От Смоленска до Сантандера

– Простите меня, дурня старого, – вздохнул понурый Азаров. – Я же и Шурочку, малютку мою, и вас ненароком едва под расстрел не подвёл… Кабы не партизаны… – Ну что вы, вы ведь были больны и в бреду. Успокойтесь! – Больной, больной, а мог бы хоть что-то и соображать… Я же сам сколько лет воевал! Неужели совсем в старости ума лишился? Как я не разглядел хотя бы того, что на Шурочке французский мундир? После освобождения приободрившийся было Азаров разболелся снова – у него была какая-то мерзкая болезнь желудка, которая во французском плену только ухудшилась. Лишь в последние пару дней он пришёл в себя и стал понемногу вставать на ноги – и к нему пришло осознание того, что он, сам того не желая, выдал племянницу французам. – Дядюшка, пришёл приказ! Наш полк должен уйти в конце недели, – в комнату в новеньком мундире поручика – Васильев не забыл об обещанном повышении – влетела раскрасневшаяся от волнения Шура. – Говорят, скоро будем гнать Бонапарта в его собственную берлогу. – Так скоро? – воскликнул Азаров. – Я уже думал, свадьбу сыграть успеем… – Ты это ещё Дмитрию предложи, – засмеялась Шура. – Ох, дядя, да мы уже всеми мыслями на поле боя, – она расцеловала Азарова в обе щёки и повернулась к Винценто. – Винценто, как вы? Пойдёте с нашим отрядом? Мы поговорили с Васильевым, он будет рад. «Удивительная девушка. Другая, обручившись, только о свадьбе бы и щебетала…» Он понимал, что сейчас надо принять окончательное решение. Вспомнил о том, сколько его соотечественников, среди них и многие его приятели, ненавидели Бонапарта, сколько восстаний в южных районах страны было подавлено французами, сколько людей поддержало герцога Веллингтона, когда тот атаковал французов в Испании… Правильно ли он выбрал когда-то сторону, завербовавшись в полк наваррских стрелков? – Если вы отправитесь к своим, не уходите, пожалуйста, раньше нас, – попросила Шура. – Дмитрий и Иван, да и все наши ребята себе не простят, если с вами не попрощаются. И помните, что, как бы судьба ни извернулась, вы всегда сможете найти верных друзей в имении Азаровых. Винценто протянул ей руку: – Благодарю вас… поручик, – у Шуры глаза блеснули от счастья – она необычайно гордилась повышением. – Я теперь знаю, кто для меня «свои» – я поеду с вами.