Восход мести

Тот же день, что и убийство Гаджета.

      Солнце уже скрывалось за горизонтом, когда Эми шла домой из магазина. В штабе готовились ко дню рождения Ляписа и по итогам решили устроить вечеринку, а так как праздник намечался на завтра, подготовку началась сегодня и шла до самого вечера. Розовая ежиха решила уйти пораньше, чтобы забежать в магазин и докупить продукты для праздника.       Пока Эми тащила тяжелые пакеты, она предалась воспоминаниям о том дне, когда в Сопротивлении появились неуверенный в себе, но добрый Гаджет и мрачный и недружелюбный Ляпис. Уже тогда они заметили, что сине-фиолетовый еж не настроен дружелюбно и вполне способен причинить вред окружающим; успокаивало лишь наличие алого волка — единственного, кто способен успокоить его. До момента спасения Соника из плена они пытались хоть как-то помочь ежу, но любые их попытки воспринимались в штыки. Гаджет поведал им, что лучше до поры и до времени вообще не лезть к Ляпису, иначе можно попасть под горячую руку.       Шло время, Ляпис и Гаджет показали себя великолепными бойцами, но не раз она замечала, что еж держится в тени ото всех, как и не раз она пыталась затащить его в компанию, в которую до этого влился Гаджет, но все ее попытки оказались провальными. Однажды она решила спросить волка, что происходит с его другом, но его ответ ей не понравился. — Не только ему сейчас плохо. Я тоже мучаюсь за то, что не смог спасти ее. Эми нахмурилась. — Кого спасти? Гаджет опустил голову и тихо прошептал: — Ее. Эми не успела нечего сказать, как волк резко развернулся и убежал.       Тот диалог надолго засел в ее голове, но когда выяснилось, что Соник жив и находится в плену, она забыла про все на свете. И только после спасения синего ежа Гаджет поведал причину такого поведения его лучшего друга. Гибель младшей сестры Ляписа разделила их жизнь на до и после. Ляпис и Гаджет с трудом переживали этот момент, и если волк более или менее начал отходить, лишь временами впадая в апатию, то сине-фиолетовый еж просто начал всех ненавидеть.       Но время шло, и вот война кончилась, Эггман и Инфинит повержены — наконец все вздохнули с облегчением. Соник и команда восстанавливали все, что было разрушено, и в ходе дела они заметили, что Ляпис стал отдаляться от них еще сильнее прежнего. На крыше одного из восстановленных домов сидел сине-фиолетовый еж. Он смотрел вниз на играющих детей, и внутри него кипела ненависть пополам с горем. — Эй, друг. Обернувшись, еж увидел Соника, Эми, Наклза, Тейлза и Гаджета. Они смотрели на него и не знали, что сказать. Но синий заговорил первым: — Ты правда уходишь? — Да. — Но почему? Ты мог бы помочь нам с восстановление города, — заговорила Эми и посмотрела укоряюще на Ляписа. Но он ничего не ответил и вновь начал смотреть на детей. — Эй, с кем я разговариваю! — Отстань от него, Эми. Говорящий подошел к Ляпису и посмотрел вниз. — Эй, Шэд, но мы хотим просто узнать причину… Шэдоу посмотрел на Соника, как на умственно отсталого: — Не тупи. Или в плену последние мозги отшибло? Соник насупился: — Шэд, ты… Темный ухмыльнулся: — Что? Между ними встал Тейлз: — Перестаньте. Оба! — он посмотрел на Шэдоу. — Ты знаешь причину его ухода? Темный еж скрестил руки и посмотрел на них серьезным взглядом: — Гаджет это понял сразу, когда только вы все подходили к дому, на котором я с ним находился. Вопрос, что находилось перед домом? Соник и друзья переглянулись. Но ответ пришел от опустившего голову алого