Снова и снова

Алкоголь льется рекой. Все-таки, последняя вечеринка перед выпускным вечером была сумасшедшей. Следовательно, она должна надолго запомниться. Завтра ученики выпускного класса старшей школы попрощаются со своими учителями, а также и друг с другом. Каждый из них станет теперь взрослым самостоятельным человеком и, если повезёт, поступит в университет и добьется своих целей длиною в жизнь, а если нет — пойдёт подметать улицы или, ещё того хуже, на трассу. Юнги сидит на улице и допивает какое-то дешёвое пиво из жестяной банки. Прохладный ветерок покалывает горячее от алкоголя тело. Ему бы уже остановиться и пойти домой спать, но хочется ощутить всю прелесть взросления с ошибками молодости, так, что на следующий день было бы ужасно стыдно. Как там говорят: вечно молодой, вечно пьяный? Так вот, Мин Юнги знает это не по наслышке. Он обычный парень без понтов, выращенный улицей, где все живут по понятиям, но при этом совсем не хулиган и не какой-нибудь гопник. Да, бывали драки и стрелы, но юноша так редко в них участвовал, что это даже не считалось. — Э-э-э, братан, че ты здесь сидишь? Яйца простудишь. Юнги улыбнулся, показывая дёсна и приподнял почти пустую банку кверху, чокаясь с воздухом. Парень подошёл и сел рядом с Мином. — Ну и что? Нашёл себе кого-нибудь? — Я тебя умоляю, Хосок! — Юнги снова засмеялся. Парень пихнул Мина локтем в бок, улыбаясь, и забрал напиток. — Ты че, все выжрал и мне не оставил? — Ну прости! — Юнги лёг другу на плечо. — Где ты был? Я тебя ждал и не дождался. — Да была там одна делюга. — Какая делюга? Красивая? Чон засмущался и отвернулся. — Да ладно тебе! Пользоваться девочками в невменяемом состоянии — не плохо, Хоби. — Ну, конечно! А сам-то че не воспользуешься? У меня там таких полный дом! — Да, — Юнги махнул рукой, — настроения нет. — Как хочешь. Кстати, сколько ты уже выжрал? — Восьмая банка? — Мин повернулся к другу, их взгляды столкнулись, и парень заметил шокированный взгляд перед собой. — Охренеть! — Да, что-то много. — А че ты тогда ещё трезвый такой? — Смотри, фокус! Юнги встал с огромного камня, на котором сидел с Хосоком, и аккуратно сделал пять шагов вперёд. Его голова резко закружилась и его сильно затошнило, поэтому он просто рухнул на свежескошенный газон. — БЛЯТЬ! ШУГА! — Хосок подбежал к другу, который лежал на траве как безжизненный кусок мяса. — Вот это фокус! — Главное, не вставать! — Юнги начал ржать, а потом вдруг перестал. — Ой, бля, я щас… Не успел парень договорить, как из него вырвалось все, что он съел и выпил сегодня. Хосок с отвращением смотрел, как его друга стошнило, но все же помог. — Ты как? Встать сможешь? Мин что-то промычал. Чон аккуратно положил его руку на свою талию, а другую — на плечо. Резким рывком он поднял друга с газона и потащил почти волоком в дом. Внутри было очень жарко, пахло духами, дезодорантом, потом, алкоголем, сигаретами и ещё кучей всего неизвестного, но любимого молодежью. Слава Богу, спальня Хосока была на первом этаже, и туда было приказано ни под каким предлогом не заходить, потому что комната Чона — его личное пространство и никто не в праве туда соваться. Толпа не обращала внимания на полуобморочного Юнги, которого Хосок так отчаянно тащил, танцуя или играя в приставку и занимаясь другими вещами. — Та-а-ак, — протянул Чон, закрывая за собой дверь, — сейчас я тебя положу спатеньки! Юнги что-то недовольно промычал, но находился уже в полудрёме, а Хосок положил его на кровать. Парень вытащил одеяло из-под лежащей на постели тушки и укрыл его по шею. — Ну все, сладкий мой, спи! — Чон засмеялся при виде пьяного, но милого друга на своей кровати. Он был похож на котёнка. Юнги сразу заснул на удобном месте, не обращая внимание на головокружение, непроходящую тошноту и шум в доме. Музыка не прекращалась. Ещё пока что школьники играли в игры и вели себя очень шумно.

