По ту сторону.

Мы не разговаривали толком уже пару дней. Магнус ходил чернее тучи, однако, строго следуя правилам, выполнял всё, чтобы мне было хорошо и уютно. От одного только его вида мне становилось не по себе. Я понимал, что не сделал ровным счётом ничего плохого, однако, чувствовал себя последним мерзавцем. И, если быть честным до конца, мне это совершенно не нравилось. Я не хотел жить, как остальные новообращенные. То ощущение, что куратор относится с теплотой и заботой, уже вошло в привычку, и видеть холодное выражение лица совсем уж не хотелось. Я начал понимать, что что-то здесь не так, но что именно, так и не мог понять до конца. И вот оно, наконец, Магнус заговорил. Это было в обед, он подошел всё с тем же отстранённым видом, но всё же можно было прочитать в его глазах, что он до сих пор страдает. — Завтра будет посвящение. Подготовься. — проговорил он холодно и немного отстранённо. — Посвящение? Уже? Но, что я должен делать и как готовиться? — недоумевая, я уставился на него. — Ничего особенного, просто подготовься морально. Больше от тебя ничего не потребуется. — Подожди, — я схватил его за руку, так как он уже собрался уходить, — Мы можем поговорить? — О чём? — он остановился, но так и не повернулся ко мне лицом. — Я не чувствую себя хорошо, когда ты так относишься ко мне. Я не прошу тебя быть прежним, однако, мне бы очень хотелось увидеть того Магнуса, которого я знал. — Для чего всё это? Я же говорил уже, что нарушил правило ради тебя, но ты не чувствуешь того же, что и я. Тогда к чему всё это? — Я не… Я не знаю, что я чувствую, — потупил я взгляд, — Понимаю, что не чувствую что-то особенное к мужчинам… — я сделал паузу, — однако, мне не нравится то, как ты относишься ко мне сейчас. Мне нужно твоё внимание. Я понял это буквально сегодня утром. Я правда не знал, в чём дело, но сегодня, наконец, понял. Дело в тебе. Я не хочу ссориться с тобой, не хочу отстранённости. Это слишком для меня. Наверное, я спятил или ещё что. — Не думаю, что ты можешь чувствовать то же, что и я. — он мягко обхватил руку и высвободил свою, выходя за дверь в неизвестном направлении. Даже после его ухода в голове всё ещё продолжали звучать его последние слова: «Не думаю, что ты можешь чувствовать то же, что и я». Я задумался. То, что я чувствовал, действительно ли можно назвать нечто большим, чем дружба или братские отношения? Время тянулось невыносимо долго, вечер потихоньку начал сменять день. Ощутимая прохлада освежала не только тело, но и мысли. А я всё продолжал сидеть на кухне в ожидании чего-то или кого-то… Я думал, долго… Мне казалось, что сейчас в доме стало слишком пусто и неуютно. Будто дом без Магнуса стал каким-то чужим и незнакомым. Всё вокруг только и делало, что навевало одиночество. Наконец, почти в полночь брюнет соизволил появиться. Он отворил парадную дверь и встрял, словно вкопанный, удивляясь звуку, исходящему из кухни. Я услышал лёгкие настороженные шаги. Возможно, он подумал, что в дом забрался воришка или ещё кто. Я просто продолжал сидеть молча, уставившись на свои руки, которые лежали на кухонном столе. — Здесь кто-нибудь есть? — осторожно произнес Магнус. — Я здесь, а что? — прозвучало довольно задумчиво с моей стороны. Наконец, он более уверенно зашагал по коридору прямо в кухню. Вдруг прямо надо мной резко зажёгся свет. Я зажмурился. — Почему ты всё ещё здесь? — с недоумением спросил куратор. — Думал, — коротко ответил я. — Думал о чём? — не унимался тот, — Ты же знаешь, что завтра посвящение. — Знаю… — Знаешь, и всё ещё продолжаешь сидеть здесь? — Да, именно так. Ты ведь не просто так ушёл, правда? Магнус молчал, ожидая продолжения моей реплики. — Ты дал мне возможность подумать о нас, не так ли? Наконец, он понял, что это был не просто риторический вопрос, а именно адресованный ему. — Как я и сказал ранее, я не думаю, что ты чувствуешь то же самое, что и я, поэтому у меня не было цели уйти с каким-то умыслом. Были дела. Мне тоже следовало подготовиться к завтрашнему посвящению. Его ответ немного сбил меня с толку, но, тем не менее, я решил не останавливаться и продолжить разговор, который уже прокручивал в своей голове пару часов. — Послушай, — всё ещё смотревший на свои руки, наконец, я направил взгляд в его сторону, — Я понимаю, что не могу чувствовать то, что ты, но я подумал о многом, и знаешь, без тебя здесь очень пусто. — Что значит «пусто», — он склонил голову в бок. — Это значит, что я не знаю, что я чувствую, но что я точно знаю, это то, что мне тебя не хватало целый день. Я не понимаю, что это: привычка или привязанность, что-то большее… Но я понимаю, что именно это сейчас и происходит со мной. Он просто смотрел на меня, не зная, что можно вообще ответить на подобное. Я встал, неспешно подошёл к нему, положил руку на плечо. — Послушай, наверное я скажу глупость и покажусь тебе чересчур эгоистичным, но, прошу тебя, будь просто самим собой. Я разберусь со своими чувствами. А до этого момента будь тем, кем ты был с начала первой нашей встречи. Просто, я хочу нравиться тебе.