волка. — Дети. Друзья посмотрели на волка. Эми в недоумении от ответа спросила: — Причем здесь дети? Шэдоу посмотрел на нее, как на дурочку, но Наклз понял ответ: — Он смотрит на них и видит в них свою сестру. Он каждый день смотрит на их радость, и боль от утраты и ненависть поглощают его разум, и он боится однажды просто сорвется и натворить дел. Ведь так? Темный кивнул. — Сейчас я даю ему успокоительный препарат, но долго это может продолжаться? Все молчали не находя сил ответить на вопрос темного. Еж хмыкнул. — Если что, это был риторический вопрос. Гаджет посмотрел на друга грустным взглядом: — Почему, ты не рассказал мне раньше? Ляпис грустно улыбнулся: — Ты был рад окончанию этого кошмара, и я просто не хотел вновь тянуть тебя в другой. — Он посмотрел на Шэдоу. — Спасибо тебе, Шэд. Я у тебя в долгу. Темный кинул ему ключи. — Это ключи от квартиры. Если захочешь вернуться, можешь жить там. Шэдоу развернулся и пошел к выходу с крыши. Остановившись перед дверью он заговорил: — Эй, Ляпи… — Да? — Не умирай раньше времени. Она бы этого не хотела. И темный еж ушел. После его ухода Ляпис поднялся и подошел к Гаджету и ладонью прикоснулся к его щеке. Волк смотрел грустно, он понимал что его первый и лучший друг может не вернуться, и страх потери сковал беднягу, не позволяя вымолвить хоть слово. Вдруг он обратил внимание на его руку и увидел бинт, который обматывал его запястье: — Ты… Ляпис грустно ухмыльнулся. — Помнишь, тот день, когда мы победили? Алый кивнул. — Я посчитал, что смог отомстить за Селению, но я чувствовал лишь пустоту вот здесь, — Он взял руку его руку и положил ее себе на грудь. — Я почти умер, когда меня нашел Шэдоу. — Сине-фиолетовый еж тепло улыбнулся. — Столько мата я не слышал никогда в жизни. Он вытащил меня из этого состояния, но… Он вздохнул и прервался ненадолго в своем монологе. Но через пару секунд продолжил: — Началась другая проблема. — Вспышки агрессии, — ответил за него Наклз. Ляпис кивнул. — Я понимал, что я могу убить кого нибудь или покалечить, и в тот момент мне опять помог Шэд. Он достал из кармана упаковку с ампулами. — Я не спрашивал, откуда у него препарат, но я благодарю его за то, что принес его мне. Он убрал упаковку назад в карман, а затем резко прижал к себе алого волка. Гаджет растерялся: — Ляпис? Еж сильней прижал его к себе. — Больше всего я боялся причинить тебе боль. Он выпустил Гаджета из своих объятий и положил руки ему на плечи. Волк посмотрел на лицо друга и увидел, что тот плачет. — Ляпи? — Ты — все, что у меня осталось в этом мире. Я не хочу видеть, как ты страдаешь. И поэтому… Он поцеловал его в лоб. — Я вернусь, когда смогу контролировать себя. Он снова обнял Гаджета. — Обещаю. Отпустив его из объятьев, Ляпис отправился к выходу. Напоследок он обернулся. Соник прижал к себе Эми и смотрел на него виноватым взглядом. Эми просто плакала ю, виня себя за то, что не заметила состояние Ляписа, да и еще наехала на него. Наклз и Тейлз смотрели на него сочувствующими взглядами. А Гаджет… Его взгляд был полон вины за то, что не уберег от всей той боли что скопилась в душе ежа. И надежда, что он исполнит обещание и тот вернется. Ляпис улыбнулся. — Эй, Соник. Соник посмотрел на него. — Береги Гаджета. Если с ним что-то случится, я тебе все поотрываю. Ты понял? Соник улыбнулся: — Понял, приятель. Удачи. — Береги себя, — вторил ему Тейлз. — Удачной дороги, друг, — кивнул Наклз. — Прости что нагрубила тебе, — Эми смахнула слезы. Еж усмехнулся ей в ответ: — Кого-кого, а меня розовая зефирка не может сильно обидеть. Эми покраснела от подколки, а парни уже вовсю тихо хихикали, боясь потом получить от злой ежихи молотом по лбу. Ляпис посмотрел на Гаджета напоследок и отсалютовал ему двумя пальцами, прежде чем покинуть крышу. Спускаясь вниз, он смог услышать крик Гаджета: — Удачи!       