SHOOTER (Стрелок)

Когда Бетти проснулась посреди ночи, она была одна в постели, и было очень холодно. Она перевернулась на другой бок и увидела, что Джагхед пытается развести огонь, который уже погас. Зима определенно приближалась, и она не могла придумать ничего более романтичного, чем обниматься в хижине перед камином. Конечно, она не была идиоткой, она знала, что это не будет все время романтика и объятия, но она будет наслаждаться этими временами. Наконец брюнет разжег огонь, поднял глаза и увидел, что девушка наблюдает за ним. Он встал с корточек и вернулся в постель. — Мне холодно, — вздрогнула она, когда Джонс снова забрался под одеяло. Он обнял ее и притянул к себе, тепло его тела сразу же согрело ее. Огонь теперь ревел, заливая комнату ярким светом, и она коснулась его лица. — Ты все еще выглядишь таким усталым, Джагги, — прошептала Бетти, убирая волосы с его лба. — Через несколько дней я буду в порядке, — ответил он с мягкой улыбкой. — Что случилось? — тихо спросила она. — Я просто скучал по тебе, — сказал он. — Джагхед, скажи мне правду, — прошептала она, проводя пальцами по его губам. — У меня была тяжелая неделя, … чуть больше недели, — признался он. — Мое беспокойство было очень сильным. Иногда это просто плохой сон, иногда это день или вечер, когда я не совсем в себе, а иногда, как на прошлой неделе или около того, это тянется днями…. — Расскажи мне, что случилось. — Тревога, которую я испытывал начал испытывать в Ривердейле, как бы … захлестнула меня через пару дней после возвращения домой. — Бетти слегка отстранилась от него в удивлении. — Что? Джаг, ты беспокоился в Ривердейле? Как до того, что случилось с Вероникой? Я имею в виду, я заметила, что некоторые вещи заставляли тебя нервничать и тревожиться, но, похоже, это были маленькие случаи, которые вскоре уладились. — Все это время. Ты знаешь, что такое тревога, это просто сидит там. На самом деле это не вызывает проблем, но иногда чего-то маленького и раздражающего достаточно, чтобы у тебя немного заболел живот? — Спросил Джагхед. Бетти кивнула и почувствовала, что глаза ее наполняются слезами. — Почему ты мне ничего не сказал? — спросила она. — Не знаю, — тихо ответил он, на мгновение, опустив глаза. — Наверное, я так привык к этому, что почти не замечаю, даже не думал об этом… — Ты чувствуешь это сейчас? — Спросила Бетти, поглаживая его по щеке. Он встретился с ней взглядом и медленно кивнул. — Все в порядке, милая, все не так уж плохо. Самое худшее уже позади. Я почти не спал и слишком много думал, Черт возьми. — По какому поводу? — Джагхед некоторое время молчал, уставившись в потолок и медленно водя рукой по ее спине. — Сэм, — тихо позвал он. — Чувство вины. Гнев. Разочарование. — Из-за чего ты чувствуешь себя виноватым и злишься? — Что я жив, а он нет, что я выжил, хотя должен был умереть. — Ты хочешь умереть? — Печально спросила Бетти, и ее глаза снова наполнились слезами. — Когда-то хотел, — тихо ответил Джагхед. Он подвинулся, и они легли на бок, прижавшись друг к другу. — Почему ты так расстроен? — Из-за того, что я думаю, когда чувствую себя так, — вздохнул Джагхед. — А вина всегда одна и та же? — Спросила Бетти. — Ты чувствуешь вину за то, что жив? Почему ты вдруг почувствовал это ни с того ни с сего? — Она задрожала, когда задала этот вопрос, А Джагхед двинулся и стянул с себя рубашку, и жар, исходящий от его кожи, был подобен раскаленной печи. Девушка прижалась к нему так близко, как только могла, и снова согрелась. Джагхед провел тыльной стороной пальцев по ее щеке, его лицо было таким серьезным, а глаза темными и напряженными. — Я думал о тебе и о том, как сильно я тебя люблю. Потом я начал думать о том, как это безумно, что мы так быстро влюбились друг в друга. Это навело меня на мысль, что я хотел бы рассказать об этом Сэму, потому что у него была девушка, которую он действительно любил. Это привело меня к мысли, что моя жизнь, кажется, становится лучше, и я более счастлив, чем когда-либо за долгое время, а потом я начал думать, что жизнь Сэма не становится лучше, потому что он умер… , а потом я просто начал