У тебя нет сердца, Седрик Диггори

Александра совсем перестала общаться с Малфоем. После бала с ним сердце Александры разлетелось в дребезги. Она хотела больше ничего никогда не чувствовать. Ей нужна была поддержка и любовь, отдушина, так сказать. Она вспомнила о том письме Седрика. И Александра решила сделать ход конём. Она пригласила Диггори к себе домой. Тётушка Джэйд отправила письмо, что следила за домом в отсутствие Алексы, но ей нужно уехать на рождественские каникулы, потому женщина спрашивала о планах девушки на предстоящий отдых. Александра лишь ответила, что тётушка может спокойно ехать по своим планам, Мелисон вернётся домой на зиму. Сестра отца никогда особо не питала тепла к племяннице, как и брат, Аррон, но последний всё же поздравлял девушку с праздниками и редко, но всё же заезжал к ней в гости, выпить чаю и справиться о её успехах в Хогвартсе. Тётушка же считала, что Александра такая же, как и её мать. Алекс вернулась домой, оказавшись в гордом одиночестве на день. Седрик обещал приехать за день до Рождества. Александра, как бы плохо это не звучало, хотела лишь воспользоваться Седриком, чтобы утихомирить ту самую боль внутри себя. Как-то утром уже под Новый Год Алекс стояла на кухоньке, мыла посуду, оставшуюся с вечерней посиделки, когда со спальни спустился заспанный Диггори. - А я – то думаю, где моя футболка… - усмехнулся Седрик, поправляя спортивные штаны. Александра обернулась. На голове у неё был какой-то неаккуратный пучок. Алекс была одета в футболку Седрика, под которой были лишь трусики. - Я одолжила, думала, ты не будешь против… Могу снять… - Алекс усмехнулась, стряхнув с рук капельки воды и выключив воду. Девушка без колебаний сняла футболку и бросила её в молодого человека. Девушка осталась в одних трусиках и, как ни в чём не бывало, продолжила мыть посуду. Она лишь тихо посмеивалась от того, как Диггори смущённо закрыл лицо футболкой и отвернулся, протянув её назад. - Я не это имел ввиду… Можешь надеть её… - Диггори поглядывал одним глазом назад, но старался, чтобы Алекс это не заметила. Александра надела футболку назад. Внешне она выглядела весёлой, отдохнувшей, но внутри её грызла совесть. Грызла совесть за то, что она просто так нагло пользуется безотказностью в данной ситуации от Диггори. Она знала, что с ним нужно поговорить, но как начать… Она всё же решилась. Выключив воду, девушка повернулась к сидящему на столешнице Диггори и опёрлась руками на поверхность сзади себя. - Седрик, надо поговорить… - Так-так… - парень улыбнулся. - Седрик, я… я так больше не могу… Я пользуюсь тобой, как способом отвлечь свои мысли от боли, и… - Эй… - Седрик встал со стола и подошёл к девушек. Он взял её за щёки и повернул лицо к себе. – Эй, Алекс… Ты помнишь, что я писал в письме тогда? Если я тебе нужен только ради отвлечения, я это приму. Мне сейчас хорошо находиться рядом, я не рассчитываю ни на что, так что прекрати. Прекрати себя терзать ещё и этим. Седрик поцеловал её недолго, легко и вышел из кухни. - Я хочу сходить в магазин, тебе что-то прикупить к Новому Году? – Седрик пошёл в сторону лестницы, чтобы подняться и одеться. Внутри у Алекс будто упал один из многочисленных камней с души. Она успокоилась, отпуская ситуацию. Больше всего она переживала, что Седрик будет надеяться на что-то после этих каникул вместе. Диггори, конечно, был хорошим другом, но ужасным парнем. Просто отвратительным. Александра наконец осознала, кого она любит больше всей жизни. Но только ни с кем она этим делиться была не намерена. Седрик был не тем человеком, с кем Александра хотела прожить всю жизнь. Он был не тем, кому стоит отдавать всю себя без остатка. Зима пролетела незаметно, а за ней и весна, и лето… В конце июля в Норе шла полным ходом подготовка к празднику. Билл женится на Флёр. Счастью во всей семье не было предела, но при том и забот было ужасно много. Александра приехала за день до свадьбы, чтобы помочь с финальными приготовлениями. И так вышло, что именно ей уготовили честь помогать с нарядом Биллу. Утром, когда собирались все гости, Александра исправно наглаживала