Любовь с ограничениями

      Большая ошибка Изуру заключалась в том, что он закрылся в себе. Из-за этого он не сразу смог ощутить печаль в голосе Аяме. Барбара тоже в последнее время вела себя напыщенно и самодовольно. Кто бы мог подумать, что такая одновременная смена их характера была взаимосвязана и завязана на одном телефонном разговоре.       — Проклятье! — выругался Изуру, проверяя историю звонков, в числе которых значился один отвеченный.       Все утро он пытался подбодрить сестру, при этом не поднимая интересующей его темы. Аяме часто отводила взгляд, была немногословна. Улыбка и вовсе исчезла с ее лица. Когда брат предложил прогуляться перед работой — она лишь коротко покачала головой.       «Если Барбара рассказала ей все о том, чем мы занимаемся в рабочее время… А если еще и переврала и подала это так, чтобы задеть Аяме еще сильнее…», — эти мысли мучали Изуру все утро. Это очень сильно повлияло на и без того натянутые отношения брата и сестры.       — Давай погуляем, когда у тебя будет выходной, ладно? — тихим голоском произнесла Аяме прямо перед уходом брата на работу.       — Да, конечно же погуляем. Обещаю, мы проведем весь день вместе.       — Спасибо. Я рада…       Эти слова Аяме произнесла словно против чей-то чужой воли. Словно кто-то велел ей не делать этого, но она не смогла побороть собственных желаний. Изуру поклялся себе, что как можно скорее решит все свои проблемы, и Аяме больше не придется волноваться из-за того, что брат с кем-то…       «Но… она так сильно переживает об этом. Нет, еще важнее то, что я об этом переживаю не в меньшей степени. Выходит, одна лишь девушка, что встала между нами — уже рушит устоявшиеся взаимоотношения. Это выглядит так, сложно нам обоим суждено быть единственными друг для друга.»       То, с чем Изуру пытался бороться, то, что он отчаянно пытался отрицать — это чувства к его родной сестре. И он понимает, что Аяме ощущала то же самое. Достаточно только представить, если бы у сестры появился парень. Наверно, Изуру бы впал в отчаяние, не желая отдавать кому-либо свою родную сестру.       Всю дорогу до магазина Изуру испытывал ненависть. Он уже представлял себе лицо той ехидны, которой готов был хорошенько врезать за то, что лезет не в свои дела. В обычной ситуации парень никогда бы не поднял руку на женщину, но когда она сама с такой жаждой напрашивается…       — Доброе утро, зайчик, — Барбара уже приветствовала коллегу на входе.       Изуру, не желая смотреть в ее отвратительное лицо, прошел мимо ко входу, бросив в ответ лишь:       — В раздевалку. Нам нужно поговорить.       — Оу, мне нравятся наши утренние беседы по утрам. Надеюсь у тебя есть лишняя резинка? Не хочу опять брать с прилавка.       Парень проигнорировал девушку. Он готов был взорваться прямо здесь, но здравый смысл не позволял.       Оказавшись наедине с Барбарой, Изуру тут же перешел к делу:       — Что ты сказала моей сестре?       Сложив руки на груди, Барбара оперлась спиной о стену за собой. Ее нисколько не удивило, что правда всплыла на поверхность так быстро.       — То, что должна была. А что, она расплакалась?       — Хватит. Прошу, просто скажи мне… — Изуру не желал ситуации, когда ненависть возьмет над ним вверх, поэтому просил сказать ему спокойным, умоляющим голосом.       — Тц. После того, как я скажу тебе, нашим отношениям придет конец?       — Не было никаких отношений.       По комнате раздался звонкий хлопок. Ладонь Барбары, прорезав в воздухе линию, угодила прямо в щеку парня, к которой теперь стремительно подступала кровь.       — Мерзавец. Думал, поиграешь со мной, и все, вернешься к своей любимой сестренке?       — Это я играл с тобой?       — Не припомню, чтобы ты особо сопротивлялся. Да, я использовала тебя для собственного удовлетворения. Но даже не смей говорить мне, что не делал того же самого.       Как бы Изуру не пытался отрицать этого, но каждое ее слово било точно в цель. Парень прекрасно помнил те моменты, когда, смотря на сестру, в нем бушевала буря — просыпалось желание, которое необходимо было как можно скорее высвободить. И под рукой всегда оказывалась Барбара, готовая унять эту потребность.       — Моя сестра… Это никак не касается ее.       — Думаешь мне не тошно смотреть на тебя? Мерзость. А я ведь хотела помочь, между прочим.       Кулаки Изуру уже сжались, зубы заскрипели. Даже Барбаба ощутила этот гнев, направленный в ее сторону. Но это чувство было ошибочным — весь гнев Изуру был направлен на самого себя.       — Я просто хочу знать, что ты сказала ей. Она держит все в себе, не делится со мной. Как брат, я должен знать, что лежит у нее на душе. Я умоляю тебя. Если надо, я готов упасть на колени!       Эти слова парня звучали так искренне, что Барбара смягчила взгляд, испытала каплю стыда за заварушку, которую сама и устроила. Но отступать так просто не собиралась.       — Сегодня после работы ты поедешь со мной в отель.       — Ч-что?       — Ты слышал меня. Проведешь со мной незабываемый вечер, и я расскажу все.       — Никогда не упускаешь своего, — вздохнул Изуру.       Выдержав паузу, Барбара с какой-то горечью, шепотом произнесла:       — Возможно… уже упустила.       До самого вечера они так и не обменялись ни единым словом. Уже после закрытия парень ждал ее напротив входа. Барбара куда-то позвонила, по всей видимости, заказала номер в отеле. Изуру же собирался позвонить сестре и сообщить о том, что задержится допоздна, но, вспомнив, какая проблема нависла над братом и сестрой, тут же отмел эту идею. Сейчас он не знал, как будет лучше. Наверняка сестра тут же поймет, какие планы наметил для себя Изуру и в компании какой женщины находился. Он просто молча помолился богу, что Аяме поужинает и ляжет спать, не тревожа себя лишними мыслями.       — Ну что, поехали? Такси сейчас подъедет, — не церемонясь, Барбара обхватила предплечье Изуру, прижимаясь к нему своей большой грудью.       Отель находился в десяти минутах езды, ближе к центральному району города. У входа уже стояло несколько машин, а из парадного входа то и дело выходили молодые, и с разницей в возрасте, парочки.       — Кто бы сомневался, — произнес Изуру. Очевидно, это был любовный отель, предназначенный для конкретных целей.       — На твоем месте я бы не бурчала.       Взяв у консьержа номерок, пара поднялась на лифте на четвертый этаж, вскоре, пройдя по коридору, оказалась в забронированном номере. Мягкая атмосфера, слегка резкое фиолетовое освещение, подчеркивающее стиль, в котором обставлена комната. Все обходимое здесь было: тумбочка с приготовленными на ней презервативами, широкая двуспальная кровать, шкафчик с какими-то тематическими предметами на продажу, здесь также был и алкоголь. Ну и, конечно же, душ и туалет.       — Иди первым, — скомандовала Барбара, скидывая с себя легкое пальто и сумочку.       Поход в душ для парня ощущался, как затишье перед бурей. С трудом верилось, что после всего этого Барбара так просто отстанет от него. Но даже если это и случится, как он вернет свои отношения сестрой в нужное русло? Как вернет на ее лицо улыбку? Пока он не знает, но хочет верить, что все наладится.       Вернувшись, Изуру застал Барбару в постели. Ее нижнее белье уже аккуратно сложено на тумбочке.       — Я думал ты тоже…       — Не будем терять времени. Иди ко мне, — она раскрыла одеяло, и перед парнем предстали все ее прелести, а заодно и свободное местечко рядом с ними.       