чувствовать себя виноватой, и я… — Бетти видела, что он нервничает, глаза его затуманились от слез, тело напряглось, и она прикоснулась к нему пальцами. — Остановись, Джагхед — тихо прошептала она, и он, судорожно вздохнув, притянул ее к себе. — И это длится несколько дней? — Ну, думаю, именно это и послужило толчком. А потом мой мозг как бы отправляется в действительно хреновое путешествие, которое я едва помню, когда оно возвращается. — А что ты делаешь, когда не можешь заснуть? — спросила его блондинка. — Я хожу или просто сижу. Иногда я пытаюсь писать или читать, а иногда просто курю, пока не превращаюсь в пепельницу, — вздохнул Джагхед. Бетти рассмеялась, и он усмехнулся. — Ты вообще спал сегодня ночью? — Спросила Бетти. — Я знаю, что заснула сразу после всего нашего веселья, но понятия не имею, заснула ли ты. — Пока еще нет. Я был слишком занят, наблюдая, как ты спишь, и, гадая, не снится ли мне это, — ответил Джагхед с улыбкой. — Пожалуй, я сейчас посплю. — Ты будешь хорошо спать? — она задумалась. — Посмотрим, — тихо ответил Джагхед и притянул девушку как можно ближе, и она прижалась к его подбородку, и его жар быстро погрузил ее в сон. Джагхед прижал ее к себе, все еще не веря, что она здесь. Не было ничего лучше, чем держать Бетти в своих объятиях, и он надеялся и молился, чтобы любой эпизод в течение следующих трех месяцев был мягким и немногочисленным. Она пошевелилась во сне, пытаясь прижаться к нему еще теснее, а он улыбнулся и поцеловал ее в лоб и заснул с улыбкой на лице. Когда Бетти проснулась на следующее утро, она была опять одна. Она села и провела рукой по волосам, оглядывая маленькую хижину. Огонь горел, и в помещении было теплее, чем в середине ночи. Ее сумки стояли на столе, ожидая, когда их распакуют. Она посмотрела на прикроватный столик и увидела дневник, который послала Джагхеду еще до того, как он приехал в Ривердейл. К нему была прикреплена ручка, и девушка улыбнулась, зная, что он писал. Купер не стала совать нос в чужие дела и встала, чтобы пойти в ванную. Она вошла и резко остановилась, увидев зеркало. Сердце девушки заболело, когда она смотрела на трещины в нем, и было очень ясно, что ущерб был нанесен кулаком. Он был здесь совсем один и переживал ужасные времена, и она так отчаянно хотела быть с ним. С другой стороны, похоже, это разозлило его и немного взбесило, так что, возможно, хорошо, что ее здесь не было. Бетти вздохнула, сделала то, что должна была сделать, и вышла из ванной. Она собиралась провести с ним 3 месяца и, надеялась, еще больше, если все получится. С чем ей придется столкнуться и сможет ли она справиться с этим? Она пошла на кухню, открыла холодильник, взяла молоко и увидела, что оно только наполовину разморожено. Она вспомнила, как Джагхед говорил, что замораживает молоко и размораживает его только по литру за раз. Она поставила его на место, взяла апельсиновый сок и включила кофеварку. После, Бетти подошла к своим сумкам и открыла ту, в которой была ее одежда, нашла пижамные штаны и натянула их, решив оставить футболку Джагхеда. Как раз в тот момент, когда она собирала волосы в беспорядочный пучок, в дверь вошел Джагхед. У него была охапка дров, и он улыбался ей на ходу, бросив его в мусорное ведро рядом с камином. Хот-дог неторопливо вошел вслед за ним, и Бетти закрыла дверь. Джагхед снял куртку, бросил ее на стул, подошел к ней и заключил в медвежьи объятия. Она улыбнулась ему, и он взял ее губы в жесткий, основательный поцелуй. К тому времени, как он отстранился, она растаяла в его объятиях. — Ты выглядишь так, будто выспался, — радостно сказала она. — Я действительно выспался, — сказал Джагхед с улыбкой. — Что-то в том, что я держал в объятиях красивую женщину, было так успокаивающе. — Значит, подойдет любая красивая женщина? — дразнила она, обвивая руками его шею и прижимаясь к нему. — Определенно нет, — твердо сказал он, быстро поцеловав ее. — Ты голодна? — спросил Джагхед, когда отстранился. — Я поставила кофе, — сказала она, выходя из комнаты и направляясь на кухню. — Хочешь, я что-нибудь приготовлю? — Нет, ты иди, посиди на диване, а