял. Варя полезла в ящики внизу, где должна была быть шаль. — И ещё я тоже там играю.       — И кого же? — усмехнулся Влад. — Куст репейника или приведение?       — Стрибога ради, не язви, — процедила Варя, расставив руки. Где же эта шаль?       — Значит, репей, — довольно ответил Влад. Варя, наконец, увидела мамину шаль. — Я угадал, а, Колючка?       — Вообще-то, фея, — гордо вскинулась Варя, накидывая насыщенно-фиолетовую шаль на плечи и ногой закрывая нижнюю полку.       Влад молчал, молчал даже тогда, когда Варя, игнорируя его, подошла к зеркалу, чтобы поправить бахрому. Серебристая вышивка с аистами из стекляруса переливалась на свету, однако идея просто завязать шаль на узел Варе была не по нраву. Волшебница подскочила к тумбочке, где лежала шкатулка с бижутерией. Среди всего блестящего добра лежала брошь куда более дорогая, чем могло показаться: родители подарили Варе простое украшение с необычным камнем. Сиверит переливался из тёмных оттенков в светлые в зависимости от температуры ветра. И сейчас кругляш сиверита в окружении серебряных цветов был очень тёмным, что Варе не нравилось. Девушка принялась дышать на него тёплым дыханием.       — Что ты делаешь? — Влад недоумённо скривился. — И что с тобой, ты даже на Колючку не отреагировала.       — Нужна мне твоя Колючка, — пренебрежительно ответила Варя. Она повертела брошь на свету. Сиверит стал чуть сиреневым, так он больше подходил к тёмной шали. — Я уже выросла из того возраста, когда на такое реагируют.       Влад помолчал. Неужели даже у бывше-князя нет слов, чтобы парировать? Варя разгладила шаль на плечах и глянула на Влада. Что ж, юноша с подушкой и простынёй в руках действительно с каменным лицом смотрел на Варю сверху вниз. Он всё так же оставался выше неё на полголовы. Варя смирилась с тем, что почти достигла своего максимума в росте и даже немного переросла других девочек из патруля. Однако рядом с Владом девушке захотелось получить ещё пару сантиметров.       — Действительно выросла, — как-то бесцветно сказал Влад, качнув головой, отчего обе серьги-пластинки крутанулись, и свет из окон полоснул по ним. Варе отсвет мельком попал в глаз. Затем она молча протянула руки за реквизитом.       Девушка убежала обратно в школу. Не прощаясь и ничего не говоря. Она не видела, как Влад смотрел ей вслед с весёлой улыбкой. Из-за нечастых встреч он не мог видеть постепенное изменение Вари, однако он видел разницу между тем, что было в прошлый раз и сейчас. И так в каждую встречу.       На столе зашуршали лепестки Цветика, который хотел поговорить. И он выдал то, о чём думала и рассказывала подругам сама Варя.       И даже сейчас, на бегу, Варя думала, что влюблена. Влюблена в Никиту Лескова, с которым играла сегодня в сценке и с которым сидела за одной партой. Обычно не склонная к излишней романтичности Варя надеялась, что те редкие взаимодействия Никиты с ней всё же могут что-то значить.       Выступление прошло на отлично. Варя полностью сконцентрировалась на своей небольшой роли, и даже решивший постоять у дверей зала Влад не отвлекал её внимание. Потому что сначала девушка наблюдала за ходом сценки из-за кулис, а когда наступала её очередь играть — она смотрела на Никиту и как во сне произносила заученные слова.       — Варь, не хочешь на крышу прогуляться? — вдруг после всего подошёл к названой Бурановой Никита.       Как она могла ему отказать?       Никуда не спеша, оба дождались, когда большинство человек покинет актовый зал, а уже потом вышли в гудящие коридоры. С каждым этажом звуки стихали, вернулись они лишь на крыше. Внизу младшие школьники носились и громко что-то обсуждали, роняя друг друга в ещё почти нетронутые солнцем сугробы.       — У тебя же, ну, нет парня? — издалека начал Никита, когда они вдвоём стояли у ограждения. Варя повернулась к однокласснику той стороной, на которой не было прыщика, и взглядом нашла Алёну и её рыжих родителей рядом со школьным крыльцом.       — Нет, — ответила Варя. Она увидела, как Алёна почти висит на плече Абрикосова. Как-то незаметно для остальных полгода назад эти двое начали встречаться. Хотя, этого итак все ждали.       — Тогда... — замялся Никита. — Не хочешь встречаться со мной?       Варвара замерла, зато её сердечко запрыгало в груди от радости и удивления. Неужели, неужели он говорит это ей?       — Я очень даже не против. — Варя сдержано улыбнулась, хотя готова была плясать от счастья. Что и сделала вечером на чердаке. У сквозняков появилась новая тема для разговоров.