Часть 1
28 ноября 2020 г., 05:17
Утро у класса не задалось с самого начала. Точнее, оно не задалось ещё со вчерашнего дня. Именно с того момента, как Бакуго и Мидория отошли от травм: эта двойня постоянно грызлась между собой. Если бы они ругались как обычно, то никто бы и внимания не обратил, привычное дело. Но они умудрялись доводить друг друга так, что портили казённое имущество. А восстанавливать его из дешёвых материалов — не ждать дольше пары-тройки месяцев, пока она развалится. Или пока не снесут, опять же, Каччан и Мидория.
— Деку! Твою мать! — зарычал Бакуго.
— И что тебя опять не устраивает? Ты задолбал! — вторил ему Мидория, по его мнению, грозно стукнув по столешнице руками.
— И что они опять не поделили? Ква! — удивилась Тсуи.
— Кто бы знал… Их после острова вообще мир не берет, хотя они постоянно вместе, — грустно вздохнул Иида, попивая чай.
— Может, есть способ их помирить? Хотя бы на несколько дней? — с надеждой спросила Асуи.
— Не думаю, что такой есть, — ещё больше погрустнел Иида. — Зато всё остальное их успешно рассорит.
Ему вторили очередные взрывы.
— Деку, блять, ты идиот!
— Да ты сам не лучше!
— Кто-нибудь пойдёт их разнимать, пока опять всю кухню не пришлось восстанавливать? — устало спросила Момо, ведь она только что восстановила прачку.
— Не-а, — был ей дружный ответ всего оставшегося класса 1А.
— Тогда тортик мой. — Она начала вяло колупать его ложкой.
— Делись! — попросил её Ханта. — Мне тоже многое приклеить придётся.
— Ладно, я попробую, — не выдержал Тодороки. — Если не усмирю, то или затушу, или дожгу.
— Ты умеешь обрадовать, Шото, — сказала Яойорозу, чуть не заплакав.
— Не, ну реально обрадовал, — скептически согласился Шоджи.
— Иди уже. И прихвати с собой Киришиму, — согласился Серо.
— Меня, может быть, кто-нибудь спросит всё-таки? — попытался возмутиться Эйджиро.
Тодороки даже не успел посмотреть на лучшего друга Каччана, как со стороны кухни прогремел взрыв, и он сразу побежал туда.
— Что у вас? — первое, что спросил он.
— Не, ну так ты точно не станешь первым номером! — парировал Бакуго.
— Естественно я им стану! — парировал Мидория, схватившись за столешницу, которая тут же взорвалась и повергла всех в еще больший шок.
— Мидория? — переспросил Тодороки.
— Деку? — не меньше удивился Бакуго.
— Да идите вы! Куда-нибудь, — обиделся Мидория и, натянув капюшон, пошёл на выход.
Бакуго немного опешил от посыла бывшего друга и с недоумением посмотрел на заклятого соперника, который вышел следом, прозаично пожав плечами и в тайне радуясь, что кухня осталась цела. Но, по мнению Бакуго, последнее слово должно было остаться за ним, и догнав на улице сокурсников — взорвался. Киришима в этот момент решил, что не стоит вмешиваться, ибо всё можно восстановить, а его силы не бесконечны, чтобы опять сдерживать причуду друга, который и так уже опалил ему бок.
— Какого хуя тут вообще происходит? — почти ненавязчиво поинтересовался Бакуго, увидев, как при разговоре Мидория улыбнулся Тодороки.
— А тебя волнует? — Изуку повернулся лицом с собеседнику. — Тебя хоть что-нибудь волнует, ты, эгоистичный ублюдок?!
— Что? Кто тут ублюдок?! — опешил Бакуго, за злостью скрывая шок.
— Тот мудак, который решил доебаться до меня без причины. — Деку скорчил отвращение на лице, после чего повернулся и пошагал прочь, объявляя, что разговор окончен.
— А ну стоять! — Бакуго ринулся за ним и схватил за плечо, разворачивая к себе. — Какого хуя ты так со мной разговариваешь?
— Ты не заслуживаешь другого отношения к себе! — Парень быстро скинул руку со своего плеча — Открой глаза, ушлёпок, я больше не восхищаюсь тобой! Теперь никто не считает тебя богом!
— Что, блядь?! Деку, ты совсем мозги отбил и ахуел?! — офигевал блондин.
— Что слышал! Ахуел здесь только ты!
— С какого хуя?! — продолжал недоумевать Бакуго под пессимистичное вздыхание Шото, активировавшего обе причуды. Так, на всякий случай.
— С волшебного, представляешь?! — Деку сжал кулаки, готовясь напасть. Его терпение было уже на исходе. Когда он в последний раз так выходил из себя?
— Деку, ты знал, что ебанутый? — выдохнул блондин, успокаиваясь.
— Альтернативно развитый, — поправил Тодороки, делая вид, что это не он сказал. И вообще, его тут нет.
— О да! Хочешь вернуться во времена школы? Пожалуйста! Но учти, что теперь я не неудачник, коим был раньше, и «ебанутым» ты не имеешь права называть меня, пидор! — Мидория ткнул указательным пальцем себе в грудь.
— Деку, ты совсем ахуел? — неожиданно спокойным тоном в прострации ответил блондин.
— Да просто вкрай, блять! Только и можешь, что кидаться словами, а на деле ты — ничто!
— …?! — Блондин только и мог глупо и растеряно моргать в ответ на такую нападку.
— Кстати, что вообще происходит? — решил озвучить вопрос многих Шото. — Вы после острова сами не свои. Ты стал буйным, — бесцеремонно ткнул пальцем в Мидорию. — А ты… — немного задумался, — сдержанный, что ли, — и кивнув сам себе. — Да и материться чуть меньше стал.
— Пф, — фыркнул Мидория. — Пальцем не тычь. Хрен его знает, что с нами.
— Хрен-то знает, а мы вот даже боимся пытаться догадываться. Хотя, лично у меня мысли есть, — задумался Тодороки и повернулся в сторону взрывного блондина. — Хотя, может, у него и спросим?
Бакуго стоял и раззевывал рот, как рыба на суше, от всего происходящего. Он понимал, если сейчас что-то скажет, то он просто кремирует сразу двух разговорчивых дебилов. Тодороки решил, что начинает пахнуть жареным, и, видя, что подоспела подмога, решил удалиться. Лучше он отдохнёт от шума в тени деревьев, чем снова будет участвовать в этом фарсе.
— Да, у меня тоже! — К ним подоспела Урарака. — Но, Мидория, пожалуйста, успокойся сначала, а потом мы все вместе поговорим об этом. Идёт?
Мидорию такой расклад, конечно, не устраивал. Хотелось послать её куда подальше и пойти бить несчастные стены заброшек. Но здравый ум пересилил эмоции, и он громко выдохнул, давая свое согласие после недолгого размышления.
— Да ни хуя, блять, подобного! Это наши разборки, идите на хуй, ублюдки! — психанул Бакуго и, схватив зеленоглазого за шиворот, потащил прочь. Он не идиот и давно заметил, что после того случая с передачей «один за всех» происходит какая-то фигня. — Сначала мы, блядь, сами разберёмся!
Деку послушно пошёл за ним, предварительно разжав руку Бакуго. Поговорить действительно стоило. И только вдвоем. Отойдя до ближайших деревьев, Бакуго почти кинул его в то дерево, но в последний момент сдержался и просто толкнул.
— Деку… Какого хуя… Тут происходит? — из последних сил сдерживался блондин и поэтому произнёс, отчеканивая каждое слово.
— Я и сам не знаю. — Он зарыл свои руки в зелёные волосы. — Меня с того момента будто подменили.
— Как будто я, блядь, сука, слепой! — взревел блондин, чудом удерживая причуду. — Харе пиздеть, Деку! Ты же у нас невъебенно умный, блять, стратег. Так ответь мне, что за на хуй был там и что за пиздец происходит здесь?
— Заткнись, а? — Изуку закрыл его рот своей рукой. — Скорее всего, наши причуды смешались, — для доказательства он выпустил пару мелких взрывов из своих рук. — А раз они смешались, то твоя тупизна перешла и мне, — не удержался от подкола он.