я приготовлю завтрак, — с улыбкой сказал Джагхед. — Яичница с беконом? — Звучит превосходно, — мягко сказала она, снова сжимая его руку. Джагхед быстро приготовил завтрак и принес ей тарелку с чашкой кофе. Он принес и свою порцию, и они устроились на диване, чтобы поесть. — Итак, — сказал Джагхед, жуя кусок бекона. — Ты уверена, что хочешь остаться здесь? Ты, конечно, не могла бы и выбрать более скучное время, чтобы приехать и остаться. Зимой почти нечего делать, кроме как таскать дрова и сидеть у костра. — Что ж, звучит превосходно. Последние пару лет у меня не было ни отпуска, ни свободного времени с работы, за исключением тех случаев, когда я заблудилась и думаю, что будет неплохо распаковать его. — Может быть, мы могли бы посетить горячий источник, — сказал он с улыбкой. — О, — Бетти оживилась от волнения. — Мы можем сделать это зимой? — Да, вода остается теплой. Я имею в виду, что это чертовски холодно, когда раздеваешься, выходишь и переодеваешься почти, не касаясь горячей воды, но я делал это пару раз, и это довольно здорово. Они закончили завтракать, и Джагхед отнеся посуду в раковину, вернулся к дивану и сел, притянув ее к себе. — Ты кажешься таким сдержанным, — тихо сказала девушка. — Я привык, что ты дразнишься и улыбаешься. — Я в порядке, Беттс. Я просто устал, вот и все. Я обещаю, что через несколько дней все будет хорошо. Мне просто нужно немного поспать. — Бетти откинулась назад и нежно улыбнулась ему, коснувшись пальцами его щеки. — Ты хочешь поговорить о зеркале? — тихо спросила она. — Думаю, мне придется заменить его, — вздохнул Джагхед. Ему было трудно смотреть ей в глаза, и когда он попытался снова взглянуть на камин, она снова притянула его лицо к своему, удерживая его пристальный взгляд. — Я разозлился. Я возненавидел то, что чувствовала. Мне была ненавистна мысль, что если ты увидишь меня таким, то сможешь уйти… и я ударил по зеркалу, — признался он. — Ты думаешь, я брошу тебя? — спросила она, приподняв бровь. — Бетти, ты даже не видела меня в самом худшем состоянии. Я могу впадать в депрессию на несколько дней, иногда на несколько недель, и я просто… — Джагхед замолчал и вздохнул. — Я боюсь, Бетти. Я боюсь, что ты уйдешь, — признался он. Бетти подвинулась, пересела к нему на колени, и он крепко обнял ее. — Я не оставлю тебя, Джагги, — прошептала она, обнимая его за шею. — Я знаю, что это будет трудно, и я знаю, что иногда мне придется отступить и дать тебе немного пространства, а может быть, и себе немного пространства, но я обещаю, Джаг, что не уйду. Я знаю, мы говорили об этом еще в Ривердейле, когда я попросила тебя доверять мне. — Я знаю, — печально сказал Джагхед. — Наверное, мне стало себя жалко. — Бетти снова шевельнулась, села ему на колени и взяла его лицо в ладони. — Доверься мне, — мягко сказала девушка, удерживая его взгляд. Купер чувствовала его пристальный взгляд прямо в своей душе. Напряженный, ищущий, словно он пытался разгадать каждый ее секрет. — Я знаю, что это все еще ново для тебя, Джагхед, и я знаю, что мы не знаем друг друга очень долго. Все, что я знаю, это то, что я люблю тебя и хочу быть с тобой, и я ходила на эти встречи поддержки, и у меня есть план того, что я надо сделать, и если бы я не хотела этого делать, меня бы здесь не было. Мне нужно, чтобы ты мне доверял. — А что, если я тебя разочарую? — спросил он, сглотнув комок в горле. — Тогда мы разберемся с этим, — тихо ответила блондинка. Джагхед коснулся ее лица и притянул ее голову к себе, чтобы прижаться лбом к его лбу. — Я знаю, что это все началось как настоящий ураган, и все шло очень хорошо. У нас действительно отличный секс, и мы так хорошо ладим, клянусь, это похоже на то, что мы абсолютно идеально подходим друг другу, и я думаю, что беспокоюсь, что как только первоначальная потребность друг в друге и удивительное начало отношений утихнут, ты почувствуешь… ты поймешь, что, возможно, не хочешь этого делать. — Бетти снова отстранилась, все еще держа его лицо. — Джагхед, мы кричали друг на друга, причиняли друг другу боль, у нас был кошмарный инцидент, мы были разделены, наши родители