Открывает глаза

В большом зале все сидели с кислыми и не выспавшимися лицами. Утро пятницы. Каждый раз Адена надеялась, что хоть на этих выходных она отдохнёт и расслабится, но снова делала домашние задания, проводила время в пустую и толком не отдыхала. Ещё полгода назад Адена начала читать книги по психологии, но на себя примеры из параграфов перекладывала редко, оправдываясь «не той ситуацией». Только этой ночью, возвращаясь ночью к постели до нее дошло, что всю осень она проходила с жуткой моральной усталостью. Отдых должен быть во всем, а каждый раз ложась в кровать Адена вспоминала как прятала под подушку письма, чувство бабочек в животе и сжимала кулаки. Казалось, это единственный способ переключить мысли. Сегодня все было иначе, за исключением аппетита. Его все так же не было и Ден ковыряла яичницу, которую ей в тарелку заботливо положил Кэрролл.  — У тебя Снейп стоит первым уроком, если сейчас не поешь потом тебя будет тошнить не только его вида, — сказал Крэл подкидывая Адене поджаренных тостов.  — Знаю я кто у меня стоит. Не напоминай.  — От правды не уйдешь, — усмехнулся парень. Дальнейшую часть завтрака они продолжили в тишине.

***

Стоит ли говорить о том, что профессор зельеварения был не в духе? По ощущениям студентов, такое состояние преследовало его всю жизнь. Адена не понимала, как он до сих пор не задохнулся от этой злобы. Каждую минуту, в каждой фразе, с каждым брошенным взглядом выходила столько яда, сколько не было в его кладовке. В голове то и дело всплывали моменты прошедшей ночи. Придя в спальню, Дэн не старалась рассуждать и анализировать, на тот момент ее одолела такая усталость, что даже принять эту ситуацию было сложно. Но, как знала Адена, для нее осознание — важнейший пункт. Этим она бы и занялась на грядущем занятии, но не тут-то было. В кабинете уже по обыкновению стоял Снейп и гордо молчал. Нельзя сказать, что кто-то говорил, иногда казалось, что как только заходишь в этот класс пропадает не только дар речи, но и желание говорить, но профессор каждый раз ждал полной тишины и внимания к собственной персоне. Мерзость, а не человек.  — Тема урока — Амортенция, — сквозь зубы выдавил Снейп и снова замолчал. Внезапно руку подняла главная выскочка Гриффиндора. Получив «знак», в виде поднятой брови, она затораторила.  — Эту тему, как правило, проходят на.  — Пять очков с Гриффиндора. Мне плевать на то, какой учебный план вы считаете верным. Зелье я приму в конце урока. Начинайте, — оборвал Снейп и, взмахнув мантией, сел, не обращав никакого внимания на учеников. Мысли не шли в голову совершенно. На реакции профессора, поиск нужной страницы и темы Адене, мягко говоря, было плевать. Прошло пару минут. Очередь у шкафа с ингредиентами растаяла. Только после этого Дэн решила начать. Как ни крути, но в зельеварении она была не очень сильна, да и об этом зелье слышала лишь отдаленно. Руки были ватными и совсем не сгибались. Цвет зелья был неверным, но пар завивался спиралями, что, хоть чуточку, успокоило Адену. Несколько слизеринцев уже отнесли зелье на сдачу. Никаких вопросов им задано не было, и Дэн поднялась с места. Из-за вчерашнего бальзама ее совершенно не интересовало, что сейчас скажет профессор. Она сделала, что могла, переделывать времени нет, следовательно, зачем тратить здесь время. Ноги перетаскивать было ещё сложнее. Каждый шаг давался с трудом. Снейп, заметив, что к нему приближается кто-то с Гриффиндора, проследил за девушкой глазами. От тяжести этого взгляда было идти ещё сложнее. К чувству усталости прибавилось абсолютное нежелание приближаться.  — Мисс Чиленти, пока вы будете тащиться к моему столу с такой скоростью, я успею снять невесть сколько баллов с лучшего факультета Хогвартса, — с ехидством выдавил профессор. Показалось, что он собирается исполнить обещанное, как вдруг в дверь постучали. В кабинет зашёл профессор Защиты от темных искусств. По крайней мере для всех он таковым и был, но Адене показалось, что прямо сейчас на нее надвигается туман. Туман, в котором она не представляет что делать, как двигаться дальше, решать проблемы. Даже дышать в «тумане» было сложнее. Учителя перекинулись парой фраз, пока девушка дошла до стола и поставила пробирку.  — Что же особенного в зелье Амортенции? , — задал вопрос Снейп, придирчиво разглядывая содержимое.  — Приворотное зелье… Пахнет для каждого любимым запахом…  — Ответ оставляет желать лучшего. Чем же для Вас пахнет Амортенция? , — профессор не отводил взгляд от пробирки. Адена смутно понимала что происходит и мечтала поскорее покинуть аудиторию. Как бы странно это не звучало, но ответа на вопрос она не знала. Столько провозившись во время приготовления, она не проверила главный признак правильности — запах. Вопрос, заданный Снейпом, показался очень интересным для Люпина, и он действительно хотел узнать ответ. Столько всего странного произошло между ним и Аденой за последнее время. Но вчерашняя ночная ситуация не выходила из головы. С того момента Римус все время прокручивал ее в голове. Казалось, это выход, решение кусочка проблемы, но что делать дальше было все так же непонятно. Стоит ли говорить о том, почему он прекратил отношения в первый раз? Да, он боялся осуждения, вокруг было бы много слухов, конечно, он думал об изменении настроения Адены в связи с колкостями и шутками, которые обязательно бы бросали ученики. Теперь ситуация и улучшилась и ухудшилась. Радовало, что Дэн теперь, кажется, не очень расстроена.  — Я… Забыла проверить запах. Разрешите, я попробую, — девушка протянула руку к пробирке.  — Гриффиндора все такие рассеянные или вам так одной не повезло? Адена не стала отвечать на очередной подкол и взяла зелье. Откупорив крышку, она вдохнула аромат. На первый взгляд, не было ничего странного, но позже она вдохнула ещё и ещё раз. Римус стоял напротив и внимательно следил за ее действиями. Взгляд девушки с абсолютно спокойного изменился на испуганный.  — Чем пахнет для вас зелье Амортенции? , — отделяя слова повторил Снейп.  — Пахнет… Травами… Мылом… Костром, росой, васильками, — Адена отчаянно пыталась придумать ответ на вопрос, пока сама не понимая правда это или нет.  — Десять очков с Гриффиндора за вашу ложь и ещё пять за неверно изготовленное зелье, вы свободны.  — До свидания, — выдавила Дэн и, схватив вещи, выбежала из кабинета. Голова гудела. Шум в ушах заглушал все мысли и звуки. Последнее, что слышала Адена — эхо подземелья и звонкий удар об пол.

