Аккорды для балета

Они шли через пустой коридор, постоянно прислушиваясь, нет ли кого за углом или на лестнице. Рома и Марина держались за руки, девочка оглядывалась кругом со слабым восхищением, прорезавшимся через пелену недавних слёз. Илья уже совсем перестал смущаться, он шагал достаточно бодро, насколько вообще можно бодро идти с руками, сунутыми в карманы. Наконец нарисовалась одинокая дверь «базы», из которой доносился недовольный голос Виталия. Ну, пора. Рома постарался настроиться на предстоящее знакомство, почему-то оно вдруг стало для него значимым. И тут он понял, что вообще не знает, как отреагируют ребята. Ну, ладно, Илья уже отреагировал... — Встречайте, господа! К нам гости! — Илья эффектно вошёл в дверь, сразу двинувшись в бок и освобождая проход «гостям». Виталий и Артур, бурно что-то обсуждавшие, разом повернулись, и на лице последнего появилось облегчение, на лице первого – строгая маска. — Наконец-то, — Виталий встал с парты, на которую облакотился. — Ромео, где можно столько... Договорить он не успел, потому что Рома вместе с Мариной сделал шаг в комнату. Знакомые лица освещал слабый свет от лампы: симпатичное, немного бледное и круглое лицо Артура, парня с очень короткой стрижкой и чёрными глазами, и худое, вытянутое лицо восемнадцатилетнего Виталия. Выражение строгости на нём сразу исчезло и уступило место привычному простодушию: Виталий был очень красивым молодым человеком, особенно когда не злился. Собранные на затылке в короткий хвост вьющиеся волосы, тёмные глаза, чёрная рубашка под красно-коричневой кожаной курткой – почему-то эти детали подчёркивали в нём человека, связанного с музыкой. — Я пришёл так поздно, потому что ходил встречать сестру, — Рома нахмурился, услышав, как тихо хихикнула Марина в ответ на обращение «Ромео». — Познакомьтесь, ребята, это Марина. Давно хотел вам её представить. Марина робко улыбнулась и выдала слабое: «Привет», обворожительно кивнув светлой головой. Илья за спиной широко и добродушно улыбнулся, как будто смотрел на какую-то очень милую сцену между маленькими детьми. — Та самая балерина, которую уже все в нашем колледже ждут? — Артур первым оторвался от стены и подошёл, с любопытством изучая лицо юной Лебедевой. — Привет, Марина. Брат рассказывал о тебе не много, но очень интересно. Артур протянул руку, и Марина осторожно её пожала. В ту же секунду она сердито покосилась на Рому, который поспешил отвести глаза. Ну спасибо, Арик! Не много рассказывал! Как будто они так часто говорили о чём-то, кроме репетиций! Пока Илья начал рассказывать Артуру историю их встречи и легенду о француженке (которую тут слушал очень внимательно), Рома обратил внимание на лицо Виталия. Он до сих пор не подошёл и смотрел на Марину немного растерянно: ещё бы, ждал своего задержавшегося подопечного, чтобы отчитать! Обстоятельства повернулись совсем в другую сторону, и Виталию нужно было время, чтобы перестроиться. Рассуждения о «командире» подняли Роме настроение, правда, ему не понравилось, как долго смотрел Виталий на его сестру. Парень почувствовал братскую ревность, которая просыпается всегда, когда все вокруг слишком много внимания уделяют твоей кровинушке. — У тебя грустное лицо, Марина, — Виталий наконец заговорил, глядя на слегка смущённую его поздним приветствием Лебедеву. — Я думал, что, когда увижу тебя, ты будешь улыбаться. Виталий подошёл и улыбнулся сам: короткой, словно утешающей улыбкой, какой улыбался каждый раз, если у подопечных что-то не получалось. Марина смутилась ещё больше, и Рома вместе с ней. Он вспомнил историю о контрольной и не хотел её рассказывать. — В школе... не получилось кое-что, — Марина была согласна с братом в вопросе о контрольной и не стала рассказывать подробностей. — На самом деле мне очень приятно познакомиться. И она первая протянула руку Виталию. Тот изучил девочку недоверчивым взглядом, затем подхватил тонкую руку, но не пожал её, а нагнулся и поцеловал. — Нам тоже. Заметив этот кавалерский жест, Рома насупился. Ему никогда не нравилось, если рядом с его сестрой парни вели себя вот так, а от Виталия он вообще ничего подобного не ожидал! Впрочем, никого из группы Рома не встречал нигде, кроме репетиций... — Как это мило, джентльмен, — Артур и Илья заулыбались во все рты. — Слушай, веди себя нормально с девушками! Мы же не в девятнадцатом веке... — Сам хоть бы познакомился с одной, прежде чем меня учить, — Виталий не растерялся, и из этих слов Рома понял каким-то уголком сознания, что их руководитель предпочитал быть вежливым с противоположным полом. — Зачем мне девушки, когда есть музыка? — Эй, ты обидишь Марину! Артур и Илья начали неохотно пререкаться, а Рома посмотрел на сестру: нет, она не обижалась, наоборот – старалась сдержать смех. Виталий не долго позволял спору в комнатке набирать обороты: наконец он приказал всем замолчать. — Я очень рад, что у нас сегодня присутствует неожиданный зритель: будет повод для того, чтобы все постарались, — с ораторской стройностью повёл вступительную речь «командир», когда все успокоились. — Я хотел сегодня объявить вам одну важную новость: у нас намечается серьёзное выступление. Нашу группу