сказали нам, что мы гребаные идиоты, я потеряла предполагаемого лучшую подругу; у нас было много дерьма, случившегося за очень короткое время. Думаю, если бы я этого не хотела, я бы уже ушла, — настаивала Бетти. — Но разве это тебя не волнует? За такое короткое время все это произошло? — Нет, потому что, пока все это происходило, я все больше и больше влюблялась в тебя, — тихо сказала она. — Я все еще не понимаю, почему ты меня любишь, — тихо сказал он. Бетти вздохнула. Она поняла, что он все еще сомневался, что его тревога все еще не прошла, и она не знала, что сказать, чтобы заставить его чувствовать себя лучше и менее тревожным. — Джагхед, за что ты меня любишь? — тихо спросила она. — Я хочу, чтобы ты рассказал мне, что заставило тебя влюбиться в меня и почему ты меня любишь. Это потому, что я тебя не боюсь? Потому что я отношусь к тебе нормально? — Что? Нет, я люблю тебя не за это. Ну, конечно, это часть причины, но эти две причины идут вместе с тем фактом, что я люблю тебя, потому что у тебя самое прекрасное сердце из всех, кого я когда-либо встречал. Ты не осуждаешь меня, ты ничего не имеешь против меня, когда я переступаю черту, ты понимаешь меня, Ты, кажется, знаешь меня лучше, чем я знаю себя по какой-то странной причине. Когда я сказал тебе, что отдал тебе свое сердце в ту ночь, когда ты пришла посидеть со мной снаружи после того, как я причинил тебе боль? Это был последний клей для меня. Прошло всего несколько дней, но клянусь я начал влюбляться в тебя в тот день, когда ты открыл глаза. Все, что касается тебя. Как ты смеялась, как ты улыбалась, как ты свой морщишь носик, когда ты смеешься, как ты накручиваешь волосы, когда ты думаешь, то, как ты кусаешь губы, как ты хихикаешь, как твои как искрятся твои глаза, когда ты злишься или расстраиваешься, как ты смотришь на меня, когда ты думаешь, что я не замечаю, как ты держишь меня за руку…. И когда мне было тяжело, кстати ты слушала, когда я рассказывал тебе о том, что случилось со мной, то, как ты произносила мое имя, то, как ты дразнила меня, то, как ты… — Бетти зажала ему рот рукой и остановила его слова. — Ладно, я поняла, — прошептала она, покраснев. — Я люблю в тебе все. Даже то, как ты кричишь на меня, потому что ты не трусиха и не дурочка, и ты не будешь принимать дерьмо ни от кого, даже от меня. Ты сильная и красивая, и я никогда в жизни не встречал никого похожего на тебя. И да, ты относишься ко мне нормально, и ты не ходишь вокруг меня по яичной скорлупе, и мне не нужно притворяться кем-то, кем я не являюсь, мне это нужно в моей жизни, и я так благодарен, что ты меня не боишься. — Когда он закончил, у Бетти на глазах стояли слезы. — А что, если я скажу тебе, что боюсь? В ту ночь, когда ты причинил мне боль, и я вышла посидеть с тобой. Я боялась Джагхед, и иногда… некоторые вещи заставляют меня внутренне содрогаться, и я волнуюсь, но это не твоя вина, и все, что я хочу сделать, это помочь тебе пережить это. В ту ночь в Ривердейле, когда ты собрался уезжать, что заставило тебя остаться? То, что я обращалась с тобой нормально? Что я наорала на тебя в ответ? Что, если бы я спряталась от тебя и вела себя испуганно? Ты бы уехал? — Не знаю, — тихо ответил он. — Думаю, что да, потому что так было бы лучше, но я не знаю, как далеко я бы продвинулся. Возможно, мне и удалось бы какое-то время держаться от тебя подальше, но теперь, когда ты появилась в моей жизни, я не знаю, смогу ли обойтись без тебя. Последние две недели были самыми одинокими в моей жизни. Как будто кто-то погасил солнце, и я больше не могу жить без своего сердца. Я думаю, что потеря тебя сломит меня…на совсем, — признался Джагхед. — Я никогда не нуждался в тебе раньше, но ты нужна мне сейчас, потому что я так чертовски влюблен в тебя, что не могу дышать, если только ты не дышишь вместе со мной. — Ты говоришь это потому, что любишь меня за все то, что я имею отношение к твоей помощи? — Это не имеет никакого отношения к тому, что ты помогаешь мне, это просто связано с тем, что я люблю тебя и хочу, чтобы ты была со мной. Пожалуйста, не думай, что я использую тебя как