***

Прошло уже пару часов после того, как Хосок притащил друга в свою комнату. Сам же он был где-то с одноклассниками. То ли пил на спор, то ли играл в бутылочку. Одно было ясно точно: Чон умеет веселиться и пить тоже умеет, поэтому и проводит время с людьми, в отличие от недоалкаша Юнги. Мин резко проснулся. Глаза то открывались, то закрывались. Он не понимал, где находится. Его все ещё мутило, но было намного легче, чем до этого. Всё-таки сон — лучшее лекарство. Он, кажется, немного протрезвел. Юнги захотелось пойти подышать свежим воздухом и сел на кровати, пытаясь подняться с неё, но вдруг в комнату зашёл какой-то парень. Мин знал, что никто, кроме Хосока не смог бы зайти сюда, поэтому радостно-радостно крикнул, разводя обеими руками: — Хоби! Парень, зашедший в комнату, вздрогнул. Он все ещё стоял спиной к Юнги, не поворачиваясь, и было видно, что он явно не ожидал увидеть здесь кого-то. Улыбка Мина резко сошла с лица. — Ты что здесь делаешь? — спросил он, его голос местами пропадал, а язык заплетался. Незнакомец, кажется, сглотнул, а потом тонким голосом произнёс: — Прошу прощения, я искал Хоби-хёна. Юнги понял, что вошедший человек младше него, поэтому вдруг почувствовал себя каким-то крутым старшеклассником. Ему захотелось поиздеваться над мелким. — А его тут нет! — сказал он с ухмылкой. — Зачем он тебе? — Мне просто нужен Хоби-хён. — Ну а что тебе надо-то от него? — алкоголь в крови делал Мина очень разговорчивым. Не таким, каким он был на самом деле. Парень у двери безнадёжно вздохнул. — Иди сюда, я расскажу тебе кое-что. — Мин махнул подростку рукой, подзывая. Паренёк послушно подошёл к нему. — Садись! — Юнги похлопал по кровати. Мальчишка присел на краю. — Хоби-хёну сейчас некогда, но ты можешь спросить меня. Парень поджал свои пухлые губы. — Я подожду его здесь, — ответил он. — Ладно, — манера разговора Юнги была сейчас особенно продолговатой и спокойной-спокойной, если бы не пьяный голос. Между ними возникла тишина. Мальчишка не уходил, а Юнги не мог долго молчать. — Боишься меня? Паренёк отрицательно помотал головой. — Вот и правильно! Как тебя зовут? — Пак Чимин. — Я Мин Юнги. Очень приятно познакомиться! Чимин кивнул, он, хоть и сидел на кровати, не решался прямо взглянуть на Юнги, только аккуратно, через плечо. — Ну а что ты здесь делаешь, Чимин-и? Ты же не выпускник. Пак отрицательно помотал головой, но не ответил на вопрос, предпочитая играть в молчанку. Алкоголь творит с людьми страшные вещи. Юнги — человек, никогда не имевший никого в качестве партнёра, вдруг почувствовал влечение к незнакомцу. Мин только что понял, что парень перед ним очень красив. У него были тёмные волосы, милые черты лица: пухловатые щёчки, очаровательные глаза с длинными ресницами и полные розоватые губы. Парень с интересом смотрел на мальчишку, задерживаясь взглядом на определённых местах, вроде шеи и рук. — Чимин-и, а у тебя есть девушка? Пак улыбнулся и чуть покраснел. Хоть в комнате было достаточно темно, только светильник с розоватым светом освещал комнату, Мин заметил смущение парня. Мальчишка снова мотнул головой. — А почему? Ты такой красивый! — Не знаю… Мин сидел на кровати с ногами, укрытый одеялом, и подозвал мальчика ещё ближе к себе: — Двигайся сюда. Пак продвинулся ближе к Юнги. — Чимин-и, давай ждать Хоби-хёна вместе, договорились? Пак довольно кивнул. Вместе ждать как-то веселее. Они оба молчали, Юнги громко вздыхал, ведь его голова жутко раскалывалась. — Что-то его долго нет, — произнёс Чимин и тоже вздохнул. — Да… Тогда, может, — Мин сглотнул, — ну… — Что? — удивился Пак. — … выпьем немного? — Я не знаю, хорошая ли это идея, я никогда не пил раньше. Юнги улыбнулся. — Когда-то же нужно начинать! Сиди здесь, я сейчас вернусь! Мин встал с кровати и, пошатываясь, пошёл к двери, еле дойдя до неё, затем он вышел в зал к другим людям. Через минуту он вернулся с двумя бутылками и пластиковыми стаканчиками. Парень закрыл дверь ногой, так как обе его руки были заняты. Чимин открыл рот от удивления. — Неужели это все нам? Мин гордо кивнул. Пак сглотнул, следуя глазами за старшим, садившимся обратно на кровать. — Так, — начал старший, — держи, — и протянул стаканчик младшему. Тот неуверенно взял его. Юнги налил ему что-то из бутылки, а затем плеснул и себе. Пак наклонился к стакану. Пахло чем-то незнакомым, совсем невкусно. Чимин