Спустя два года Ляпис вернулся в город. Все заметили, что он стал более спокойным и капельку дружелюбным. Он поселился в квартире Шэдоу, но продолжал жить затворником, покидая квартиру изредка и только для того, чтобы купить продукты или показаться в штабе. И вот вся команда приняла решение устроить вечеринку для него. Шэдоу только хмыкнул на все это, а Гаджет прошептал, что это плохая идея. Но решение большинства было не изменить, и потому вскоре все стали думать, кто приведет сине-фиолетового на вечеринку.       В начале выбор пал на темного, на это он ехидно подметил, что жизнь ему еще дорога, а вытаскивать затворника, который закрылся ото всех — это очень плохая идея как для физического, так и для психического здоровья. Шэд и Гаджет помрачнели, они не раз попадали под его горячую руку, а повторять им не очень хотелось. Хоть темный и был сильней, но он не хотел лишний раз причинять сине-фиолетовому боль. Ему и так хватило на всю жизнь. И вместо них, он предложил отправить Соника.       — А почему меня?       Шэдоу ухмыльнулся:       — А тебя не жалко, фейкер.       Наклз прикрикнул на обоих, что, если они хотят дубасить друг друга, пусть идут загород. Тейлз предложил заманить его в штаб под каким нибудь предлогом, на что Шэд поведал, что лучше сразу сдохнуть, чем попробовать сделать это.       Эми помрачнела:       — И почему?.. Никак не?..       — Ляпис с детства не любит сюрпризы, а сейчас… — Гаджет махнул рукой.       Все стали думать, как привести ежа на вечеринку, и, вздохнув, на это дело подписался Гаджет. Шэд посмотрел на него несколько косо:       — Ты уверен?       На что тот неуверенно кивнул:       — Надеюсь, он меня не прибьет.       — Я помолюсь за тебя перед Мастер-Изумрудом.       — Ха-ха. Смешно.       На том и порешили.

…

      — Эй, Эми!       Сзади кто-то окликнул ее. Обернувшись, она увидела Ляписа, который быстрым шагом направлялся к ней. Он улыбался ей очень доброй улыбкой. Ее это сильно удивило, ведь ранее этот еж улыбался только Гаджету и Шэдоу, и то не слишком часто. «Хм… а ему идет эта улыбка. Он становится красивым и очень милым».       Засмотревшись на улыбку друга, она и не заметила, что его глаза на миг стали странными… Безумными.       — Ой, привет, Ляпис. Как дела? — ежиха улыбнулась ему в ответ. Он остановился напротив нее.       — Привет. Все хорошо, вот вышел прогуляться. А как у тебя дела?       Ежиха была рада что Ляпис настроен дружелюбно.       — Да вот зашла в магазин, за продуктами…       Еж посмотрел на пакеты и покачал головой:       — Девушка не должна таскать такие тяжести, почему Соник тебе не помогает?       Эми принялась придумывать отговорку, ведь не говорить же ему, что парни остались украшать штаб для его вечеринки:       — Ну, понимаешь, Соник и Тейлз решили протестить какой-то новый гаджет, ну и…       — Понятно. Давай я помогу, — перебил ее Ляпис и с той же улыбкой взял пакеты. — Показывай дорогу.       Эми благодарно улыбнулась и направилась к дому, рассказывая ему по дороге про Соника и остальных.       Спустя сорок минут они подошли к ее дому.       — Спасибо тебе. Иначе я бы добиралась до дома час, а то и два.       — Никаких проблем, Эми. — Еж поставил пакеты на порог дома. — Я рад был поговорить с тобой.       Он опустил голову.       — И. прости, если до этого как-то обидел тебя, я просто…       Эми, перебив, обняла его:       — Не говори, Ляпис. Ты не виноват… Просто тебе надо было успокоиться.       Он обнял ежиху в ответ:       — Спасибо.       Выпустив его из объятий, она спросила:       — Может, зайдешь ко мне? Я должна как-то наградить рыцаря за помощь.       Ляпис принял задумчивое выражение лица:       — И чем воительница может наградить рыцаря?       Эми хихикнула:       — Свежим черничным или клубничным пирогом и ароматным чаем.       Еж хихикнул в ответ.       — Знаменитые пироги Эми, как их не попробовать. Соник только о твоих пирогах и говорит. Ну и о чили-догах Тейлза, куда без них.       Эми открыла дверь и отошла в сторону:       — Проходи.       Еж взял пакеты и мотнул слабо головой:       — Дамы вперед.       И, пропустив ежиху, он зашел внутрь и закрыл дверь.

***

      На кровати в комнате Эми лежала хозяйка дома. Руки были привязаны к изголовью кровати. Ноги были раздвинуты и привязаны к изножью. На уже мертвом лице застыла маска ужаса. Из приоткрытого ротика стекала еще теплая кровь. Живот был разрезан, а органы валялись по всей комнате. Также по комнате валялись некоторые пальцы с рук и ног.       Сине-фиолетовый окровавленный еж, сидел на стуле напротив кровати и смотрел на язык, который он держал двумя пальцами. Его взгляд и улыбка были безумными.       — Ах, Эми. Бедняжка. Как тебя жалко…       Еж безумно рассмеялся:       — Нет, не жаль. За что жалеть девку убийцы…       Он поднес ее язык ко рту и лизнул.       — Хм… сладкая.       И закинул в рот. Откинувшись на спинку стула, он начал жевать, при этом смотря на брызги крови на потолке. Прожевав и проглотив, он облизнулся.       — Вкуснятина.       После он встал и направился в душ приводить себя в порядок. Выходя из комнаты он в последний раз посмотрел на нее:       — Ты не того полюбила, глупышка.       На дереве, около дома Эми, сидела кошка подросток и смотрела за входом через бинокль. Крики что шли от дома подсказали ей, что она опоздала и по приходу «мать» задаст ей, за проваленное задание. Она строго запретила вмешиваться в происходящее, ведь была угроза раскрыть не только их, но и «их». А пока рано это делать.       Мрачная Цвай наблюдала за событиями.       — Неужели «мы» уже добрались до нее? Не рано ли. И почему ее комната не выходит окнами вперед? Убила бы проектировщика!       На мрачном лице кошки появилась улыбка:       — А во всем виновата Ай. Нафиг она вышла из душа в одном полотенце. Эх, блин, почему мы толком не растем с Фри., Чего там «мать» в нас нахимичила…       В этот момент раздумья кошки были нарушены. Из дома вышли, и присмотревшись, кто, Цвай чуть не рухнула на землю. На ее лице застыло выражение ужаса: «Как эта тварь здесь оказалась! Ведь мы его уничтожили!».       Присмотревшись, кошка увидела, что еж ушел, и спрыгнула с дерева. «Надо срочно доложить о нем».       И только она хотела переместиться тенями, как вдруг кто-то ударил ее по голове.       Над оглушенной кошкой стоял сине-фиолетовый еж. Он смотрел на кошку и в его глазах танцевало безумие:       — А вот и песик фальшивки. Значит, эта тварь здесь. Но я не позволю забрать ее.       Он посмотрел на ночное небо, и на его губах заиграла добрая и нежная улыбка:       — Скоро мы будем вместе, сестренка.