***

Все было как в тумане, Дэн открыла глаза и увидела перед собой Римуса. Из подземелий она перенеслась к окну и лежала, прислонив голову к подоконнику. Дул свежий ветерок.  — Как себя чувствуешь? Что болит? Можешь пошевелить конечностями? , — тихо спросил Люпин, но в его голосе было нескрываемая тревожность.  — Порядок. Могу, — помолчав немного ответила Адена и привстала. В глазах снова потемнело. Сквозь эту темноту она пыталась разглядеть лицо Римуса, но попытки были тщетны. Зато в голову пришло осознание последних событий. Амортенция, запах, ложь… От этого стало только хуже, — Я. я пойду, пожалуй.  — Постой. Куда? , — Римус мгновенно оказался возле нее и придерживал за локоть, помогая встать. Девушка пугала его своим состоянием. Обмороки, настроение, ладони изрезаны ногтями. Жутко хотелось ей помочь и не навредить Но это, как обычно у него получалось.  — К Помфри. Я… Должна взять лекарства. Да, — снова Адена пыталась сбежать от проблем, но теперь в прямом смысле. Она аккуратно вытащила плечо из рук Люпина и отошла на несколько шагов назад, — Я дойду, все будет в порядке, — на этих словах Дэн развернулась спиной к профессору и быстрым шагом направилась к лестнице, но, не пройдя и двух метров, оступилась, запнувшись об собственную ногу.  — Для начала хочу сообщить, что мед-крыло находится в другой стороне замка, а ещё, пойдем лучше со мной, — Римус, заглянув в глаза девушки, увидел страх, тщательно скрываемый удивлением, — Я переживаю, Адена. От этих слов все внутри похолодело, серые сделало скачок и забилось так сильно, что, казалось, этот стук сейчас слышно на улице.  — Хорошо. Но если с… Вами то ко мне в спальню. Это не первый раз, я знаю что делать.  — Ладно, идём. С горем пополам, по другому не скажешь, они дошли до комнат старост. Всю дорогу Римус держал ее под руку. Оставалось совсем немного, Адена шепнула пароль и дверь открылась. Пару шагов до кровати дойти было не суждено, ноги подкосились от усталости, тело ломило, как во время температуры. Теперь Дэн точно осознала, что если бы не Люпин, она бы не прошла и этажа.  — Спасибо, — девушке хотелось разбавить нависшую тишину. Люпин молчал, брови были нахмурены, взгляд он отвёл в окно. Римус считал себя взрослым, может не совсем состоявшимся человеком, но сейчас ему было как будто сложно говорить с Аденой. Каждое слово он подбирал задолго до начала разговора, старался продумать диалог, который, по его мнению не шел. Не сказать, что это произошло после вчерашней ночи, но этот час вместе усугубил его самокопания. Мужчина боялся потерять то, что сделал, ведь любое неосторожное движение могло испортить все.  — Я помог тебе? , — не оборачиваясь к Адене тихо спросил Люпин. Девушка не понимала что происходит. Что могли значить эти «прятки " взглядов? В какой-то полудрёме она бесшумно встала с кровати и подошла к Римусу. Он явно этого не слышал. Тогда Дэн обняла его со спины, поднялась на цыпочках и прошептала в ухо  — Конечно, помогли, профессор Люпин, — от таких действий бабочки появились в животе у мужчины. Он улыбнулся и подтаял.  — Как себя чувствуешь?  — Вам честно сказать или как всем? , — спросила Дэн не меняя своего положения.  — Ещё спрашиваете, мисс Чиленти. Честно, желательно. Но откуда мне знать.  — Честно — такое ощущение, что из меня выкачали все силы, а вместе с ними и мышцы с костями. А так… Нормально, в принципе.  — И это ты называешь нормально? Буду знать, — Римус усмехнулся и сделав резкий поворот, ухватил Адену за талию и посадил на подоконник, — А может между нами тоже все нормально? , — намеренно мужчина подчеркнул последнее слово и поцеловал Дэн, — Как считаете, мисс Чиленти?  — Считаю, что стоит прекратить меня называть мисс Чиленти, — попыталась выдавить недовольный голос Адена, но нескрываемая улыбка все портила.  — Да ты что?! Правда? А я о чем тебя просил? , — с такой же лучезарной улыбкой мурлыкнул Римус.  — Прекратить выкать…  — Тише-тише, не прячь взгляд, — Люпин приподнял ее лицо и их лбы соприкоснулись.  — А как я могу перестать обращаться на «вы» если ВЫ — мой учитель? , — усмехнулась Адена и поцеловала мужчину ещё.  — То есть целовать меня тебе ничего не мешает, — Римус прервался только на одну фразу и тут же продолжил поцелуй. Через двадцать минут поцелуев, по которым оба безумно скучали, пара легла на кровать. Дэн сжимала в своей руке руку Люпина и смотрела в потолок. Бабочки в животе не давали покоя, там будто действительно было что-то живое, скребшееся в стенки и пытающееся вылезти наружу.  — Это любовь.  — Что, прости, — Римус не отводил от девушки взгляда.  — Я чувствую любовь, — хриплым голосом сказала Адена.  — А я чувствую твои чувства… Ты как сейчас? Можем поговорить?  — Даа, но такие вопросы меня пугают, — Дэн напряжённо посмотрела в глаза Люпина.  — Что ты все-таки чувствовала на зельях? Какой запах?  — Запах. честно, я бы не хотела об этом говорить. Это был запах мыла, ночи, пледа. Я очень хотела среди этих запахов почувствовать твой, но, — брови девушки дернулись, глаза заполнились солоноватой жидкостью. Адена не могла принять то, что слезы для нее должны быть нормой, — Я… Я как будто одна живу в этих отношениях. Мне кажется, ты в любой момент можешь отвернуться и уйти и тебе будет все равно. Даже не вспомнишь о том, что было. Ты не первый раз влюблен, да и я тоже, но чтобы испытывать такую привязанность… Это точно первый раз. Я боюсь. Боюсь тебя, Римус. Для Люпина эти слова были просто шоком. Ему казалось, что каждое чувство Дэн проходит и через него тоже, Римус никак не мог подумать, что она так не считает. Для него Адена была открытой книгой, но в этой книге каждый раз что-то снова менялось. Слеза скатилась по виску девушки. Она снова уставилась в потолок.  — Это правда? Хотя, глупый вопрос… Ме очень жаль, что ты так думаешь. Я не хочу… Не хотел бы этого слышать, потому что каждое твое действие я анализирую. Не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня. Давай обговорим эту ситуацию, и я докажу тебе, что ты ошибаешься. Пожалуйста, Адена…  — Я плохо себя чувствую, — тихим, сломанным голосом прошептала девушка. Слезы не хотели прекращаться и она отвернулась, — Не стоит распинаться ради меня. Что-то доказывать. Я ведь так… — продолжить она не смогла и судорожно вдохнула.  — Что ты такое говоришь? , — Люпин поднялся с кровати и встал перед лицом Адены, — Не смей так относиться к себе. Ты мне очень дорога, давай поговорим, прошу тебя. Я не хочу, чтобы ты так считала.  — Я тоже не хочу. Но просто пока не могу поверить во что-то другое. Для меня ты ассоциируешься с туманом. Вот ты есть — непонятный, тихий, мутный и вдруг растаял. Прости.я.  — Думаю, тебе стоит дать время все обдумать. Поспи, хорошо? , — Римус тяжело поднялся и погладил девушку по плечу, — Отдохни.  — Только. Не уходи. Опять ведь исчезнешь, — с ухмылкой сказала Адена, закрывая глаза, из которых продолжали литься слезы.