пригласили участвовать в концерте, который состоится в конце месяца для иностранных гостей. При словах об иностранных гостях хохотнул Илья, но Рома даже не обратил на него внимания. Ого, это что, правда? Они будут выступать перед настоящей публикой! У парня что-то приятно защекотало в груди, заставив ощутить себя очень-очень гордым. — Это важно, мы должны придумать что-нибудь стоящее и как следует сыграть, — Виталий оглядел все лица, избегая взглядом только Марину. — Поэтому с сегодняшнего дня будем работать очень усердно. Ромео, опоздания прощать больше не буду. А ещё заставлю ездить домой на маршрутке, чтобы ложился спать не в два часа ночи. Марина рядом снова улыбнулась, и Рома ещё больше возненавидел своё замечательное имя. Ох, Виталий! Да ещё какая-то маршрутка: ему идти всего ничего, только деньги на неё потратишь! — Ничего не знаю, — услышав все эти возражения в словах, Виталий не смилостивился. — Ты или ходишь очень медленно, или от дороги отвлекаешься, но я бы до твоего дома дошёл гораздо быстрее. Даю тебе один шанс: сегодня я звоню, и если ты не будешь дома, заставлю ездить. Понял? Рома насупился и собрался уже ответить, но неожиданно в разговор вступила Марина: — Зачем вы с ним так строго? Ему же хуже от того, что приходит поздно. Эти слова заставили Рому немного растеряться: сестра сама всегда ругалась за его поздние возвращения, а сейчас защищает? Может, Марине просто знакомо было то чувство, которое сейчас испытывал брат? Виталий не отвечал несколько секунд, но Маришка не смутилась. Она не должна была вмешиваться в их разговор, но сейчас не чувствовала себя виноватой... — Если ты пообещаешь мне, что будешь его контролировать, может ходить как раньше, — Виталий улыбнулся девочке, но затем отвернулся к своим вещам и стал включать небольшой ноутбук. — Ему надо высыпаться, иначе на репетиции будет клевать носом. Я могу положиться на тебя, Марина? Последние слова прозвучали с таким теплом, что Марина растаяла. Она, наверное, ожидала, что Виталий разозлится, да и сам Рома уже этого ожидал. Хотя, он не знал, что лучше: выслушивать недовольные нотации или это... Его сдали на попечение младшей сестре! — Я обещаю, — Марина кивнула. — Только не заставляй его. Виталий кивнул, не отрываясь от монитора, Илья и Артур о чём-то негромко заговорили, а Рома надолго ухнул в одну выплывшую из самых недр внутреннего мира мысль. Ему расхотелось, чтобы Марина была здесь. С самого начала внимание ребят из группы показалось ему неприятным, а сейчас, когда Виталий как с маленьким ведёт себя с ним при Марине, мечтой вообще стало провалиться сквозь землю. Он не таким хотел выглядеть в группе! И хотя каждая репетиция начиналась с похожих придирок Виталия, она очень быстро уходила в непрерывную игру, наполняя комнату музыкой. А сейчас... Что-то было не так, как он хотел. Не так, как представлял себе. В душе липко, прохладно растеклась досада, совсем как та, что пришла под сенью деревцев, когда Марина плакала. Всё было не так, не там, не тем, всё было не вовремя и не по плану. Осознание этого, клевавшее изнутри ещё при встрече с сестрой, вдруг пробилось, как фонтан. — Вот посмотри: он уже заснул! — сзади на плечо упала рука Ильи, заставив сильно вздрогнуть. — Просыпайся, гитарист. Разминаемся. Рома пропустил всё в своих мыслях: Виталий уже успел усадить Марину за место, где обычно сидел сам (какой внимательный!), устроился с ноутбуком на подоконнике и объявил о разминке. С этой «разминки» начиналась каждая репетиция: Рома, Артур и Илья играли свободный мотив каждый на своём инструменте, стараясь не сбиваться и не повторять друг друга. По мнению Виталия, такая работа помогала лучше чувствовать своё место в игре и привыкать к разноголосью коллектива. Рома скинул с себя тяжёлую руку, подошёл туда, куда бросил вещи, расстегнул молнию и достал инструмент. Ну хоть что-то отдалось в его душе приятным: прикосновение к струнам, к ручке, знакомая тяжесть электрогитары на ремешке через плечо. Парень украдкой взглянул на сестру и увидел её восторженную улыбку: сегодня она будет смотреть на то, как её брат играет в группе! От этой улыбки липкая досада немного разбавилась, но совсем не исчезла, и Рома старался больше не смотреть на Маришу. — Ты будешь нашим судьёй, Марина, — Виталий что-то нажимал на клавиатуре, пока все завершали приготовления. — Мы будем выбирать мелодию, а ты поможешь нам. Скажешь, что хорошо, что плохо. У девушек хороший вкус. Он снова коротко улыбнулся, Марина робко кивнула, а Рома ещё немного отошёл от своих неприятных эмоций. Хотя честь сестре, по его мнению, была оказана не заслуженная, у Марины и правда был хороший вкус. Разминка началась. Одно прикосновение пальцев вытягивало из гитары длинный, электронный звук, такой родной и приятный, будто струны были встроены не в гитару, а в сердце. Роме никогда не было сложно играть на разминке: хотя мелодии товарищей иногда отвлекали, он всегда слышал свою чётче, ярче, пропускал её не только через слух, но и через себя. Все тревоги забылись, всё нехорошее за сегодня растворилось, ушло глубоко, откуда не достать. Только музыка. Только игра. Только меняющиеся свободно, как волны, аккорды...