рубашку для всех мужчин в семье Уизли. В комнату вошёл Билл. - Эй, женишок, уже готов к свадьбе? – задорно усмехнулась Алекс. - Ну, это спорный вопрос… - Билл засмеялся, садясь на кресло рядом. Подходил закат, время для церемонии. Александра осторожно затягивала галстук на шее Уизли, поправляя ему воротник и рубашку, будучи стоя на табуретке. Билл был слишком высокого роста для девушки. - Самый красивый жених у нас… - приговаривала Александра, иногда поглядывая на волнующегося Уизли. - А если она скажет «нет»? – вдруг спросил Билл, поймав Александру за запястья и посмотрев на неё. - Ты - дурачок? Билл, ты вроде бы никогда глупостью особой не отличался, в отличие от близнецов тех же самых… - Алекс усмехнулась, погладив его по щеке. – Ты любишь её? - Да, люблю, больше всего на свете люблю… - А она любит тебя, я же вижу. Не переживай… Билл заметно подуспокоился. Вот и момент церемонии. Все в лёгком волнении и замирании сердца смотрели на молодожёнов, когда они давали друг другу клятвы. После официальной церемонии начались гуляния, танцы и веселье. Александра предпочла себе компанию Джинни, Полумны и Гермионы. Только вот веселье быстро кончилось, когда пролетел патронус мистера Кингсли. Он говорил, что министерство пало. Пожиратели направляются в Нору. Александра не успела никак среагировать, когда вечно спокойная и неторопливая Полумна схватила её за руку и они вместе трансгрессировали в дом семьи Лавгуд. Алекс хотела было уехать домой, или вернуться назад за друзьями, но мистер Лавгуд был категорически против. Он пытался спрятать дочь и её подругу, чтобы пожиратели смерти не добрались до них. Ещё несколько дней она провела в доме Полумны, после чего всё же вернулась домой до сентября. С нового учебного года начался тотальный ад. Режим, принесённый семьёй Кэрроу в школу после смерти Альбуса Дамблдора (это случилось летом, никто из учеников не знал об этом до приезда в школу), угнетал, убивал всё то малое живое, которое оставалось в душах волшебников, и пытался натравить бедных учеников друг на друга. Александру не раз пытали различными заклятиями не только Кэрроу, но и ученики под их воздействием. Не был исключением и Малфой. С горем пополам Алекс, Джинни, Невилл и Полумна дожили до зимних каникул. Истрёпанные морально и физически они возвращались домой в поезде. Алекс ехала с Полумной. Девушка спала на её коленях, вздрагивая от каждого шороха. У всех у них сон стал нервным и тревожным. Поезд внезапно остановился. Все старше 5 курса в момент проснулись, достали свои палочки наготове. Но это было бесполезным занятием. Ведь против Пожирателей смерти ничего особо невозможно предпринять. Один из них схватил Полумну, вытаскивая её из купе. Александра бросилась было на него, но получила оглушающее заклинание, оключившее её. Сколько она была без сознания, известно одному Мерлину. Но пришла она в себя только в темнице, рядом с уже истерзанной заклятиями Полумной. Девушки провели там около двух месяцев. Александру морили голодом по 4-5 дней, только после этого подкидывая какие-то объедки в камеру через решётку. Обезвоживание, голод, усталость – всё это играло только на руку Пожирателям. Александру часто пытала Белатриса, но Мелисон стойко старалась терпеть всё и молчала, ничего не отвечала Лейстрейндж. В один из дней у Алексы просто не осталось сил бороться с пытками. Всё стало настолько невыносимо, что Александра не смогла сдерживать боль… Драко сидел за столом в столовой. Есть он не мог. Особенно, когда кого-то пытают прямо в нескольких метрах от тебя. Особенно, когда это была Алекс. Он видел, что, не смотря на все издевательства над ней, она держалась молодцом. Её итак худое тело стало совсем тощим, кости на тонких ручках выпирали, щёки впали, вокруг глаз были синие синяки от недосыпа и пыток. Вечные кошмары, наверное, преследовали её. В голове Малфоя всплыло то воспоминание, когда она ночью пришла к нему в комнату из-за плохих снов, когда они лежали в обнимку. Рука с вилкой дрогнула, а сердце словно пропустило удар. Он услышал, как тихо, еле слышно завыла Алекс. Белатриса отправляла в неё