— Что?! — офигел Бакуго. — Какого хуя?! — взревел блондин, выплевывая руку оппонента.
— Замолчи! Сейчас нам нужно придумать, как всё вернуть назад, или найти того, кто сможет это сделать. Мы, конечно, не ладим, это слабо сказано, но следующие пару дней нужно потратить на исследования. — Он протянул руку для рукопожатия.
— Сука! — схватился блондин за виски, массируя их. — Ты хочешь сказать…
— Ага, ты правильно думаешь.
— Ты хочешь сказать, что это из-за того, что ты мне передал… — шокировано отступил назад блондин.
— Мне показалось, что ты поумнел. К сожалению, только показалось. Да, это всё происходит из-за одного за всех.
— Как? Какого хуя это… — пытался осмыслить Бакуго свои догадки. — Но ведь… Ведь Всемогущий сказал, что это произошло из-за того, что мы добивались своих целей, а дальше будет как обычно. — Он непонимающе развёл руками и снова уставился на бывшего друга, требуя объяснения.
— Либо он ошибся, либо у нас особый случай. — Деку приложил руку к подбородку. — Никогда с нами не бывает просто.
Сначала взрывной блондин отшатнулся от сокурсника и, споткнувшись, присел на пятую точку. Его осенило и тут же испугало. Постаравшись отползти снова, он, запутавшись в кореньях окончательно, упал на спину и расхохотался как сумасшедший.
— Ебать, вот это поворот, — заржал Бакуго. Через время проржавшись, пару раз вздохнул и выдохнул: — Ты хочешь сказать, что мы опять выделились?
— Как обычно, — развел руками Деку. — Но нам нужно будет пересекаться как можно меньше на глазах у других людей. Есть предложения?
— Нет, — резко сел блондин. — Ебанутая идея.
Но от смеха и веселья в его глазах не было и следа, только сосредоточенность.
— Хочешь чтобы мы поубивали друг друга? — Деку криво ухмыльнулся.
— Ты действительно так думаешь? — тихо прошептал блондин, падая обратно на землю спиной.
— Не знаю. — Он присел рядом с блондином. — Я ничего не знаю. Может и есть вариант получше, но я просто не в состоянии сейчас нормально думать. Я в растерянности. — Он закрыл свое лицо руками, не желая видеть что-либо.
— Деку, — тихо позвал старого друга, путаясь в своих мыслях.
— М?.. — промычал тот в ответ.
— Какого хера с нами произошло тогда? — произнёс Бакуго, глядя на тяжелые темно-серые облака.
— Мы просто… — Он запнулся, вспоминая события. — Обменялись кровью? Я не знаю, как это ещё назвать.
— Нет, я не про остров… — немного запнулся Кацуки. — Я вообще. Ведь ничего вроде не происходило, но ведь произошло.
— Наверное, мы просто начали понимать друг друга лучше. — Он неосознанно пожал плечами.
— Сейчас или тогда? — меланхолично переспросил Каччан.
— Тогда, наверное. — Деку начал рукой вырисовывать странные узоры на земле. Кацуки приподнялся на локтях, искоса смотря на то, как появляются символы на земле.
— Это что за пиздец? — поинтересовался Бакуго.
— Наверное то, что я чувствую. — Он быстрым движением руки стёр линии.
— И? — выдавая наигранное бешенство, но почему-то с замиранием сердца.
— Просто. В этом нет смысла. Не обращай внимания. — Изуку подогнул под себя ноги, садясь в позу лотоса.
— Деку, блядь! Смысл есть всегда, какого хуя я тебе это объясняю? Это ты же у нас, блядь, умняшка! — взорвался блондин.
Мидория хмыкнул и чуть повернул голову к другу. Глядя на него, он улыбнулся, как в детстве.
— Деку? — жалобно позвал блондин. — Вот скажи, почему во все пиздецах и ебаных задницах виноват ты? — со странным спокойствием вздохнул блондин.
— Я же Деку, беспричудный приемник, да? Мне свойственно.
— Нет, — уверенно заявил блондин. — Деку, у тебя абсолютная причуда: влипать в неприятности. И почему-то ты всегда вплетаешь меня в это. Я заебался, если честно, — вздохнул блондин. — Я не хочу участвовать в этом, но ты всегда меня втягиваешь. Всегда.
Бакуго наблюдал за размеренно плывущими облаками и мысленно плыл с ними. Ему, если честно, действительно хотелось уплыть куда-нибудь подальше от постоянных проблем и щедро сыплющихся на них неприятностей.
— Тогда давай вернём всё на свои места, и ты больше не дашь мне влипать в подобные передряги? — Деку закрыл глаза и подставился прохладному ветерку.
— Как? — прошептал Бакуго, не поднимая глаз.
— Мы что-нибудь придумаем. Давай спросим об этом у Всемогущего? Может он что-то знает.
— Угу, — как-то безэмоционально ответил Каччан. — Прямо сейчас?
— Только если ты не против. Ссоры нам сейчас ни к чему. — Изуку встал.
— Блядь, ты сейчас серьезно думаешь, что в наших ссорах виноват опять только я? — хладнокровие Бакуго не продлилось долго. Тот резко вскочил и непонимающе уставился на руку, по которой пробежали зелёные всполохи. — Какого хуя щас было?
— Один за всех. Ты активировал мою причуду. И я не говорил, что ты виноват!
— Ты на меня так посмотрел, что, блять, и говорить не надо! — привычно рыкнул Бакуго, пытаясь осознать остальное.
Мидория фыркнул на это.
— Не нравится по-хорошему, будет по-плохому. Мы идём к Всемогущему. Сейчас же!
— Не указывай мне, ебучий Деку! — привычно оскалился Каччан.
Мидория молча отвернулся от него, но не сдвинулся с места, надеясь, что Бакуго согласится на его предложение. Но ничего не происходило. К глазам вдруг подступила влага: последний шанс сблизиться с другом ушел из-под носа. Остаётся только ждать чуда, если он хочет нормально с ним поговорить.
— У тебя самого-то какие мысли? — напряжённо спросил блондин, ероша свои и без того сильно растрёпанные волосы.
— Я уже всё сказал. — Деку так и не повернулся к собеседнику.
Бакуго грустно вздохнул, нерешительно сделал шаг к бывшему другу и всё же положил ему руку на плечо.
— Деку, что происходит? — стараясь сдерживаться, спросил он.
— Ничего. Всё в порядке. — Он закусил губу, стараясь не смотреть на подошедшего парня. «Голос ведь не выдал меня, так?» — пронеслись в голове мысли.
— Кому ты, блять, пиздишь?! — прорычал Бакуго рядом.
— С чего ты взял, что я лгу тебе?! — голос был ощутимо неровным. Деку знал, что скажет дальше привычный ему Каччан. Хотелось надеяться, что он был не прав.
— Пиздеть ты как не умел, так и не умеешь, — грустно покачал головой Бакуго, не убирая руки.
Изуку утвердительно кивнул головой. Жест Бакуго не остался без внимания, но он проигнорировал его.
— Колись давай, — доверительно произнёс блондин, убирая руку с плеча Мидории, и, привычно засунув их в карман штанов, снова уставился в небо.
— Я просто хочу, что бы было как раньше. — Деку машинально обнял себя. — Точнее, что бы мы были хотя бы приятелями. Ну, знаешь там, в кино ходить, гулять вместе… Что-нибудь из этого.
— Звучит как предложение на свидание, — едко усмехнулся блондин.
— На свидание ты пойдешь максимум с Минетой или сам с собой, ублюдок. — Мидория незаметно стёр слезы с глаз.
— Ладно, пошли к Всемогущему, — примирительно сказал Бакуго, сделав вид, что не видел слегка покрасневших щёк и слез, и, развернувшись, двинулся. — Ты че там, блядь, застрял?
— Иду я, — раздражённо отозвался Изуку.
— Не хочу я с этими шарами никуда идти, лучше уж с тобой, — не подумав, брякнул Бакуго себе под нос.
Деку самодовольно хмыкнул, решая принять эти слова за комплимент.
— Каччан, а ты часто мысли вслух говоришь?
— А? — удивился Бакуго.
— Нечасто ты такие вещи говоришь, обо мне — так тем более.