своего рода костыль, потому что это совсем не так. Конечно, твоя помощь мне всегда будет важна, потому что любовь к тебе и твоя любовь ко мне дает мне надежду и силу пройти через эту борьбу. Например, теперь у меня есть причина жить, а не просто позволить себе угаснуть здесь, в этих богом забытых лесах. Ты свет, любовь и самый прекрасный человек, которого я когда-либо знал, и я не знаю, что бы я делал без тебя. Я наверное, именно поэтому боюсь, потому что быть настолько поглощенным любовью к кому-то…. , что если я стану недостаточно хорош из-за того, с чем я имею дело? — Значит, ты видишь во мне все эти замечательные качества, физические и нефизические, но не можешь увидеть их в себе? Почему тебе так трудно понять, насколько ты прекрасен, несмотря на то, что у тебя есть психическое заболевание? — Ты видишь в себе замечательные качества? — Спросил Джагхед в ответ. — Когда Реджи изменил тебе, когда тебе было 17, кого ты винила, его или себя? — Ну, его, но… — Бетти замолчала, опустив глаза. — Ты винила его, но в то же время винила и себя, не так ли? Ты решила, что недостаточно хороша, что чего-то не хватает, вот почему он так поступил. Это, вероятно, убило твою самооценку, хотя это было просто потому, что парень был свиньей. — Ты прав, — сказала она, и ее подбородок задрожал. — Мне потребовалось несколько лет терапии, чтобы, наконец, сказать себе, что проблема не во мне. Видишь ли, это одна из причин, почему я люблю тебя. Ты заставляешь меня чувствовать, что я могу сделать все, что угодно, что у меня есть ценность, что я значу. У тебя самая прекрасная душа из всех, кого я когда-либо встречал, и да…ты через многое прошел, и даже если случается что-то, что заставляет тебя реагировать и делать то, что ты сожалеешь, когда теряешь контроль, но ты по-прежнему самый удивительный человек, которого я когда-нибудь встречала, Джагхед. Ты добрый, милый и забавный, и ты так хорошо заботишься обо мне. Я люблю тебя, я люблю все в тебе, и я здесь для тебя, и я никуда не уйду, потому что мое сердце уже так глубоко, что я даже не знаю, как его вернуть. Я в этом дурдоме, и мне нужно, чтобы ты мне доверял. — Джагхед обхватил ее лицо руками, его глаза затуманились от волнения, и Бетти увидела, что он борется с собой. — Это не твоя вина, Джагги, — прошептала она. — Ты пережил что-то ужасное, и это будет преследовать тебя всю оставшуюся жизнь, и это нормально, и это нормально, что ты… реагируешь на это и иногда теряешь себя, и это не твоя вина. — Ненавижу, это… Бетти. Я чертовски ненавижу это, и я ничего не могу с этим поделать, — сокрушенно сказал Джагхед. — Ты можешь принимать лекарства, и ты можешь когда-нибудь заняться терапией, ты можешь позволить мне помочь тебе, и ты можешь перестать винить себя в том, что у тебя болезнь, потому что это не твоя вина, Джагхед, — прошептала она. — Если бы я не поехал туда, если бы не угнал эту чертову машину… не попал в беду и не кончил жизнь самоубийством.… — Это не твоя вина, Джагхед, — настаивала она, обрывая его. — Это не твоя вина, что ты попал в засаду, это не твоя вина, что Сэма застрелили, это не твоя вина, что ты чуть не умер, и это не твоя вина, что эта трагедия оставила тебе шрамы и раны, которые, вероятно, будут беспокоить тебя всю оставшуюся жизнь. — Бетти…. — Это не твоя вина, Джагхед, — настаивала девушка, выдерживая взгляд любимого молодого человека. Его глаза наполнились слезами, внезапно он крепко обнял ее и притянул к себе так близко, что она едва могла дышать. Бетти чувствовала, как он дрожит, его слезы текли по ее шее, когда он обнимал ее, а она прижимала его к себе, позволяя ему чувствовать все, что ему нужно. Через некоторое время брюнет отстранился, девушка нежно вытерла его лицо и улыбнулась, нежно поцеловав в губы. — Я люблю тебя, — прошептала блондинка ему в губы. Джагхед отстранился и несколько мгновений смотрел ей в глаза, а потом обхватил ладонями ее лицо. — Я доверяю тебе, — прошептал он. Бетти улыбнулась и позволила ему притянуть ее к себе для еще одного поцелуя. Это было медленно и нежно, и продолжалось так долго, что к тому времени, когда он отстранился, ее