It's not the time yet

На следующий день Антон уволился с работы, ушел со стажировки, не забыв высказать все в лицо бюрократическим подстилкам. Этот момент был, наверно, одним из лучших в его жизни. Самое тяжелое испытание состояло в том, чтобы рассказать матери Антона, почему ее сын резко решил переехать в другой город с каким-то незнакомым мужчиной. Парень поминутно краснел, запинался, а слова не вязались в предложения. Но Арсений мягко пожал руку женщины, широко улыбнулся и объяснил, что Шастун — его соулмейт, и он бы хотел забрать парня в Питер. Мать совершенно не была против этого решения. — Тош, если ты там будешь счастливее, езжай. Нечего сидеть в этой дыре, — сказала женщина. Конечно, как и любая мать на ее месте она потребовала от Попова подробностей: какие у него планы на ее сына, где они будут жить, понимает ли он, что женщина убьет его, если узнает, что Арсений обидел ее мальчика. — Ма-а-а-ам, — протянул Шастун, собирая свои пожитки. Он уже побагровел от смущения. Но Арсений справился со всеми вопросами матери, даже Антон не ожидал услышать такого подробного описания плана на будущее. Парень не мог знать, что он будет завтра смотреть по телевизору, а тут решается вопрос его дальнейшей жизни. Они купили билеты в тот же день, и на причитания Шастуна, что «дорого, Арс, у меня нет таких денег», Попов посмотрел на него как на умалишенного и ответил «кто вообще сказал, что ты платить будешь?». Вскоре они уже были в Санкт-Петербурге, и Шастун как в первый раз не отлипал от окна и рассматривал улицы города. Арсений же любовался своим соулмейтом и не мог поверить в происходящее. Когда они приехали к Попову домой, Антон понятия не имел, как себя вести. Квартира Арсения была сделана просто, но со вкусом; Шастун чувствовал, что сюда было вбухано много, много денег. Жилище актера было выполнено в бело-серых тонах. На полках стояли различные награды Арсения за хорошее актерское мастерство, кое-где висели фотографии Попова, на креслах валялись рубашки и футболки актера. Но если убрать это все, то квартира была бездушной и пустой, будто сошедшей со страниц журнала IKEA. — Я здесь нечасто бываю, — подметил Попов, ставя чемодан на пол и снимая пальто, — Но ты можешь чувствовать себя как дома. Они разложили вещи и решили устроить праздничный ужин, если это так можно было назвать. Перед их отъездом мать Антона наготовила еды и сунула еще теплые контейнеры сопротивляющемуся сыну в дорожную сумку. Шастун был ей очень благодарен, потому что сейчас он просто умирал с голоду. Арсений смог найти бутылку вина, подаренную ему когда-то давно хорошим знакомым, в одном из шкафчиков на кухне. Так они сидели за столом и узнавали друг друга, избегая неловких тем в разговоре. Словно старые друзья они шутили, пили и рассказывали друг другу разные истории. Вдруг Антон вздрогнул от вибрации телефона, который лежал в кармане его джинсов. — Извини, — сказал он, поднимаясь из-за стола и уходя в другую комнату, чтобы ответить на звонок. — Алло, Антон, — говорит голос в трубке, и парень узнает в нем Димку, — Ты как? Серега рассказал мне обо всем. Может, приедешь ко мне, пропустим по пивку? Шастун бьет себя по лицу. Он же ничего так и не рассказал своим друзьям о возвращении Попова. Когда парень увольнялся, Сережи не было в театре, у него был выходной. — Я не смогу сегодня, — медленно произносит Антон, пытаясь придумать, как объяснить всю ситуацию Позову. — Слушай, я знаю, что тебе сейчас хуево, но это не значит, что нужно переживать все в одиночестве, — серьезным тоном отвечает друг, и парень готов сквозь землю провалиться от стыда. — Да не, дело не в этом. Я просто… немного не в городе, — Шастун чувствует, в каком замешательстве пребывает Дима. — А где ты? — нетерпеливо тянет друг. — Я… в Питере. — Чего, блять?! — Позов так громко кричит в трубку, что Антон морщится, — Ты издеваешься надо мной? — Нет. Прости, Дим, просто так вышло… — Так вышло, что ты купил билет на самолет, собрал манатки и уехал в другой конец страны, не сказав ничего лучшим друзьям? И нахрена? — гневно спрашивает Позов. — Мне Арсений предложил, и… — Господи, блять, Антон, ты меня в могилу сведешь, — вздыхает друг по ту сторону трубки, — Расскажи мне все нормально. И Шастун рассказывает, краснеет и рассказывает, надеясь, что Попов не слышит разговора. Позов отчитывает друга, но в глубине души искренне радуется за этого балбеса. Сколько сил и времени он потратил, чтобы Антон наконец-то был со своим соулмейтом! Он даже ради себя так жопу не рвал! — Ты мне должен, — говорит под конец разговора Дима, — Ладно, мне еще весь этот пиздец Сереге объяснять. Когда соберешься в Воронеж, напиши. Пока. Шастун сгорает от стыда, но чувствует себя гораздо легче. *** Антон лежит в темноте на расправленном диване в Питере в гостиной Арсения Попова и не может в это поверить. Он смотрит в потолок и думает обо всех событиях, произошедших за последние сутки. Они калейдоскопом вертятся в его голове, путаются и сводят к одному — к Арсению, к его улыбке, к его доброте и дружелюбию. Шастун думает, что теперь он находится в правильном месте, словно последний кусочек паззла, вставленный в картинку. Он прислушивается к звукам в квартире. За окном слышится рев моторов машин, но внутри дома все тихо — будто жизнь здесь замерла на ночь. Он аккуратно встает и направляется в сторону спальни актера. Он приоткрывает дверь и проникает в комнату. — Арс, ты спишь? — шепчет Антон. — Нет, — отвечают ему, и Шастун присаживается на край широкой кровати. Арсений включает настольную лампу и, щурясь, смотрит на парня, — Что-то случилось? Антон улыбается краешком губ, видя сонное лицо соулмейта. Мужчина соврал ему о том, что он не спал. — Нет, все в порядке. Просто… меня мучает один вопрос. — Какой? — уточняет Арсений, а Шастун мнется. — Что у вас с Василисой? — парень смотрит в глаза Попову, пытаясь прочесть в них правду. — Мы хорошие друзья и все, — отвечает мужчина, растягивая губы в улыбке. — Но… я читал, что она твой соулмейт, — упорствует Антон, нахмурив брови. — Антон, ты, человек, у которого на запястье идентична с моей метка, сомневаешься в том, что я — твоя родственная душа? Попов откровенно смеется, но Шастуну вообще не смешно. — Мало ли, у вас есть какие-то отношения, а тут я. Здрасьте, я тут это, буду жить с вашим парнем, Василиса, надеюсь, вы не против? — пародирует Антон, и актер заливается еще больше. — Мы просто пустили слух, что встречаемся, чтобы от меня наконец-то отстали. У меня никого нет, — объяснил Арсений. Шастун прикусил губу и опустил голову, кратко кивнув. — Тогда… моя очередь делать второй шаг? — говорит Антон, и актер не совсем понимает, что парень имеет в виду. А Шастун резко наклоняется к Арсению и ловит губами его губы. Губы Антона сухие и горячие, они сильно контрастируют с холодными и влажными губами Попова. Актер мягко кладет руку на щеку парня и перенимает инициативу на себя. Мужчина целует своего соулмейта чувственно, нежно и так искренне, наслаждаясь каждым касанием Антона. А Шастуна ведет, у него потеют ладони и шумно бьется сердце в груди. Ему кажется этот момент бесконечно долгим и сладким. Они разрывают поцелуй и смотрят друг другу в глаза, переводя дыхание скорее от переизбытка чувств, чем от продолжительного поцелуя. Их зрачки расширены, а щеки покрыты легким румянцем. Как школьники, ей-богу. — Тебе настолько не понравилось спать на диване? — спрашивает Арсений после их недолгих переглядываний. — Заткнись, — хихикает парень, ударяя мужчину по плечу, и крадет еще один поцелуй.