скорчил лицо. Юнги засмеялся. — Так, смотри, Чимин-и, закусок у нас нет. Но это нестрашно. Мы и так справимся. Теперь подноси стаканчик ко рту как я. Это просто, давай! Пак недоверчиво посмотрел на хёна, затем на полный алкоголем стакан, и вздохнул. Он действительно никогда не пробовал алкоголь. Было как-то уж очень страшно. Тем временем Мин залпом осушил свой стакан. Хён заметил, что младший не пьёт. Пак выглядел таким растерянным. — Чимин-и, ну почему ты не пьёшь? — он поднёс руку к чужому стакану и поднял ко рту Пака, затем наклонил под таким градусом, что алкоголь сам лился парню в рот. Чимин недовольно замычал, а по его подбородку стекала жидкость. Пак чувствовал, как его горло неприятно жгло. Вкус алкоголя был таким ужасным. Чимин чувствовал себя виноватым, ведь он не должен был пить сейчас. Паренёк думал, что алкоголь — это что-то стоящее, раз взрослые его так любят, но очень разочаровался, когда узнал, что это на самом деле такое. Вкус у него, конечно, противный. И запах тоже. — Так, давай, до дна! Чимину пришлось выпить все до капли, ведь хён этого требует. А старшим отказывать нельзя. — Ну как? — Не очень, — произнёс парень на выдохе. Его голос почти пропал, а прекрасное милое личико перекосило в отвращении. Горло все ещё больно жгло. Юнги ухмыльнулся, произнеся: — Давай по второй! — Нет! — возразил Чимин и начал кашлять. — Давай, Чимин-и, ты потом сам ещё спасибо скажешь. Юнги взял стакан у младшего и налил в него ещё немного какого-то розового вина, проговаривая: — Пей. Пак молча вздохнул, смотря на полный стакан, и выпил все за раз. На этот раз ощущения были немного приятнее. Ну как приятнее, это было уже не так противно. — Молодец! Чимин слегка улыбнулся, приподнимая лишь уголки губ. Мин поражался податливости мальчишки и налил ему ещё. Сам же он, кстати, после первого стакана больше не пил. Чимин выпил и этот стакан. В голове как-то все потяжелело. Конечности становились ватными, а реакция — заторможенной. У парнишки раскраснелись щеки и он убрал свои тёмные волосы со лба. Юнги внимательно следил за всем этим, облизывая губы, и ощущал на них тот самый вкус вина. Мин поймал себя на мысли, что это парень, сидящий с ним на кровати, довольно горяч. Он серьёзно посмотрел на него и затем сказал: — Ещё! Чимин капризничал и отказывался пить, но Юнги продолжал смотреть на него с интересом. — На, пей! — Хён, мне же плохо будет! — почти всхлипывал Чимин. — Не будет, пей! — голос старшего похолодел и погрубел. Пак осушил и четвёртый стакан. — Я пойду, хён, раз уж Хоби-хён не приходит. Юнги молча смотрел за действиями мальчика. Тот встал с кровати и собирался пойти к двери, но алкоголь в его крови, по видимому, был сильнее, и его ноги подкосились. Мин соскочил с кровати и успел поймать парня в свои руки. Они стояли так близко, что ощущали чужое дыхание перед собой. Чимин тяжело дышал, а Юнги облизнулся. Какое-то странное чувство появилось у него сейчас. Старший впритык стоял к Паку, а второй улыбнулся. — Хё-он, — протянул Пак, он уже был в стельку пьян, — а почему ты так на меня смотришь? Мин схватил младшего за талию, а затем резко вцепился в его губы своими. Чимин пытался вырваться, отталкивая старшего за плечи, но тот не отставал. Хён толкнул младшего на кровать. Чимин испуганно смотрел на него и не понимал, что происходит. — Хён, что ты… Мин облизнул шею младшего, останавливаясь на некоторых участках кожи и оставляя багровые засосы. — Хён, пожалуйста… Не надо, хён! Чимин вырывался, но Юнги держал его очень крепко, не позволяя двигаться. — Веди себя хорошо, Чимин-и! — возбуждённо шептал Мин. Пак умолял прекратить, но старший не останавливался. Он уже снял штаны с младшего и перевернул его на живот. — Будь хорошим мальчиком, Чимин-и! Пак всхлипывал и кричал: — Пожалуйста, прошу тебя, хён! Прошу, хён, не надо! — он быстро дышал, но Юнги не переставал. Мин одним движением стянул с себя штаны и нижнее бельё и затем резко вошёл в Чимина. Пак кричал очень громко, захлёбываясь в слезах и все ещё повторяя: — Прошу тебя, хён, не надо! Прошу тебя, не надо! Это даже забавляло Юнги. Все эти крики и рыдания младшего были для Мина знаком, что он здесь главный, и никто и ничто его не остановит и не заберёт это право. В один момент Юнги ощущает сильный удар по голове чем-то тяжёлым. Все его тело моментально обмякает, а дальше — темнота.