губы онемели. — И я тоже тебя люблю. — Она положила голову ему на плечо, и некоторое время они сидели молча, просто держась друг за друга. Через некоторое время Бетти села, еще раз нежно поцеловала его и попыталась встать с его колен, но он ей не позволил. — Куда это ты собралась? — проворчал Джонс. — Я подумала, что пора начать распаковывать вещи. Если у тебя найдется место для всех моих вещей, — ответила она со смехом. Парень помог ей слезть с колен, встал рядом и подошел к столу. Она открыла первую сумку, и Джагхед заглянул в нее с озадаченным выражением лица. — Что, черт возьми, все это значит? — удивленно переспросил он, разглядывая бутыльки, баночки и другие предметы. — Это все то, что заставляет меня хорошо пахнуть и хорошо выглядеть, — ответила она с улыбкой. — Ты итак хорошо пахнешь и прекрасно выглядишь, несмотря ни на что, — сообщил ей Джагхед. Она сунула руку в сумку и вытащила квадратный воздухоочиститель, который он использовал, чтобы курить в ее квартире. — А теперь…тебе не нужно выходить на улицу, когда холодно, — сказала она с улыбкой. Джагхед улыбнулся, взял воздухоочиститель и положил на стол. — Ладно, тебе здесь хорошо? Я собираюсь выйти и проверить генераторы, и мне нужно проверить квадроцикл, потому что в последнее время он теряет слишком много масла, когда я его запускаю. — Хорошо, — тихо сказала Бетти, и Джагхед снова оделся и вышел из каюты. Бетти смотрела, как он закуривает сигарету, уходя с крыльца, и вздохнула. Она так сильно любила его, и ей было больно оттого, что тревога делала его таким уязвимым и самоуничижительным. Она действительно не могла знать, прошла ли она через глубокую рану внутри него, и хотя он сказал, что доверяет ей, она задавалась вопросом, доверяет ли он себе, чтобы продолжать верить в него. Она поняла, что ей нужно многое доказать, и только ее жизнь с ним в одном из этих депрессивных состояний действительно покажет им обоим, что да как было на самом деле, что произойдет и как они оба справятся с этим. Бетти убрала все свои вещи, нашла место в его шкафу, чтобы повесить вещи, и нашла два пустых ящика в его комоде. У Джагхеда действительно было не так уж много одежды, и как только ее вещи оказались там, все было заполнено. Бетти также привезла с собой дополнительные простыни. Не то чтобы она возражала, но у него, похоже, была только пара простыней и наволочек, и она хотела немного украсить кровать. Джагхед весь день ходил туда-сюда, почти ничего не говоря, и казался таким же замкнутым, как и утром. Чтобы чем-то занять себя, девушка приготовила на ужин пасту, они молча поели, а потом начал бурчать, пока играл с компасом, который, казалось, был сломан. — Эта чертова штука никогда не заработает, и я понятия не имею, как ее починить, — пробормотал он. — Ты что, в бойскаутах все это изучал? — Спросила Бетти. — Я чертовски ненавидел бойскаутов, — вздохнул Джагхед. — Хотя, наверное, мне следовало приложить больше усилий за то короткое время, что я был этим вовлечен. Если бы не то, чему я научился в армии и чему научил меня Сэм, я бы уже умер здесь, — сказал он с резким смехом. Бетти ничего не ответила, не зная, как реагировать. Он казался напряженным и взволнованным, и она знала, что это было приближение тревоги, они уже говорили об этом, и она решила просто позволить ему справиться с этим. — Еда была потрясающая, Беттс, спасибо, — тихо сказал он, вставая из-за стола. Джагхед вышел на улицу и закурил сигарету, а Купер принялась мыть посуду. Закончив, она подошла к книжной полке, нашла книгу, разделась до нижнего белья, натянула одну из его футболок и легла на кровать читать. Уже темнело, когда Джагхед наконец вернулся. Раздевшись, он подошел к камину, развел огонь и некоторое время сидел перед ним на корточках, глядя в огонь. Девушка посмотрела на него, Джонс повернул голову и поймал ее взгляд. Джаг медленно поднялся и подошел к кровати. Она почувствовала, как кровать прогнулась, когда он встал на одно колено, прежде чем опуститься на нее сверху, и его глаза впились в нее. — Я, кажется, помню ночь, которая началась именно так, — прошептала она, роняя