Борьба за права

Начало декабря, вечер, пятница. В частном секторе города находился двухэтажный дом, отделанный деревом. Через высокий металлический забор прорезался мягкий свет из окон, озарявший двор с ровным слоем снега. Полная луна проглядывалась и отблескивала от покатой крыши из черепицы, тучи мешали рассмотреть вечернее звездное небо. Было около восьми часов вечера. Послышался тихий гул двигателя и хруст снега. К дому подъехала копейка с заниженной подвеской, в тонированном стекле можно было четко разглядеть свое отражение. Фары потухли, гул стих. Отворились двери, и из машины вышли 2 статных мужчины. Машина немного приподнялась, подвеска приняла заводскую высоту. Одним из мужчин был Толя Щелбанов. Его длинный, до колен, кожаный плащ был одет поверх белой рубашки и джемпера. Свободные штаны были заправлены в кожаные берцы, восьмиклинка опускала на глаза линию тени, так, что их невозможно было разглядеть. Примерно также был одет и Женя Щелбанов, его брат. Его плащ был шерстяной, а под ним висела кобура с пистолетом. Толя открыл багажник. С тряпкой в зубах и в застегнутых наручниках, ерзала важная шишка. Пиджак мужчины потерся о металлическую крышку багажника, на кистях его рук были натерты мозоли. Женя подал Толе пистолет. Тот взял оружие за ствол, и с размаху съездил рукоятью по челюсти чиновника. Ерзанье прекратилось. — Как же он мне надоел, — сказал Женя, — всю дорогу покоя не давал. То и дело, что слушал скрип в багажнике. — Что поделать, — ответил Толя, — хватай мерзавца и в дом. Они подхватили тело на плечи, захлопнули багажник и пошли к дому. Снег хрустел под ногами. Проскрипела металлическая калитка, отворилась дверь. На пороге стояла мать братьев, Анджела Щелбанова. — Еще одного чинуша нашли, мать, накрывай на стол! — воскликнул Женя. — Что, еще один? — Да. — Ладно… Анджела умолкла. Толя и Женя сняли берцы и понесли тело в подвал. Снизу отдавало сыростью, хотя пол был сухим. Серые стены пугали, изредка на потолке выступали водопроводные трубы. Братья повернули в одну из комнат в коридоре. Женя зажег свет. Тусклая лампочка еле-еле освещала помещение. Толя бросил тело чиновника на стул и приковал его наручниками. Толя пошлепал чиновника по щекам, и тот очнулся. — Что?! Что вы со мной собираетесь сделать? — завопила важная шишка. — У нас есть к тебе пару вопросов, дружище, — начал Толя, — Для начала, давай обсудим вот что. Ситуация в мире, сам понимаешь, напряженная. Сотни людей каждый день умирают от непонятной болезни. Коровавирус, кажется. — Что тебе нужно?! — продолжал вопить чиновник, — У меня нет вакцины! Если она вам нужна, то… Раздался выстрел. Палец на ноге чиновника превратился в мясное месиво. Чиновник завопил. — Мразь, я Джон Шелби! — вскликнул Женя, — Я заебался в школу ходить! Знаешь сколько домашки в 9 классе? Тебе и не снилось! Когда дистанционка?! — Женя, варежку захлопни, — отрезал его Толя, — Не беспокойтесь, он безобидный. Итак, мистер Миронов. Поймите, мы не хотим проблем ни для себя, ни для Вас. Итак, коровий вирус. Женя прав, дистанционка сейчас нужна. С каждым днем все больше бабушек подвергаются риску заражения коронавирусом. А ведь им и так нелегко приходится. Толя достал из кармана пачку бонда, взял сигарету и затянулся. Чиновник продолжал вопить. — Представьте себе, каково это — жить без еды. Понимаю, Вам тяжело, но все-таки. Жить без денег, без снюса по утрам. Да, это очень и очень тяжело. Мало того, что нет никакого удовольствия, так нет денег даже прервать эту линию страданий. Прямо как Вы сейчас, Миронов — Ваша жизнь подвластна нам. А жизни бабушек подвластны Вам. Мы прервем эту линию несправедливости. Нет, мы не станем Вас убивать, это ни к чему. Но я надеюсь, что Вы нам поможете с кое-какой информацией. И так, вопрос номер один. Когда дистант? Женя встрепенулся и направил агрессивный взгляд на чиновника. — Дистанционка будет, когда все бабушки помрут! Вам нас не победить! Женя оглушил чиновника пяткой в ухо с разворота, да так, что он перевернулся вместе со стулом. — Ответ неверный, — сказал он. — Вопрос номер два, — продолжил Толя, — Когда повышение пенсии? — Не знаю, денег нет в казне! Женя выгнул колено чиновника в обратную сторону. — Снова неверно, — не обращая внимания на муки Миронова продолжал Толя, — Откуда вы заказываете гречку? — В магните, — он продолжал вопить, — Обоссыте, но не бейте! Я Вам все расскажу! — О, и что же? — Все, что попросите! — Хорошо. Тогда чем Вам бабушки не угодили? — Они — наша главная опасность. Они застали сталинские времена знают, при ком хорошо жилось! Страх перед этим заставляет нас делать ужасные вещи. Нам даже пришлось забрать себе часть гречки, чтобы естественным путем уменьшить число бабушек в стране. Вы представляете, как нам больно, когда приходится есть?! Гречка ужасна! Лицо Толи преобразилось. — Что ты сказал?! — — Постойте! Я перед Вами раскаюсь, сохраните мою жизнь! Я Вам все расска… Толя взял отбивной молоток, лежавший в углу комнаты, и замахнулся. — Женя, отвернись, — предупредил его Толя. Рука Толи совершила резкое движение. Послышался глухой стук. Чиновник перестал молить о пощаде. Еще стук, стук, стук… Толя отбивал хардбасс молотком по черепу трупа. Кровь брызгала во все стороны, кости смешались с кожей и мясом. Через минуту гнев Толи утих. Рукава его плаща были по локоть в крови, пятна были и на рубашке. — Нехорошо получилось, — прокомментировал он ситуацию. — Пойдем наверх, — тихо и с испугом проговорил Женя, — тело завтра обработаем. — Да, пожалуй. Женя и Толя поднялись к Анджеле. Толя протянул есть свою униформу. — Положи в стирку. Я спать. Попрощавшись со всеми, Толя поднялся в свою комнату, и, закинул свежий пак снюса и прикурив опиума, уснул здоровым крепким сном.