всё новые и новые заклинания, и вот она, наконец, дошла до главного. - Круцио! – вскричала женщина, отправляя в Александру алый луч, от которого она извилась на полу, словно змея. Крик. Такой истошный и отчаянный крик, от которого стынет кровь в жилах. Белатриса опустила свою палочку, прекращая действие заклинания, но совсем ненадолго. Оно прозвучало вновь. И вновь. И вновь. Александра, тянувшаяся рукой к Драко, кричала, изгибаясь в спине от невыносимой боли, сгибаясь пополам, верещала от режущей, истязающей боли по всему телу. Белатриса направляла заклятие на разные части тела. Особо болезненным местом была грудь и живот. Руки Малфоя – младшего дрожали, воздуха не хватало, чтобы вздохнуть, лёгкие словно сдавило дикой силой. Он не могу смотреть на то, как её пытают. Драко хотел был встать и уйти, но тут Лейстрейндж подбежала к Драко, хватая его за плечо и подтягивая ближе к девушке. - Его ты просишь о помощи, дрянь? – заорала Белатриса в ухо девушки, заставляя её съёжиться и закрыть голову руками с невольным вскриком. – Ты думаешь, он тебя спасёт? Маленькая противная дрянь… - Пожирательница повернулась к блондину. – Драко, мучай её… - Я не… - Мучай! – закричала женщина. Драко нервно вытащил палочку из кармана, направляя на девушку. Он знал, что если не сделает этого, то Белатриса может и убить его. Что было в голове у этой женщины кроме сумасшествие никто не знал. Драко сильно закусил губу, чуть не до крови, словно губы и язык сопротивлялись его разуму, который хотел произнести злосчастное заклинание. Рука ходила ходуном, словно на сильном морозе. Малфой взглянул на Александру. Она была вся в слезах, в крови, вырванные волосы клоками валялись рядом с девушкой, всё её тело нервно дрожало, а из груди доносились только тихие всхлипы и вой. Ей больно. Ей очень больно. А он вместо того, чтобы успокаивать бедную девушку, ухаживать за ней и оказывать заботу вперемешку с первой помощью, должен пытать её. Драко прокашлялся. Голос дрожал. Александра вновь потянулась к нему дрожащими ручками с жалобным взглядом. Алекс не знала уже что делать, всё тело содрагалось от мучений и пыток. Драко было так тяжело на неё смотреть. На такую беспомощную, измученную и всю в слезах. Он чувствовал её боль на себе, его тошнило от переизбытка эмоций и, казалось, что всё содержимое желудка сейчас полетит наружу. Слёзы лились по щекам гриффиндорки, смешиваясь с кровью из её ран, носа и рта. - Драко, пожалуйста… Прошу тебя, не надо… Драко… - простонала Александра, глядя на блондина глазами полными слёз. - Круцио, - проговорил блондин, направив палочку на Александру. Новый крик. Такой пронзительный, от которого могли полопаться бокалы, он отдавался эхом по всему поместью. По щеке блондина покатилась слезинка. Он не смог долго мучать её, потому просто опустил палочку и, развернувшись на месте, ушёл из столовой. По дороге он всячески пытался закрыть уши руками, чтобы изолироваться ото всех звуков. Уже в комнате он всё ещё слышал крики Александры. Его рвало изнутри на куски. Каждый крик отдавался физической болью. Сердце сжималось до ужасно маленьких размеров. Он сходил с ума. Александра звала его в истерике, не зная, что кроме этого ещё может спасти её. Малфой утыкался лицом в подушку, чтобы никто не слышал его криков, вторящих Алекс. Его выворачивало, трусило и сжимало от каждого крика, от каждого зова своего имени, от каждого звука голоса Мелисон. Руки его так сильно сжимали подушку, что костяшки белели от напряжения. В голове он лишь извинялся перед ней. Постоянно, беспрерывно и безостановочно извинялся за всё, что сделал с ней. За то, что истязал морально, за то, что творил физически. В таких пытках прошёл ещё месяц, когда в поместье неожиданно появился Гарри, Гермиона и другие. Исход этого словно был предрешён заранее. Поттеру удалось сбежать вместе со всеми пленниками. Но где есть смерть, там всегда будет смерть… Бедный Добби… Он не заслуживал такой судьбы… Александра искренне скорбела со всеми, но скорбь сменялась облегчением от того, что всё это кончилось. Весь ад был окончен. По крайней мере на тот момент…