За кадром: Благословение Небожителей

Больше, больше гламура И макияжа, и маникюра, Больше, больше гламура…

— Это правда, что в сцене с красным паланкином, фраза Се Ляня о «двух подружках невесты» — это чистая импровизация, и сцена изначально выглядела иначе?

***

— Главное ничего не размазать, — прикуривая сигарету, бубнит Му Цин. Эта чертова помада выводила из себя, нужно быть очень аккуратным, чтобы ничего не смазать, потому что второй пытки с этим дурацким макияжем он точно не выдержит. Но курить то хочется! Причем страшно, а все из-за нервов. Ему все время казалось, что «штукатурка» на лице того и гляди потрескается. Серьезно. Сначала ему нанесли какую-то хреновину, типа грунтовки — это чтобы макияж хорошо наносился, потом по лицу прошлись шпаклевкой «цвета слоновой кости», и в конце всю эту красотень закрепили пудрой, ну чтоб уж наверняка. Му Цин так и не понял, что такое «цвет слоновой кости», но, по-видимому, это на женском языке означало белый. Гример хвалила его брови, сказав, что они идеальной формы, и их не надо «пропалывать». А вот Фэн Синю повезло меньше. «Надо полоть» — сказала гример и, оскалившись, взяла в руки… нет, не тяпку — пинцет. Страшное оружие. Му Цин слышал о такой штуке как эпиляция и даже один раз ради интереса попытался выщипать волосы на руке, но пришел к выводу, что легче отрубить себе руку, чем терпеть эту пытку! Поэтому он с состраданием смотрел на стоически переносившего всю эту хрень Фэн Синя. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда гример поднесла к бровям орудие пытки. Кремень! Спустя три часа издевательств и унижений всё было закончено. Му Цин смотрел на себя в зеркало и наконец смог понять фразу: «Страшно красиво», при чем главным тут было именно страшно. И все это только ради одного дубля! — Млять! — возмущается Му Цин, затягиваясь. — Будь мужиком и терпи, — вздохнул Фэн Синь, поправляя розочку в волосах. Му Цин аж закашлялся. Они вышли на улицу и теперь стояли под зонтиком в ожидании Се Ляня, которого как раз гримировали. — Кхм-кхм, предупреждать надо, — откашлявшись. Бедолага Фэн Синь был не лучше самого Му Цина: накрашенные глаза постоянно слезились. Актер то и дело вспоминал знаменитую фразу: «Поднимите мне веки!», а все потому что приклеенные опахала, иначе и не скажешь, казались жутко тяжелыми. Но это еще пол беды, настоящим испытанием оказалось платье, потому что ни один фасон платья не мог скрыть широких плеч. Пришлось выкручиваться и прикрыть мужественные плечи шалью. — Сцуко-о-о… Как же чешется, — прохрипел Фэн Синь, в очередной раз пытаясь почесать глаза, за что тут же получил по рукам. — Размажешь же. От безысходности хотелось выть волком. В платье было ужасно неудобно, съемки велись на натуре, на улице стояла невообразимая жара, а режиссер как на зло решил сделать перерыв. Ну что за закон подлости! — Будешь, — проговорил Му Цин, протягивая напарнику бутылку с ледяной водой. — Угу. — А ну стоять! От неожиданности бедный Фэн Синь аж подпрыгнул. — Чуть не забыл, — вытаскивая хрен пойми откуда припрятанную трубочку от пакетика с соком. Помада. Чертова помада! Даже воду из бутылки нормально не попьёшь. Фэн Синь на секунду замер и как-то странно посмотрел на собрата по несчастью. — Ты чего? — Честное слово, Цин, я б на тебе жени… — Еще одно слово, и я тебе вдарю, — прошипел Му Цин. — Даме не пристало размахивать кулаками, — едва сдерживая смех, пробормотал Фэн Синь. — Я вообще-то тебе комплимент только что сделал. Хотелось возразить, но губы сами собой расползлись в улыбке. В этот момент их окликнули. — Эй, красотки! К ним спешил Се Лянь при полном боевом параде в наряде невесты, аки грациозная лань. Что самое интересное, ему это шло! Что за несправедливость?! Парни переглянулись меж собой. Первым не выдержал Фэн Синь. Откашлявшись, он произнес со всей серьезностью, на которую был способен, видя ахреневающее выражение лица Му Цина, застывшего с сигаретой в руках: — Завидуешь? Му Цин что-то фыркнул себе под нос, отвернувшись, чтобы выбросить сигарету, и почему-то Фэн Синь на сто процентов был уверен, что кто-то только что закатил глаза. — Да щаз-з-з, — невозмутимо ответил Му Цин, одним манерным жестом поправив выбившийся локон из прически. — Я всё равно лучше! — Пффф! — Даже не думай. — Пффф, ха! Не поддаться заразительному смеху Фэн Синя было не возможно. — Да харе ржать, зараза! — хохоча в ответ. — У меня из-за тебя тушь потекла!

***

В итоге эту сцену с «двумя подружками невесты» пришлось переснять, а фраза Се Ляня — это чистой воды стёб, ему-то пришлось играть невесту до конца.