***

Стас заходит в лифт и жмет на кнопку с номером нужного этажа. Он открывает приложение и убеждается в том, что Попов так и не прочел его сообщение. Мужчина вздыхает. Арсений любил поспать после возвращения с гастролей, но время уже второй час дня, и хрен Стас даст ему проваляться дома весь день. По какой-то причине Стас не стучит в дверь актера, а решает сразу открыть ее своим ключом, который когда-то ему дал сам хозяин жилища. Шеминов толкает дверь и натыкается на полуголого парня, который стоит перед мужчиной в одних трусах и сжимает в руке нож. Менеджер тут же пугается и поднимает руки. — Ты кто? — спрашивает Стас, глядя то на шокированное лицо парня, то на острие ножа, направленное на него. — Врываешься в чужую квартиру и еще спрашиваешь, кто я? Вы, воры, совсем уже страх потеряли, — отвечает незнакомец. Мужчина нихрена не понимает и думает, что это какое-то недоразумение, и он перепутал квартиры. Но ключ-то подошел! — Какой вор? Ты что несешь? — шипит Шеминов, стараясь оставаться спокойным и не провоцировать юношу, — Я сейчас полицию вызову! — Это я сейчас полицию вызову! — кричит парень. Вдруг слышится хлопок двери, и в коридоре появляется Попов в домашних штанах. Он в шоке раскрывает рот и смотрит сначала на парня, потом на менеджера. — Что тут происходит? Стас, ты что тут забыл? — незнакомец, поняв, что мужчина знаком Арсению, опускает нож и кладет его на тумбочку, стоящую в коридоре. — Он вскрыл дверь, и я подумал, что он домушник, а вы, оказывается, знакомы, — отвечает юноша. — Я не вскрывал дверь, а открыл ее своим ключом, — объясняет Стас и наглядно показывает тот самый ключ. Парень тянет смущенное «оу» и извиняется перед Стасом, заливаясь краской. Попов на это все глядит с нескрываемой усмешкой, а потом говорит: — Антон, познакомься, это — Стас, мой лучший друг и по совместительству менеджер. Стас, это — Антон, мой соулмейт. — И немножко дебил, — добавляет парень и протягивает Шеминову руку. Стас удивляется, где Арсений успел найти свою родственную душу и когда они успели зайти так далеко, что оба парня стоят перед ним почти голые, но мужчина с улыбкой пожимает руку Антону. Они пьют вместе чай, и Шеминов узнает всю историю знакомства парней. — Да уж, Арс, это самый странный сувенир, который ты когда-либо привозил с гастролей, — заключает Стас, опустошая чашку с чаем. Арсений улыбается другу и незаметно для гостя поглаживает руку Антона под обеденным столом.