— Чё, бля? — не понял Каччан, о чём речь.
— Забей, — махнул рукой Деку. — Всемогущий говорил, что будет с Аизавой-сенсеем обсуждать расписание у него в кабинете. Оставим тайну между нами тремя или сенсея тоже посвятим?
— Мне похуй, — фыркнул Бакуго и понял, о чём говорил Мидория, но решил промолчать.
— Тогда давай промолчим. Чем меньше людей знают об этом — тем лучше.
— Тц, — пренебрежительно фыркнул блондин и отвернулся, задумавшись о том, что стал больше переживать за Изуку и свои действия, чтобы помочь ему.
— Идиоты, — проводил ледяным взглядом их Шото, которого даже не заметили парни, хотя он сидел около соседнего дерева и не скрывался. — Кажется, пора делать ставки, — и пошёл обратно к сокурсникам, решив, что если они разнесут кабинет преподавателей, это явно уже не его проблемы. Но потом, решив, что эти ходячие проблемы пойдут именно туда, поэтому направился на полигон. На самую дальнюю его часть, где никого не бывает.
***
Как ни странно, добрались они без приключений и ссор. Мидория резко завернул за угол и остановился перед первой дверью. — Сюда, — сказал он то, что не нуждалось в его объяснении. В комнате Айзава докапывался до Тошинори. — Всемогущий! — крикнул Мидория, открывая дверь в лучших традициях Каччана. — А постучать слабо было? — спросил блондин. — А ещё говорят, я невоспитанный… — Так ты у нас теперь за все правила приличия, да? Всемогущий, нам нужно поговорить! — Ну кто-то же, блядь, должен, если ты не можешь, идиот! — рыкнул на него в ответ Бакуго. Айзава посмотрел на вошедших парней, тихо вздохнул, бросив тихое «Я уже ушёл», и покинул кабинет. Трое оставшихся проводили его взглядом. — Надо же, какой покладистый, — усмехнулся Бакуго в излюбленной манере. — Мидория, мальчик мой. Бакуго, мальчик мой, что вам нужно от меня? — задал вопрос Всемогущий, убирая бумаги на столе в сторону от блондина. На всякий случай. — Объяснить какого хера с нами происходит, — несколько меланхолично сказал Бакуго. — Кажется, во время прошлой миссии, когда я передал свою причуду Бакуго, наши ДНК смешались. Теперь у него есть моя причуда, а у меня его. — Мидория подсел к мужчине. — К тому же, у нас изменились характеры. Теперь мы не знаем, что делать. — Про ДНК, мне кажется, ты перегибаешь палку, — фыркнул блондин. — А в остальном дебильный Деку прав. Правда меня напрягают его некоторые откровения. — Что ты хочешь этим сказать, ублюдок?! — начал взрываться Мидория, случайно активируя причуду Каччана. — Успокойся. — Встав, Всемогущий положил руку на плечо своего приемника. — Вот и я об этом, — хмыкнул Каччан. — И что делать? А то мне надоело, как на нас смотрят. — Идите домой, пообщайтесь и постарайтесь вести себя как и раньше. Я что-то слышал о причуде, которая даёт все знания, но человека с такой причудой не встречал. Идите, идите. — Тошинори легонько подтолкнул их к двери. — Не мешайте мне работать. — Угу, только ещё сильней не разнесите своё общежитие, — согласился вошедший Айзава, глядя на двух искрящихся парней. — И какой делаем вывод? — выдыхая, оскалился блондин, глядя на закрывшуюся за ними дверь. — Просто ждём. Или можем попытаться найти человека с такой причудой. А ещё — стараемся не убить друг друга. На этом всё. — В смысле «на этом всё»? Как минимум не убить друг друга — это уже, блять, невыполнимая задача! — всё-таки разорался Кацуки. — Если мы не будем бесить друг друга, это будет что-то на грани реальности. Так что, умерь свой пыл, а то я отпечатаю тебя в стену. — Это я тебя бешу? Ты совсем нюх потерял, выродок?! — орал Бакуго, схватив за грудки зеленоглазого. — А сейчас что ты делаешь, сволочь?! Не ты ли на драку нарываешься? — вцепился тому в запястья, стараясь оттянуть дальше и освободить форму от захвата. — Я нарываюсь, значит? — недобро усмехнулся блондин, ударяя одной рукой с применением обоих причуд в стену рядом с лицом бывшего друга. — Если вы опять ругаетесь, идите на полигон, его не жалко, — меланхолично выглянул из кабинета Аизава. — В смысле если? — немного удивился Бакуго. — Ну, со стороны непонятно, не то ссоритесь, не то милуетесь, — так же пофигистично произнёс преподаватель. — Кстати, если второе — не забывайте о правилах академии и средствах предохранения. От такого поворота Каччан отскочил от Изуку и непонимающе посмотрел на оппонента, а потом на куратора. — Да пошли вы оба! — рявкнул Бакуго и, развернувшись на каблуках, пошёл прочь. — Ну нет, так нет, — безэмоционально смотрел на блондина Шота, а потом оглядел с ног до головы второго ученика. Пожав плечами, скрылся обратно в кабинете, закрыв двери.***
— Бакуго, ты совсем, что ли, сдурел?! Забыл, что нам говорил Всемогущий?! — кричал Деку, стоя на уже практически разрушенном полигоне. Оставалось всего несколько руин, хоть как-то напоминающих здания. — Нахуй. Пошли. Оба! — прорычал между ударами-взрывами по стене. Деку промолчал на посыл, с текущими обстоятельствами выпускать эмоции на чём-то неживом — лучшее решение. Конечно, их могли увидеть, и тогда обоим крышка, но думать об этом сейчас как-то не хотелось. Изуку подошел к другу и облокотился спиной на стену недалеко от него. — Я просто рядом постою, — предупредил он. — Лучше свали, — психовал Бакуго. Когда от стены практически ничего не осталось, он устало сел рядом с уцелевшим участком, пытаясь отдышаться. — Чё хотел? По блядскому пыхтению слышу, что хочешь что-то вякнуть, — немного отдышавшись, произнёс Бакуго. — Нам нельзя разделяться, усвой это. — Деку опустился на землю: ноги затекли. — Я побуду тут с тобой. — Я не об этом, — повернулся к нему блондин. — Ты когда хочешь что-то сказать, по уебански пыхтишь до тех пор, пока не скажешь. Так что выкладывай, и не беси меня ещё больше. — М-м-м… У меня есть предложение, с которым ты мне помог. Давай найдем здесь «наше» место. — Он посмотрел на незаинтересованное лицо Бакуго. — Давай найдем здесь укромное место, где никто нас не найдёт, там можно устраивать спарринги и ругаться. А ещё ломать всё. — Он улыбнулся и закрыл глаза. — Тут и так редко кто появляется, — пожал плечами блондин. — Хотя, можно обосноваться в этом здании. Всё равно, если кто и занимается, то в начале или середине полигона. Здесь, на окраине я обычно никого не встречаю. На втором этаже указанного здания тихо психовал Шото из-за того, что понял, что всегда был атеистом и не умеет молиться, а молиться он уже хотел начать. — Давай. — Мидория поднялся на ноги. — Я голоден, пойдем в общежитие? — Не хочу, там эти пидоры опять будут на меня коситься из-за твоих взрывов, — честно признался Бакуго. — Ты хоть знаешь, сколько времени провел здесь? — Деку с недоверием посмотрел на Каччана. — Нет, — ухмыльнулся он. — Но раз ещё светло, то недостаточно, чтоб все легли спать. — Как знаешь. — Изуку пожал плечами. Кажется, это входит в привычку. — Если ты всё-таки пойдёшь в общагу, можешь и мне пожрать притащить? — хмыкнул Кацуки. — Обойдешься, я оставлю у твоего порога. Если не хочешь, чтобы её спиздили, могу забрать к себе. — Пиздуй уже! — рыкнул Блонди и встал, направившись к краю полигона. — Сам потом приготовлю. Дойдя до травы, он улёгся и прикрыл глаза, меланхолично размышляя, как его всё достало, как он устал и хочет побыть один. Шорох травы известил о том, что Деку ушёл. Дойдя до входа, Мидория уже успел рассчитать продукты на две порции, мысленно прикидывая, не убьет ли его за это Бакуго. Открыв глаза, Каччан понял, что уснул и проспал до глубокого вечера, если не ночи. Но тут же обрадовался, что велика вероятность, что однокурсники тоже уже улеглись. И, насвистывая легкую мелодию, отправился обратно в общежитие. Этим свистом он случайно разбудил спящего на выступе Тодороки, который сладко потянулся и решил так же: раз ночь, то можно не переживать, что что-то опять пойдёт не так.***