книгу с края кровати, все ее тело пылало, когда Джагхед прижался к ней всем телом. Он ничего не сказал, наклонив голову и глубоко поцеловав ее в губы. Ее руки тут же обвились вокруг него, она прижалась к нему, ее руки скользнули в его волосы, ее рот открылся для его языка. Бетти застонала, когда он пронесся внутрь, переплетаясь с ней, пробуя, принимая и мучая. Его сильные руки скользнули вниз по ее телу, скользнули под футболку и коснулись кожи. Бетти провела руками по его спине и потянула за рубашку, парень прервал поцелуй, чтобы отодвинуться и помочь ей снять ее. Он снова завладел ее ртом, и она почувствовала в нем отчаяние, которое было выше того, что она чувствовала раньше. Его тело было напряженным, и она поняла, что он нуждается в освобождении. Словно почувствовав ее мысли, Джагхед прижался к ней, позволяя ей почувствовать его потребность. Его рот оторвался от ее губ и двинулся вниз по шее, целуя и облизывая кожу, а его зубы кусали кожу, цепляясь за ее пульс и посасывая, пока кожа не покрылась синяками. — Ты нужна мне, — хрипло прошептал он ей в шею, его руки двигались вверх по ее бокам, стягивая с нее рубашку. Бетти подняла руки, и он снял ее, окинув взглядом ее обнаженную грудь. Молодой человек наклонил голову и взял ее сосок в рот, обводя его языком, пока она стонала и выгибалась под ним. Его рука скользнула вниз между ее ног и нашла трусики теплыми и влажными от возбуждения, ее стон от его находки вибрировал. Он зацепил пальцами резинку и потянул их вниз по ее ногам, а затем отбросил их в сторону, его рот вернулся к ее губам, как и его пальцы, переместился обратно между ее ног. — Черт, — простонал Джагхед, когда нашел ее скользкой и горячей, его пальцы скользнули сквозь влагу внутрь нее, его большой палец нашел ее клитор, прижимаясь к нему. — Ты нужна мне, Бетти — снова прошептал он, его рука скользнула к джинсам, нащупала ремень и расстегнула брюки. Бетти задрожала, чувствуя его настойчивость и потребность, когда помогала ему и стягивала джинсы. Она еще шире раздвинула ноги, притягивая его к себе, и его возбуждение охватило ее. Его руки скользнули вниз по ее рукам, он поднял их над ее головой, переплетя свои пальцы с ее, его глаза встретились с ее, когда он вошел в нее. Джонс снова прижался губами к губам любимой девушки, ловя ее крик удовольствия, когда двигался внутри нее. Темп не был медленным, но и не быстрым, он был ровным, сильным и глубоким, она подняла ноги, чтобы обхватить его, когда он прижался к ней. У нее перехватило дыхание, когда он поднял голову и посмотрел на нее сверху вниз, крепко сжимая ее ладони и наблюдая за ее лицом. Бетти почувствовала, как огонь побежал по ее венам, настойчивость набирала скорость, и она поняла, что помимо того, что сама хочет отчаянно освободиться, Бетти также хочет принести ему освобождение. Она напрягла ноги, прижимаясь к нему, поднимая голову. Джагхед зарычал и взял себя в руки, проникая языком в ее рот, наклоняя голову, чтобы войти глубже. Поцелуй стал ненасытным, эротичным и влажным. Он отпустил одну из ее рук и двинулся вниз к ее бедру, сжимая ее ногу и оттягивая ее от своей талии, широко раздвигая и открывая ее дальше, проникая еще глубже. Бетти почувствовала, как ее тело начало трястись, интенсивность его поцелуя и движений заставила ее двигаться быстрее, чем обычно. Она всхлипнула, ее свободная рука скользнула к его волосам, сжимая их, когда она целовала его. Толчок Джагхеда набрал скорость, и его рука скользнула между ними, поглаживая ее, Бетти почувствовала, как напряглась от удовольствия. — Пойдем, детка,… давай, — выдохнул он ей в рот. — Джаааг… — взмолилась она, снова обхватывая его ногой. Его толчки стали прерывистым, и его пальцы быстро потерлись о нее, девушка упала, громкий крик сорвался с ее губ и эхом разнесся по комнате, и она почувствовала, как он напрягся и задрожал, его рука сжала простыни, когда он пролился в нее, а сжатие ее тела вытянуло его освобождение из него. Он зарычал ей в рот и почти яростно вонзился в нее, растрачивая себя до тех пор, пока у него не осталось ничего, что он мог бы дать. Джагхед рухнул на нее