Скромно, как в первый раз, парень прошел вперед, забрался под одеяло и тут же ощутил тепло, исходящее от тела Барбары. Она уже обвивала своей ножкой его бедро. Прижималась к его груди своей, лицо ее уже оказалось напротив.       — Поцелуешь меня?       — Вот так просто? Ты говорила, что не хочешь.       — Ну да, говорила. Но сегодня особенный день.       Изуру не понимал этих слов. С чего бы этому дню быть особенным? Но, вопреки всему, сделал исключение и поддался женским чарам. Удивительно, но это был первый поцелуй, который он разделил с Барбарой. Сначала это ощущалось, как предательство, но вскоре Изуру перестал уделять этому особое значение. Все его внимание быстро завлекла мягкость тела Барбары, которое она любезно предоставила своему партнеру. Между ними вспыхнуло пламя, разгорающееся под одеялом.       — Глупый, щекотно же. Ты прямо как ребенок… — сдерживая легкий смешок, произнесла Барбара.       Изуру со всей силы ласкал ее уже успевшие затвердеть соски. Ее ореолы вытянулись навстречу, желая, чтобы их обхватили губами, всосали в себя. Изуру то и дело прикусывал их, оттягивал, и каждое движение сопровождалось удовлетворенным возгласом Барбары. Она прижимала парня к себе, зарываясь своими пальцами в его волосы. Она желала, чтобы он овладел ей. Впервые она хотела испытать что-то непривычное для себя — оказаться маленьким беззащитным зверьком в лапах дикого зверя, которого она больше не желала отпугивать от себя.       Парень ласкал ее тело. Проводил языком от области между грудей, вниз до животика, еще ниже до ее лобка, а вскоре наткнулся на крохотную область, скрывающую за собой самое чувствительное местечко девушки — ее клитор. Опуская ладони на внутреннюю часть ее бедер, он подбирался ближе, пока не накрыл ими половые губы Барбары. Пальцами он слегка раскрыл ее щелку, а затем погрузил в нее свой пылающий язык. Это заставило женщину выгнуться, громко простонать, невнятно произнести что-то.       Не желая сбавлять оборотов, Изуру проникал как можно глубже внутрь, прохаживаясь по каждой складке, до которой мог достать. Ее вагина уже сочилась вовсю, мышцы то и дело сжимались и размыкались. Бедра не желали отпускать парня, прижавшись к его голове с обеих сторон.       — Боже, как же ты хорош… Ох, боже, ох… — выкрикивала Барбара.       Эти высказывания лишь подбадривали Изуру. Он продолжал мучить женщину, натыкаясь кончиком языка на самые чувствительные точки ее влагалища. Результатом этого страстного кунилингуса стали два мощных оргазма, которые испытала Барбара. Ее ноги дрожали, сознание то и дело ускользало от нее, перед глазами все поплыло.       Подтянувшись к ее лицу, Изуру вновь поцеловал Барбару. Парень отметил для себя, что это первый сексуальный опыт с Барбарой, когда он не представлял на ее месте свою сестру. Это было странно.       — Хочу… Скорее. Вставь его в меня, ладно? Вставишь? — нетерпеливый голосок Барбары говорил о том, что она уже не могла сдерживаться.       Упаковка презервативов опустела на один. Расположившись над девушкой, Изуру наметил для себя цель, а затем, поддавшись вперед, вошел в ее киску. Настолько туго в Барбаре еще никогда не было. Стенки буквально сжимали член, не желая отпускать. Даже с таким большим количеством смазки поначалу двигаться было очень трудно. Зато каждое движение, каждый толчок в Барбару сопровождался ее оглушающими стонами. Чтобы хоть как-то сдерживать их, парню приходилось затыкать рот женщины поцелуем. Жар быстро овладел их телами. В самой комнате стало заметно жарче.       Пара не ограничивала себя одной позой. Развернувшись, Барбара встала на четвереньки, выгнув спинку, а Изуру входил в нее сзади. Его ладони легки на ее попку, с силой сжимая ее, а периодически и похлопывая по ней. В этой позе член входил еще глубже. Покрасневшая от сжатий задница выглядела, словно вишня. Только поверхность этой вишни была уже раскаленной. Сам Изуру ощущал, как с его лба льется пот.       — Глубже… прошу… еще, — сквозь стоны произносила Барбара.       Когда силы покинули Изуру, Барбара нависла над ним, продолжая прыгать на его члене, буквально вбивая тело парня в кровать. Этот секс продолжался так долго, что пара потеряла всякий счет времени. Давно в их жизни не было ситуации, когда все вокруг переставало существовать. Была лишь эта кровать, на которой Изуру и Барбара занимались сексом. А вокруг, словно бездонный океан. Приглушенное освещение комнаты лишь усиливало этот эффект.       — Больше не могу… я сейчас снова… — простонала Барбара. Для нее это уже был седьмой или восьмой оргазм.       Чувствуя, что и сам готов кончить, парень начал двигать бедрами навстречу. Их движения многократно ускорились. Им обоим хотелось испытать мощнейший оргазм. И это, наконец, случилось. Опустившись и прижавшись грудью к парню, Барбара обвила его шею. В это время кончик презерватива внутри нее стал заполняться большим количеством спермы.       Этот вечер подошел к концу. Чувство страстного секса постепенно начало выветриваться из их голов, а его место теперь занимали старые проблемы и обиды друг на друга.       — Пх-ах… Давно я так не трахалась, — довольно произнесла Барбара, лежа на груди Изуру.       Парень молча смотрел в потолок, думая о чем-то своем. В глубине души он понимал, что один вопрос сможет испортить всю вечернюю атмосферу. Но ведь именно из-за этого единственного вопроса он и оказался здесь.       — Запомни этот вечер, как следует, зайчик… Ведь со своей ограниченной сестрой ты никогда не сможешь испытать ничего подобного.       Изуру вспомнил, какой Барбара была на самом деле. И поэтому пожелал как можно скорее отстраниться от нее, поскорее одеться и оставить ее наедине с отвратительной сущностью.       — Возможно, она и ограничена в чем-то, но и ты, Барбара, во многом ограничена. В понимании того, что испытывают окружающие тебя люди. Ограничена в собственных желаниях. Так что не смей упрекать мою сестру в чем-то подобном. Ясно тебе?       Барбара лишь разочарованно улыбнулась. Похоже, она уже привыкла к своей этой натуре, и ее совсем не трогала подобная критика. И все же она сдержала свое обещание, рассказав Изуру обо всем, что произошло во время их с Аяме телефонного разговора.       По итогу их вечера, Изуру с шумом хлопнул дверью, оставив Барбару в полном одиночестве. Она потянулась к сумке, чтобы достать пачку сигарет, но в той не оказалось ни одной никотиновой палочки, которая могла бы заглушить боль в груди.       Когда Изуру добрался до дома, сестра уже спала в своей постели. Брату не хотелось тревожить ее, но он не смог сдержать желания подойти ближе и присесть напротив. Наверняка, узнав об этом, она была бы против, что он наблюдает за ее спящим выражением лица. Сейчас она выглядит невероятно милой, беззащитной, обворожительной. Взглядом Изуру прошелся по одеялу, из-под которого слегка просматривались два холма. Брат уже много раз видел ее обнаженную грудь. Не только грудь — даже ее промежность. Вызывало ли все это те же чувства, которые он испытывал в компании Барбары? Нет, скорее в этом было что-то другое. Да, он все чаще ловил себя на мысли, что его сестра возбуждает его, и все же, именно осознание того, что она его сестра, не сковывало его потребности, а скорее напоминало о том, насколько она хрупкая и ранимая. Она не заслуживает того, чтобы на нее смотрели в подобном свете. Эта девушка заслуживает намного большего.       С утра пораньше брата разбудил телефонный звонок от начальника. Это было слегка неожиданно, но в то же время…       Уже к обеду он вместе с сестрой прогуливался по тому парку, в который он обещал ее сводить. Погода выдалась на удивление теплой. Слегка ветряной, но брат убедился в том, что Аяме не замерзнет. Ее шею прикрывал теплый шарф, который ей когда-то подарила мать.       