Шото оказался не прав, ведь всё, что могло пойти не так — уже пошло. Дойдя до общежития, Бакуго сразу отправился на кухню. Есть хотелось неумолимо. Но открыв холодильник — застыл. — Деку! Ёб твою мать! — взревел блондин, случайно взорвав ручку дверцы. И, захлопнув, унёсся в поисках виновника его голодного сна, совершенно не обращая внимания, что железный монстр от такого пренебрежения покачнулся и начал заваливаться. Деку спокойно шел от Цуи в свою комнату, пока не услышал вопль с первого этажа: «Деку! Ёб твою мать!». Подумав, что Бакуго вернулся и злится из-за пропажи продуктов, он кинул вниз: «Зайди ко мне, Каччан!» и направился в свою комнату, слушая отборные маты в свой адрес, которые даже стены с звукоизоляцией не могли полностью поглотить. — Деку, блядь! — стоял в дверях разъярённый блондин. Но услышав, что внизу что-то грохотало, выдохнул, зашёл и закрыл двери. — Жрать хочу, — спокойно произнёс он другу, как будто ничего не произошло. — Тогда бери, — кивнул Изуку на стоящий на его столе поднос. Высокомерно окинув взглядом Изуку и прислушавшись к тому, что творится за дверями, спокойно прошёл и сел за стол, начав хомячить. — Даже спасибо не скажешь? — И тебе не хворать, — огрызнулся жующий с набитым ртом. Деку фыркнул и еле удержался, чтобы не съязвить в ответ. Поддаваться эмоциям сейчас нежелательно, даже если и хочется набить морду одному жующему идиоту. — Ты чай не захватил? — Он как будто специально бесил Деку. — Сам сделаешь. Я на полигон, — буркнул он и вышел за дверь своей комнаты. — А ну стоять! — рявкнул блондин, оказываясь перед ним. — Доем, тогда и пойдёшь. — Я тебе мешаю тем, что нахожусь вне своей комнаты? Уйди с дороги. — Нет, просто не хочу, чтоб ты находился один, — сказал Бакуго, отходя от дверей. От такого признания Деку и пошевелиться не мог: застыл с широко открытыми глазами, медленно осознавая, что только что произошло. — Это ты типа пытался заботиться обо мне или что? — Ну если тебе приятно так считать, то пускай будет так, — сделал он шаг к недоеденной порции. — С каких пор ты начал угождать другим? — Деку из приличия повернул к нему голову, а рукой оперся о косяк двери. — С таких, что меня уже всё заебало, — спокойно ответил ему гость. — Уверен? — Нет, просто не хочу тут находиться один, — сказал Бакуго, отходя от дверей. — Предпочитаю знать в подрыве чего меня обвиняют до того, как обвинят. — Ты уже закончил? — резко сменил тему Мидория. — Нет. — Ешь быстрее. Я буду ждать внизу, возьму пару бутылок с водой. Не забудь тарелку принести, — с этими словами он вышел из комнаты, оставляя Бакуго в гордом одиночестве. Бакуго лениво колупал палочками рис с овощами и размышлял, почему он на самом деле не хотел, чтоб Деку шел один, и не понимал самого себя. — Каччан, что ты сделал с холодильником? — прошептал внезапно зашедший в комнату Деку. — Я слышал, как Шото с кем-то говорил о его поломке. — Он посмотрел на то, как блондин начал открывать рот, и сразу же добавил: — Не кричи. Я тебя ни в чем не обвиняю. По крайней мере, пока что. — Ничего я не делал! — и немного смутился. — Ну, может быть, ручку немного подпортил. — Неважно, выйдем через окно. — Деку открыл прозрачное стекло в раме, и ему в лицо дунул прохладный ночной ветерок. — Если ты не передумал. Бакуго посмотрел то на недоеденный ужин, то на Мидорию. И хотел уже послать Деку с его предложением, как услышал шаги по коридору. — Ладно, валим, — решил он, что проще согласиться, чем снова оправдываться за то, о чём не представляет. Мидория выскользнул первым, мягко приземляясь на траву. Посмотрев на прибывшего сверху друга, Изуку и он спрятались за кустом, когда дверь в комнату Мидории распахнулась. — Бежим, — прошептал хозяин комнаты и двинулся вперёд. — Как-то это не очень по-геройски, — не отставая, фыркнул Бакуго. — Хочешь получить за холодильник? — задал Деку риторический вопрос. — Нет, я же уже говорил, блядь, что ненавижу получать за то, о чём понятия не имею! — рыкнул на ходу парень. — Но что-то мне подсказывает, что из-за ручки такого кипиша бы не было. — Ты точно ничего не учудил? — с подозрением посмотрел на Мидорию. — Действительно… Ты не думал, что мог его толкнуть, скажем, слишком сильно? Чисто случайно. — А хуй его знает, если это вообще был я. — Хм-пф, ладно, отложим на потом. Мы почти пришли. Бакуго лишь пожал плечами и перешёл на шаг вслед за другом. — Тренируйся, а я пока вздремну, — сказал Бакуго, когда они пришли на прежнее место, вновь развалившись на траве. — Не офигел ли, а? Поднимайся! — С какого перепугу? — уточнил Бакуго, приоткрывая один глаз. — С того, что это ты не отпустил меня, когда у меня было настроение поразбивать стены. — Мидория склонился над ним, угрюмо смотря прямо в глаза. — Опять я виноват? — хмыкнул Бакуго. Не найдя, что ответить, Изуку лег на спину на траву рядом с Каччаном, рассматривая ночное небо. — Решил забить на тренировку? — слегка покосился не него Каччан. — Ты сегодня весь день пропустил. — Почти так же, как и ты, если не считать вон ту стену. — Изуку пальцем показал на остатки кирпичей. — Но день ведь ещё не закончился, да? — Угу, — и широко зевнул. — Деку, сделай одолжение… — Что такое, Каччан? — Он лег на бок лицом к другу. — Ты опять пыхтишь. Если не хочешь тренироваться, то выкладывай, чё тебя мучает, — размеренно ответил блондин, разглядывая звёздное небо. — Умеешь же ты испортить всё, придурок! — Деку перевернулся на другой бок. — Что я опять испортил? — удивленно повернулся на бок Бакуго, смотря на него нечитаемым взглядом. — Я же сказал: всё! — Изуку вернулся к положению на спине и вскинул руки в небо. Потом сложил их у себя на животе и медленно произнес: — Каччан… — Что? — положив голову на руку, отозвался Бакуго, задумчиво рассматривая черно-зелёные волосы. — Каччан, если… Нет, когда! Каччан, когда мы все исправим, мы снова будем врагами? Снова будем ходить по отдельности? — А исправим ли? — откинулся на спину Бакуго. — Что-то меня терзают сомнения. А что, ты уже не хочешь, чтоб всё вернулось, как было? — Не хочу. Я всё детство мечтал, чтобы было так, как сейчас. У меня, наконец, есть сильная причуда, мы — друзья, а ты признал меня равным себе, и мы просто разговариваем под луной. Но мы точно всё исправим, невозможно оставить всё это так! Другие уже привыкли к нам прежним, и нам нужно не подвести их. — Деку, ты такой Деку, — беззлобно рассмеялся блондин. — Лучше бы о нашем секрете ты больше думал, а не об остальных. И снова ты не всё сказал. Или ты задумал что-то сделать? Мидория улыбнулся так беззаботно, как было в самом детстве. — Я просто хочу быть рядом с тобой, Каччан. Всегда, где бы ни был. — Звучит… Даже не знаю как сказать, — задумчиво посмотрел он на парня из-под прикрытых ресниц. А тот уставился в небо, никак не реагируя на внешние факторы, кроме слов. — Похоже, у меня нет выбора, — хмыкнул блондин и опять уставился в небо. — Какого выбора? — На то, что ты постоянно рядом, — фыркнул блондин. — Хм, здесь стало прохладно. — Деку сел, скрючившись. — Да вроде нормально, — прислушался