Expecto Patronum

- Ты - сумасшедшая. А я повторю еще, еще и еще раз. Ты - сумасшедшая. - Дина, я думаю, она догадывается. - Я попрошу не обсуждать меня в третьем лице. - Мы не пойдем туда. Это ненормально. Это неправильно. Так нельзя. Мы не должны, не имеем права, все что угодно. - Не будь занудой. Ксеня поперхнулась и не сразу нашлась, что ответить на такое заявление. - Это… Весело, я думаю, - продолжила Олеся. - Интересно. Почему не попробовать, если есть возможность? - Весело?! – вытаращила глаза Ксеня. – Это весело, да? – руки на пояс, учительский взгляд сверху вниз. – Знаешь… ты… у тебя вообще… лишь бы только весело… - Ну не ходи, - спокойно парировала Олеся. – Не ходи, кто тебя заставляет. - Ну да, конечно, чтобы я сидела и молчала. И покрывала – покрывала, понимаешь ты! – вас перед директором. - Ты предлагаешь пригласить ее с собой? – вежливо осведомилась Олеся о судьбе директрисы. - Ты хоть понимаешь, какой детский сад устраиваешь… - Ну и что. Хочу детский сад, значит будет детский сад. - Воспитательница уже есть, - поддакнула молчавшая до того Дина. Холодное море пенилось близ валунов у них под ногами. Пахло солью, кричали чайки. От холодного воздуха забавно-восторженно сосало под ложечкой. Хотелось взлететь вверх на метле, станцевать вальс или геройски кого-нибудь спасти. - Директриса никогда нам не разрешит. Никто нам вообще не разрешит. - Это ладно, - добавила обычно немногословная Дина. – Мы вообще не имеем права кому бы то ни было об этом рассказывать. - Почему? – не поняла Олеся. Дина молча посмотрела на нее с выражением лица, говорившим: «Ну, будет как всегда, как я устала от этого». Сидеть на камнях было холодно и твердо. Сухая желтая трава шуршала под ногами. Чайки, мелькая бело-черными телами, кружили над волнами, выискивая рыбу. - Потому что… - мрачно припечатала Ксеня. Они сидели втроем у крепостной стены. Три девчонки, подруги с первых лет в школе. Синие школьные форменные платья придавали им довольно необычный вид: однотипные прямые сарафаны, в подолах которых все время приходилось путаться во время быстрого бега. Однотипные белые рубахи. Волосы – строго по форме – обязательно распущены. В волосах – одинаковые – венки из желтых цветов – символ школы. Холодный ветер не собирался стихать, и все так же заставлял их лица и руки мерзнуть. - …Ты сумасшедшая… - еще раз протянула Ксеня, проговаривая вслух мысль, которая снова и снова крутилась у нее в голове. Лицо Олеси, до этого бесшабашно-задорное, по-детски настроенное, теперь приняло серьезное и твердое выражение: - А что нас держит, - как-то холодно, спокойно и отчужденно ответила девушка. Дина непонимающе посмотрела на нее, но Ксеня, кажется, уловила смысл и настроение слов. - Я говорю, что мы в любом случае. Ровным счетом ничего. Не потеряем. - Уезжать надо отсюда, - тихо, спокойно, твердо и очень серьезно, совершенно изменившимся тоном сказала Ксеня. Олеся протянула руку для закрепления договора. «Решено?» - как бы говорил ее взгляд, которым девушка обвела лица подруг. Ксеня еще раз серьезно вздохнула. Отчетливый запах холодной морской воды привычно въедался в ноздри. - Мы - сумасшедшие, - наконец, констатировала она. И протянула руку в ответ. Три холодные ладони легли друг на друга: одна худенькая, сухая, маленькая и тонкая, - и две большие и широкие. Золотистая лента медленно переплела их запястья, не давая разнять ладоней, ожидая, пока девушки будут мысленно готовы принести клятву. Закрыв глаза, вслушиваясь в темноту и шум прибоя, они недвижно сидели рядом. «Кошмар, - тихо думала про себя Олеся. - Какой кошмар. Во что мы все-таки влезли».