Изуру не спеша вел инвалидную коляску по широкой тропе, вдоль которой за оградой тянулись растущие вишни. Где-то за ними расстилался журчащий водоем.       Сейчас в компании одной лишь сестры все казалось таким умиротворенным. Даже мысль о том, что Изуру в очередной раз уволили, быстро выветрилась из головы. Были, конечно, намеки, что скандалы начальника и его жены касались измены, а эта измена, в свою очередь, касалась Барбары, но Изуру все равно не ожидал, что чертовка надавит на мужчину, а тот, в свою очередь, согласится и уговорит паренька уволиться по собственному желанию. Что радовало Изуру в этой ситуации больше всего, так это то, что он больше никогда не встретит Барбару. Вчерашняя их встреча была последней. Теперь он посвятит всего себя дорогой сестре.       — Скажи, Аяме. Ты когда-нибудь мечтала о том, чтобы выйти замуж?       — Ч-что? Чего ты такое говоришь… — впервые за долгое время в голосе Аяме проявлялись искренние эмоции. Она удивилась, а вскоре покраснела, как помидор.       — Прости, что так резко…       — Мечтала конечно. Но в последнее время я даже не думала о таком.       — Э? А чего так?       — Глупый. Ты ведь понимаешь, что меня такую вряд ли возьмут замуж...       — Не говори ерунды. Это не отменяет твоей красоты, Аяме. Не отменяет того, какая ты добрая и чуткая к окружающим.       — Окружающим, да?..       Изуру не сразу вспомнил о том, что он — единственное окружение его родной сестры.       — Слушай, я клянусь, что накоплю достаточно денег для того, чтобы ты смогла поступить в университет. Тогда у тебя появятся друзья, много друзей.       — У-угу… — Аяме коротко кивнула.       — Ну чего ты?       — Неа, просто... Больше всего я желаю, чтобы ты не прыгал выше головы, Изуру.       — Твои слова звучат непривычно зрело для моей младшей сестренки.       — Правда, я просто хочу, чтобы ты знал, что даже если ничего не выйдет — меня устраивает все, что я имею.       — В-вот как… — парень слегка смутился.       А девушка в это время размышляла о своих глубоких чувствах к брату. Это уже не просто привычка, выработанная за последние несколько лет, а самое настоящее желание — быть той самой, кто будет поддерживать брата во всем. Быть для него той самой единственной, встречающей его у порога дома. И в то же время это сжимало ее сердце — ее состояние могло бы стать непосильной ношей для брата. И если их чувства расцветут — в этом тоже крылось несчастье. Изуру, в отличии от нее, имел устойчивую связь с обществом, которое может просто уничтожить парня за то, что он пошел на такие запретные чувства к своей родной сестре. Что же в таком случае делать в этой ситуации? Ставить свои эгоистичные желания выше блага, которого она желает для своего любимого брата? Это самая настоящая дилемма для ее сердца.       Не прошло и пары дней, как Изуру нашел для себя новую работу. Она оказалась сложнее, изнурительнее, но и зарплата не могла не радовать. Он готов был посвятить всего себя своей заботе о сестре и ее будущем. Он поклялся, что накопит денег на ее учебу, а затем и сам устроится на достойную работу. Ничто отныне не помешает их мечтам.       Вечером за ужином в дверь кто-то неожиданно зазвонил. Изуру было подумал, что оставил что-то на старом рабочем месте и кто-то пришел, чтобы вернуть вещи. Отперев дверь, он увидел перед собой того, кого совсем не ожидал увидеть.       — А-м… Привет, Изуру. Давно не виделись, — гостем оказалась девушка.       Девушка, которую Изуру хорошо знал, и в которую был беспамятно влюблен во время недолгой учебы в университете. Именно несчастный случай разлучил их когда-то.