к себе Бакуго. — Если холодно — попробуй взорвать стену. Он встал, зазывая с собой блондина: — Идем? — Я опять что-то не так сказал, да? — уточнил Каччан, подозрительно вглядываясь в парня, не двигаясь с места. — Нет, всё в порядке. Просто хочу согреться. — Деку пожал плечами. И правда, привычка. Чувствуя подвох, Бакуго аккуратно встал. — И как греться хочешь? — Да. — начал он неуверенно, — потренируюсь, два зайца одним выстрелом. — Изуку усмехнулся. — А зачем меня поднял? — подозревал он в чем-то Изуку. — Одному скучно. Поможешь? — Деку почесал рукой затылок и протянул руку, приглашая за собой. — Ладно, — соглашаясь на потасовку и вставая в стойку, оскалился. — Что может быть лучше хорошего спарринга? — И не ожидал ничего другого. — Деку прыснул в кулак. — Готовься! — приготовившись, велел он. — Я всегда, блять, готов! — чувствуя, как от предвкушение напряглись мышцы и заискрили причудой, сказал Бакуго. — Посмотрим! — крикнул Изуку, метнувшись вперед. Бакуго резко отскочил в сторону, направив на место бывшей дислокации взрыв. И снова меняя место положения, ожидая действий партнёра и стараясь его просчитать. Активировав малую долю своей причуды, Деку пытался предугадать следующее действие противника и прыгнул именно туда, где ожидал подловить Каччана. Но и Бакуго уже чуть ли не наизусть знал парня, с которым они часто сражались со злодеями, поэтому, воспользовавшись его заминкой, он подскочил сзади и, схватив-придавив сгибом локтя шею, ткнул пальцами, сложёнными на манер пистолета, ему в висок. — Попался! — оскалившись, выдохнул Бакуго около уха Деку. Пытаясь найти выход из ситуации, Мидория пытается сбить противника с ног, заведя одну из своих, но терпит неудачу: Бакуго блокирует его ногу своей и чуть наклоняет, чтоб противник не смог воспользоваться своим преимуществом, не потеряв равновесия. И тут же свободной рукой пресек попытку двинуть с локтя, взяв на излом. И теперь тяжело дышал около лица, ожидая следующего шага Мидории, который его стараниями был практически выгнут дугой. — Чёрт, — произнес он, тяжело дыша. — Почему всё закончилось так быстро? — Ты хочешь сказать, что сдался? — с азартом выпалил Бакуго. — Нет, конечно! — Что дальше? — широко и немного маньячно улыбнулся Каччан, не переставая удерживать Деку, ожидая практически всего на свете. Деку поставил левую ногу чуть вперед и, повернув немного головой, выразительно посмотрел на Каччана. И оценив то, как он близко, поддался странному желанию, поймав чужие губы. На мгновение от неожиданности Бакуго ослабил хватку, за что и поплатился, оказавшись на лопатках с восседающим сверху Мидорией. — Какого хера сейчас было? — оскалился блондин, не зная, как реагировать на произошедшее. — Э… Считай военная хитрость, — густо краснея, сказал Мидория, только отходя от шока. Букуго подозрительно прищурился, оценивая спарринг-партнера, и сложил руки на груди. — Тогда либо слезай, либо не елозь, — всё ещё пристально наблюдая за бывшим другом и намекая ему на то, как тот сидит. — Ага, уже. — Мидория отпрыгнул на тот случай, если блондин захочет продолжить спарринг. Бакуго аккуратно встал, отряхнулся, посмотрел искоса с очередной порцией подозрения, сделал шаг в сторону и ещё раз отряхнулся. Хмыкнул своим мыслям и отошёл обратно к траве. Деку встал свободно. За недавнюю выходку было ужасно стыдно, о чём свидетельствовали багряные щеки и уши. Зря он это затеял. Да Бакуго теперь постоянно косится с недоверием. Он закусил губу, надеясь, что никто этого не увидит. Дождавшись, когда Каччан отвернется, сделал едва заметный шаг назад. Хотелось сбежать, спрятаться и никогда не попадаться на глаза этому… идиоту. Забывать ничего не хотелось, ни ночи под небом, ни поцелуя. С легким стоном Бакуго откинулся на траву и прикрыл глаза, всё тем же сгибом, которым пару минут назад удерживал Изуку. Внешне оставался спокойным, но внутри всё бурлило от мыслей о случившемся событии. Сорвав второй рукой травинку, он закусил её. В раздумьях играя с ней языком, от чего видимый кончик трепетал. Изредка перекатывая зелёный росток из одного конца губ в другой, ожидал, что дальше сделает Деку и как оправдает случившуюся «Военную хитрость». Но слова не шли, мысли спутались окончательно, пока он думал над тем, что сказать. Увидев, как Бакуго лег на траву, он сделал ещё один подсознательный шаг. Пока одна его часть кричала о побеге, другая грезила остаться подольше. Луна полностью вышла из-за туч, освещая поляну, на которой они находились. Блондин всё так же ожидал того, что будет дальше. Прекрасно понимая, если скажет хоть слово, то, скорее всего, сорвётся, а Мидория будет его избегать ещё долго. И честно пытался понять, почему внутри всё бунтует против этого. Поэтому ему оставалось ждать и мучить травинку. Сказать хоть слово — было для Изуку равносильно самоубийству. Почему-то он вновь почувствовал себя беспричудным школьником. Хотел вернуться в прошлое? Он это получил не в самом лучшем виде. Он это заслужил, он корил себя. Очередной необдуманный поступок, а ведь ещё вчера днем он был вроде как умным. Весь ум растряс, полный идиот. — Так и будешь стоять и тупить? — нарушил тишину Бакуго. — И что я, по-твоему, должен делать? — отозвался Деку. — Продолжать, — без задней мысли сказал Каччан, имея в виду тренировку. — Так хочется после… этого? У меня настроение пропало. — Ну ты здесь разве не за этим? Или ты уже согрелся. — Тц, — послышалось с его стороны. — Ну как знаешь, — сдвинул руку на лоб и стал вновь рассматривать звёзды. Деку посмотрел на друга. Несколько минут назад он и сам так лежал вместе с ним. А теперь, если он подойдет ближе — в лучшем случае его пошлют. Но ведь его не прогнали сразу и даже предложили продолжить тренировку. Значит ли это, что Каччан просто не обратил на это внимания? Деку на это надеялся, но с места не сдвинулся. — Раздражаешь, — подал голос блондин. — Знаю. Не удивлен. — Деку сделал один единственный шаг навстречу Каччану. — Тц, — фыркнул в ответ Бакуго, до сих пор успокаивая в себе эмоции. Не встретив сопротивления, он остановился примерно в пятнадцати шагах от него, так и не решаясь подойти ближе. Чувствуя, что Мидория стоит рядом, он приоткрыл один глаз, глянул на него, словно просканировал, и закрыл обратно, стараясь расслабиться. «Может, это действительно была только хитрость?» — подумал Бакуго. Заметив, как спокойно на него реагируют, он вдруг осмелел и подошел, опускаясь рядом на траву. Изуку всё ещё держал приличное расстояние. Блондин хмыкнул и сел. — И всё-таки, что сейчас произошло? — пристально смотря в глаза Деку. — Что происходит? Он смущенно отвел свой взгляд, но всё ещё чувствовал чужой взгляд на себе. — Что ты хочешь этим сказать? — Деку, я может быть и псих, но не идиот, — продолжал он его гипнотизировать вишневыми глазами, стараясь заглянуть во все потайные уголки его души. — То ты бегаешь от меня, то липнешь. То краснеешь, как влюблённая девчонка, то мнёшься, пытаясь что-то сказать, увиливаешь, когда я тебя спрашиваю. Сегодня предлагал что-то смутно похожее на свидание. Когда я решил, что мне показалось, ты тут с этой «военной хитростью». Я был готов поверить, что это была просто хитрость, если бы не твоё поведение сейчас. — Он смотрел на Мидорию не моргая. — Ох, ну я и сам понял только после… Ты меня понял. — Нет, не понял, объясняй. — После того, как мы поцеловались! Я никогда не думал о тебе в