***

— Это было потрясающе, Ром! Я всё забыла! Мне даже не так обидно уже за контрольную! Марина пархала по дороге, как бабочка, торопясь высказать брату все впечатления от сегодняшнего дня. А в маленькой комнатке прошёл именно день – весь день, музыканты до поздних часов, забыв о времени, играли, сочиняли, спорили. В азарте и волнении перед грядущим выступлением (которое, впрочем, волновало только Рому – остальные уже участвовали в подобных), ребята не заметили, как наконец склеилась композиция, записанная Виталием на видео. Он обычно так и делал: фиксировал все предлагаемые мотивы, а потом, когда из них что-то составлялось, соединял в одну композицию, корректировал в нотной форме и получал итоговый вариант. Рома шёл и не замечал радости сестры. Он услышал только первые два слова, а затем полностью ушёл в свои мысли о концерте. Обстановка беспрерывного труда на репетиции не давала ему как следует задуматься, а тут он оценил новость по достоинству. Первое. Настоящее. Выступление. Ух! Аж дух захватывает. Рома представлял себя на сцене, представлял, как забывается в игре, как целиком и полностью уходит в атмосферу кричащего в такт музыке зала. Он мечтал о таком ещё со школы! Мечтал почувствовать себя настоящим музыкантом! И пусть это ещё не гастроли и не выступление на большой сцене, всё равно настоящий концерт. — Ты устал, да? — Марина оказалась рядом, как будто слепилась из воздуха. — Ничего, придём – я приготовлю ужин, а ты отдохнёшь! Спасибо, Ром, что согласился меня привести! Я очень рада. Девочка лучезарно улыбнулась, и Роме стало очень стыдно за свою липкую досаду сегодня на репетиции. Не Маришка была виновата в том, что он перед ней так неловко себя чувствовал. Она, наоборот, упросила Виталия забыть об идее с маршруткой! А он... — Нет, Мариш. Всё вместе сделаем, — парень постарался улыбнуться также искренне. — Я не устал, просто о концерте думаю... А ты должна готовиться к истории! Хочешь ведь исправить контрольную? Марина сникла. — Не разрешит, — коротко ответила она. — Разрешит. Я один раз у него выпросил, и ты выпросишь, — Рома соврал быстрее, чем успел понять, что врёт. — Скажи, мол, вы брату один раз разрешили, разрешите и мне. — Ты правда у него выпросил? — не поверила Марина. — Почему мне не рассказывал? — Да... не до этого было, — Рома постарался не спалиться. — Только он, наверное, упираться будет: «Я такого не помню!». А ты настаивай, он противный тип. Но в душе, наверное, просто хочет, чтобы мы очень хорошо знали историю. Парень улыбнулся, и это подействовало: Марина расслабилась и наполнилась уверенностью. Сестра легко обвила руками руку Ромы, облакотилась на плечо, из-за чего им пришлось идти немного медленнее. Интересно, Виталий уже с сегодняшнего дня будет проверять время его возвращения? Но мысли резко оборвались: прозвенел сигнал на телефоне сестры, и та поспешно оглянулась на сумку. — Кто это? — Рома узнал мелодию СМС. — Не знаю. Марина сунулась в сумку за телефоном, порылась там, осветила лицо дисплеем и начала что-то нажимать. На её коже красиво сменялись цвета приложений, и уставший (всё-таки уставший) Рома даже немного залюбовался своей кровинушкой... — Ого. Мама с папой. Новость грянула неожиданная: командировку пришлось продлить ещё на неделю.