Душа моя принадлежит богу, тело - королеве, а честь - мне самой.

— Я не понимаю, почему ещё ничего не готово?! — строго спросил главный управляющий этого дворца. — Чем вы занимались всё это время? Если госпожа узнает, вам всем придется несладко. Главный повар, который являлся самым лучшим в этих краях, громко вздохнул: — Чего тебе надо? Занимайся своими делами, шляешься тут, заняться нечем! — Сказа не подумав, все остальные ахнули. — Ким Сок Джин! Вы забыли кто стоит перед вами?! — от злости лицо управляющего скисло. Своих эмоции он не пытался скрыть. Те, кто стояли рядом, начали успокаивать его. Управляющий Чхве перед уходом взглянул на Кима с недовольным лицом, после покинул главную кухню. Сразу после ухода управляющего в комнату пулей вылетел малыш Чон. Джин окинул его недовольным взглядом. — Ты чего так? — Дядя Джин, ваш сын просит молока. — запыхавшись ответил малыш Чон. — Ох, и почему я доверил его тебе, а? С ним всё хорошо? Чонгук трусливо отвёл взгляд. Будто, совершил что-то, о чем никто не должен знать. Джин от этого только сморщился. — Ты от меня получишь! — Чонгук от этих криков только бросился бежать. — Мамочки! — Мама твоя тебя сейчас не спасёт! Ах, ты мелкий! малыш Чон оказался быстрее старшего повара. Поэтому, благополучно оставил Джина одного в длинном коридоре, с кухонной ложкой. Ты собиралась на сегодняшний бал. Выглядеть красиво, в первую очередь было очень важной частью. Одетая в платье алого цвета, с камнями сапфира на нежных плечах. С открытыми ключицами, и с выделяющимся на фоне этой красоты, кулоном синего цвета на шее. Ты выглядела прекрасно. Этой красоте доказательство - влюблённые глаза твоего единственного господина, повелителя, отца твоего сына. Нюанс есть, и здесь не всё так идеально, как казалось в начале. Рассматриваешь своё платье на бал. Подходишь к зеркалу, приказываешь всем выйти из комнаты. Твои слуги послушно покидают твои покои. Ты остаёшься одна с силуэтом любимого человека. Смотришь на него с яркой улыбкой на лице, он улыбается грустно в ответ. Нежно смотрит на тебя и шепчет, стоя прямо в зеркале. Ты слышишь его голос. «Быть живым, значит быть слабым» Разрываешься на части, в голову лезут те самые моменты, те самые слова, пронзая твоё жалкое сердце. Горячие слёзы стекают по лицу. Закрываешь на миг глаза, проговаривая: «Значит, ты полон сил, тебя уже нет в этом мире, милый» — Мама? Слышится где-то голос Кая. Он спас свою маму, от страшных воспоминании. Прибежал быстро, обнял тебя, крепко крепко прижимая. Ты медленно приходила в себя. И неожиданно почувствовав тяжесть на своих плечах, со страхом открыла глаза. Ты увидела перед собой своего верного советника, старого друга Чон Хосок. — Хоби! — громко всхлипнув прижалась к нему. — Он, я...его..., он...пришёл за..м-мной. — он испуганно оглядывал тебя и рядом сидящего Кая. — Тише, тише, всё хорошо, я рядом. Ты только взгляни на маленького принца. Он испугался не меньше тебя. — Ты через его плечо заметила своего сына. Его заплаканное лицо привело тебя в сознание. Ты быстро собравшись, прижала его к сердцу. Через слёзы проговаривая: — Прости свою мать, я не хотела тебе делать больно. Прости меня, мой милый. — Я хочу защитить тебя, Мама. Не плачьте, пожалуйста...— ты от этих слов успокоилась. Ещё раз попросив прощения у него и незаметно кивнула советнику, что глазами полными грустью оглядывал тебя. |FLASHBACK| — Веди себя достойно! Ты моя жена, мать моего ребёнка. Вот так, плакать... — как противно — в обнимку с рабом! Ты, зря ты так. Очень зря. — понизил он свой голос. — Ты ответишь, ответишь за это, милая. — Скручивая твои волосы, прижимает тебя к холодной стене. Больно хватает за твою нежную шею. «Энн, ещё не время» прозвучал голос в голове. Зрачки расширились, ты очень слабо держалась на ногах, и хрипло выдавила из себя: — И придёт день, когда с ваших плеч голова ваша слетит, Господин. Глаза медленно твои покрылись пеленой. Губы разжались, высвобождая удушающий вопль. В последний момент, услышала крики служанок и громкое «Энн». Хосок, он пришёл. Пришёл твой верный слуга... |end| «Будь проклят тот день, будь проклят Мин Юнги, будь проклята твоя любовь, Энн.» Прозвучало в твоей голове. Ты медленно поднялась с пола. Взглянула на сына: — Забудем обо всём. Тебя ждёт прекрасный бал, мой милый. — он лишь кивнул, ты взглядом приказала увести его. Одна из служанок предложила ему поиграть в саду. Он с радостью согласившись, покинул твою комнату. Вы с Хосоком остались одни. Тебе было стыдно смотреть ему в глаза. Опустила свой взгляд на пол, и он коснулся твоих щёк. Его пальцы были тёплыми. Тебе стало лучше от его прикосновений. Тёплый луч света мягко был направлен на вас. Он аккуратно коснулся твоих губ подушечкой большого пальца, и нежно накрыл твои губы своими сладкими. Ты обвила его шею руками. Это был одновременно нежный и страстный поцелуй двух печально влюблённых людей. Ты медленно начала тонуть в этих ласках, пока он не отстранился нежно. — Я..— тихо начал он, щекоча горячим дыханием твою шею. — Нет, ничего не говори. — на выдохе сказала ты. — Я боюсь, сильно боюсь его. Мне страшно за тебя, за нашу печальную любовь, Хосок. — Стража! — громкий скандал вокруг тебя. Заметила ты его очень поздно. Испуганно глядела на Юнги, который грозно направился к вам. — Схватите этого Чон Хосока! — И двое огромных размеров страж накинулись на вас. Они с двух сторон схватили его, оттаскивая от тебя как можно дальше. Ты плакала, кричала, а Юнги больно взял за руку и вы вышли из твоей комнаты. Он притащил тебя в его покои и закрыл за собой дверь, замок щелкнул. Возможно, это твои последние слова, вздохи. Конец сумасшедшему цирку. Конец твоим страданиям.