таком плане, а сейчас, кажется, всё понял. — Только сейчас? — подозрительно посмотрел на него блондин. И видя, как смутился и начал вскакивать Деку, чтобы опять сбежать от разговора, он ухватил его за руку и дернул на себя, предотвращая попытку к бегству. Но не рассчитал и опрокинул парня на себя, сам приземлившись на траву спиной. — Хер я тебе дам сбежать, пока ответ меня не удовлетворит, — объяснил Бакуго своё действие и, оценив, в каком положении оказались после секундного замешательства, сцепил руки у него за спиной. — Э?! Отпусти меня! — потребовал Деку, стараясь вырваться из цепкой хватки. — Обязательно отпущу, как ответишь на вопросы, — немного смутившись, практически выдохнул ему в лицо, опаляя горячим дыханием. — Не ерзай, пожалуйста. — О, Всемогущий, — растерянно ответил Деку. Немного успокоившись, он лег на грудь Каччана, а голову оставил на его плече. — И какие же у тебя вопросы? Каччан ощутимо напрягся. — Ты перестал пыхтеть, — прошептал удивленно Бакуго, продолжая анализировать не только поведения парня, но и своё собственное. — Получается, последние дни ты думал, эм, о близости? — Мне просто нравилось быть рядом с тобой! Ни о чём другом я не думал! — громко сказал он, жалея, что не может достать свои руки. Он слегка ослабил хватку и повернул немного лицо так, чтобы можно спокойно посмотреть Изуку в глаза. — Э-э-э… Это всё? — спросил у него Мидория, смотра куда-то за голову. — Не знаю, зависит от тебя, — выдохнул Бакуго практически в губы партнёру, внаглую изучая его лицо. — Ты так хочешь, чтобы я тебя отпустил? — улыбнувшись, прошептал Кацуки. — Оставь так, идиот, — наконец ответил ему Деку, возвращая взгляд на лицо парня. — Надеюсь, нас не ищут, — закончил бубнить он. — Похуй на них, — продолжал изучать собеседника и ослабил хватку, не убирая полностью рук. Деку еле ощутимо кивнул и положил свою голову обратно на плечо своей «ловушки». — Ты действительно ни о чём подобном не думал раньше? — нарушил тишину и взял лицо Деку в свои руки так, чтобы видеть собеседника. — Никогда, а ты? — на этот раз он не стал уворачиваться или как-то выкручиваться. Он посмотрел сначала в глаза Каччану, потом на его губы и снова вернул взгляд на глаза. — Наверное, нет, — умело солгал он. Этот момент он иногда видел во сне, и для этого не хватало всего пару штрихов. — Но, думаю, стоит начать, если ты не против, — и слегка притянул к себе друга, как бы спрашивая разрешение на поцелуй. Деку, поняв намек Бакуго, тоже придвинулся к нему, мягко касаясь чужих губ. Неловкое движение Деку породило бурю эмоций, и Бакуго с рыком углубил поцелуй, одной рукой притягивая его голову ближе, а другой сжав бедро зеленоглазого юноши, не зная чего прося: или чтоб тот меньше дергался на нем, или наоборот. Проворчав что-то нечленораздельное, Мидория вытянул одну из рук и обнял Кацуки за шею, полностью перестав сопротивляться. Чувствуя, как поддался и обнял его Изуку, Бакуго простонал в поцелуе. — К-хм, — практически рядом раздался знакомый холодный голос. — И долго мне ещё ждать? Молодые люди вздрогнули и прервали поцелуй, но Бакуго удерживал Мидорию так, чтоб тот не мог двинуться. — Не, я, конечно, всё понимаю, что примирение любовников, вновь вспыхнувшая любовь, но за холодильник ответить всё же придётся, — хмыкнул Шото, которому надоело ждать, когда голубки закончат ворковать. — Съебись нахуй, двумордый пидор! — рыкнул Бакуго, продолжая удерживать Деку. — Забавно, любовь у вас, а пидор опять я, — удаляясь, проворчал Тодороки. И, остановившись, бросил через плечо: — Не знаю, что вы там ещё натворили, но вас искали Аизава со Всемогущим, и с ними был какой-то мужик. Бакуго вздрогнул, отпуская полностью Мидорию, он уже не был уверен, что хочет что-то менять в своей жизни. — Вот всё и закончилось, да? — произнес Деку с грустной ноткой в голосе. — Похоже, — в прострации простонал Каччан. Подарив ещё один краткий поцелуй в губы, он спросил: — Идём? — Угу, — безэмоционально согласился блондин, глядя, как встаёт Деку. Бакуго хотелось взвыть и взорвать всё и всех, но он старался, чтобы оставаться внешне спокойным. Не обязательно окружающим знать его чувства, как всегда. Деку взял Кацуки за руку. Этот невинный жест немного успокоил блондина. — Если ты не против. Так можно дойти до выхода, — пояснил он. — Я ещё жду, — напомнил Шото о своём присутствие. — Я убью тебя, двумордый! — Бакуго резко стартанул к сопернику Каччана, предавая себе ускорение взрывом. Ему безумно не хотелось оставлять Деку одного, но постараться убить своего соперника хотелось сильней. Не факт, что подобная идиллия сможет повториться когда-нибудь. Немного опешив из-за исчезновения тепла в своей руке, Деку посмотрел на двоих парней и побежал их разнимать. Со стороны потасовка Шото и Бакуго с пытающимся их разнять Мидорией выглядела как пыльное стихийное бедствие, которое плевалось огнём, льдом, периодически взрывалось, несчастно материлось и неумолимо двигалось в сторону жилой зоны, обещая похоронить всех, кто попадётся. До тех пор, пока они не налетели на Сотриголову со Всемогущим. И вмиг всё замерло, при этом парни прямо в воздухе. Первый понял, в чем дело, Тодороки и победно ухмыльнулся, что заставило практически взвыть от бешенства Бакуго, который держал его за ворот с занесённой для удара рукой и активированным взрывом, но замершим под действием чужой причуды. Зато Мидория выдохнул, правда вверх тормашками, ибо в этот момент он летел, чтобы оттолкнуть двух дерущихся друг от друга в очередной раз, чтобы они не поубивали друг друга, хотя отчасти понимал Каччана и его гнев. — Как мне это надоело, — флегматично оповестил всех присутствующих Аизава, активируя свою причуду. — Готов? — спросил Всемогущего и, дождавшись утвердительного кивка, скомандовал: — Отпускай. После чего всех притянула к себе земля. Шото приземлился на ноги и гордо задрал нос, а отпустивший его Бакуго умудрился перегруппироваться и приземлиться на одно колено, поймав на руки неуспевающего что-либо сделать Деку. Бережно посадив его на землю, снова встал и двинулся к Тодороки, планируя закончить начатое, пусть и без причуд. — Похоже, это опять надолго, — сделал выводы Аизава. — Хватит! — рявкнул Всемогущий. — Что опять у вас произошло? — Вы просили их привести, — как ни в чем не бывало произнёс Шото. — Сделал, что смог. Бакуго остановился, подозрительно смотря на соперника. — А, и да, нам нужен новый холодильник, этот не починить, — «случайно» вспомнил сын старателя. — Нам сказали, что вы нашли человека со всезнающий причудой, — заметил Деку, отряхиваясь от пыли и надеясь, что драка всё же не состоится. — Угу, — согласился Бакуго, раздумывая о том, что пусть их не сдал учителям Тодороки, стоит ли сделать так, что бы больше тот не смог им мешать. — Да, это правда! Он ожидает вас! Пойдёмте же скорее, — сказал Всемогущий, встав в очередную «геройскую» позу. — Тогда, какого хера мы ждём?! — рявкнул Кацуки, решив пока оставить Тодороки в живых. — А с холодильником пускай Яойорозу поможет. — Она не может, — хмыкнул Шото, отворачиваясь. — Она днём и так заменила почти все что можно из-за того, что кто-то опять психовал. — Всемогущий, давайте уже сделаем это, — взял в себя в руки Бакуго, периодически кидая обвиняющие взгляды на Деку. — Пускай все встанет на свои места. — Ага, — поддакнул Мидория и прошел мимо учителей. Он старался не подавать виду, что сильно расстроился. — Идете? — Он повернулся к другим героям. — Тебе не кажется, что с ним что-то не так? — прошептал Всемогущий на ухо Айзаве. — Тц, — фыркнул в ответ на подслушанный вопрос Бакуго и отправился следом за парнем.***