сверху, тяжело дыша и дрожа всем телом. Бетти крепко прижала его к себе, ее собственное тело опустилось, пытаясь отдышаться, сердце бешено колотилось в груди. Блондинка почувствовала, как он расслабился и растворился в ней, дикое напряжение в его теле исчезло. — Прости, — прошептал он, когда, наконец, обрел дар речи. — За что же? — прошептала она в ответ, поглаживая его по спине. — Я был слишком груб, — тихо сказал он, нежно прижимаясь губами к ее шее. — Нет, это не так, — настаивала Бетти. — Это были лучшие 10 минут, которые я пережил за всю свою жизнь. Джагхед замер, а потом она почувствовала, как внутри у него все забурлило, когда он тихо засмеялся ей в ухо, и хриплая нота заставила ее вздрогнуть. Парень медленно перекатился на бок и снова засмеялся, когда понял, что джинсы все еще на ногах. Он сбросил их и лег на бок, притянув ее к себе лицом и крепко прижав к себе. — Тебе это было необходимо, — заметила она с улыбкой. — Я нуждался в тебе, — ответил Джонс, переплетая ее пальцы между собой. — Ну, тогда хорошо, что я просто появилась из ниоткуда, а? — поддразнила его Бетти. — Я просто… я не хочу, чтобы ты думала, что я просто хотел… — Джагхед, пожалуйста, прекрати, — взмолилась Бетти, прижимая руку к его губам. — Я хорошо знаю, что секс — это потрясающее снятие стресса, это совершенно нормально. — Мне нужно было не просто расслабиться, мне нужно было быть связанным с тобой, чувствовать тебя, быть частью тебя, — ответил он мягко, его большой палец коснулся ее щеки, когда он обхватил ее лицо. — Я люблю тебя, — сказала Бетти, наклоняясь, чтобы нежно поцеловать его. — Я тоже люблю тебя, Бетти, так сильно, — ответил он, притягивая ее еще ближе. — И я так рад, что ты здесь. — Я тоже, — прошептала она. Джаг перекатился на спину, и она прижалась к нему, положив голову ему на плечо, а ее рука описывала маленькие круги на его груди. — Что мы будем делать завтра? — с любопытством спросила она. — Как хочешь, — усмехнулся Джагхед. — Я сделал все, что нужно, чтобы подготовиться к зиме. Починил квадроцикл и генераторы проверены. Я все устроил, так что давай начнем обниматься и заниматься любовью у камина. — Бетти хихикнула и посмотрела на него. — Ну, похоже, ты все уже спланировал, мистер Джонс — рассмеялась она. — Ну, до того, как ты появилась, я собирался читать и писать, но я бы предпочел прижаться к тебе и заняться другими забавными вещами, — улыбнулся он. — Забавными вещами? — Она закатила глаза. — Ты так умеешь обращаться со словами. — Спасибо, — рассмеялся Джагхед, сжимая ее в объятиях. — Так что же мы тогда будем делать на Рождество? — Ну, моему отцу все равно, в какой день я приеду, и у меня такое чувство, что твоя мама будет больше хотеть, чтобы навестила ее, так что я подумал, что мы поедем в Ривердейл на Рождество, а потом отправимся в Толедо? — Как ты думаешь, надолго мы уедем? — Наверное, неделю, может, чуть больше. Я думаю, все зависит от того, как долго мы хотим оставаться в каждом месте, — объяснил Джагхед. Бетти кивнула и улыбнулась в ответ. — Итак…. ты в последнее время разговаривал с отцом? Он знает, что ты привезешь меня домой? — Вообще-то я ему ничего не говорил. Я позвонил ему после того, как вернулся из Ривердейла, и просто сказал, что приеду на Рождество, так что это будет забавный сюрприз. Моя сестра будет немного удивлена. — О! Я познакомлюсь с твоей сестрой? — Взволнованно спросила Бетти. — Ага, — улыбнулся Джагхед. — Как ты думаешь, я ей понравлюсь? — Спросила Бетти, закусив губу. — Она полюбит тебя, — заверил он ее с мягкой улыбкой. Бетти улыбнулась в ответ и прижалась к нему. Она не могла дождаться, чтобы пойти домой с ним в качестве его девушки, и она была так взволнована, чтобы встретиться с его сестрой. Интересно, похожа ли она на своего брата? Бетти почувствовала, что засыпает, быстро извинилась и побежала в ванную. Закончив, она снова натянула нижнее белье, его футболку и забралась обратно в постель, где Джаг уже ждал ее, натянув пижамные штаны. Он прижал ее к себе, обнял и натянул на них одеяло, окутывая своим теплом и нежностью, а Бетти заснула, думая, что он лучше печки.