Избавиться от чужих причуд оказалось довольно просто, оказалось нужно было обменяться либо кровью, либо чём нибудь другим, содержащим в себе ДНК носителя. Мужчина вежливо протянул им канцелярский нож. Бакуго усмехнулся своей мысли, что можно было сделать это и через поцелуй, но, посмотрев на задумчивого друга, отбросил эту мысль и просто прокусил себе руку. Мидория, глядя на этот жест Каччана, вежливо принял нож и сделал на ладони небольшой разрез, достаточный для того, чтобы выступила кровь. — А теперь просто соприкоснитесь ей и пожелайте возращения своих причуд, — «подбодрил» всезнающий мужчина, глядя, как немного нерешительно Бакуго протягивает руку. — Ну! — рявкнул Кацуки, желая уйти поскорей отсюда. Мидория только вздохнул и сжал тёплую и липкую от крови ладонь возлюбленного, желая, чтоб с причудами было все, как раньше. — Молодцы! Теперь все будет как раньше, — порадовался за ребят мужчина. — Я могу идти? — бесцеремонно поинтересовался Каччан и, не дожидаясь ответа, пошёл к выходу. — Простите его, — услышал Бакуго, как извинялся Мидория за его выходку, и решил не дожидаться Деку, как хотел ранее. Психанув, он решил уединиться и побыть один. Выйдя на улицу, он оглянулся и решил, что на крыше их общежития его точно не побеспокоят. Подходя к лестнице, он смачно матюкнулся, встав в лужу. И его абсолютно не заинтересовало, откуда могла появится лужа, если уже неделю не было дождей. Все поднятие по лестнице Бакуго сопровождал бурчанием. А сидящий на крыше Тодороки пытался понять, у Бакуго снова к нему счёты или он просто практикуется в изучении хитровыебаного матюка, чтобы потом всех шокировать? Но когда тот уселся в стороне, расслабился и постарался запомнить, чтоб посмотреть в интернете, как это переводится на нормальный язык. А после того, как тот замолчал, даже немного задремал, продолжая полу-лёжа облокачивается о вентиляционный люк, возвышающийся над крышей. Следом Тодороки удивился и поднявшемуся Мидории, и немного поразмышлял, стоит ли свалить сейчас, но принял неправильное решение и решил подремать. Блондин сидел на крыше и, смотря на звёзды, нервно гонял зубочистку, стараясь успокоиться. Вроде все хорошо, их желание вернуть все по местам исполнилось. И теперь вместо радости, что его больше не обвинят в случайных подрывах Деку, осталась пустота. Может, он и кривился, что приходилось быть постоянно с ним рядом и брать вину на себя, но в душе этому радовался. Он улёгся на спину и тут же вспомнил, что совсем недавно он лежал так не один, и, посмотрев на свои руки которые помнят ещё тепло вечно взъерошенного парнишки, он выдохнул, положив себе руки на грудь, стараясь запомнить это тепло и ощущения. Деку последние десять минут наблюдал за Каччаном, понимая, что он сейчас хочет побыть один. Но когда Кацуки лег на спину и с явной тоской вспоминал недавние дни, в душе что-то ёкнуло и потянуло вниз. Кажется, он вспоминал его, Деку. Поняв, что как бы не старался сохранить то тепло, оно неумолимо выветривается, отчего все нутро начинала жечь обида, и он, не сдержавшись, рыкнул, заставив вздрогнуть не только самого себя. — Каччан, — тихонько позвал его Деку, думая, что его не услышат, но его услышали, и не только того, кого позвал. Блондин замер и неверяще повернул голову туда, откуда послышался до боли знакомый голос. Увидев, что его заметили, он смущенно улыбнулся и помахал рукой в знак приветствия. — Чё встал? — старался сдержать привычную грубость блондин. — Просто не мешаю тебе копаться в своих чувствах, Каччан. — Он склонил голову на бок. — Хочешь, что бы я был ближе? — А ты снова стал собой, — привычно оскалился блондин. — Такой спокойный, что бесит. Деку рассмеялся на такое заявление: — Скажи еще, что хочешь, чтобы меня здесь не было, Каччан. — Не… — споткнулся на слове Бакуго. — Но лучше тебе и в правду тут не находиться. И немного сник, осознавая, что после возращения всех своих сил, больше не может себя сдерживать. — Да ладно тебе, — мягко проговорил Деку. — Уже все равно не уйду никуда. — Мидория прошел и сел рядом с Бакуго. — Блядь, Деку, не искушай ебаную судьбу, — прохрипел блондин, сжав кулаки, но так и не мог отвести взгляда от лица товарища. — Не хочешь навредить мне, да? — усмехнулся он. — Наоборот, — смутился Каччан и оторвал свой взгляд от собеседника, стараясь смотреть куда угодно, но не на него. — Правда? Тогда почему выгоняешь и говоришь со мной? Давно мог набить мне лицо. — Деку, блядь, ты что нарываешься на хуй? — повернулся к нему обратно Бакуго. — Да, — безбоязненно ответил он. — Заткнись! Пока я тебе не помог, — проворчал-прорычал блондин, приняв сидячее положение. — Хм? И каким же образом? — Деку опер голову на руку, не отрываясь смотря на Бакуго. — Ну все, сука, ты, блять, сам, на хуй, напросился! — рявкнул Бакуго и прыгнул. И тут же прижал провоцировавшего друга спиной к крыше, нависнув над ним и впившись в него жадным хищным поцелуем, больше похожим на укус. Отстранившись от жертвы, он мельком оценил, как удачно упал. И передвинул немного вперёд ногу, чтоб ощущать коленом жар паха лежащего перед ним. Тем временем Тодороки понял, что выбор он сделал неправильный, и пытался придумать, как уйти, чтоб его не заметили. — Я же предупреждал, тебя, блядь, — радостно рыкнул тому в лицо. Когда к промежности прикоснулись коленом, Деку сдавленно простонал, продолжая вызывающе улыбаться, мол, «Это все, что ты можешь?». — Мало, — вытянул Изуку из себя, приподнявшись за добавкой. — Ты продолжаешь меня провоцировать, — практически поймав поцелуем его стон. — Деку, сука, ты же понимаешь, я снова с трудом себя контролирую, — прошептал Бакуго, пытаясь унять свои мысли и желания, но его руки дрожали, сохраняя последнее пространство, а лоб покрылся испариной. — Так прекрати это. В смысле, контролировать, — снова простонал он, борясь с желанием высказать все, что он думает о его нерешительности. — Тц, ну тогда я не виноват, блядь, ебучий Деку! — рыкнул Бакуго, впиваясь поцелуем в желающего этого парня. Параллельно опускаясь на один локоть и второй рукой проводя по боку податливого парня, дойдя до ремня, несильно сжав его, чувствуя, как тот напрягся, и скользнул под ткань, мягко и нежно проводя большим пальцем по каждому изгибу мышц. Не имея возможности больше двигаться, Деку выгнулся, желая быть еще ближе к горячему телу. Иногда он елозил ногой по поверхности крыши, ожидая следующих действий парня сверху. — Деку, блять, — прохрипел в поцелуе блондин, подхватив того под спину и прижимая к себе так, что у того начали трещать кости. Разорвав поцелуй, он сел, не отпуская при этом Мидорию, и начал прокладывать дорожку из поцелуев от уха к ключице. Освободившейся рукой, на которую опирался, сжимал и поглаживал бедро. Сжимая края черной ткани, он слегка потянул её на себя. — Может… — из губ снова сорвался стон, когда Бакуго прикусил чувствительную кожу. — Займемся этим в тепле? Закрыв глаза, Тодороки наивно надеялся, что Каччан согласится на предложение, и они его избавят от неловкой ситуации. — Блядь, хер ты сейчас замёрзнешь, — прохрипел блондин ему в ключицу и, схватив Изуку за зад, притянул его к своему паху, явно намекая на то, что тот довел его, и сбежать больше не сможет. Подняв голову, посмотрел на Изуку и, видя, как тот покраснел, ухмыльнулся и потянулся к его губам. — Я же тебя предупреждал. Старательно отворачивая от парочки взгляд, Шото начал понимать смысл фразы Бакуго, как-то случайно ему брошенной: «Ахуел и не выхуел обратно», на собственной шкуре. Ему не понравилось. Первым припав к чужим губам, Изуку начал стягивать с парня безрукавку, намекая на более явные действия, чем просто поцелуи. Его стеснительность куда-то улетучивается рядом с Каччаном. Самодовольно хмыкнув, блондин отпустил зеленоглазого и, разорвав поцелуй, помог снять любимую борцовку. Потянувшись к его футболке, хищно оскалился и изменил движение к ремню Изуку, а что бы тот не протестовал, заткнул поцелуем, удерживая под ягодицы и немного поглаживая, при этом второй рукой продолжая расстегивать и стаскивать ремень. Поняв, что у него никаким образом не получится отвертеться сегодня, не то чтобы он этого не хотел, он лишь покрепче сжал руки на плечах Бакуго, стараясь не мешать ему осуществлять задуманное. Ухмыляясь такой легкой победе, он помог себе второй приспустить мешающие ему вещи и тут же сжал оголенные ягодицы разгоряченными от возбуждения и причуды руками, притягивая его сильней к своей эрекции. — Ты все-таки напросился, — продолжал самодовольно скалиться блондин и, слегка толкнувшись ему навстречу, намекая, что если тот хочет отказаться, то это его последний шанс. У невольного свидетеля задергался глаз, но проснувшееся чувство самосохранения подсказывало, что лучше не двигаться, что бы его и дальше не замечали. — Давай уже, — прошептал Деку, не смея перейти на полный голос, к тому же прекрасно осознавая, что его не выпустят ни при каких обстоятельствах. — А ты извращенец, Деку, — нежно прошептал ему Каччан и рывком развернул на сто восемьдесят градусов. — Поможешь? Бакуго положил его руку на свой ремень, а когда рука Деку случайно дотронулась до напрягшегося члена, блондин утробно зарычал, одной рукой прижимая и выгибая Мидорию, а второй грубовато оглаживал и сжимал чужой пах, чувствуя, как партнёр возбуждается все сильней. — Не больше тебя, — прозвучал ответ. Принявшись наспех вытягивать ремень из штанов, он заметил, что напряжен до предела, как и Бакуго. — Ха, ты меня ещё плохо знаешь, — прошептал блондин, целуя ухо, и отстранил руку Мидории, которая своим неумелым движением его ещё больше распаляла. И, освободив дрожащий в нетерпении ствол, потом нежно прижав к себе парня, давая время на осмысление и второй рукой мягко поглаживая стоящий член Изуку так, чтоб ещё больше распалить, но не дать кончить. В ответ ему что-то пропыхтел Мидория… Тодороки хотел разучиться ещё и слышать, не то, что видеть. Ведь эта возня невольно привлекала внимание. — Деку, ты, блять, меня снова провоцируешь! — сдавлено пророкотал блондин и ощутимо толкнулся, практически войдя, после того, как Мидория снова поелозил. Издав небольшой крик, он впился ногтями Кацуки в спину, царапая её до крови. В уголках глаз скопилась соленая влага, так и норовя пролиться наружу. — Хватит, Каччан! Давай нежнее! — попросил он. — Не дер… гай… ся… — стараясь дышать, прохрипел блондин, прижимаясь к спине товарища и сдерживаясь из последних сил. — Я последний раз предупреждаю, Де… В неловкой попытке отстраниться от неприятных ощущений, Деку попытался изменить положение и, удержав положение, сам насадился на возбужденный ствол Бакуго. — Каччан! — простонал он, насадившись практически до конца. Приятные ощущения, граничащие с болью, взорвались в нем с новой силой. Он старался не двигаться, прижимаясь своей тут же вспотевшей спиной к чужой груди. Из одного глаза слеза всё же выкатилась, и он быстро стер ее. — Говорил же… — простонал Бакуго и нежно поцеловал его в основание шеи. Возобновляя поглаживания по нежной коже практически опавшего от боли достоинства Мидории. — Расслабься, — возбужденно простонал Бакуго, массируя второй рукой внутреннюю часть бедра. — Идиот, — прошипел Изуку, в очередной раз простонав, когда Бакуго случайно задел его плоть рукой. — Я в порядке, — оповестил он парня, опираясь одной рукой о его колено для большей устойчивости. — Точно? — переспросил блондин несколько радостно. — Только не резко. Да… — Деку замер, когда чужая рука прошлась по позвоночнику. — Двигайся! — приказал он жалобным тоном. — Ты опять нарываешься, — простонал Бакуго и, обняв обоими руками зеленоволосого, впился зубами в шею, отчего тот дернулся, сам насаживаясь практически полностью на плоть Бакуго. — М-м-м, Деку… — простонал блондин, стараясь сдержаться, чтобы не двинуться, и удерживать парня, чтоб тот не начал вырываться и не заставил этим его кончить раньше времени. Практически не осознавая, что он творит, Деку еще больше поддался назад, выгибаясь в спине от чувства заполненности. — Я же просил… — простонал Каччан, закусывая губу. И, больше не в силах сдержаться, сделал первые толчки, оставляя засос на месте укуса. Растянув «да», Мидория с каждым новым проникновением стонал имя Каччана, невольно двигаясь бедрами ему навстречу. — Де-ку… — простонал Каччан, подстраиваясь под заданный, а потом, не сдерживаясь, наращивая темп, продолжая удерживать объект вожделения. И в наглую увеличивал темп второй рукой, чуть ли откровенно не надрачивая Мидории. — Изу-уку. Откровенно и пошло стонал Бакуго. — Деку, ты — ебаный урод, — рыкнул Бакуго, чувствуя, как Мидория изливается в его руку и на мгновение останавливаясь. — Ты, сука неблагодарная! Не прекращая удерживать смущенного парня, содрогающегося от очередной волны наслаждения, он смотрел на собственную руку в семени партнера. У случайного свидетеля задёргался глаз и начинал дёргаться второй. — Я это так просто не оставлю, — недобро усмехнулся Бакуго и укусил с другой стороны, заставляя открыть в стоне рот и в наглую засовывая ему туда испачканные пальцы. — Соси, зараза! — с угрозой пророкотал Кацуки. Обхватив мягкими губами пальцы, Мидория, стараясь не задевать липкую массу, что было в принципе невозможно, провел по ним шершавым языком. По неосторожности сделав громкий «чмок», он языком раздвинул пальцы, слега посасывая их. Иногда Деку выпускал пальцы из горячего рта, но надолго не отстранялся. — Умничка, блять, — рвано выдохнул Бакуго, начав снова двигаться с прежним темпом. — Не останавливайся. Снова рвано дыша, вернул свободную руку на воспрянувший член Изуку и продолжил ему мастурбировать, чувствуя, как тот снова приближается к той заветной границе, и откровенно млел от таких распутных действий любовника. От очередного чмока и ощущений, как его пальцы пошло посасывают и при этом с наслаждением стонут, Каччан не выдержал и с рыком, отдаленно напоминающим Деку, кончил, чувствуя, как следом доходит до пика и сам виновник. Тодороки Шото практически не умел краснеть, ну до этого он так думал, сейчас же, продолжая сидеть не двигаясь, понимал, что его бросает то в жар, то в холод. Не смотря, как незадачливые любовники обтираются любимой чёрной борцовкой Бакуго, он понял одну вещь, в которой боялся себе признаться. Перестав слышать и улавливать постороннее движение на крыше и поняв, что его так и не обнаружили, Шото всё-таки признался себе, что не только рад за друга, но и это был достаточно познавательный опыт. Но так и не смог признаться себе в том, что и сам бы не отказался подобный получить. И, выждав какое-то время, решил спуститься по другой пожарной лестнице.
